10. Что ждёт впереди

«Чай — напиток не простой. Когда чаепитие становится ритуалом, оно развивает умение видеть великое в мелочах.» — Мюриель Барбери «Элегантность ежика»

Кажется, что покой и счастье наконец соблаговолили мягким покрывалом опуститься на всех обитателей "Ракушки". Тонкс светилась лучезарной радостью, покачивая малыша Тедди Уизли на руках. Роды прошли успешно. Тедди появился на свет пятого апреля, маленький, не больше кошки, с едва заметным рыжеватым пушком на голове. Один раз, Миранда уже наблюдала за процессом деторождения. В больнице Св. Мунго роды по каким-то причинам принимали не часто. Быть может, это из-за того что волшебников в принципе очень мало, и львиная доля из них предпочитает рожать дома, пользуясь услугами повивальных бабок. А теперь я и сама стала повитухой. Коттедж Доры и Чарли стал немного тесноват для такого количества народа. За столом едва можно было шевелить локтями, а спальных мест критически не хватало. Крюкохват потребовал спать в хозяйской спальне, мистер Олливандер, Дин, Рон и Гарри ютились в гостевой опочивальне, пока Полумна с Гермионой и Мирандой кое-как разместились в самой малюсенькой из спален. Чета Уизли-Тонкс расположилась в гостиной, вместе с колыбелькой Тедди. Миранда с Полумной хлопотали на кухне, готовя уху и тыквенно-малиновую запеканку, пока Дин с Роном ушли за хворостом и плавником. Чарли сейчас работал на "Гринготтс", укрощая драконов. Гарри с Крюкохватом о чём-то часто беседовали, пока Тонкс кормила молоком Тедди. Гермиона сидела на высоком барном стуле, вяло шинкуя зелень. Тыквенно-малиновую запеканку готовила Полумна, такую же причудливую как и она сама. Миранда заведовала ухой из горбуши. Ипостась альбатроса заставила полюбить анимага рыбу во всевозможных её вариациях. Сегодняшним вечером Чарли пообещал переправить Дина, мистера Олливандера и Полумну в дом к Тетушке Мюриель, где уже обосновалось всё семейство Уизли. После этого в "Ракушке" должно наконец стать попросторнее. - Я выйду в сад, соберу пару веточек тимьяна, - сообщила Лавгуд своим потусторонним голосом, и как будто бы выплыла из светлой кухоньки. Гермиона проводила её скучающим взглядом, возвращаясь к унылой готовке. "Пора" - решила брюнетка, накрывая крышкой кастрюлю и мановением палочки нагревая воду в чайнике. Миранда села напротив гриффиндорки, и поставила перед собой кружку с вишневым чаем, пышущем яркими нотками гибискуса. - Какой ты любишь чай? - задала когтевранка вопрос в лоб, стараясь наладить диалог. - Эм, я... - Гермиона удивленно вскинула брови, наблюдая за обычно молчаливой целительницей. - Чёрный, крепкий, с бергамотом. - Истинная англичанка. - Миранда подозвала банку с чёрным чаем, заваривая его в пузатой керамической кружке, кукурузного цвета. - Как твоё самочувствие? - Ты спрашиваешь каждое утро меня об этом, когда даешь лекарства. - Грейнджер прихлебнула из кружки, шокировано вскидывая голову. - Ты дала мне алкоголь?! - Да, говорят это немного помогает справится с сердечными тягостями, но не привыкай. - Миранда простодушно пожала плечами. Коньяк с чёрным чаем согревал лучше любых свитеров и каминов. - Последний раз я пила на свадьбе Чарли и Тонкс... И то, один бокал шампанского! - Несмотря на своё возмущение, гриффиндорка ещё раз пригубила горячительного напитка. - Крепкие напитки куда лучше той водицы. - Откуда тебе знать? - Я же колдомедик. - Это не ответ! Странно. Миранда и Гермиона никогда не дружили, более того, даже назвать их приятельницами было трудно. Даже на собраниях Отряда Дамблдора, они пересекались крайне редко. Близнецы, Ли Джордан, Алисия и Анджелина составляли компанию когтевранке. Они были ровесниками, и учится защите было проще именно с ними. А сейчас, Харлоу предстоит сыграть роль психотерапевта-бармена, помогая практически чужому человеку. - И все-таки, как ты себя чувствуешь? Щёки гриффиндорки порозовели от