Глава 17 "Почему ты молчала об этом?"

Все повторяется вновь и вновь. Тот же сон с аварией, лица размыта, даже понять нельзя, кто является кем. Только по очертаниям фигур Вероника понимает, где из них девушки, а кто парни. Уже какой день подряд она почти не спит, под глазами настолько глубоки синяки, что они уже начинают быть похожими на побои. Тональные крема и консилеры не помогают, только слегка перекрывают весь ужас, что твориться на лице. А тело же почти все исхудало, ведь в рот не лез и кусок еды, она просто не могла. В ход идет уже пятая таблетка успокоительного. Ничего не помогает, ни чай с ромашкой, ни лекарства. У Вероники уже паранойя началась с этого сна. Хочется позвонить сестрами и попросить у них помощь, но рука просто не поднимается, чтоб сделать этого. Уже больше месяца они не созванивались, лишь передавали друг другу привет, через Савелия. На этом больше общение не было. Так что сейчас девушку лишь оставалось медленно собираться на съемки и пытаться хоть как-то взять себя в руки, и отогнать все тревожные мысли.

***

Девушка уже сидела в гримерки и смотрела куда-то в пустоту. Не было страха, просто опустошение и принятие того факт, что именно сегодня для нее может оказаться последний день. Почему-то сейчас было уже плевать на это все. Может от того, что Вероника уже несколько дней не спала и не ела, а может уже демоны начали сжимать весь спектр эмоций.  — Экстрасенсы заходим, — говорит один из операторов. Вероника тяжело вздыхает, а после быстро поднимается с кресла и идет в готический зал. Сзади себя же чувствует знакомую энергетику, но голову не поворачивает. Просто идет спокойно и встает на нужное ей место. В зал же заходит Марат. — На прошлой недели наблюдатели выбрали Веронику в черный конверт. И сегодня мы узнаем, кому придется покинуть проект, а кто останется на еще одно испытание, — говорит Башаров, держа в руках большой конверте. — Дорогие экстрасенсы, как вы думаете, кто уйдет, а кто останется?  — Мне, кажется, Вероника сегодня покинет этот зал, — говорит Левин. Девушка же не обращает внимание на такие замечания. Сейчас уже хочется просто узнать результаты и все. И вот экран загорается, видны три фотографии, а после и цифры, которые медленно растут. На первое место выходит Голубева, сто пятьдесят тысяч голосов, дальше "оставить двоих" и последняя Саманата. — Что ж, Вероника для вас битва продолжается, а для вас Саманта она окончена, — говорит Марат. Девочка же сначала пытается что-то и сказать, а после слышны ее слезы. И тут Вероника понимает, что выбор тогда был сделан не правильно. Внутри уже появляется чувство вины, отчего девушка даже слова из себя не может выдавить. Вместо нее и других это делает Краснов, которые ее обнимает и успокаивает. После же, когда Саманта собралась, то продолжает свою речь и обнимает каждого.  — Прости, что так вышло, — единственное, что говорит Вероника, а после выпускает девочку из своих объятий.  — Ты не виновата, — тихо говорит девочка, а после уходит вместе с матерью. — Что ж, вас осталось пятеро. И для кого-то это испытание будет решающим. Все желаю удачи, — после его слов съемки заканчиваются, а сам мужчина отходит куда-то на несколько минут, но после вновь приходит. — Сегодня в девять вечера у вас самолет в Кировск, аэропорт Домодедово.  И после этого все уходят. Сама же девушка, уже находясь на улице, быстро поджигает сигарету, а после надевает наушники и быстро уходит домой. Все же ей ещё нужно успеть собрать все вещи и документы.

