24

      —Как у тебя дела?       —Смотря кто спрашивает, —Ответил лежащий в горячих источниках Даоминг, прижимающийся грудью к холодным плитам вне бассейна, подняв голову от ладоней, на которых она лежала до этого.       Монсгилис улыбнулся, —Как грубо. Я два дня крутился у твоей кровати, пока ты был без сознания, а ты вот так меня встречаешь?       Старший подпëр голову рукой, сложив вторую в локтевую ямку. И стал внимательно осматривать своего гостя, бегая по его лицу. Совсем ничего знакомого он в нём не видел. Совсем его не узнавал.       Гость указал руками на себя, —Монсгилис.       —Мой Монсгилис — хрустальный мальчик. А сейчас я вижу перед собой взрослого человеческого парня.       Некоторое время они молчали. Даоминг смотрел на него хмуро и даже с неверием, парень перед ним лишь испуганно смотрел на него ответ, не зная, как и доказать, что он — это он.       Затем солдат рассмеялся, —Вот тебя жизнь потрепала, аж человеком стал!       Юноша неловко улыбнулся, подойдя ближе. После приглашения присоединиться сел, свесив ноги в горячую воду, от которой шёл пар.       —Рассказывай, что с тобой случилось.       Монсгилис начал рассказывать очень длинную и запутанную историю, часто повторяя, что и сам особо ничего не понял из того, что с ним произошло. Попытался в деталях описать духов, что боролись друг с другом на фоне. И не забыл самого главного — рассказать о том, что враг повержен. И был прерващëн в ребëнка. Никто не смог понять почему и зачем.       Парень возле него внимательно выслушал весь его рассказ, не перебивая и по окончанию спросил, —Так значит, ты теперь молодой отец?       —Похоже, что да, —Медленно крутя ступнями в воде, кивнул светловолосый.       —И как жизнь родителя?, —С усмешкой поинтересовался тот.       —Сложно. Я не привык всё время быть рядом с ним. Никогда в моей жизни не было такого, что всё моё внимание было отдано чему-то. Трудно ухаживать за ним, будучи тем, кто и сам недавно стал человеком, не зная всех тонкостей такой жизни. А ещё... А ещё он постоянно плачет. Особенно во сне. Хочется иногда закрыть уши или даже выйти из комнаты, чтобы этого не слышать. И мы сошлись во мнении, что его тело захватил бес. Сейчас я не могу ничего с этим сделать, но обязательно постараюсь разобраться с этим в будущем, когда буду больше знать, —Он повернул голову к растрëпанной голове.       —Какое имя ты ему дашь?       —Имя?, —Не понял младший.       —Когда он подрастëт и начнëт всё понимать, думаю, ему будет страшно видеть в исторических книгах своё имя и не понимать, почему ведьмы и люди так его ненавидят, даже если он ни с кем ни разу в жизни не встречался и даже не успел сделать ничего плохого.       —Ох, это имеет смысл, —Задумался младший. И совсем скоро спросил, тряхнув головой, словно бы выкидывая лишние мысли из головы, —А у тебя как дела?       —Неплохо. У меня всего лишь пару ранений. Вот, знахари отправили лечить синяки в источниках. Говорят, что Мистиус своей собственной персоной тут лежал и восполнял свои силы, добавляя в минеральные воды и собственной магической крови... Кстати про это.., —Даоминг ненадолго замолчал, похоже, не зная, как донести до бывшего камня важную для него информацию, —Помнишь, как ты подарил мне свой палец?       Монсгилис не сразу понял, что он имеет в виду. Но когда до него дошло, то не смог сдержать улыбки, —Да, конечно.       —Мм, —Старший отвёл взгляд в сторону, всё никак не решаясь открыть рот и адекватно сформулировать свою мысль. Он приподнялся на локтях и медленно развернулся к нему, сложив руки на углу бортика, —В общем, когда я сражался с врагами, то меня резко схватил приступ неописуемой боли в районе груди. Она была такой невыносимой и тупой, что с поля боя меня пришлось утаскивать, ведь я падал на пустом месте и начал задыхаться. А затем и вовсе упал в обморок. А сегодня я подхожу к зеркалу, и тут вот мне подарок — у меня шрам на груди, именно в том месте, на котором висела цепочка с твоим подарком. Знахари сказали, что когда им меня только доставили, то у меня по всей площади грудины застряли острые и очень глубокие осколки, которые им пришлось доставать пинцетом. Но некоторые из них так убрать и не удалось, ведь они успели прирасти к коже.       Гостельери медленно опустил взгляд на его голую и разодранную грудь в различных синяках и порезах. Осмотрел ожог на плече, хирургически ровную линию у ключицы, и всё же дошёл до рваной раны, которая была больше похожа на небольшой рубец. И ему никак не верилось в то, что он виноват в появлении этого уродского узора.       На его теле виднелось каждое событие его жизни. Монсгилис же был пустым, полностью чистым холстом, на котором ещё нужно было что-то изобразить. Первый штрих уже был нанесëн.       —Ладно если бы на этом всё закончилось, но, —Старший провёл рукой по глади воды и тут же резко поднял её вверх, облив Монсгилиса водой. А потом его мокрое лицо тут же тронула настоящая буря, что растормошила его волосы, заставив прикрыть глаза.       Младший пару секунд непонимающе моргал, пытаясь осознать, что только что произошло.       Даоминг вновь обдал его сильным ветром, направив пальцы своих ладоней в его сторону. Юноша чуть не упал на спину, придерживаясь за скользящий материал на углах бассейна. И, вернувшись в прежнюю позу, радостно воскликнул, —Ты маг-волшебник!       —Я маг-волшебник!, —Недовольно в ответ повторил он, —Как я буду смотреть в глаза своим людям!? Они же подумают, что я повёлся с каким-то колдуном и сделают меня врагом народа!       —Дао, глупый, —Улыбался парень, смотря на его волнующийся взгляд, —Ты когда шёл воевать, у тебя не было никаких сил. Все знают, что ты обычный человек. А сейчас, просто... Просто обстоятельства дали тебе магические силы. Разве это не замечательно? Как уверенно ты уже с ними справляешься. Да и убираться в Академии с ними будет гораздо быстрее.       Старший не смог устоять от соблазна приподнять уголки губ после последнего предложения, —Раз ты так говоришь, сам и будешь меня всему обучать.       —Думаю, ты способный ученик, который разберётся во всём сам. Но можешь иногда забегать в гости для теории, —Усмехнулся Монсгилис, поведя плечами в стороны.       Даоминг закатил глаза, но посмеялся.       —Кстати, как твоя мама?, —Резко спросил юноша.       —Тебе сказать в общем или с точки зрения потерянной конечности?, —Уточнил перед ответом Лань.       —Что..., —Уже без прежней радости на лице негромко проговорил Монсгилис.       —Лекари ничего не смогли сделать с раздробленным костями руки. Сразу предупредили, что придётся её резать. Мама как-то сразу согласилась. Даже не расстроилась. И постоянно теперь смеëтся, говорит, ладно хоть правая рука в порядке, поэтому жизнь не сильно поменялась.       —Как она так спокойно на это отреагировала?       —Она сказала, что если в нашей работе ко всему серьёзно относиться, то можно сойти с ума.       Воцарилась тишина ужаса.       Лань поспешил его успокоить, —Не волнуйся так за неё. Матриель сказала, что возьмёт на себя ответственность и сделает для моей мамы новую руку.       —Ну только если так…, —Неопределённо выдал юноша, не понимая, можно ли было радоваться такой информации.       Затем послышались бегущие в их сторону шаги.       —Скоро будет заседание по вопросу будущего Кринминца. Вы придёте?, —Спросила Фиатель, остановившись между ними, осматривая лицо каждого по отдельности.       —А нас хотят там видеть?, —Удивился Монсгилис.       —Правители хотят посоветоваться со всеми, кто принимал участие во время захвата. А особенно с вами, с человеком, победившим многих вражеских солдат голыми руками, и бывшим камнем, уничтожившим главное зло на планете.       Парни переглянулись, не зная, что и ответить, особенно после таких-то слов.       —На повестке дня стоит главный вопрос: "Что теперь делать с Кринминцом?", —Начал Фрестмон, переплетя пальцы рук друг с другом, —Думаю, будем решать последующие вопросы путëм вытекания одной проблемы из второй.       —Первая проблема: нужно решить, что делать с землями. Уничтожить эти территории мы не можем, там живут люди. Но, наверняка, можем подчинить их себе или даже разделить, —Размышляла Корнелия.       —Нельзя их разделять, у них же уже тут построена семья. Если мы разделим их так, то могут начаться недовольства, —Высказала своё мнение Ван, сидящая рядом с Фрестмоном.       —Что же делать с людьми?, —Поинтересовалась Матриель, —Мы им всё разрушили, людям нужна работа.       —А если забрать магов-солдат в состав основной армии? Они будут сильнее обычных людей, но никогда не смогут одолеть ведьм. Так и построится иерархия новой армии, —Предложил Даоминг.       —Может, устроить лечебный центр из всего Кринминца?, —Неожиданно выдала Фиатель, рассматривая реакцию всех присутствующих, —Горячие источники обладают целебными свойствами, которые будут полезны и ведьмам, и людям. Только, думаю, не нужно говорить туристам о том, что там останки бывшего короля, —Она улыбнулась, —Или, может, стоит. Людям станет интересно, вот они и прибегут к нам погостить.       —Нужно поставить во главу Кринминца человека, которому может доверять и сторона Хризионида и сторона Дитфиаля, чтобы предотвратить возможность ещё одной битвы, —Наблюдая за ребёнком на своих коленях, озвучил важный вопрос Монсгилис.       Маленького Мистиуса было сложно удержать на месте. Он извивался, трогал всё, до чего мог дотянуться. Парень пытался осторожно его успокоить и приструнить, прижимая к себе, но тот всё продолжал воротиться.       Матриель тут же указала пальцем на тихо сидящую в конце стола Йонг, отчего та вздрогнула всем телом, —Йонг — единственный человек на этих землях, кому можно доверять. Тем более, она здесь уже давно живёт и знакома с повадками местных жителей. Думаю, население быстро и даже радостно её примет. К тому же, если она будет стоять во главе государства, —Она махнула на короля и королеву, —Вам же будет легче и удобнее подписывать с ними дружественные договоры.       —Я.., —Неуверенно повторила Мун, опустив глаза в пол.       —Никто не справляется со своими делами лучше, чем помощник королей, —Улыбнулся Фрестмон.       —Но... Мне понадобится помощь. Одна я не справлюсь.       —Фиатель всегда мечтала стать приближëнной какого-нибудь правителя. Думаю, вам вместе будет весело, —Усмехнулся Даоминг, —К тому же, по счастливой случайности, она тоже из Кринминца и тоже осведомлена о традициях колдунов.       Девушка толкнула свою мать в бок, обращая на себя внимание с широкой улыбкой на лице, совсем не стесняясь выставлять свою кандидатуру.       Йонг слабо улыбнулась, подняв взгляд на правителей. И, громко выдохнув через нос, кивнула, —Хорошо. Я побуду на этом посту, пока не найдётся кого-то лучше.       —Подпишем пару договоров, раз мы начинаем постепенно всё решать, —Предложил Фрестмон, взяв себе под руку чистый лист бумаги.       