3 глава. Луна, магазин и купальники

      Как только Перси открыл камин, тот почти сразу вспыхнул зеленым и навстречу ему шагнула Луна с сумкой в руках. Из сумки торчали кое-как набитые туда вещи. Луна ткнула ее Перси в руки и осмотрелась по сторонам с таким видом, будто была не в его гостиной, а внутри египетской пирамиды.       — Одри на кухне, — сказал Перси, но ошибся — ашраи уже вошла в открытую дверь. Вошла и остановилась, крайне подозрительно уставившись на Луну.       — Кто это? — спросила Одри. — Она твоя возлюбленная?       Перси мысленно накрыл лицо рукой: впервые его ревновали, кто бы мог подумать… Почему-то стало неловко и перед Одри, и перед Луной, хотя причин для этого не было. Луна, наоборот, широко заулыбалась.       — Что ты! — сказала она. — Ничего подобного. Я замужем, а Перси — мой знакомый. Возможно, друг, и то я не уверена. У меня низкий уровень социализации, прости, Перси, — добавила Луна. — Но мы, наверное, приятели. Точно не возлюбленные. Я пришла тебе помочь, — перевела она взгляд на ашраи. — Тебе нужна одежда, правильно?       — Я думала, мы пойдем за ней, — все еще недоверчиво ответила Одри.       — Правильно, но чтобы пойти в магазин за покупками, тоже нужно быть одетым во что-то, кроме такой мантии, как у тебя, — уточнила Луна. — Вот я и принесла вещи. Думаю, они подойдут тебе по размеру, а если даже и нет — можно исправить это магией. Примеришь что-то?       Перси взмолился, чтобы Одри согласилась — вдруг она заявила бы, что ни за что не наденет чужое… Ашраи еще раз осмотрела Луну с ног до головы, будто прикидывая, достойна ли та, и наконец кивнула.       — Отлично! — Луна хлопнула в ладоши. — Тогда сейчас выберем тебе наряд! Перси, отдай, — она забрала у него сумку, которую только что вручила, — сделай нам пока что кофе, пожалуйста?       Торчать в гостиной, пока Одри переодевается, он и так бы не стал, и с облегчением удалился на кухню, в который раз за сегодня ставя чайник. На столе, где сидела ашраи, не осталось следов воды, она не рассыпала соль, ничего не изменилось, только в воздухе витал приятный запах, и вновь не похожий на запах затхлого озера или тины. Пахло почему-то жасмином.       Возвращаться в гостиную Перси не спешил, зная, что Луна сама даст знак, и так и вышло — сначала в кухню плавно вплыла гостья, а за ней — русалка. В голубом топе и мини-юбке на тон темнее, в белых гольфах и синих балетках, волосы связаны в хвост, на шее — кулон в виде золотистого полумесяца. Такая Одри ничем не отличалась от человеческой девушки — очень красивой девушки. Перси постарался не опускать глаза на ее ноги, все еще открытые и соблазнительно обтянутые чулками.       — Так я выгляжу как люди? — спросила Одри.       — Прекрасно, — неосознанно брякнул Перси. — То есть… Да, как люди.       — Значит, мы можем собираться в магазин?       Перси кивнул, поправив очки.

***

      Каждая вещь в гараже особняка Пруэттов отныне имела свое строго определенное место. Инструменты висели на перфорированной панели, отсортированные по размеру и типу. Баночки с гайками и болтами были подписаны аккуратным почерком. В центре стоял темно-синий «Ягуар» — ухоженный и отполированный до зеркального блеска. Перси мог перемещаться просто с помощью аппарации, но иногда это было неудобно и поэтому он купил автомобиль.       Одри медленно обошла машину, изучая ее так, как будто перед ней был незнакомый вид водной фауны, и постучала костяшками пальцев по капоту.       — Он мертвый?       — Нет, он механический, — объяснил Перси. — У него есть двигатель.       — Он спит, — уточнила Луна.       Одри нахмурилась, склонив голову набок.       — Мы должны залезть ему в глотку?       — Мы должны сесть внутрь.       Он нажал на кнопку брелка и двери открылись и тихим щелчком. Одри вздрогнула и отпрыгнула на шаг.       — Это всего лишь замок, — поспешно объяснил Перси, и, подойдя к пассажирской двери, открыл ее. Одри подошла медленно и с опаской, но, немного поколебавшись, забралась внутрь. Луна устроилась сзади.       Что-то в этом было даже домашнее — они ехали за покупками… с женой и подругой семьи… почти семейные выходные. Если не учитывать, что еще вчера его жена жила на дне озера.