***

Ближе к семи вечера девушка уже была в аэропорту. На голове заплетены колоски, а одежда же была максимально свободная. Багаж же был собран в одну дорожную сумку. Там были ее теплые вещи, все атрибуты для испытаний и документы с таблетками. Вероника быстро находит экстрасенсов и в таком же темпе к ним подходит. Со всеми здоровается, даже с Красновым. Не хочет, чтоб потом были лишние вопросы от других практиков. Но девушка заметила одну странность, которой потом не придала сильного значение. Легкое касание, но осталось ощущение, что она коснулась раскаленного металла.  На руках уже у всех были билеты, а через полтора часа запускают и в самолет. В этот раз с место ей не повезло, сидела Вероника по середине и в самом в конце, но была без практиков. Хоть где-то был свой плюс. После обязательный инструктаж, а потом и взлет самолета. Через час уже девушка сидела в наушниках, тихо играла музыка, а добрая половина пассажиров уже спала, но это и понятно, поздний перелет, усталость от всего. Вероника же сидела и старалась не двигаться, боялась разбудить соседей.  Все же через уже через час они были на месте. Рядом с аэропортом их ждал автобус, который отвезет в отель, где практики смогут отдохнуть перед испытаниям, кроме девушки. Голубева понимала, что если уснет, то примерно через часа два проснется от кошмара и заснуть потом не сможет. Так что морально она готовилась к очередной бессной ночи.  Уже через пятнадцать минут они были на месте. У всех на руках ключи от своих номеров. Вероника быстро находит свою комнату и когда же заходит в нее, то сильно вещи свои не раскладывает. Только успокоительное и сигареты остаются на тумбочке. Голубева все же решает лечь на кровать.  «Может сегодня повезет и я посплю нормально?» — быстро проносится в мыслях у девушки, которая почти сразу уснула. И снова резкая боль во всем теле, те же белые стены и те же неизвестные люди. Вновь тяжело дышать при пробуждение, с глаз текут слезы, которые Вероника быстро вытирает на своем лице. Так же вход идут четыре таблетки успокоительных, а потом в руках оказывается пачка сигарет вместе с зажигалкой и телефоном. Часы показывали два часа ночи, а девушка уже придумывает себе занятие, которые помогут ей скоротать время. Выйдя на балкон, девица быстро поджигает сигарету. Легкий, но прохладный ветер быстро обдает тело. Футболка слегка приподнимается, а спортивные же штаны не сильно грели ее. Но в номер она не хотела уходить. Просто хочет сейчас услышать городской шум, который как назло был очень тихий. Никотиновый сверток быстро тлеет до фильтра и в руках уже появляется вторая сигарета.  В этот же момент она чувствует на своих плечах теплое покрывало, а после и знакомую ей до боли энергетику. Вероника быстро тушит сигарету, которой даже не успела затянуться и складывает ее в пачку, стягивает с плеч плед и отдает его Артему. Но уйти он ей не дает. Резко хватает ее за запястье и притягивает ближе к себе. И вновь ощущение раскаленного металла на коже, отчего Голубева недовольно корчится. — Отпусти, мне больно, — говорит девушка, пытаясь хоть как-то высвободить свою руку. — Я хочу с тобой нормально поговорить, а не теми обрывками, как в тот вечер, — говорит Краснов, ослабляя хватку.  Для парня же прикосновение это давалось не легко. На коже оставалось ощущение горячего пламени, будто специально жгли руку чем-то, но не отпускал. Не хотел, чтоб она в очередной раз ушла молча.  — Я тебе все сказала, мне больше нечего тебе сказать. — Объясни все нормально, либо дай я посмотрю всю ситуацию. — Чтоб ты потом решил меня отговорить?! — она повышает голос, что было несвойственно для нее в последнее время. Сил даже не было, чтоб с кровати подняться или разговаривать, а тут она чуть ли не на кричала него. — Прекрати этот цирк. Мы взрослые люди, которые должны принимать все решения с умом, а не сердцем. — Это ты, блять, устраиваешь этот цирк! Я с тобой хочу нормально поговорить, все выяснить, а потом я от тебя отстану, обещаю, — Артем смотрит прямо ей в глаза старается хоть что-то увидеть в ее сознании, но вместо этого видит в глазах потухший огонь, который когда-то сам хотел потушить. — Где твой огонь, который мне так нравился? Где прежняя Вероника, которая всегда скандалила и пыталась всегда поговорить? Что с тобой случилось за эти дни? Девушка все же резко вырывает свою руку из его хватки, а после в ответ смотрит в его глаза. У самой же стоят слезы уже, которые так и хотят вытечь. — Со мной все нормально, — резко отчеканивает Вероника, а в голове медленно понимает, что говорит не она, а ее демоны, но и сдержать сейчас не может их. — Знаешь, я тебя ненавижу. С самого первого дня проекта, я пообещала себе, что уничтожу тебя, и это получилось. Игралась с тобой я и это было очень даже весело. Потухла не Вероника, а потух Артем Краснов, которого обвели вокруг пальца. После этих слов девушка уходит с балкона к себе в номер. Бесы уже начали наседать на сознание, говоря, что ей здесь больше не рады. Но вот как только Вероника закрывает дверь в номере, то сразу начинают течь слезы, от осознания того, что было только что сказано Артему. Не она этого говорила, а один из демонов, который решил взять под контроль ее разум. Голубева резко пнула дверной косяк, а после от бессилия села на пол. — Прекратите это все, что вы ещё хотите от меня? — единственное, что спрашивает девушка, а после чувствует на собственной шеи чьи-то холодные руки, которые стали медленно сдавливать ее горло. — Ты сама в этом виновата. — Ты сама подписала с нами контракт. — Ты была согласна на все условия. — Ты сама впустила его в свою жизнь, не давая нам своей силы… — Плоти… — Эмоций… — Крови… — Ты знала, что это нам не нравится, но продолжала видеться с ним. — И все больше впускать его к себе. — Теперь поедай свои плоды. — И живи с этим. Резкий смех около уха, а после холодные руки отпускают ее. Боль сменилась страхом. Еще никогда они не разговаривали с ней так. Вероника всегда думала, что они находятся под ее контролем, но оказалось все совершенно наоборот. Голубева была под их контролем.