После короткого времени ожидания он положил листок ближе к Корнелии, которая тут же его подхватила себе. И улыбнулась, —Я ещё никогда не подписывала такие короткие и простые документы.       —Раньше заполнением пустого пространства в бумагах красивыми и даже непонятными словами занимался Мистиус. Но, раз теперь он не в состоянии заниматься своими делами, думаю, пришла эра коротких и понятных документов, —Усмехнулся король.       Остальную часть заседания Монсгилис пропустил, потому что ребёнок на его коленях начал громко плакать и размахиваться руками.       Почти всегда обретëнный сын Гостельери успокаивался, когда его клали в кровать и ложились рядом, сложив на него руку. Похоже, когда он видел рядом своего родителя и чувствовал, что тот рядом, то сразу же успокаивался.       Монсгилис положил голову на ладонь, рассматривая внимательные глаза, которые смотрели на него в ответ, —Хорошо, давай разберëмся раз и навсегда с твоим именем. Если что-то из перечисленного тебе понравится — сожми мой палец.       Он бы никогда не подумал, что выбирать имена будет так сложно. Иногда ему казалось, что некоторые родители совсем не волновались по этому поводу, называя своих детей так, как палец упадëт в текст, собирая из раскиданных букв в словах необычные имена. Долго ему в голову ничего не приходило. А когда он начинал размышлять и пытаться придумать имя самостоятельно, то он сам себя расстраивал, понимая, что ни одно из тех, что было у него в голове, ему не нравилось.       В шутку он назвал имена всех своих друзей. Матери, Королевы, Короля, да всех, кого знал, сократил своё до первых четырëх букв, как его обычно называли родные. Даже вспомнил как его прошлая версия называла свой дух, который в нём был. На это имя он лишь широко раскрыл глаза, но ничего не сделал. У Монсгилиса как-то язык не поворачивался назвать имя "Мистиус", но очень хотелось увидеть реакцию на неё. Но его останавливала параноидальная мысль о том, что, услышав его случайно однажды, он сможет запомнить его на всю жизнь.       —М... Мм, —У парня уже голова болела столько думать, —Ма-а-айри?, —Неуверенно предложил он.       Ребёнок сжал палец родителя в своей маленькой ладошке.       Тот подпрыгнул на месте от счастья и понимания, что он может прекратить думать, —Майри? Тебе нравится Майри?       Малыш подвёл его палец к своему лицу, собираясь зажать между маленькими зубами чужой палец.       Монсгилис быстро и аккуратно отдëрнул от него свою руку, радостно воскликнув, —Майри Гостельери! Теперь ты наш новый член семьи, —Он наклонился к маленькому лицу, щекоча его выпадающими прядями из-за ушей, и тихо сказал, —Секрет твоей личности останется между нами. Для всего мира ты умер как два дня назад. Но для меня ты стал смыслом всей моей жизни. Нас ждёт долгое и интересное приключение по тропе жизни. Надеюсь, что я не подведу ни тебя, ни народ, и выращу из тебя доброго человека.       Он замолчал, улыбаясь уголками губ, видя, как тот воротил нос от его локонов, —Наверное, странно говорить это всемирному врагу, —А после он тут же добавил, —Это всё в прошлом. Никакой ты не злодей. Сейчас ты всего лишь малыш, требующий к себе внимания и ненавидящий комнаты, полные незнакомцев.       —Играетесь?, —С порога в комнату спросила ведьма.       Монсгилис тут же подскочил на своём месте, отодвинувшись от Майри как можно дальше, чуть не упав с края кровати.       Женщина посмеялась, подойдя к ним поближе, и присоединилась к мальчикам, —Нет ничего постыдного в том, чтобы проявлять любовь к своему чаду на публике.       Её сын присел рядом с ней, переведя взгляд с ребёнка на неё.       —Как дела у Мисти—       Монсгилис тут же её перебил, —Его зовут Майри. И у него всё хорошо. Он просто устал от людей.       Матриель коротко кивнула, —Ты всё это время хотел у меня что-то спросить, но я вечно была в делах. Что ты хотел узнать?       Из головы парня тут же вылетели все заранее подготовленные вопросы, но всё же главный из них он не мог забыть. Он переложил ладони на ноги, —Когда мы с Мистиусом только оказались в катакомбах, он сказал, что не хочет драться. Он требовал, чтобы я рассказал ему, где мы прячем Святой дух. Я не понял, что он имел в виду и прямо так и ответил. Я не понимаю что это. Мы не используем слово "Святой", это же относится к религии людей. У нас из духов есть только лесные существа.       Ведьма улыбнулась, рассматривая негодование на его лице, —Знаешь, на самом деле когда-то давно ведьмы называли лесных духов Святыми. Но лишь потому, что они несли за собой свет на разные сферы жизни.       —Почему же их стали называть лесными?       —Ох, ну..., —Задумалась женщина, пытаясь вспомнить все детали дела прошедших лет.       —Матриель, дорогая, мне нужно, чтобы ты кое-что для меня сделала, —Попросила Корнелия, забежав в одинокую комнату, в которой находилась ведьма, сидя в кресле.       —Что угодно, Ваша Светлость, —Тут же кивнула женщина.       Королева подошла к своей подчинëнной ещё ближе, вложив ей в протянутые руки книгу, —Спрячь вот это, пожалуйста.       Матриель удивлëнно поворачивала не виданный до этого предмет, —Книга духов?       —Да.       —Но, чтобы впитывать в себя магию, люди должны видеть то, чему они поклоняются и верить в это, —Не понимала лесная ведьма.       —Пожалуйста, спрячь книгу так, чтобы ведьмы продолжали её видеть, чувствовать и поклоняться ей. И не говори мне, где конкретно она будет. Я доверяю тебе.       —Могу я спросить зачем это делать?, —Осторожно поинтересовалась её помощница.       —Мне кажется, что книгу пора прятать. В последнее время я доверяю своим приближëнным всё меньше. Кроме тебя. Ты меня никогда ещё не подводила и заслуживаешь моего полного доверия.       —Вы про Мистиуса? Он снова неадекватно себя ведёт?       Королева неуверенно кивнула, —Мне совсем не нравится его поведение. И я боюсь, что однажды он положит глаз на книгу с могущественными возможностями. Он всё чаще начинает говорить про то, что ему нужно больше власти и помощников. Нужно на всякий случай спрятать книгу. Надеюсь, что мои волнения напрасны. Но новое местоположение такой сильной магии не помешает.       Матриель долгое время ломала голову над тем, куда же спрятать книгу так, чтобы никто её не замечал, но в то же время к ней можно было прикоснуться и даже обратиться. В её голову совсем не приходило никаких мыслей, лишь вопрос: возможно ли это вообще? Ещё сильнее она боялась её повредить при транспортировке.       Для неё было большой удачей даже видеть эту книгу, что уж говорить о том, чтобы решать её дальнейшую судьбу.       Испокон веков каждый правитель ведьм вписывал в неё духа, который жил вместе с ним и даже помогал в правлении народом. А ещё туда были вписаны духи главных приближëнных королей и королев. И так случилось, что там были собраны сотни духов. Почти все разные, но похожие друг на друга.       Последняя запись принадлежала королеве Корнелии, как последней на данный момент правительнице.                   Попросив разрешения у Корнелии полистать книгу перед тем, как спрятать её, она узнала, что их королеве покровительствовал дух огня и Жизни — Фелита.       И тут простому солдату выпала честь перенести её куда-либо? Звучало как вздор.       Но однажды ей в голову пришла мысль, куда же спрятать источник стольких знаний и опасностей. Она закопала её в землю. На месте которой посадила дерево, за которым ухаживала каждый день. И однажды оно проросло в гигантское и высокое дерево с широкой кроной листьев. Возле которой ежегодно проводились праздники Жизни.       Матриель долгое время молчала, а потом решила продолжить рассказ с лëгкой ухмылкой на лице, —Монсгилис, твоя мама была очень одинока после восстания. У неё не осталось больше никого из близких. Она месяц, может, два, больше не видела смысла в своём существовании, уйдя в отставку со службы королеве. И в один день её озарила мысль: она сама может сделать себе нового любимого человека. Целый год у неё ушёл на раздумья о том, как же это сделать. Три года — на сборы камней, их полировку и видоизменение под части тела. Ещё два — на жалкие попытки воссоздать это в жизнь. И, в конце концов, собрав конструкцию из горного хрусталя, который выдерживал в себе силу и внутреннее давление магии, она пришла к дереву, где жили духи. И попросила их помочь ей создать новую сущность. Ей отказали все, сказали, что это безрассудно и глупо. И лишь один дух согласился помочь, превратив безжизненную груду камней в самого настоящего и живого мальчика.       Монсгилис некоторое время молчал, изумлëнным взглядом осматривая свою маму, которая с улыбкой вспоминала этот день. У него просто не было слов. Что-то больно кололо сердце и отчего-то так сильно свербело в носу, отчего он смешно сморщил его.       —Ну-ка соберись, —Со смешком Матриель приударила его в плечо, —Ты, вроде как, подготовил мне вопросы, помнишь? Это было отступление, которое я посчитала нужным рассказать.       Парень с улыбкой попытался собраться, прикрыв глаза, —Мне ещё было интересно откуда появляются бесы.       —Никто не знает точно, но ходят поверия, что бесы — бывшие лесные духи. Что духи могут меняться в худшую сторону, когда им что-то не нравится: например, их насильно где-то держат или не дают вернуться обратно домой. Тогда они меняют свои добрые помыслы и рассеивают по свету тьму. Духи — существа двоякие. Если делаешь им хорошо — они отблагодарят тебя. Сделаешь плохо — накажут. Может, даже убьют.       —А как становятся бывшими ведьмами?       —Ох, —Женщина опустила глаза в пол, —Когда ведьма совершает аморальные поступки, духи могут её покинуть, забрав с собой все магические силы. К сожалению или счастью, мы не в силах держать духов в себе. Они приходят, когда захотят, и могут покинуть нас в любой момент, если посчитают нужным. Мы не можем их остановить. По большей части в ведьм не вселяются духи, они лишь отдают часть своих сил нам. Честь иметь дело с духами предоставляется далеко не каждому. Я бы сказала, что основная часть населения имеет дело с веточками, которые исходят от самого духа. Как бы не совсем дух, но силы и потенциал точно такие же.       —Значит ли это, что у каждого духа две стороны: положительная и отрицательная?       Ведьма кивнула, —Такое вполне себе можно сказать.       —Какой дух достался Мистиусу?       —Его имени в книге не было вообще. Поэтому, нам остаëтся лишь догадываться. Или дождаться, когда он подрастёт. Может, вспомнит что-нибудь из прошлой жизни.       Монсгилиса распирали двоякие чувства между тем, радоваться ли тому, что Майри мог вспомнить прошлое, или же нужно печалиться, —Я надеюсь, что он не вспомнит. Это же разрушит всю его нормальную жизнь.       Матриель кивнула, понимая ход мыслей своего сына, —Мы можем попытаться предположить, что это за дух. Какие у него были основные атаки и цвет магии?       —Он.., —Парень начал прокручивать весь бой у себя в голове, пытаясь выделить особенности ударов, —Он часто пытался меня заморозить. А его дух — огромное, наверное, двухметровое или выше существо светло-синего цвета, от которого отлетали снежинки.       —Может, дух авторитарности и соперничества, —Задумалась Матриель, —Знаешь, Монс, в мире так много духов, что это может быть что угодно.       —Ох, —Расстроился тот, громко выдохнув, —Можно ли как-нибудь выселить беса из тела? Какие-нибудь заклинания, ритуалы?       —Ведьмы быстрее умирали от силы бесов, чем успевали понять, как разделить своё тело с душой от них.       Юноша своёл брови к переносице, с опаской спросив, —А мне какой дух достался?       —Ну, исходя из того, каким стал твой характер в последнее время: ты не вспыльчивый, как свеча, не такой эмоциональный, как раньше, и не спрашиваешь у меня как поступить в той или иной ситуации, я бы сказала, что тебе достался дух рассудительности и спокойствия, —С улыбкой предположила его мать, —Но тебе самому нужно будет с ним познакомиться и понять, отвечает ли он за это, или за другие вещи.       Светловолосый кивнул, —Можно спросить, как ты познакомилась со своим мужем, и чем он тебя зацепил?       —Ох, этот ублюдок, —Смеялась Матриель.       Романтические отношения Матриель и Тетсуи начались неожиданно. Для каждого из них.       —У нас будет показательный бой через три недели для ведьминской делегации. Ты стоишь со мной в паре, —Неожиданно доложил только что вернувшийся на тренировки Веймин, заплетая на своей голове низкую косу.       —Убедись, что будешь бить не во всю силу. А то у тебя пропадëт твой единственный напарник в рукопашном бою, —Смеялся Тетсуя, опираясь о перила. И, оглядывая недавно пришедших учиться, громко выдохнул, —Да и тем более, не понимаю, зачем вообще это всё.       —Ты разве не в курсе о том, что, только сев на престол, молодой король Фрестмон сразу положил глаз на королеву Корнелию?, —Остановившись рядом с ним, сказал старший, так же переведя взгляд на новеньких, смотря, как они кидали друг друга на яркую траву, валяясь там и смеясь, пока учитель пытался собрать их в кучу.       —Он действительно уверен в том, что у него будет возможность начать с ней отношения?       —Увидим, что из этого получится.       —Это ещё кто?, —Выглядывая из-за штор, шëпотом спросил Куросава, указав на трибуны, на которых сидела темноволосая женщина, которую он ещё ни разу до этого не видел.       —Лесная ведьма. Командующая армией Дитфиаля, —Тихо ответил Лань, —Я слышал, что ей около двухсот лет, ко всему этому, она ни разу не была замужем. Соответственно, детей у неё тоже нет.       —Откуда узнал?, —Прячась за шторами, стоя вдали от центра поля боя, поинтересовался младший.       —У меня свои связи, —Усмехнулся Веймин, кивнув обратно в толпу.       Русоволосый обратно отодвинул плотную ткань, за которой они прятались перед своим выходом.             Увидел возле неё Ван, с которой красивая незнакомка дружелюбно беседовала, улыбаясь. Выглядела она так необычно для их краëв. Чëрные кудрявые волосы, с зелёными глазами и губами, почти что в доспехах. И, остановив на ней взгляд на пару секунд, Тетсуя неожиданно спросил, —Думаешь, у нас с ней что-нибудь получится?       Лань ответил не сразу, —... Думаю, за все её двести лет у неё была куча достойных ухажëров, и ты среди них никак не выделишься, уж извини.       —Но при этой куче ухажëров она ни разу не была замужем, —Отметил тот.       —Союз человека и ведьмы? Это что-то новое для нашего мира.       Тетсуя подумал, что хотя бы в женитьбе станет лучше Веймина — женится на ведьме. Завоюет её внимание и любовь, пока тот будет жить с обычной дамой из людского рода. Хотя бы как-то он сможет выделиться и, может, даже показаться в чëм-то лучше него.       —Удачи.       Их бой проходил точно так же, как они и тренировались все три недели. Минуту славы получил каждый из них. Каждому досталась возможность в какой-то момент взять верх над напарником и показать свои сильные стороны.       Но вот бой на мечах у них пошёл не совсем по плану. Так уж получилось, что тренировочных безопасных моделей у них не осталось, из-за чего парням пришлось брать настоящие заточенные под самооборону и даже убийство при достаточной силе оружия.       —Ты себе сейчас пальцы отрежешь, —Хрипел Тетсуя, ощущая, как к его горлу прижали холодный метал тыльной, более тупой стороной.       —Это лучше, чем перерезать горло другу. К тому же, может, с такой травмой меня отстранят с моей должности, —Тихо размышлял Веймин, сидя на нём сверху, сжимая острую сторону меча между своих пальцев, чувствуя, как лезвие входило ему в кожу.       Почувствовав вперемешку с холодом льющиеся горячие капли, Куросава не выдержал и ударил сидящего на нём в подбородок, отчего тот на секунду ослабил хватку. Но даже и этого времени Куросаве хватило, чтобы проскользнуть руками под меч, выбивая его из рук нападающего, оставляя его полностью безоружным.       Лань перекатился в сторону, быстро встав с корточек.       Тетсуя грозно приближался, держа свой меч наготове, —Я бы сделал всё, чтобы ходить с твоим титулом "лучшего мечника" Академии, —Он замахнулся, оказавшись достаточно близко к противнику.       Веймин с разворота ударил его стопой по скуле, заставив того поджаться, закрывая лицо руками.             Светловолосый вынул меч с его рук, кинув в противоположную сторону от своего. Теперь они были полностью безоружны, —Так сказывается на тебе твоё безымянное происхождение. Ты не осознаëшь какие за этим могут быть последствия.       