Часть 1

Этот мужчина не был нежен со мной, наоборот, был напорист и грубоват. Он хотел подчинить, обуздать меня, но я редко сдавалась ему в плен. Моё неявное сопротивление распаляло мужчину ещё больше, разжигая в его глазах настоящий огонь. Он, рыча, сжимал моё тело до синяков и, целуя, прикусывал мою нижнюю губу. Иногда руки мужчины могли нежно гладить мою грудь, тогда как его рот впивался в неё, языком перекатывая горошины сосков, посасывая её так интенсивно, что я в миг оказывалась на грани оргазма. Я не отставала — кусала его в ответ, оставляла на плечах и шее засосы, царапала ногтями его сильную спину, исследовала пальцами тело, чтобы отыскать все чувствительные места. Иногда мои шаловливые руки добирались до члена мужчины, чтобы сжать, приласкать, надавить. Тогда у него словно отказывали тормоза в желании добраться до сладкого. Несколько быстрых движений, взгляд глаза в глаза, член оказывается у входа в моё влажное лоно и… я просыпаюсь. Обычно не встаю пару минут, лежу с закрытыми глазами, пытаясь поймать продолжение моего горячего сна, но, увы, он уже растаял в первых лучах утреннего солнца. Я не знаю, кто мне снится, но кажется, что мы с этим мужчиной знакомы. Я не помню его лица, но помню тело на ощупь, помню тёмные, практически чёрные глаза, в которых отражается пламя. Жаль, что его на самом деле не существует. Но как бы ни хотелось поймать свой эротический сон за хвост, пора было вставать. Дела не ждут. Потянулась, сгоняя с себя остатки сонливости, резво вскочила с кровати и быстро направилась в ванную готовиться к новому дню. Возбуждение бесследно исчезает в том же направлении, куда ушёл сон. Завершив свой утренний ритуал, выхожу из ванной, надеваю рабочий комбинезон, улыбаюсь своему отражению в зеркале и отправляюсь в сад. Под ногами шуршит гравий, а я иду в оранжерею, чтобы подготовиться к открытию своего цветочного магазинчика. Войдя внутрь, я подхожу сначала к кустам белых роз и разговариваю с ними о том, что завтра состоится свадьба и мне нужны цветы для украшения и свадебного букета. Поэтично описываю, как прекрасно они будут смотрется в нежых ручках невесты вместе с бусинками и стразами, насколько раскошно будет цветочное убранство и всё в таком духе. Кустам явно нравится услышанное, и они благосклонно принимают мою магию, чтобы к завтрашнему дню на них образовалсь как минимум по двадцать прекраснейших белых роз. Потом срезаю с них примерно штук пятнадцать цветков, обещая, что все они окажутся в надёжных руках. От белых роз перехожу к красным, и история повторяется лишь с тем отличием, что я выражаю искренее восхищение этому символу страсти и любви. Можно было бы все кусты молча кормить магией, но я заметила, что после моих речей цветы воспринимают её лучше и цветут гораздо охотнее. Всем им хочется, чтобы их недолговечные жизни прошли не зря: чтобы «дети» гордо украшали самые лучшие вазы, чтобы ими любовались и восхищались. Я обещала им это, но кроме обещаний рассказывала, куда попали те или иные букеты. Это дарило кустам цветов надежду и радость, поэтому они охотнее воспринимали мою магию и украшали себя хрупкими бутонами. Ушла из оранжереи с охапкой роз, которые отправились в шкаф со стазисом. Обычно к концу дня эта охапка уже заканчивалась и нужно было срезать свежие розы. После роз в шкафу появились небольшие охапки пионов, лилий, гербер и хризантем. С ними я тоже разговаривала как и с розами. Остальные цветы оставались цвести в саду. Их я срезала если человек хотел при помощи цветка отправить какое-либо послание. Тогда я покидала прилавок и шла срезать нужные мне цветы, но такое случалось редко, поэтому этими цветами любовались лишь редкие посетители моего сада. Когда со срезкой было покончено, я принималась за рассаду — грела магией семена и черенки, а потом рассаживала их по горшкам и ящикам. Потом, опустив пальцы в землю, заряжала её магией, одновременно с этим пела песенку и представляла, что у меня зелёные пальцы, как у мальчика Тисту из книжки. Когда семена прорастут, а черенки укоренятся, я помогу цветам распустится. Тогда эти горшки и