***

Очередное испытание. Холодный ветер, чуть ли не сдувал с места, но телу было тепло. Вероника была в легкой кофте и джинсах. Снова боль и потеря близкого человека. Вероника уже чувствовала это все за километр. Так что слова Ильи она пропустила мимо ушей. Лишь быстро и молчала взяла в руки конверт. Мужская энергетика, а предмет, что был в мешочек являлся обладателя фотографии. — Не своей смертью ушел. Заставили, либо подделали ее, но не сам ушел, — говорит девушка, крепко держа в руках черный конверт, а после подходит к матери. — В глаза смотрит. И женщина ее слушает. Сама же Вероника внимательно изучает информацию, которую видела. Впервые она не использовала свою кровь. Последний раз такое было ещё в начале проекта. Сейчас голоса демонов были такие громкие, что было очень неожиданно для самой девушки, давно у нее такого не было. — Ты так же думаешь. Не веришь, что сын сам решил себя убить. Женщина же кивает. Вероника же рукой указывает место, где нашли этого парня, а после перед глазами появляется картина мертвого тела, отчего все внутри начинает воротить. От всего этого девушка губы поджимает, старается забыть всю эту картину сразу.  — Нашли его там, повешенный, но ни синяков, ни признаков того, что сам это сделал, — девушка отходит от женщины, подходит к краю горы, откуда было более менее видно место предположительной смерти, а после снова возражает к матери. — Хочешь знать, почему он погиб? Денег занял много, не захотел потом отдавать их, за что и убили, но не здесь это было. Далеко, где-то за городом, заброшенное здание, на котором есть надписи, цветные они. — Если мы поедем по вашим ориентирам, сможем найти это место? — спрашивает Илья, смотря на Веронику. — Не найду я этого места, я вижу только здание, но маршрута точного нет. Размыто все, — говорит девица, а после идет через окольные пути к тому дереву, где нашли парня. Сама же несколько раз чуть не упала и потонула в снегу, что был ей по колено. Осторожно подходя она касается коры, внутри же спрашивает у демонов свои вопросы, которые ее интересовали. — Душили его, били, пытались выбить из него денег, потом привезли сюда и привязали так, чтоб выглядело, как самоубийство.  — Людей этих можете описать? — спрашивает другая уже женщина. Голубева ещё несколько минут стоит на одном месте, пытается услышать или увидеть что-то новое, но дальше шло молчание. —  Лица их размыты, не вижу их. Это все, что я могу сказать. — Что ж, Вероника мы принимаем эту версию, вы свободны. Девушка кивает на эти слова и уже с помощью съемочной группы все они вылезают из этого оврага. К этому времени, уже подъехали другой экстрасенс и вновь она пересеклась с Красновым. Самой стыдно становится за вчерашний вечер, отчего сразу глаза опускает вниз, а щеки покрываются румянцем и девушка, как можно быстрее старается уйти к авто, которое должно ее отвезти обратно в отель. 