Они одновременно столкнулись друг с другом, сдерживая яростные кулаки, летящие на них, —Я выходец древнего и очень важного клана в стране. На мои плечи пало бремя защищать честь семьи, даже после распада политического строя, при котором населения делились на кланы и группы. То же самое падëт и на моих детей. Зачем тебе такие проблемы?, —Веймин резко отскочил назад, потянул на себя одну из его рук, поставил свою ногу вбок от него, перенеся на неё весь свой вес, и уронил Тетсую, отчего он чуть ли не падал, лëжа на чужой ноге. Лань замахнулся второй рукой и локтëм ударил его в грудь, откинув тело на мат.       Драка их была ожесточëнной. Уровень подготовки у них был одинаков. Но Веймин засчëт дополнительных тренировок всё равно выигрывал в выстраивании новых планов нападения и выкручивания из захватов злых рук, что постоянно пытались его обездвижить или задушить.       В особо опасных ситуациях бил ногами, выводя нападающего из возможности нападения. Но совсем ненадолго. Просто чтобы перевести дух и придумать, что делать дальше.       Один из таких ударов Тетсуя отбил. Более того, вывел её в такую степь, что смог ею воспользоваться и обезвредить Веймина его же ударом, схватив того за ногу ладонью, и завëл свою стопу ему под колено, с грохотом повалив на пол.       Их разговор стал началом импровизационных действий боя. После того, как они стали разговаривать прямо на показательном выступлении, они сбились со всего того детального плана, который разрабатывали на каждую секунду времени, что им выделили.             Поэтому это более не было выступлением. А настоящим боем двух мировоззрений.       —Я всегда хотел быть как ты. Понять, почему же ты такой идеальный. Узнать почему же я так плох во всём, за что берусь. В чëм же наше различие, если мы всё делаем одинаково?, —Надавливая ему на плечи, заставляя неподвижно лежать, продолжал тихо говорить Куросава.       —Ты не хочешь быть похожим на меня. Ты хочешь стать мной, —Шептал Лань, схватив его за лицо, подтягивая ближе к своему.       Тетсуя смотрел на его покрасневшее от физических нагрузок и напряжения лицо. Впервые он мог наблюдать за тем, как Лань находился в беспомощной ситуации. Впервые наблюдал за тем, как он был на грани поражения. На грани победы самого Тетсуи. Русоволосый так волновался. Он был так близок к победе, но одновременно от неё так далëк. Хотелось возрадоваться тому, что великий мечник Лань потерянно лежал под ним и не мог выбраться из-под его мышц, бессмысленно глядя тому в испуганные глаза.       —Я.. Я сам положу начало династии своей семьи.       —Какую большую ответственность за каждое мельчайшие действие ты сложишь на плечи своих потомков. Мне их так жаль. Подумай об этом ещё раз, —Веймин поджал колени к себе буквально на секунду перед тем, как заехать ими со всей силы в таз нападающего, ослабляя его хватку. А затем зарядил ему в грудь, отбрасывая в сторону.       Увидев, как Куросава стоял в боевой стойке, ожидая любого удара от человека напротив, старший решил его не дразнить, сразу нападая. Он взмахнул ногой, направляя её тому в бок. Тетсуя смог перехватить стопу, прижав её к себе. В принципе, как и ожидал светловолосый. Именно поэтому следом он схватился руками за его голову, опуская на уровень своей груди, и оттолкнулся свободной ногой от пола, напрыгивая на него, следом нанеся удар коленом по его лицу.       Освободившись от чужих оков, Веймин тут же поймал его прямо перед тем, как тот упал на мат, осторожно положив изученное тело на мягкую поверхность пола.       И обернулся к трибунам, подняв руку вверх. Победа Веймина. Как обычно. Ничего другого Тетсуя и не ожидал. Ему не было обидно ему проигрывать, ведь так заканчивался любой бой с ним. Но ему было приятно, что он не забывал, что врагами они являются лишь на поле боя. И с удовольствием принимал его ухаживания за побитым телом. Лучший мечник Академии никогда не забывал про человечность по отношению даже к самым безмозглым отморозкам мира. Порой это удручало. Вообще, на вопрос почему же именно он вечно стоял с ним в паре, Куросава бы сразу ответить не смог. Потому что одногодки боялись Ланя, видя уровень его подготовки. Потому что он был холоден ко всем, кроме своего лучшего друга. И, наверное, Тетсуя бы сказал, что и сам был рад стоять с ним в паре, потому что, видя его превосходство, он хотел ему учиться и перенять что-нибудь и себе.       Лань осторожно протирал ему лицо ватой, убирая с него льющуюся дорожку крови из носа, когда они переместились на места, которые им заняла Ван на трибунах. Аккуратно проходился по скуле, наблюдая за тем, как дрожат его губы, —Больно? Кажется, я сегодня разыгрался.       —Всё нормально, —Стараясь не смотреть ему в глаза, ответил Куросава.       Затем светловолосого кто-то подозвал к себе, из-за чего ему пришлось откланяться и уйти от них.       Тетсуя молча сидел, раздумывая все те слова, которыми они перекидывались во время боя. Настроения совсем не было никакого. Хотелось прийти домой и лечь под одеяло, ожидая, когда Веймин приготовит что-нибудь вкусное. Или, может, по возвращению остаться на улице и погулять по саду, чтобы освободить свою голову от лишних мыслей. Прямо сейчас ему не хотелось анализировать их поединок. Он желал просто отдохнуть.       —Вам достался серьëзный противник, но Вы смогли дать ему достойный отпор, —Неожиданно возле него открыла рот темноволосая женщина, повернув голову в его сторону.       Тетсуя поднял на неё взгляд, рассматривая её зелёные глаза, —Вы правда так думаете, или я выгляжу настолько жалким со стороны, что Вы просто пытаетесь меня успокоить и приободрить?       —Я говорю, что думаю. От чистого сердца, —Подняла уголки губ гостья, —Тетсуя Куросава?       Парень кивнул, —Матриель Гостельери?       Женщина утвердительно покачала головой, —Будем знакомы.       —Зачем Вы пришли?, —Без стеснений поинтересовался тот.       —Тесу!, —Появилась голова Ван, которая просила одним лишь взглядом его заткнуться.       Матриель махнула рукой в её сторону, чтобы та не обращала на них внимания и успокоилась, продолжая смотреть на следующих выступающих, —Мы пришли посмотреть на ваши военные силы. Перед тем, как заключить союз с вашим государством, Корнелия хотела бы посмотреть, насколько Вы подготовлены к ожесточëнным боям. И, что уж тут скрывать, она высматривает себе защиту, если её солдаты не смогут её защитить. Хочет убедился, что объединение с вашей страной не станет для неё худшим решением в её жизни.       Куросава усмехнулся, кивнув, —Понял. Больше не буду Вас отвлекать.       На следующий день Тетсуя был очень удивлëн, увидев на поле боя ведьм. Он думал, что это будет односторонний показ.       Им досталось место на открытой местности, чтобы никакие преграды в виде стен и потолков не мешали им выкладываться на полную.       Парень с интересом разглядывал их движения, удары появляющимися магическими шарами и мечтательно выдыхал. Вот бы и ему иметь такие силы. Вот бы так же парить в воздухе и вызывать у всех вздохи восхищения, как Матриель вызывала удивление у него.       Оказывается, их выступление делилось на два этапа: с магией и без неё. И рукопашный бой без ведьминских способностей произвёл на присутствующих настоящий фурор. Оказывается, не только магией они могли отстаивать себя и свою честь. Они ещё неплохо справлялись и голыми руками. Пробовали в действии многие удары, которые учили в Академии.       Тетсуя не мог оторвать от неё взгляда. От её внимательных глаз, что следили за противником, поставленным ей в пару. Следил за её вьющимися волосами, которые совсем не мешали активным действиям и переворотам. Ну точно чëрная магия оставаться красивой на поле сражения. И высоко оценил её боевые навыки, смотря за тем, как она за короткий промежуток времени смогла уложить нападающего.       Трибуны молчали, с восхищением рассматривая её серьёзное выражение лица. Тетсуя встал первым, громко хлопая в ладоши, крича, что она отлично справилась.       Женщина поклонилась ему, а затем с ухмылкой помахала в его сторону.       —Что это?, —Шëпотом спросила Ван, подсев ближе к Ланю, как только освободилось место между ними.       —Любовь, —Со смехом ответил Веймин, потянув свою даму за руку, поднимая её со скамьи. Теперь они аплодировали втроём.       Остальные совсем скоро подключились к солдатам.       После того дня, как ведьмы прибыли в Академию, Тетсуя постоянно вылавливал Матриель в её свободное время. Водил её по разным местам не только учебного заведения, но и всего города, беря на себя ответственность за её безопасность и развлечения.       Он много говорил про город, страну, детально описывал каждое место, в котором они находились, а женщина внимательно его слушала. Он давал попробовать ей местные блюда, смеясь с её смешной реакции на некоторую еду.       Вглядывался в блеск глаз, когда они посещали общественные места и просто не мог поверить в то, что она проводила с ним время.       Куросава даже предложил ей зайти в ближайший бутик и примерить местные одеяния. На что она радостно и быстро согласилась.       Видя её в длинной юбке и рубашке с короткими рукавами, парень раздумывал: а правильно ли поступила Вселенная, сделав её ведьмой?                   Человеческие вещи очень ей шли. Даже слишком. В таких одеяниях она совсем никак не отличалась от любого проходящего в толпе человека.       —Он проявлял ко мне множественные знаки внимания. Такого у меня в жизни никогда не было. Я удивлялась такой напористости, но давала шанс проявить себя и попытаться меня завоевать. В принципе, у него это очень быстро получилось. Из-за чего мы даже часто встречались вне работы. Мне в нём больше всего нравилось то, что он никогда не шёл по пути стереотипов. Да, были пару моментов в начале наших отношений, но он быстро откинул от себя такие мысли.       —Я купил тебе брошь. Она похожа на паука. Но именно этим она и напомнила мне тебя. Она такая же магическая и загадочная, прямо как ты. Тебе нравится?       Матриель взяла с рук солдата украшение. Затем сняла с себя шляпу с длинными концами и прикрепила паука к головному убору, вновь накинув шляпу на голову. И с усмешкой спросила, —Как я выгляжу?       —Замечательно. Как всегда. Чувствую себя в паутине паука, что хитрыми путями загнал меня к себе в логово.       Женщина звонко рассмеялась.       Совсем скоро Тетсуя осознал, что гонится за вниманием ведьмы не за тем, чтобы выиграть в споре, в который играл сам с собой, и о котором никто больше не знал. Теперь он старался всё своё свободное время находиться рядом с ней, потому что до беспамятства влюбился в эту необычайную внешность и иностранный менталитет, который хотелось узнать получше.       —В начале нашего общения он часто спрашивал меня из чего я делаю различные зелья и интересовался не сплю ли я в гробу или даже на дереве. Мне было с этого смешно. Но, —Она задумалась, сведя брови к переносице, —Наверное, всё же он покорил меня тем, что желал познакомиться со мной получше. Он брал книги из моего дома и знакомился с моей культурой. Это было очень важно для меня. Мне было важно, чтобы мой любимый человек понимал меня и причины почему я делаю то или иное действие. Это растопило моё сердце. Когда он впервые правильно назвал растение в магическом поле, у меня чуть лицо не треснуло от радости. А когда он оделся на ведьминский лад, так я вообще потеряла голову. И так.. шаг за шагом мы приближались к тому моменту, когда решили быть вместе.       —Матриель, мне кажется, что я уже всё понял, —Лëжа на траве, рассматривая ночное небо с его сияющими звëздами, неожиданно начал парень, —Я запомнил название каждого растения, которое ты используешь для каждого из зелий. Выучил какие травы нужно класть в чайник, чтобы сварить тебе твой любимый чай, узнал как с тобой обращаться при разных эмоциях, разузнал многое о прошлом твоего народа, попробовал все блюда местной кухни и даже влился в ведьминскую жизнь. Мне кажется, я знаю тебя так, как ты не знаешь себя сама. И я очень этому рад. Мне нравится проводить с тобой время и учиться новому. Нравится собирать цветы, делать из них гербарий, изучать ваши народные праздники и пробовать себя в вашей деятельности. Я проникся твоей страной. И тобой. Я хочу всю жизнь быть с тобой рядом. Может, я даже брошу свою работу, чтобы переехать к тебе жить и найду себя здесь, рядом с тобой.       Женщина тут же подскочила с земли, услышав его искренние тихие слова.             Несколько секунд рассматривала его лицо, когда он повернулся в её сторону с лëгкой улыбкой. И тут же накинулась на него с поцелуем, ложась поверх него.       Куросава сложил свои ладони на её спину, пробежался пальцами сквозь волнистые чëрные волосы и остановился на раскрасневшемся лице, целуя в ответ.       Женщина совсем скоро от него отпрянула, сложив свои ладони на его грудь, —Я так рада. В моей жизни ещё не было человека, который бы заставлял моё сердце так трепетать.       —Ты и вправду согласна быть со мной?       —Да, —Тихо и смущëнно ответила та, убирая волосы за уши.       —Даже несмотря на то, что я младше тебя на двести лет? Несмотря на то, что я смертный и могу умереть в любой момент? Ты даже не будешь обращать внимания на то, что я обычный человек, не имеющий никаких сил?       Гостельери сложила ладони на его лице, сжав его щëки. И громко произнесла, смеясь, —Мне всё равно, Тетсуя! Я люблю тебя!       Ведьма долгое время молчала, обдумывая всё сказанное, —Жалею ли я об этом? Нет, вовсе нет. Это были лучшие годы в моей жизни. Но он сам выбрал свой путь, поэтому мы больше не вместе. Я сама была удивлена, когда он впервые заговорил о том, чтобы переехать. Я отказалась, не хотела уходить от своих корней в незнакомое место, где меня никто не ждёт. И поэтому он молча без ссор ушёл. Забрав нашего сына себе, оставив прощальную записку на столе. Когда я это рассказываю, у меня такое чувство, словно это было в прошлой жизни.       —Мне тебя очень жаль.       —Не надо меня жалеть. Такова моя жизнь. Может, я тоже в чëм-то виновата.       Настала пора расходиться. Больше не было смысла здесь задерживаться. Многих солдат ждали домой, некоторые просто устали от гостеприимства, а кого-то ждала работа в родном краю.       Женщины-помощницы правителей собрались тихонечко попрощаться, буквально обменяться парой слов или даже взмахами руки, в то время как их дети влетели друг на друга, прижимаясь к соседним телам так сильно, как только могли. И крепко обнимались, не желая отпускать друг друга.       Их мамы лишь тихо посмеивались, но не мешали столь эмоциональному расставанию, словно на долгие тысячелетия.       —Встретимся через неделю?, —Встав на цыпочки, спросил Монсгилис, осматривая лица его дорогих друзей.       —Думаю, нам всем понадобится недельки две, чтобы привыкнуть к новым должностям, —С ухмылкой ответила Фиатель.       —Тогда встретимся в то же время в том же месте через две недели! Правила не забываем: кто опоздает — тот приносит подарки.       —Готовьтесь нести букеты цветов, —Со смехом угрожал Даоминг.       Каждый разошёлся своим путём. По возвращению в город Монсгилиса встречали как национального героя. Все бросались к нему на плечи, что-то дарили и постоянно говорили слова благодарности и комплименты, адресованные в его сторону. В который раз он убедился, что слухи среди ведьм разносятся быстро.       Ему было очень приятно, что окружающие его люди начали обращать на него внимание и теперь даже жаждали подружиться с ним и узнать его получше, но он был дико смущëн, что столько много людей хотели с ним пообщаться в один момент. Но парень не хотел знакомиться со всеми подряд.       По правде говоря, совсем не хотел пересекаться с незнакомцами. Ему хватало его двух друзей, матери, сына и ещё пару знакомых, которые заменяли ему всё общество. С ними он чувствовал себя комфортно. Больше ему никто не был нужен.       Тогда он и понял, что больше не желает столько внимания к своей личности. До него дошло, что желание стать человеком, как-то выделиться среди основной толпы и стать героем — было неправильной мечтой, за которой он так долго и упорно гнался. Он осознал, что больше не хотел пытаться угодить окружающему ему обществу. Он понял, что жить нужно так, как хотелось ему, а не по каким-то заранее расписанным законам жизни и отдельных государств.       Теперь перед ним встала другая цель — воспитать сына. И он уйдёт в эту работу с головой. А ещё, может, найти себе какое-нибудь увлечение или работу мечты, выбирая это всё по своим внутренним ощущениям, а не слушая, что ему говорят другие?