Вечер 15 февраля

Дом Габриэля, комната Габриэля,             вечер 15 февраля Рита стучится, затем несмело       входит. Комната пуста                   Р и т а Брат! Братец!       (стоя у дверей, напряжённо             оглядывая комнату)                         Он ушёл! А я хотела Поговорить с ним... Почему, куда?             Трёт рукой лоб Я будто до сих пор во сне тяжёлом... Всё это было - неужель со мной? (заметив на полу жемчужины) Когда бы слёзы стоили, как жемчуг! Но и тогда б они не помогли Вернуть тебя... Одни лишь вы остались. Медленно опускается на колени             и подбирает их Одна, вторая, третья... Помоги, Услышь меня, о Боже! Или братья, Которых я с рождения люблю, Не те, что прежде знала, иль жених мой, Кого считала ангелом Твоим — Коварный искуситель! Боже, Боже! Услышь меня! Открой же правду мне! Замечает брошенный, немного погнувшийся от удара об пол браслет с несколькими пустотами на месте выпавших жемчужин, касается его Иль он мне лгал, иль Габриэль — преступник! Как брат-то говорил? Сжав виски руками, замирает на время, вспоминая                                     Бумаги есть И могут погубить его... Бумаги... Быть может, обманул кого в делах... Но это поправимо... он богатый, И он убытки мог бы всем вернуть. Ужели что серьёзнее... Ответь мне! Подай мне знак, молю я! Ты один Всю правду знаешь! С трудом поднимается — ноги онемели от неловкой позы. Пытается дойти до кресла, чтобы присесть, но замечает бумаги на столе и подходит к нему                                     Он сказал: бумаги... Не эти ли? Приближается вплотную. Бессильно роняет на стол подобранные жемчужины. Начинает рассматривать бумаги                   Откуда письма здесь? Те письма, не отправленные прежде, Что я хранила в комнате своей? А это что? Берёт бумагу, лежащую сверху                   Здесь почерк Габриэля, Подписано же именем моим... А дальше вновь мои... Нет, что-то странно... Да, вот мои, а это... Перебирает бумаги на столе, подносит одно из писем к глазам                                     Не мои... Я не писала так. Кто это сделал? Что было здесь, покуда я спала?! Входит Жаклин. Рита резко оборачивается, продолжая держать письмо в руке       (показывая Жаклин письмо) Что это?!                   Ж а к л и н (испуганно, но стараясь не показать это)                   Рита, в детстве не учили: Чужую переписку грех читать?                   Р и т а Ну знаешь ли, выходит, не чужая — Написано здесь «Рита». Не моя Рука писала это, хоть похоже. Твоя, выходит?             Жаклин молчит                               Видимо, твоя. Я вижу, ты письмо переписала, Что мой составил брат. И пишет он, Что Элиота жду я на свиданье.                   Ж а к л и н                   (дерзко) Ты всё прочла сама. Так что же мне Вопросы задавать?                   Р и т а                               Зачем, скажи мне? Зачем он тайно Элиота звал Под именем моим?                   Ж а к л и н                               Затем, чтоб сделать То, что необходимо.                   Р и т а                                     Он решил Поговорить?                   Ж а к л и н                   (насмешливо)                         Наивная! Он просто Убьёт его.             Рита отшатывается,       едва удержавшись на ногах                   Р и т а                   Но... он мне обещал!                   Ж а к л и н             (издевательски) Что обещал? Ты этому, глупышка, Поверила?!                   Р и т а                   Спасением души Он клялся мне! Нет, Габриэль не может Его убить!                   Ж а к л и н                   Он многих убивал, Кто менее был перед ним виновен. И так уж долго Берга он щадил. Терпению конец.       Рита застывает, шатаясь                   Р и т а             (почти шёпотом)                               Что ты сказала? Он — убивал?                   Ж а к л и н                         Приказывал убить Тех, кто ему мешал. Иль ты не знала?                   Р и т а                   (криком) Ты лжёшь! Зачем ты лжёшь? Казалось мне, Его ты любишь! Так зачем такое Ты говоришь?                   Ж а к л и н                         Да, я его люблю. Поэтому-то я и убедила Его убить врага, чтоб Габриэль Был жив и невредим, был на свободе И окружён почтением! А ты Его не любишь: ты готова Бергу Продать его.                   Р и т а                         Не мог он убивать... Я знаю брата.                   