Часть 16

      Небо сегодня красивое.       Еще чуть-чуть и я окажусь прямо на нем.       Все таки мне стоило продумать план боя с Каминари чуточку детальнее. Идея с подкидыванием себя воздух и моментальным втягиванием костей казалась идеальной, да и справедливости ради, она работала. Ну, по крайней мере первое время. Но что-то я не взяла в расчет факт того, что ток перемещается в разы быстрее чем мои кости. И только мой одноклассник просек фишку, как весь мой план рухнул. На меня обрушилась нескончаемая волна электричества. Мне даже в какой-то момент показалось, что он вовсе не делает передышек, благо, потом, краем слезящегося глаза заметила, что на пару секунд он все-таки останавливается. Хотя это никак не помогало.       Каждый раз когда я отталкивалась от земли и уже собиралась выдернуть кости из бетона, в меня прилетал заряд. Не слишком сильный, но далеко не самый приятный. Ощущения были не болезненными, скорее очень дискомфортными: моментальная вспышка горения на секунду парализовывала тело, а каждая клеточка будто бы начинала дрожать, потихоньку раздражая соседние, вызывая какой-то сбой.       Так и началась удивительная игра под названием «побег от электрошокера». Критическое мышление у меня работает довольно своеобразно, поэтому вместо того, чтобы придумать какой-то иной план, мной было предпринято решение продолжать подлетать дальше, в надежде, что одноклассник в какой-то момент выдохнется и возьмет длительную паузу, которой я могла бы воспользоваться. Правда, есть малюсенькое ощущение, что я свалюсь на землю раньше него.       — Ты когда там уже закончишь, придурок?! — не выдержав, наконец заорала я, все еще скача по, специально возведенной Цементосом, бетонной арене. Пусть, я и старалась мысленно убедить себя в том, что это экстремальный токовый массаж, но в этом случае самовнушение не спасало.       — Неужто устала, Теру? — весело улыбаясь, парень вновь прицелился. — Может, тогда сдашься? —       Только я хотела ответить какой-то не самой остроумной шуткой, как очередная волна дрожи пробежала по телу, отчего я задергалась на высоте птичьего полета, и не имея никакой опоры под собой, полетела вниз.       — Да что за день такой отстойный?! — падая, как мне казалось, со скоростью света, я отчаянно начала махать дрожащими руками, выпуская фаланги в последний момент, лишь слегка смягчая падение.       — Детишки, что это такое? — вновь раздался голос Мика из динамиков. — Какой-то тухлый поединок. Вы драться то будете? —       Ну конечно, сам то сидит там в своей будке, да чаек потягивает. Легко говорить. А ты тут попробуй поскакать, как саранча на электронном стуле.       И неважно, что он профессиональный герой с огромным опытом.       Ближний бой, да и грубая сила, против Денки не особо то эффективны: он просто не дает возможности к себе подобраться. И в этом основная проблема, ведь моя причуда строиться по большей части на этом. Нет, конечно, можно было бы попытаться зарядить ему прям в лицо издалека, но вот вопрос: не собьюсь ли я по пути из-за внезапного заряда, который этот черт может пустить по земле? Тут нужно действовать хитрее, что не могло не огорчать. Ну почему всегда мне в пару попадается кто-то, с кем надо думать?       Был бы вместо него Киришима, так мы просто бы махали руками и ногами до момента, пока один из нас не свалился бы.       И что прикажете делать? Отвлечь его банальной уловкой с «пролетающей мимо птичкой»?       Ну а с другой стороны, что мне еще остается?       — Да ты… Боже мой! — собрав в кучу всю свою харизму, умение лгать и дешевый артистизм, я посмотрела на ту часть арены, что находилась за его спиной. — Королева Улья! — заорав истеричным голосом, я наотмашь ткнула куда-то пальцем. Ну да, банально. Ну да, до чертиков очевидно. Ну а вдруг сработает?       Королева Улья была, пусть, и далеко не самой сильной или опасной злодейкой, но одной из самых соблазнительных. По крайней мере, таковой ее признали фанаты. Все таки и у преступников они есть. Да и глупо отрицать, что она и вправду было очень даже хороша внешне. Очень хороша.       А все-таки, подслушивать иногда полезно. Если бы я тогда не задержалась из чистого, и непременно, самого невинного, интереса около мужской раздевалки, то и не узнала бы что Денки пускает на нее слюни. Интересно, а так вообще можно? Хотя, если это только реакция на внешность, которая не затмит разум в критический момент, то почему бы и нет? Признаться, я и сама иногда зависала на репортажах о поимках злодеев, только из-за уж больно красивых фотографий этих подлецов.       