***

Вылет у них был назначен на завтрашний день в час дня, потом по прилету в Москву их должны были отвезти сразу к готическому залу, чтоб снять там все нужные моменты. Вероника же по приезду в отель, узнала, где находится хороший бар. Все таки сейчас ей нужен был хоть какой-то отдых для ее измученного мозга и тела. Единственное, что видела она это был алкоголь. Может с помощью него, она сможет и поспать нормально. По этому с номера берет свой паспорт с сигаретами и выдвигается по маршруту, который ей сказали на ресепшене.  Уже через несколько минут она была в нужном заведении. Народу было мало, все же семь часов вечера, обычно в такое время все ещё на работе, а не в барах или в клубах. Тихая и приглушенная музыка играет на фоне, неоновые подсветки, пока ещё не работали, был обычный свет, а запах спиртного с сигаретами не сильно отдавали в нос. Внутри какое-то спокойствие, не было не страха перед новым местом и не было страха что-то пробовать с этого заведения. Ведь, если в Москве она ходила по проверенным барам и клубам, в которых знала меню от А до Я, то сейчас же Вероника хотела попробовать доверится выбору бармена. — Можно что-то на ваш вкус, только крепкое и очень крепкое. Хочу сегодня забыться. И пепельницу ещё, — говорит девушка, а после замолкает почти на весь оставшийся вечер, лишь изредка просила повторить свой заказ. Уже ближе к девяти вечеру, бар стал обретать ночную обстановку. Подсветки стали давить на глаза, музыка стала более громче, а примесь многих запахов стала сильно отдавать. Людей же прибавилось, но все равно их оставалось не так много.  Когда уже алкоголь стал давать о себе знать, то почему-то именно в этом состояние Голубева решила написать Краснову. Это было такое мимолетное желание, но именно за него девица крепко ухватилась. Она не слушала сейчас демонов, шла за зовом сердца, если можно так сказать. Ради этого, Вероника вытащила его из черного списка, а потом ещё несколько минут собиралась с мыслями и силами, чтоб написать ему. "Прости за вчерашние слова. Я не должна была этого говорить, прсто была на эмоцич и не сделжта за речью. Прости, если моежшь" Девушка даже не замечала, как делала ошибки в словах. Сейчас она писала, то что должна была сказать вчера, но тогда она промолчала. Ей стыдно за все это, что тоже было впервые. Обычно она никогда почти не признавала своих ошибок и делала все, чтоб оказалось виновата не она, а кто-то другой. Но именно сейчас, Вероника прекрасно осознавала, что тут даже как-то выкручиваться не надо. И у девушки даже надежды не было на то, что Краснов это прочитает. Думала, что давно она у него в черном списке. Но когда же от него пришло ответное сообщение, то она чуть не поперхнулась своим коктейлем. "Сама дойти сможешь или забрать тебя?" "Если тебе не сложно, то забери меня" И ей стыдно за это. Вчера она его с ног до головы оскорбила, а сегодня уже просит забрать ее с бара. Веронике уже от самой себя стало противно. Она ненавидела такое лицемерие, но в данной ситуации, девушка делала все, что доказывало ей, что она такая же, как и люди с ее прошлого. Через какое-то время она чувствует сначала знакомую энергетику, а после и знакомые теплые руки, которые отдавали ей по коже горячим пламенем. — Сколько с нее? — спрашивает Артем, осторожно держа Веронику за талию. Бармен быстро пишет цифры на бумаге, а после Краснов платит нужную сумму и выводит ее на улицу. — Прости, я не должна была тебе писать и ты не должен был за меня платить. Давай, я переведу. — Утром все сделаешь это, если посчитаешь нужным, а сейчас пошли в отель и не извиняйся за это. — Ну почему не извиняйся. Я поступила, как лицемерная сука, сначала тебе с ног до головы говном полила, а потом стала тебе писать и забрать меня. Я, пиздец, как виновата сейчас перед тобой.  