глава 1

Каролина бежит по тёмному коридору и вдруг падает, споткнувшись о подол длинного изумрудного платья. Слёзы отчаяния стекают по щекам, она всхлипывает и прикрывает лицо руками. Кажется,что всё. Это конец. Выхода нет и быть не может. Она убирает руки от лица и поднимает голову: перед ней огромная железная дверь. Встав, она тянет её к себе, и та с тяжестью отворяется. Каролина оказывается в тёмном помещении. Откуда-то пробивается свет и ей удаётся различить мужской силуэт напротив. Тот сидит, прислонившись к стене, прикрывая лицо руками. Каролину что-то тянет: она подаётся вперёд и неспешно опускается перед ним. Мужчина в белоснежный рубашке убирает руки и Каролина видит, что у него отсутствует лицо, вместо него лишь пустота. Она содрогнулась, в ту же секунду рубашка мужчины пропитывается кровью, и Каролина обнаруживает нож в своей руке. В ещё большем испуге она откидывается назад и кидает нож на пол. Мужчина тут же исчезает... *** –Скоро приезжает Саймон,–Каролина встала рядом с Боэль, обнимая себя за плечи, пока та настраивала радио, –Представляешь, я никогда в жизни его не видела. –Правда?–Боэль нахмурила брови и сделала музыку громче,–прекрасная жизнь! Мы слушали её совсем юными. Я, Терролл, твои родители и Саймон. –Я завидую. Вы были так близки. Боэль улыбнулась и, подойдя к шкафу, достала оттуда фотоальбом. Каролина обрадовалась и села на диван вместе с женщиной. –Я храню эту фотографию, она была такой красивой,–Боэль вытащила маленькое фото, на котором была изображена Линда, мать Каролины. –И правда...–Каролина не могла поверить своим глазам. Она изумлённо глядела на портрет своей матери, –я не могу отвести взгляда, Боэль, почему ты раньше мне это не показывала? –Линда оставила неизгладимый след в наших сердцах. Мне сперва казалось, что ты таишь на неё обиду, и не захочешь видеть фото. Но со временем я поняла, что это не так, и всё же не решалась. –Боэль,–одинокая слеза скатилась по щеке Каролины, – я ведь говорила, папа уничтожил всё, что с ней связано. Но я его не виню. Никогда не винила. Он прав. Почему всё в жизни так, Боэль?–она посмотрела на женщину, в её глазах читались боль и сожаление. Однако дело было не только в Каролине. Было что-то ещё, что ни разу не было озвучено в этих стенах. Что-то не так, и сердце Каролины подсказывало: что-то произошло... с Боэль что-то происходило в последнее время, но Каролина не хотела вмешиваться в пространство, часть которой она уже заняла, когда отец и Терролл решили, что она будет жить пока здесь. С Боуэль. Чтобы ни та, ни другая не заскучали или не боялись спать ночью одни в огромном доме. Одна в Калифорнии, другая в Гренландии. –Боэль? Боэль оторвала от неё взгляд и посмотрела на радио, по которой играла опера, неизвестная Каролине. –Где я это слышала? Так знакомо звучит,–Боуэль всхлипнула, встала и вышла из гостиной. Каролина любила отца больше жизни, после него шли Терролл с Боэль. Она бы никогда не смогла назвать эту пару чужими людьми. Но...... огромное "но", занявшее едва ли всё сердце наивной Каролины. Сможет ли она когда-нибудь объяснить, рассказать, высказать, да понять, в первую очередь... не знает. Мысли девушки прервал стук в входную дверь. Выглянув из гостиной, она обнаружила, что Боэль уже идёт открывать незваному гостю. –Сюрприз,–улыбнулся Габриэль. –Риэ-э-ль,–Боэль с такой радостью принялась обнимать сына, что чуть не задушила его. Своей любовью, да. –Габби. Габби. Габби. Габби.