***

      Перси припарковал «Ягуар» на небольшой стоянке неподалеку от набережной. Прямо перед ними, за невысоким парапетом, лежала зеркальная гладь Лох-Ломонда. По озеру скользили белые прогулочные катера. На противоположном берегу поднимались покрытые лесом склоны.       На набережной пестрели пабы, кафе с разноцветными столиками под зонтиками и сувенирные лавки. Пахло жареной рыбой с чипсами, сладкой ватой и кофе. Повсюду сновали туристы, болтая на разных языках, на лужайках у воды семьи устраивали пикники, а дети запускали мыльные пузыри.       Перси открыл дверцу машины сначала перед Одри; хотел после открыть Луне, но она вышла сама. Одри с интересом оглянулась вокруг, и Перси приготовился, что она будет задавать вопросы, испугается, или, наоборот, радостно побежит рассматривать что-то, но Одри держалась так, как все вокруг, ничем не выделяясь среди людей.       Ей понравилось в торговом центре, что было очевидно заметно, но она не восхищалась шумно, даже головой по сторонам не вертела. А вот носом вертела — далеко не все вещи, которые предлагала Луна, приходились ей по душе. От юбки-макси длиной в пол ашраи отказалась наотрез, заявив, что это жутко неудобно и уродливо, а вот мини-юбка ей понравилась. И мини-шорты. И топ, который открывал живот. Перси не мог перестать краснеть.       Они купили несколько мини-юбок, пару укороченных шорт, два облегающих топа, несколько футболок с принтами, легкий кожаный жакет, кроссовки и сандалии, и все шло сравнительно хорошо, а потом они дошли до отдела, где продавалось нижнее белье. Луна сразу же погрузилась в изучение стеллажей с той же сосредоточенностью, с какой изучала бы редкий вид папоротников. Перси старался смотреть куда-то в потолок и надеялся, что девушки справятся сами — до сих пор справлялись, но Одри вдруг позвала:       — Скажи, какой цвет лучше?       В ушах у Перси зазвенело. Он почувствовал, как жар разливается по шее, и мысленно поблагодарил основателей магазина за то, что здесь было неяркое освещение.       — Одри, это… это очень личный выбор.       Она нахмурилась.       — Но ты же мой муж, и ты должен это оценить. Вот смотри, — она показала ему два комплекта: один — классического телесного цвета, другой — ярко-бирюзовый. Луна, держащая в руках комплект с принтом в виде летающих ключей, задумчиво сказала:       — Мне нравится бирюзовый.       Одри протянула Перси комплект, и он, делая вид, что изучает швы, заставил себя сфокусироваться на ткани, а не на том, как это будет выглядеть на ней.       — Да, бирюзовый лучше, очень… насыщенный цвет.       Как будто ей было нужно его одобрение. Как будто если бы он сказал, что ему нравится бежевый, она бы взяла бежевый.       Одри просияла.       — Тогда берем. И еще вот этот! — она схватила еще один, алого цвета. — Как ты думаешь?       Луна с интересом наблюдала за Перси. Он почувствовал себя абсолютным идиотом.       — Да, тоже… красивый.       Довольно кивнув, Одри бросила оба комплекта в корзину.       Перси думал, что хуже не будет. Они зашли в отдел косметики и аксессуаров, где ашраи выбирала то, что блестит, и приобрела блеск для губ с перламутром, лак для ногтей холодного серебристо-голубого оттенка, несколько простых заколок для волос и солнечные очки с синими линзами, в которых ее глаза выглядели еще более неземными. Все казалось спокойным…       …а потом они добрались до купальников и Одри сняла с вешалки несколько бикини и решила примерить. Луна пошла за ней, а Перси остался снаружи с сумками, заняв позицию у стены. Он наивно верил, что девушки выберут один бикини или решат брать оба сразу (или ни одного, но это было маловероятно) и его участие потребуется лишь чтобы оплатить все, но тут занавеска примерочной отдернулась и Одри вышла к нему. В красном бикини, так что ее молочно-белая кожа казалась еще бледнее, а рыжие волосы — ярче. Встав перед зеркалом, она повернулась, изучая свое отражение.       Перси застыл, не в силах отвести взгляд и пытаясь повторять про себя таблицу умножения, но сбился на «единожды два».       — Как тебе? — Одри повернулась. Перси издал какой-то невнятный звук. Луна явно получала удовольствие от наблюдения за ними.       — М-может… что-то… более спортивное… — наконец выговорил Перси.       — Тебе это не нравится? — разочарованно протянула Одри. — По-моему, мне идет. И так удобно…       — Нравится, — честно признался он. — Просто…       — Он стесняется, — сказала Луна.       Одри вскинула бровь.       — Ты же видел меня вообще без ничего.       — Д-да, — Перси потер шею. — Но я и тогда стеснялся. Обычно люди ходят одетыми.       — Но если продают такие вещи, — Одри оттянула бретельку, — то не всегда ходят полностью одетыми?              — Только на пляже… — у него покраснели уши.       — Ладно, я покупаю, пойду переоденусь, — смилостивилась русалка, грациозно удаляясь обратно в примерочную.