Она была пьяна и он это понимал, так же понимал, что вчера с ним говорила не его Вероника, а один из тех чертей, с которым девушка работала. Всю ту ночь он не мог уснуть, лежал и пытался переварить все те ее слова и те факты, которые были перед ним. Тогда-то он и понял, что она почти не управляла сейчас своим разумом, это делали те, с кем работала девица. Парень понимал, что сейчас они внутри ее поедали и убивали. А резкое это прощание — это была лишь фантазия ее чертей, которые боялись потерять свой источник энергии. Он понимал, что девушка медленно начинает умирать от собственных же сил. Уже подходя ближе к номеру девушки, Краснов находит в ее карманах ключ-карту и открывая дверь, помогает Веронике пройти дальше, сажает ее на кровать и помогает ей снять спортивные штаны. — Ты сколько выпила? — спрашивает Артему, укладывая девушку в постели и после укрывает ее одеялом. — Шесть или семь стаканов. — Ладно, спокойной ночи. Парень встает с кровати, но уйти не успевает. Голубева хватает его за руку, а после тянет к себе, а он подается ей и возвращается на свое место. — Что ещё? — спокойно спрашивает Краснов, понимая, что сейчас возможно единственный момент, попытаться вывести ее на чистую воду. — Останься со мной, — тихо говорит девушка, а после слегка двигается освобождая место для него. — Я не усну просто одна, да и если усну, то через час проснусь все равно. Останься, пожалуйста. Молодой человек тихо вздыхает, но не отказывает ей, ложиться рядом с ней. Сама же девушка почти сразу находит себе место на его груди. Голову она слегка приподнимает и сквозь тьму смотрит в глаза парню, а потом быстрый и короткий взгляд падает на его губы. Краснов же это все замечает и тихо от этого усмехается, но ее не отпускает, наоборот ближе и крепче к себе прижимает.  — Знаешь, я себя такой свиньей чувствую, — тихо начинает Вероника и уже в этот раз голову не поднимает, смотрит куда угодно, но не на парня. — Я поступали с тобой так не красиво, а ты почему-то продолжаешь быть ко мне снисходительным… — Вероник, каждый может… — Не перебивай, пожалуйста, — говорит девушка, не давая и ему шанса сейчас что-либо сказать. — Просто, знаешь, я боюсь их гнева, боюсь, что на тебя они переключатся и сделают тебе же хуже. Все эти сны, слова — это их плод фантазии. И ведь когда-то я думала, что они под моим контролем, но это не так, — тихий смешок срывается с ее губ, а потом и первая слеза скатывается с глаз. — Как же глупо было на это расчитывать. Но почему-то, когда ты был рядом, то я брал их под свой контроль, они слушали меня, не было никаких почти кошмаров, да и жизнь как будто лучше пошла, когда появился ты. А им этом не нравилось, они боялись тебя, а не меня, ведь что может им сделать не опытная девочка, которая совершенно случайно их подцепила на кладбище, а после стала считать, что она лучше других?..— дальше шло долгое молчание и парень уже успел подумать, что девица уснула, но это не так. Вероника, просто подбирала дальше правильные слова, но потом решила, что если сейчас честный разговор, то должно звучать все, о чем она думает. — Ничего эта девочка не может сделать, просто, потому что она когда-то решила, что может взять все свои руки и жизнь пойдет куда лучше… — Почему, ты их не отвязала от себя? — единственное, что спрашивает Краснов, а дальше готов был слушать ее хоть до утра. Парень понимал, что сейчас ей нужно полностью обнажить свою душу и все свои страхи. — Я ждала, когда они сделают