ящики отправятся в зелёный уголок, чтобы заменить распроданный товар. В горшках у меня росли кактусы, монстера, денежное дерево, алоэ, фиалки и бегонии — комнатные растения нынче были в почёте. А в ящиках росли бегонии, петунии, анютины глазки и незабудки. Цветы из них можно было пересадить на клумбу, но покупатели чаще ставили их в красивые подвесные ящики у своих окон и балконов. Закончив с садом, довольная собой и магически опустошённая, отправляюсь на кухню, чтобы позавтракать вместе со старой ворчливой служанкой Эльдой, которая строго следила за моим режимом питания и была недовольна тем, что я сначала работаю в саду и только потом шла завтракать. Однако мой здоровый аппетит и любовь к её выпечке смягчали упрёки этой суровой женщины, что напоминала мне родную бабушку. Покончив с пышным омлетом, я приступила к чаю с булочками, наслаждаясь каждой минутой моей второй жизни. Всё так и есть — я теперь та самая пресловутая попаданка, как в набивших оскомину книжках. Только в отличии от главных героинь в моей жизни за эти пять лет ничего великого не происходило: я не попала в магическую академию, не влюбила в себя какого-нибудь правителя, не получила тайных знаний и умений, и тем более, не занялась прогрессорством. Плюшки мне этот мир, конечно, выдал. Например, не надо было учиться языку и чтению, немножко магии тоже отсыпали, хотя бывшая владелица этого тела была сильным магом. Живу тихо мирно, содержу цветочный магазин и вижу эротические сны почти каждую ночь. Стала попаданкой я по собственной глупости. Это сейчас понимаю, что какой же надо было быть дурой, чтобы попытаться предотвратить ограбление. Я работала в цветочном магазине флористом, и однажды в него ворвался очень неадекватный парень и, угрожая ножом, потребовал все деньги из кассы. Я попыталась сопротивлятся, и он просто пырнул меня ножом в область сердца. До сих пор помню эту боль, запах и вид крови. Сознание меркло медленно и мучительно, я не хотела умирать. Когда свет померк, начало казаться, что вокруг меня клубится тёмно-серый туман. Он в одно мгновение стал вязкий как кисель, казалось, ещё немного и я растворюсь в этом тумане, став никем. Однако через пару мгновений всё исчезло, а я резко открыла глаза и рвано выдохнула. Спасли? Я в больнице? Что-то не похоже — ничего не болит, капельниц и проводов нет, да и окружение совсем не больничное. Внутренние ощущения странные, но, в целом, чувствую себя здоровой. Села, осмотрелась. Да, я не в больнице, а в какой-то тёмной комнате. На окне плотные шторы, и сквозь щёлочку проник единственный лучик света, в котором танцевали золотистые пылинки. Встала, подскочила к окну и раздёрнула шторы. На улице светило яркое солнце, освещая явно запущенный сад. Обернулась, чтобы посмотреть комнату — красивая, светлая, но совершенно нежилая и неуютная. Все предметы кроме кровати и туалетного столика в чехлах, на полу пыль, а в самом дальнем углу небрежно брошены три чемодана и раскрытый саквояж. Подошла к столику и увидела в отражении зеркала себя в длинной ночной рубашке. Удивлённо вскинула брови и пощупала то место, куда предположительно попал нож. И ничего не обнаружила, даже шрама не было. Пребывая в некоем ступоре снова осмотрела себя в зеркале, но ведь это точно я — те же карие глаза, коса каштанового цвета и родинка на щеке на месте, и небольшое бледное родимое пятно, похожее на ровный овал у основания шеи тоже. Только на безымянном пальце тонкая полоска светлой кожи, которой у меня никуда не было. Как будто я носила кольцо и совсем недавно его сняла. Именно эта маленькая деталь помогла осознать, что, вероятно, тело это не моё. А просто точная копия или двойник, а это значит, что я всё-таки попаданка. Самое странное, что это понимание вообще не вызвало никаких эмоций. Ну, разве что стало жалко себя прошлую на мгновение и удивление, что вообще наградили новой жизнью, а не сослали в никуда за такую глупую случайную смерть. Значит, надо понять, куда я попала и каким человеком стала. Окинула взглядом столик: расчёска, маникюрный набор, три флакона из тёмного стекла и