Ж а к л и н                         Бедная глупышка, Никто из нас не чист. И многих уж За это покарали.                   Р и т а                               Я не верю. Как — покарали?                   Ж а к л и н                               Вот так простота! Ты Фрэнка с Джорджем помнишь?                   Р и т а                                                       Фрэнка... Джорджа? Да, помню... Приходили в кабаре...                   Ж а к л и н И где они теперь?                   Р и т а                                     Их брат отправил Дела вести какие-то в Нью-Йорк.             Жаклин хохочет Не понимаю я, что в том смешного?                   Ж а к л и н Не, ты серьёзно? Это он сказал? Они в тюрьме. Как дети, ликовали, Что только дали им по двадцать лет, А не на казнь отправили... Рита хватается за стол, стараясь удержаться на ногах. Жаклин продолжает, судорожно смеясь                                           А, право, Не знала я, что Габриэль — шутник! Тюрьма-то ведь и впрямь к Нью-Йорку ближе... А Майкл?                    Р и т а       (слабо, очень неуверенно)                   Разбился на машине он...                   Ж а к л и н Он, свой арест предвидя, застрелился, И правильно: попал бы он на стул. А Сальвадоре?                   Р и т а             (задыхаясь)                         Он-то?!                   Ж а к л и н                                     Ладно, ладно! Погиб он на вокзале, скажешь ты? Да, в общем, так и есть...       Рита облегчённо вздыхает                                           Он был застрелен Врагами Габриэля. Берг о том Прекрасно знал.                   Р и т а                               И — был он в том повинен? Пристально смотрит на Жаклин                   Ж а к л и н Конечно, я могла бы и наврать: Твой Берг не стоит правды, но не стану: Нет, не был. Сальвадоре был убит Той бандой, что соперничала с нами Влиянием. Молчание. Рита дрожащей рукой трёт лоб, пытаясь собраться с мыслями                   Р и т а                   Так Элиот... был прав, И Габриэль — преступник?                   Ж а к л и н                                                 Если совесть Так позволяет брата называть — То да, всё так.                   Р и т а (падая на колени, отчаянным криком)                         Преступник... Мой любимый, Не верила тебе я! Ты не лгал — Ты лишь берёг меня от этой боли... Хватает лежащий на полу браслет. Жаклин обходит вокруг неё, пальцем приподнимает её подбородок                   Ж а к л и н Ужели ты была глуха, слепа? Какая ж ты наивная... газеты Ты не читаешь, что ли?                   Р и т а       (цепенея, машинально)                                           Габриэль Мне говорил, что много в них неправды, Что надо — сам расскажет. Да и там, В Италии, их не читала вовсе.             Жаклин смеётся                   Ж а к л и н Ну, пусть и так — но завтра почитай, Как там твой Берг... Рита шатается, стоя на коленях                   Р и т а                               Что с Элиотом? Где он?                   Ж а к л и н Как где? Не дочитала ты письмо? Невесту ждёт у дома, где встречались Вы в Рождество. Рита встаёт и кидается к дверям.             Жаклин смеётся                               Надеюсь, он уже Подкармливает рыб иль в нечистотах Каких гниёт.                   Р и т а             (бросаясь к ней)                         Нет! Нет! Не может быть!                   Ж а к л и н (многозначительно глядя на часы) Пожалуй, ты права: ещё не восемь — То время указала я в письме... Рита, застыв, в отчаянии смотрит             на настенные часы Ну, что стоишь? Предупредить не хочешь?                   Р и т а Я не успею...                   Ж а к л и н                         Умница! Сиди И брата жди: он сам тебе расскажет, Как твой жених погиб...                   (смеясь)                                     Как говорил И о других погибших...       Рита устремляется к дверям                   Р и т а                                           Боже! Боже!             Выбегает из комнаты (в коридоре, голос заглушён расстоянием) Спаси его! Спаси его, молю! Ты можешь всё — останови же время Иль крылья дай мне! Защити его!                   Ж а к л и н                   (вслед ей) Беги, беги! Кидайся вслед за Бергом! На улицу, в могилу — хоть куда! Я буду ждать того, кого люблю я! Он победит — и будет только мой! Стоит какое-то время посреди комнаты, затем важно опускается в кресло Габриэля