***

      Они вернулись домой только к вечеру. Луна осталась совершенно очарована Одри, пообещала Перси, что обязательно придет еще, поблагодарила за лучшие выходные за все время их знакомства (хотя был четверг) и упорхнула в камин рассказывать впечатления Рольфу с папой. Перси попросил ее не говорить больше никому, но им — он понимал — она расскажет, и не был против, ибо ни Ксено, ни внук Скамандера не были болтливыми.       Солнце клонилось к закату, озаряя гостиную теплым розовым сиянием. Перси устало опустился в кресло; Одри разбирала свои покупки и можно было надеяться, что на какое-то время она будет занята. Потом можно было убрать устроенный ею беспорядок одним взмахом палочки.       — Жарко, — услышал Перси у себя над ухом. Обернувшись, он увидел Одри… снова абсолютно голую.       У него пересохло во рту. Она была слишком красивой, слишком… идеальной, он мгновенно ощутил то самое мучительное желание, которое охватывало все его существо на озере.       — Одри, — хрипло сказал Перси, — оденься.       Не обращая внимания, она уселась на подлокотник его кресла.       — Одри…              — Что? — русалка удивленно моргнула.       Она не кокетничала, понял Перси. Для нее это было нормально. Абсолютно правильно. Конечно, она же жила в озере.       — Люди ходят в одежде, — вымученно сказал он.       — Даже дома?       — Есть правила… — Перси кашлянул в кулак, заставляя себя не смотреть на ее грудь. — …приличия.       — Но ты же мой муж.       — Да, но… — логика у нее была железная. Ему становилось все труднее находить аргументы. — Это все равно… Понимаешь, я могу потерять контроль и напугать тебя. Ты говорила, что какие-то люди пытались тебя схватить, и, — Перси болезненно скривился, — я тоже могу… попытаться схватить.       — Я же знаю карате, — моргнула русалка.       — Я волшебник, — Перси прикрыл глаза. — На меня это не действует. Пожалуйста, Одри, я не хочу тебя обидеть. Если тебе жарко, надень халат, он шелковый и в нем прохладно, — халат тоже выглядел безумно сексуально, но это все же была одежда. Хоть какая-то преграда, хотя в нем она могла выглядеть еще соблазнительнее. — Или футболку, — быстро добавил Перси. — Длинную. Луна тебе дала такую, правда?       — Да, и в них, наверное, не так жарко, — Одри задумчиво коснулась губ кончиками пальцев. — Ладно.       Перси отвел глаза, стараясь не смотреть на ее спину, подтянутые ягодицы и длинные ноги, но краем глаза все равно увидел и его бросило в дрожь. Несколько минут длилась тишина, и он начал понемногу приходить в себя — а потом Одри вернулась.       В его футболке. Темно-синей, без узоров и принтов. Ткань свисала с одного плеча, открывая ключицу, подол заканчивался где-то на середине ее бедер — Одри просто утонула в ней.       В его футболке.       Перси завис — это было намного прекраснее, чем если бы она осталась голой.       — Я нашла ее на полу, — объяснила Одри, слегка потянув за край рукава. — Выпала, когда я открывала шкаф. Она закрывает больше, чем та, что дала Луна, и она пахнет тобой.       Перси не нашел слов. Как он мог протестовать против того, чтобы его жена носила его футболку? Это было… нормально. Интимно, но нормально. Абсолютно правильно. Она оделась и выполнила условие, если бы он потребовал переодеваться, то это было бы нечестно… и ему, наверное, не хотелось, чтобы она переодевалась. Она была такой милой и уютной… У Перси свело живот.       — Хорошо, — собственный голос показался чужим. — Тебе идет.       Одри торжествующе улыбнулась.       Она русалка, напомнил себе Перси. Он знает ее всего один день — почти два, но это неважно. Он не может чувствовать себя так, будто знал ее всю жизнь. Она фейри и может передумать быть его женой на следующее утро — всем известно, что фейри бывают непостоянными, Дивный Народ не страдал человеческими условностями.       — Я пойду разберу остальные вещи, — сказала Одри. — А ты, может, сделаешь мне еще того горького черного эля?       — Кофе, — машинально уточнил Перси.       — Кофе. И я хочу есть.       Перси прикинул содержимое своего холодильника, понял, что половины бутылки йогурта и двух яиц Одри не хватит и сказал:       — Я закажу пиццу.