потрёпанная книжка в красном переплёте с металической закладкой. Открыла её, а это оказался дневник, закладка как раз была установлена на последней записи в нём: «… без магии я никто, мне суждено сгнить в этом чёртовом захолустье, в этом проклятом доме моей прабабки. Если у меня есть право выбора, то я уже его сделала… в пользу смерти». Далее девица подробно описывала какой-то состав, который ей поможет, а также упомянула, что её всё-таки пробрал мандраж, и она выпила какое-то адское успокоительное в лошадиной дозе, чтобы «не отвлекаться». Мда, душевных сил, чтобы жить дальше и построить жизнь заново у человека не было, а на то, чтобы лишить себя жизни, были. Хотя это очень сложный вопрос, я бы выбрала жизнь — смерть всё равно рано или поздно придёт за нами, иногда она ходит совсем рядом. Перелистнула страницы дневника в самое начало — имени его хозяйки не было. Однако узнать, чем она жила и дышала хотела, поэтому села на широкий подоконник, где было светлее всего и погрузилась в чтение. Описаний событий из жизни было мало, большую часть дневника занимали теоретические выкладки, рассчёты и жалобы на то, что очередной магический эксперемент провалился. Я поняла, что девушка была одарённой и обладала огромным магическим потенциалом, причём следила за ним и постоянно ходила на измерения, наблюдала за развитием. Сложно судить об её уме, но характер хозяйки этого тела вызывал неоднозначные чувства. Родителям не очень её нравилось увлечение наукой, они считали, что самое лучшее, что может произойти с их дочерью — это не поступление в университет, а удачное замужество и несколько внуков. Мама вообще постоянно ездила по ушам, ставя в пример старшую сестру Веронику, которая и мужа богатого отхватила и троих прекрасных детишек родила. Поэтому девушка избегала появлятся дома, чтобы поменьше слушать наставление своей родительницы. И вот однажды, появившись дома, она узнаёт, что уже помолвлена, причём каким-то особенным способом. Я толком не поняла, но, похоже, что помолвку невозможно растрогнуть ни с одной, ни с другой стороны. Она там на чём-то была завязана, то ли на магии, то ли на потоках энергии. Возмущению бывшей владелицы тела не было предела, она скандалила, пыталась как-то надавить на родителей, но те разводили руками, мол нерушимая же, так жених захотел. Три дня девушка изливала возмущения в дневник, и лишь на четвёртый соизволила узнать имя своего будущего супруга. Как же я смеялась, когда гневные тирады внезапно сменились прямо розовыми мечтами о прекрасном будущем. Жених был богат, хорош собой, магически силён, дракон и глава Тайной Канцелярии. Все мечты были не о супружеской жизни, а о статусе и трамплине, который может дать этот мужчина. Девица мечтала перевернуть магическое сообщество — осуществить какие-то грандиозные идеи, что-то кому-то доказать, и влиятельный муж ей в этом очень, очень сильно поможет. Он ведь обязан! Собственно говоря, эти самые идеи она дневнику не доверила, поэтому не представляю, о чём может идти речь. Однако после личной встречи поток мечтаний снова сменился на гнев и оскорбления. Нет, жених был не против учёбы, он был очень рад, что его невеста — девушка серьёзная и увлечённая, то она собирается заниматься исследованиями в области магии. Именно поэтому он заинтересовался ею и выбрал из нескольких предложенных родителями кандидатур. Однако помочь не сможет. Специфика работы у него не та, и в области, где его невеста хочет сотворить революцию, не вхож. «Да, кого он обманывает!» — писала в дневнике обозлённая девушка. — «Он всё может, если захочет. У него же связи!» Честно говоря, я не понимала все магические теории и расчёты, которые хозяйка тела записала в дневник, однако полагаю, что жених не хотел её обидеть. Возможно, её идеи были в чём-то примитивны и немного наивны, их невозможно было воплотить в жизнь. А бывает и так, что для изменения, пускай и революционного и облегчающего всем жизнь, требуется много подготовительной работы, в том числе и работы с обществом, которое не всегда готово поддерживать такие начинания. Возможно, девушка сама