Толпа на трибунах начала активно переговариваться, кто-то даже не сдержал восторженного крика. Все таки, Королева Улья промышляла в основном мелким разбоем и кражами, а потому не внушала ужаса. Да и вокруг куча героев, которые, кстати, будто бы и бровью не дернули.       — Что? Где? Боже мой! — зато мой оппонент зашевелил не только бровями, но и всеми остальными конечностями, вертясь на месте, как мясо на шампуре. Эх, молодость и гормоны, чудесная пора.       А все-таки я молодец, это ж надо было вспомнить такое. Похоже, что критическое мышление стреляет редко, но метко.       Не теряя ни секунды, я оттолкнулась ногами от бетона и рванула в сторону одноклассника, который все еще пытался найти глазами нарушительницу закона.       — Да ладно, где? — похоже, я ненароком раскрыла еще одного ее тайного фаната. Эх, учитель Мик, как бы вам потом директор не напихал за такое.       — Ты что издеваешься? — следом из динамиков раздался хриплый тон Сотриголовы, в котором читалась легкая доля разочарования. А вот он, похоже, не в восторге от нее. А может быть он просто очень хорошо скрывается?       Ну или он просто не ожидал такой доверчивости от коллеги.       Довольно очевидно, что многие герои поняли, что это была провокация, если ее, конечно, можно таковой назвать. Ну, как минимум, потому что она ужасно продумана. Сомневаюсь, что хоть один злодей сумел бы пробраться через несколько десятков лучших героев страны. Да и посмел бы кто сунуться?       — Чего? — Каминари растерянно оглянулся на комментаторскую будку, видно, не поняв причины такого тона классного руководителя. Зато поняв тогда, когда я с воинским кличем пнула его со всего размаху в бок, отчего он отлетел на несколько метров. — Ты сдурела так подкрадываться?! — хватаясь за ушибленное место, прохрипел он.       — Ты вообще минут пять шмалял в меня током, так что молчи! — я возмущенно помахала указательным пальцем. — Эй, куда! — завидев, что он пытается подняться на ноги, я выпустила в его сторону фаланговые кости, которые воткнулись в бетон прямо перед его лицом. — Ты мне тут не надо, теперь твоя очередь скакать. — я быстро втянула отростки обратно, вновь начиная бежать на парня, который тут же поднялся на ноги и почему-то вместо того, чтобы опять зарядить в меня электричеством, начал убегать. Ой, похоже у нас строение мозга одинаковое. Может, мы с ним родственники?       Честно говоря, весь наш поединок все больше и больше напоминал цирковое представление. Сначал я крутила пируэты, а теперь Денки, как угорелый, носился по арене, пытаясь спастись от моих костей. Я то целилась ему в ноги, сбивая, то пыталась попасть в его туловище, чтобы выбить с арены, но он, как и его ток, шустрый до невозможности. Толпа по-тихоньку начинала хихикать, явно не сильно огорченная нашим боем.       Да, может он и не был каким-то эпичным или эмоциональным, но, по крайней мере, он был динамичным. Что особенно сильно контрастировало со сражением Мидории и Шинсо и раскачивало людей. Ну, это тоже неплохо. Им как минимум весело за всем этим наблюдать.       — Да откуда у тебя столько сил?! — веселье весельем, но я уже порядком устала гоняться за одноклассником.       — А сама то! — недовольный ответ не заставил ждать. Ровно как и неожиданный финт ушами от Каминари.       — Чего? — парень резко затормозил и резко повернулся ко мне лицом, выдвигая перед собой ладони. Черт, походу его мозг наконец-то заработал.       — А ну-ка, выкуси! — ехидно оскалившись во все тридцать два зуба, мой оппонент начал сгущать вокруг себя электрическое поле, которое с каждой милисекундой становилось все больше и больше.       — А? — я резко остановилась, слегка покачнувшись на месте и глупо уставилась на огромный сгусток желтой энергии. Что-то это не похоже на его предыдущие атаки.       Но что куда важнее, неужели это нечто сейчас прилетит в меня?       — Ого, неужели это то самое? — голос Громкого Героя только подлил масла в огонь.       — В каком смысле, то самое? Можно чутка конкретики?! — не особо догоняя о чем идет речь, почти что истерично крикнула я, все еще не отводя взгляда от одноклассника.       — Неконтролируемое электричество. — абсолютно беспристрастно прохрипел в микрофон Айзава, ровно в тот же самый момент, в который это «неконтролируемое электричество» молнией устремилось мне прямо в лоб.       Спасибо, учитель, очень своевременно. Вы прям помогли.       И вот на этот раз было больно. Даже не так, это была самая настоящая агония. Вспышка горения, которая до этого длилась меньше секунды, превратилась в мучительно длинную пытку. Каждая молекула внутри меня отчаянно билась, разрывалась и горела. Глаза закатились сами по себе, точно также как и вырвался истошный крик, едва различимы из-за шипения тока. Не знаю, так ли ощущается горение заживо, но мне почему-то казалось, что да. Было настолько горячо, что даже холодно. Как в те моменты, когда моешься в кипятке и телу настолько дискомфортно, что горячая вода шпарит и ощущается на коже чем-то режуще-ледяным.       