напитка. - Я... В норме. - Тебе знакома аббреватура ПТСР? - Посттравматическое стрессовое расстройство? Да, знакома. - Грейнджер немного раздраженно отвела взгляд, изучая белые стены покрытые известкой. - Тебя пытала чокнутая садистка, а до этого, угрожал оборотень. Уж не знаю, чего вы с Гарри и Роном натерпелись в своих скитаниях, но всё это явно давит на тебя. - Почему ты вообще говоришь об этом со мной? В школе вы с близнецами едва замечали меня. Харлоу задумчиво почесала худую щёку. - Видишь ли, в твоей жизни много людей, волнующихся за тебя. Шатенка фыркнула, вновь прикладываясь к краю кружки. - Просто... Попробуй рассказать мне всё. - Всё? - девушка едва не поперхнулась. - Всё. Посуди сама, ты чужой мне человек, поэтому не стоит заботится о моих чувствах, как ты это делаешь для Гарри и Рона. - Но... - Я никому ничего не выдам. Врачебная тайна, уж о таком-то тебе явно известно. - Ты думаешь, у меня ПТСР? - Пока нет, но оно разовьется у многих после войны. Ты слышала что Снейп и Кэрроу пытают младшекурсников в Хогвартсе? Как думаешь, год под гнётом пыток оставит им шанс на счастливую жизнь? - Целительнице не хотелось об этом говорить так резко, но слова против воли сорвались с губ. Гермиона выглядела ошеломленной. В карих глазах плескалась жалость, сожаление и горечь. - Каждый ведет войну по-своему. Чарли и Артур работают на Министерство, и каждый день сталкиваются с шипящими проклятьями "коллег". Тонкс выносила и родила ребёнка прямо в пекле войны, и каждый день у неё болит сердце за Тедди. - Миранда продолжила после длительной паузы, - Но все они окружены своими близкими. Они сражаются за них, умирают за них, и находят поддержку и силы в них же. Когтевранка поднялась с места, подходя к плите и помешивая рыбный суп. Пах он чудесно. - Ты плохо спишь, Гермиона, и бормочешь имя Беллатрисы каждую ночь. - Я не... Я просто... - голос у девушки внезапно осип. - Вы с Гарри, Роном и гоблином что-то замышляете. - Брюнетка облокотилась поясницей на стол, скрещивая руки на груди и пронзая собеседницу внимательным взглядом. - Я не буду лезть не в своё дело, но я обещала Поттеру поговорить с тобой. - Гарри хотел чтобы ты поговорила со мной? - Да, он переживает за тебя. И к тому же, рассказал мне о Струпьяре. Шатенка вздрогнула. Уж явно она не ожидала что Миранда заговорит о нём. - Это один из оборотней Билла-жнеца, он следил за мной, пока я "гостила" в их лагере. - Жнец... Я читала о нём в газетных вырезках. Поразительно, как он может быть Уизли... - И что же о нём пишут? Признаться, до меня доходили только слухи о его жестокости. Гермиона округлила глаза. - Как, разве ты не слышала что он вырезал целые деревни? От Ирландии до Уэльса. Пришёл черед Миранды удивляться. На пороге войны, она не сильно уделяла внимания событиям происходящим вне больницы Св. Мунго и квартиры близнецов. Задания Ордена и практика в целительстве не оставляли времени. - Нет. Не слышала... - С каким же чудовищем я столкнулась? - О нём писали даже иностранные издания, Виктор рассказывал мне... Харлоу присвистнула в воображении. Билл в некотором смысле, прославил свою семью. - Писали, что он ест людей и в человечьем обличии, а будучи волком может растерзать даже группу хорошо вооруженных авроров. Да. Теперь вдруг Миранда вспомнила, что однажды Дора рассказывала ей, как её товарища-мракоборца порвал на куски оборотень по кличке Жнец. - Ну, при мне он людей не ел. - А что ел? Харлоу с насмешкой взглянула на любопытствующую Гермиону. - Сыр, дичь, крепкое вино, эль, иногда рыбу. - А мы с Гарри даже щуку не смогли приготовить... - невесело поделилась шатенка. - А оборотни прямо пируют. - Гермиона? - Да? - Я знаю что тебе страшно. Мне тоже. - Я не должна бояться. Ведь я гриффиндорка. - Даже Годрик боялся, страх сохранил жизнь многим. - Жизнь ли это? - Грейнджер залпом допила остатки из кукурузной кружки и заклинанием очистила её.