бы это поняла, постепенно двигаясь вперёд и развивая свои мысли, и была бы благодарна, что этот каприз не был исполнен. Тоже самое и с эксперементами — в дневнике было несколько тирад на тему запрета на их проведение. Основной причиной профессора называли неувязки в расчётах и неправильный теоретический подход. Однако девушка всё равно их ставила, и в большинстве эксперементов ничего не происходило, в остальной же части происходило совсем не то, что она ожидала, отчего записи в дневнике становились возмущёнными. «Я же всё правильно посчитала!» — писала девушка большими буквами, словно кричала от обиды и непонимания. — «Так почему же…» Это желание что-то доказать, и поскорее сотворить нечто грандиозное в плане науки, в конце концов стоили ей магии. Однажды ночью, никого не поставив в известность, хозяйка тела пришла в лабораторию, чтобы проверить, а действительно ли при совмещении двух заклинаний получится третье со сомещённым эффектом, ещё и усиленным. Она ведь опять всё-всё просчитала, на листочке у не всё получилось, а профессор-злыдень не дал добро на эксперемент, потому что видел ошибки и просил сперва пересчитать. Однако девушка опять не стала прислушиваться к этому мнению и отправилась эксперементировать не смотря ни на что. В итоге произошёл взрыв. Усиленные стены устояли, однако лаборатория была уничтожена — всё, что находилось в ней превратилось в прах. Саму виновницу произошедшего нашли целой и невредимой в самом эпицентре взрыва. Одежда была цела, а вот обручальное кольцо рассыпалось в прах. Тогда все посчитали, что именно оно защитило девушку, ведь драконы берегут своих избранниц. Да, тело не пострадало, но магия, которой так гордилась хозяка тела сгорела до тла. Через неделю пребывания в лазарете стало понятно, что резерв больше не восполняется. Провели диагностику и выявили, что магическая аура порвана в клочья, и вряд ли когда-нибудь восстановится. Шансы на это есть, но очень малы. Как только об этом сообщили родителям девушки, которые всё время были рядом после инцидента, их поведение резко изменилось. Посыпались оскорбления, а когда отец вернулся со встречи с женихом разразился настоящий скандал. Оказалось, что не только у хозяки тела рассыпалось кольцо, но и у самого дракона. А это значит, что помолвка разорвана, и возобновить её мужчина не захотел. Причём, не потому, что девушка лишилась магии, а потому что совершенно не следит за своими поступками. — У драконов браки заключаются на всю жизнь, а я не собираюсь становится вдовцом, — заявил глава тайной канцелярии, ставя точку в разговоре с отцом девушки. Поэтому взбешённый родитель вернулся и объявил, что раз не может больше учится, так как нет магии и помолвки больше нет, то домой девушка вернуться не сможет. А на вопрос, как они так могут, мама заявила, что у дочери есть домик, который завещала ей прабабушка. Продать его было нельзя, так как «старая карга» наложила заклятие на семью — если от этого дома избавятся, то весь род лишится магии. Однако у заклятия была и обратная сторона — если кто-то из членов семьи пожелает жить в доме прабабки добровольно и возродит её любимое дело, получит какие-то плюшки. А какие конкретно, естественно, никто не знал. Девушка к такому повороту судьбы оказалась не готова и жить у чёрта на куличках тоже не хотела. Она обвиняла в потере магии и «ссылке» кого угодно, и в конце… придумала нечто, отчего в её теле появилась моя душа. Не знаю, сколько просидела, размышляя о девушке и жалея её. Мне не понять ощущения и чувства, когда ты лишаешься своей магии, но и желание сдатся без боя мне тоже не понять. Хозяйка этого тела казалась мне целеустремлённой, и, попав в такой переплёт, явно могла что-то придумать, как-то измениться. Но спасибо ей огромное за новую жизнь. Я собралась уже покинуть подоконник и отправиться исследовать дом. Как в дверь постучали: — Госпожа Лия, завтрак готов! Ах, вот как меня теперь зовут… — Уже бегу! — воскликнула я и поспешно подскочила к чемодану, чтобы достать какое-нибудь платье. Натянула его впопыхах и направилась налаживать свою новую жизнь.