обещанное и они это сделали. Та мразь умерла, а вместе с ним, я начала терять с этими чертями свой и разум. Они даже не боялась Леру с Верой. Да и они не знали об их существование. Закрыли они в тот день от всех информацию, я стала черным листом, через который ничего не шло. Ни света, ни добра, только боль. Через год, я нашла новую для себя проблему — Никита, он стал для меня новым ночным кошмаром. Когда мне исполнилось семнадцать, я уехала к нему и думала, что вот оно счастье, меня любят и ценят. Ну да, бьет, но если бьет, значит любит. Когда хотела уйти от него, то тогда он из чудовища превращался в принца и все было, как в романе, но проходила неделя и все по новой. В один из таких дней психика не выдержал и я в с истерике позвонила Савелию. Он забрал меня, вытащил меня из того дерьма и тогда у меня выстроился четкий план — закончу школу, пойду в битву, если не выиграю, то поступлю в институт, а после его окончания попытаюсь снова выиграть в битве. В этот план не вписывалась влюбленность и отношения. Демоны радовались этому, ибо они снова имели контроль над мной. Но появился ты и они поняли, что теряют контроль, — девушка замолчала, она быстро вытерла слезы и вновь продолжила свою исповедь, если это можно было так назвать. — Я никого не любила так, как тебя. Я готова была отказаться от всего ради тебя, даже от них. Тогда они решили, что нужно действовать. Снова появились те кошмары, от которых я потом не могла уснуть. Я жила так постоянно и поэтому для мне будто ничего не менялось. Когда это все было впервые, я больше года не могла спокойно спать и есть. Похудела до сорока килограмм, для меня это был катастрофический вес. Я выглядела как палочка, на которую подуешь и она улетит. Сейчас же снова все повторяется, я опять ни черта не ем, я снова теряю вес и я снова не сплю по ночам. Тогда было утешение в алкоголе и Никите. Сейчас же только алкоголь. Я считала, что такая как я тебе не нужна, решила пойти на их поводу. И когда ты ушел в тот вечер, то я снова позвонила Савелию, он приехал и успокоил меня, но в этот раз брат не хотел свернуть кому-то шею за мои слезы. Ему впервые понравился человек, который за мной ухаживает, ты был первый и, наверное, единственный, из всех.  Она впервые за долгое время, открыла и полностью показала свою душу. Смогла это сделать, после больного опыта. Доверилась и боялась теперь одного, то что утром постель окажется пустой и она снова будет одна. В голове же держалась только одни слова: "Ты так одна останешься". Они словно эхом проносились в ее мыслях. И с этим Вероника была согласна. Она строила эту спасательную стену, не впускала ее никого, кроме брата и теперь она стояла перед тем выбором, что либо ей нужно отказаться от этих тварей, либо остаться полностью одной. — Артем, я никогда не о чем не прошу, но сейчас у меня просто нет выбора. С тобой я как-то научилась ими управлять и стала жить свободно. Не уходи утром и добейся от меня тех же слов, что я тебе сейчас сказала. Хоть пытай меня, но не оставляй меня одну с этим, пожалуйста, — говорит Голубева, поднимая голову и смотрит вновь в глаза. — Я и не собирался тебя оставлять одну. Не знаю, что сделала ты со мной, но ты первая, кто мне настолько не безразличен. И как бы сейчас не звучали мои слова, но я готов с тобой пойти хоть на дно. — Прости за все… — Тебе не нужно извиняться за это, — говорит Краснов, а после осторожно вытирает ее мокрые щеки. — Все будет хорошо. Парень осторожно целует девушку в лоб, а после начинает гладить ее по голове. Все эти махинации быстро усыпляют девушку, а сам же молодой человек засыпает после нее почти сразу. 