***

Прости, сынок, будет лучше, если ты какое-то время поживёшь отдельно от нас. Билл уже и не припомнит, как именно сказал тогда отец. Заплаканную мать Билл помнит отлично. Она стояла за плечом Артура, всхлипывая и теребя в руках платок с вышитыми на нём рыжими ласками. Гербом Уизли. Теперь у Билла свой герб, своё имя, своя стая. Ещё будучи сопливым школьником, старший отпрыск Уизли поражал педагогов своими магическими талантами. Всё чему пытался научиться Билл, давалось ему легко. Церемониальная магия, нумерология, каббала, и даже клятая алхимия. Перед Уизли были открыты все дороги: от вступления в тайный магический орден по типу "Золотой зари", до удивительных путешествий по белу свету подобно Парацельсу. Быть может, Дамблдор того и боялся? Боялся, что из Уильяма Уизли вырастит очередной тёмный маг? Ненависть обожгла сердце Жнецу. Уже больше десяти лет он бился над этой загадкой: Чем руководствовался Дамблдор? Надеялся ли он, что Билл издохнет в подворотнях Лютного, подобно собаке? Старик не смог предположить, что его ученик станет ещё одним кнутом в руке Змеиного Лорда. После того, как выжившие из ума чернокнижники применили к Биллу заклятье Трансмогрифианской Пытки, часть магических умений и талантов Уизли раскрошилась подобно хрупкой ракушке, которую вдребезги разбила прибойная волна. А ещё часть потенциала выжгла волчья кровь. Мало кто знает, но оборотни после заражения ликантропией не могут использовать целые пласты магической науки. Почему то, оборотни не могли черпать силы из теургических практик*, не могли использовать заклинания связанные с чужими богами. Лишь дикая природа откликалась на их зов. Вервульфы действительно не были больше людьми. Магия текла в их венах по-другому. В фольклоре оборотней, бытовало мнение о том, что магия используемая обычными волшебниками не может принять волчью и звериную сущность, от того забирая у ликанов право на своё использование, и взамен даря неведомые другим, пути природной магии. Конечно, обычные заклинания из Хогвартского курса подвластны оборотням, но исцеляющая магия наравне с некоторыми областями трансфигурации давалась Биллу с трудом. Остальные оборотни в массе своей не заморачивались по этому поводу. Волшебные палочки были лишь у трети вервольфов. Ходил слушок, мол Ремус Люпин может вызвать телесного Патронуса. Но Жнец лишь смеялся на такие заявления. Стараясь подавить Волка в себе, выбирая изучение академических наук, Люпин лишь ослаблял сам себя. Магия даёт одной рукой, и забирает другой. Уж об этом никогда не стоит забывать. - Здесь мы даже вшивую белку не найдем, не то что грязнокровок, - пробасил Кровохлёб недовольно озирающийся по сторонам. Выжженный, мертвый лес, простирающийся на пару десятков лиг во все стороны. Ужасающее зрелище. Землю устилало плотное одеяло пепла и золы, почерневшие от огня колонны вековых деревьев измученно скрючились и потрескались. Из некоторых ран вытекала густая смола, точно кровь. От густых зарослей папоротника и вьющихся лиан хмеля не осталось даже напоминания. Иногда серый пейзаж разбавляли костяные остовы крупных животных. Вот, исковерканный скелет оленя, который умирал в ужасной агонии. Неподалеку от него покоится груда костей, раньше принадлежавших единорогу. Жнец наклонился к останкам и забрал обугленный волшебный рог. Даже такой, он стоил крупных денег. - Адское Пламя, - сплюнул Вожак. - Пожиратели совсем рехнулись, раз решили сжечь лес в котором мы живем? После того, как приведенные Скабиором Гарри Поттер и его компашка сбежали от Малфоев, Тёмный Лорд обрушил свой гнев на Беллатрису и Люциуса. А те, в свою очередь, выплеснули ярость на оборотней. А нам остаётся лишь грызть тощих грязнокровок да маглов. Даже домовые эльфы в представлении этого змеиного бомонда выше нас по статусу. - Возвращаемся в Гвидир**, здесь ещё долго не наступит весны. Кровохлёб и Мерзляк подобрали ещё пару обожженных костей и подошли к Вожаку. - Тёмный Лорд обещал нам во владения Запретный Лес, так что скоро мы урвём жирный кусок, и не придется перебиваться с хилых рощ и болот. - Проскрежетал Мерзляк. - Тёмный Лорд ещё не победил. - Билл нахмурился и тряхнул головой. Длинные рыжие лохмы покрылись крупными хлопьями пепла. К тому же, он обещал Запретный Лес не только нам. Уэльский Гвидир стал новым пристанищем для оборотней Жнеца. Холмистая местность усеянная заброшенными металлическими шахтами и разбитыми мельницами, казалась дружелюбной и светлой. Множество мелких речушек и безымянных озёр развлекали щенят и молодых оборотней. Каменные насыпи оставшиеся от свинцовых и цинковых рудников взрастили на себе некоторые редкие