***

Впервые за эти дни Вероника проспала всю ночь. Девушка не разу не проснулась от кошмаров, а утром же чувствовала себя полностью отдохнувшей. На часах было десять утра. Нужно уже было собираться и сдавать номера. Только, когда Голубева собирается встать, то осознает, что не одна. Первая мысль, что нашла кого-то в баре, но она в одежде, а потом видит знакомую татуировку на тыльной стороне ладони, отчего сразу понимает, кто это. Поднимая голову, она замечает, что Краснов не спал. Он лишь смотрит ей в глаза, ничего не говорит. Память медленно восстанавливает события прошлого вечера, отчего девушка почти сразу отводит взгляд, но Артем лишь быстро хватает ее за подбородок и заставляет смотреть в глаза ему. — Не прикидывайся, что не помнишь вчерашнюю ночь. Еще раз на такие игры я точно не поведусь, так что давай не отводи взгляда и не строй невинную овечку. Девушка уже даже понимает, почему парень сейчас в такой жесткой манере заставляет ее хоть что-то и сказать. Она помнила все от и до. Но внутри все равно оставался некий стыд за все ее действия перед ним. —  У нас самолет скоро, нужно… — Пока ты не скажешь, того что сказала вчера, мы собираться никуда не будем. Плевать, что пропустим перелет, если им надо, то подождут нас, — говорит Краснов, смотря ей прямо в глаза и не давая даже шанса, хоть как-то отвести взгляд от себя. Вероника тихо вздыхает, а после через ком в горле говорит все, что было сказано ночью. И уже под конец она все таки отводит взгляд, а Артем же отпускает ее подбородок. — Почему ты молчала об этом?  — Я боялась, того что ты посчитаешь меня какой-то больной и решишь, что такая тебе не нужна. — В Москве нас ждет с тобой долгий разговор на тему доверия и по поводу твоих чертей, с которым ты работаешь, — говорит парень, а после поднимается с кровати. — Давай собирайся, я минут через тридцать зайду за тобой. Голубева же лишь кивает на эти слова, а после того как Краснов выходит из номера, она остается ещё лежать минут десять, а уже потом начинает медленно собираться вещи, которых на ее радость было мало. И как обещал парень, он заходит за ней. В руках у него была своя сумка, а после берет и ее багаж к себе в руки. — Не нужно, сама донести могу, — говорит Вероника, пытаясь забрать у него лишние вещи. — Все нормально, пошли уже. И девушка дальше не смеет спорить с ним. Просто закрывает свой номер, а потом оставляет ключи, как от своей комнаты, так и от комнаты Артема на ресепшене. Автобус же уже ждал около входа и быстро заходя в него, пара занимает место почти в самом конце. Вероника же осторожно кладет свою голову к нему на плечо, а парень же не возражает, лишь устраивается так, чтоб и ему было удобно и ей.

***

Весь перелет и съемки прошли более менее нормально. Белый конверт, сегодня был у двоих участников. У Вероники и Краснова. Черный же остался за Саковым, который решил взять себе в соперники Левина. Саму дуэль девушка почти не смотрела, она слушала все недовольные возгласы демонов, которые очень сильно давили на голову, отчего уже после окончания съемок, она у нее болела и очень сильно. Как и обещал Артем, вечером они были у него на квартире и разговаривали на тему доверия и того, как помочь девушке с ее чертями. Но перед этим, Голубева успела у него поспать, а после более менее, но нормально поесть. И вроде все начинает налаживаться, но внутри все равно остается какая-то тревожность.