растения, как магические так и маггловские. Крупных животных для охоты там по каким-то причинам водилось крайне мало, из-за чего Жнецу и его охотникам приходилось забираться в глухие чащобы. Последний год, Билл совместно со своими последователями сеял семена ликантропии, кусая магов, магглов и сквибов. Совсем скоро, придет время собирать жатву. Жнецом Билла прозвали не только за острый серп. Новообращённые оборотни должны прожить несколько лунных циклов в одиночестве, полностью ощущая обречённость, отвержение и отчаяние. Некоторые кончали с собой, некоторые жили в лесу диким зверем. Но большинство приходило в стаю к Биллу. Теперь их уже было около тридцати. Три десятка оборотней. - Вы вернулись быстро, - Касселла-Золотинка подскочила к появившимся Вожаку и Кровохлёбу, пока Мерзляк относил к котлам обугленные кости и рога. - Просто проверяли сгоревший лес. Запас мяса у нас есть, потом отправим молодняк на охоту, как раз проверим зелёных щенят, - ответил Кровохлёб, правая рука Жнеца, который иногда заглядывался на хорошенькую Золотинку, но не смел посягать на собственность Вожака. - Хорошо, кстати, тебя искала Хейла-Трактирщица, наверняка опять захочет чтобы ты поймал ей кабана, - смеясь сказала Золотинка Кровохлёбу. Жнец задумчиво окидывал лагерь хмурым взглядом. Теперь по периметру временного поселения высился частокол с вырезанными защитными рунами. На некоторых кольях были насажены черепа животных. В лошадином черепе ещё ковырялись черви, на оленьем виднелись ошмётки мяса, а медвежий череп был совсем гол. - Тебе заварить крапивного чаю? - Спровадив Кровохлёба подальше, Касселла с надеждой посмотрела на Билла. Глаза у Золотинки были зелёными, как весенние листья. У лекарши-альбатроса они тоже были зелёными, но скорее как щучьи спинки или поросшие мхом камни. Касселла была стройной и златовласой, Утопленница-Миранда была костлявой и черноволосой. Нельзя сказать что Билла хоть как то волновали любовные чувства. Он уже далеко не мальчик, и женские тела перестали кружить ему голову. Теперь он Вожак. Забота о стае занимала всё свободное время. Касселла была оборотнем, и Волки его стаи были бы рады, узнай что именно она выносит сына Жнеца. Но представить Золотинку подле себя в таком качестве было слишком трудно. Она была неглупой, очень сильной но слишком пресной. Первое время она старалась удивлять своего Вожака каждую ночь, даря ему наслаждение и удовлетворение, и со временем он выучил каждые её трюки. Билл мог бы привыкнуть к её компании, оставить жить в своём шатре. Но мысль о вражеской целительнице подстегивала сердце биться сильнее, предвкушая охотничий кураж. Приятное лицо, мягкие смоляные волосы, белая кожа, дикий норов и остроумие. Анимаг-колдомедик... Повязанная с Орденом Феникса. Враг. Это лишь добавляло ей остроты. Она не переживет обращения в оборотня. Слишком тщедушная для такого. К тому же, у неё уже есть ипостась морской птицы, и попытайся Билл укусить девушку она просто лишиться рассудка. - Хорошо, завари и отнеси в мой шатер. - Оборотень кивнул проходящим мимо Скабиору и Шуту и направился к себе. Выцветшая алая льняная ткань, жаровня в центре, письменный стол и груда шкур в углу. Очутись здесь Люциус Малфой, его бы наверняка хватил удар от культурного шока. Золотинка неслышно просочилась в обитель Жнеца, держа в одной руке поднос с глиняной кружкой и тарелкой оленьей похлёбки. Билл сидел за столом и вертел в пальцах белое перо альбатроса. - Я принесла немного еды. - Наедине с Жнецом Касселла казалась кроткой овечкой. - Ставь сюда, - оборотень небрежно сдвинул к краю стола свитки и пергаменты. - Билл, ты давно не зовёшь меня к себе, - Золотинка скинула с плеч шерстяную шаль, оставаясь в одном светло-оранжевом платье. - Я был занят, - слегка раздражённо ответил мужчина. Касселла между тем, приспустила с покатых плеч бретельки платья, открывая вид на зарубцевавшийся укус оборотня у основания шеи. Мягкая грудь, с уже отцветшими следами засосов, красивый стан усеянный мелкими веснушками. Жнец сделал большой глоток кисло-жгучего крапивного напитка, не отводя взора синих глаз от Волчицы. Уже полностью голая, она соблазнительно приблизилась к своему Вожаку, ластясь точно кошка. Билл вдохнул запах её кожи, лесной, жаркий и немного приторный. Оборотень с трудом подавил желание оттолкнуть женщину от себя. Запах "Мэв" ему казался приятнее. Чабрец, мята, индийский чай и море. Золотинка проворно забралась на колени к Жнецу, одаривая своей любовью и лаской. Мокрые поцелуи, томные вздыхания... Оборотень поддался на её игру, отодвигая мысли о вражеской лекарше подальше. Неизвестно, жива ли она вообще.