Хотелось вырвать себе волосы на голове, разодрать плоть, вгрызться зубами в асфальт — сделать что угодно, чтобы переключиться с одной боли на другую.       — Вот это да! — мне эта фраза в кошмарах теперь сниться будет. — Вы только поглядите, заряд Каминари застиг Химекаву в расплох. Похоже, что победитель уже очевиден. —        Ну учителя сегодня однозначно радуют, так и чувствуется поддержка и вера в каждом слове.       — С нее еще даже не сошло электричество, не беги впереди паровоза. — следом раздалось уставшее бормотание гусеницы.       Как только волна рассеялась, я бессильно свалилась на четвереньки, впечатываясь лицом в бетон. Конечности, как и туловище, продолжали дергаться и резко подскакивать. По сути, мое тело сейчас билось в остаточных конвульсиях, что продолжало причинять жуткую боль. Я не могла даже приподнять голову, не то чтобы думать о продолжении боя. Даже если мне и хотелось, я абсолютно этого не понимала. Единственная мысль, крутившаяся в моей голове, была о том, насколько же сильно жжется мое тело.       Спереди раздался глупый смех, который, каким-то образом смог просочиться через пелену однотипных мыслей, к моему мозгу. Да кто вообще будет смеяться после того, как чуть не испепелил человека в дружеском матче? Он совсем с катушек слетел?       Хотелось приподняться, посмотреть ему в глаза, да крикнуть, чтобы он захлопнулся. Но, как и раньше, мышцы не поддавались никакому влиянию, не слышали ни единого импульса. Он же не мог случайно уничтожить мои нервные окончания? Не мог же? Я же не останусь в таком состоянии навсегда?       Быть парализованной на всю оставшуюся жизнь, быть ограниченной в своих действиях, не иметь возможности даже говорить — нечто, сравнимое по ужасу с тотальным одиночеством. Нечто, что я не смогла бы пережить.       Тревожные мысли накалялись с каждой секундой. Может, причиной тому была моя измотанность из-за, кажется, тянущегося целую вечность, дня, но в какой-то момент мне и вправду показалось, что я перестаю чувствовать пальцы. Почему-то мне показалось, что боль в них вызвана не концентрацией огромного заряда, а резким отсутствием их ощущения.       В отчаянном страхе и попытке понять, что происходит с моим телом, я пыталась подняться, из-за чего мое тело лишь сильнее дергалось от импульсов, но не сдвигалось ни на миллиметр.       Нет, такое же невозможно. Невозможно ведь?       Напрягая каждую мышцу своего тела, чуть ли не разрывая их ткани от напряжения, я пыталась сделать хоть что-нибудь.       — Итак, похоже, что бой окончен… — задорный голос основного комментатора резко прервался его коллегой.       — Стой. —       Их голоса слышались где-то на затворках, где-то далеко.       Ну давай, давай же. Хоть что нибудь.       Ну пожалуйста.       Рука, так дико рвущаяся куда-то, внезапно вскинулась наверх, тут же упираясь ладонью в жесткую поверхность земли. Я будто бы пробила самый тонкий слой электричества, сковывающий тело. А впрочем, может оно и само спало, причуда Каминари же не перманента.       — Поверить не могу! Химекава еще в состоянии двигаться! — со всех сторон раздались неразборчивые голоса людей, сливавшиеся в одну большую какофонию голосов.       — Сила Каминари еще не настолько велика, чтобы парализовывать людей на длительный промежуток времени. — мужчина слегка покашлял в микрофон. — Да и он успел выдохнуться из-за того, что до этого атаковал Химекаву почти что беспрерывно. —       Так вот что оно значит, оцепенение начало спадать само по себе. Ну и ладно, не так уж и важно почему оно начало отходить. Главное, что вообще начало.       — Ты слишком безразлично об этом говоришь. — задорно упрекнул коллегу учитель английского. — Похоже, этот поединок оказался гораздо непредсказуемее, чем мы думали, не так ли? — он загоготал в микрофон. — По всей видимости, теперь уже можно подводить итоги? — он, наверняка, обращался к гусенице, который успел уже несколько раз перебить его. — В таком случае, победителем второго боя объявляется Химекава Терука! — и не дождавшись никакого ответа, он огласил результат, после которого раздался громкий крик зрителей с трибун.       Я? Но как это? Почему?       Пользуясь постепенным уходом болезненных ощущений, приподняла голову, чувствуя как каменеет шея.       Денки стоял за пределами белой черты, продолжая глупо смеяться и показывая кому-то большие пальцы вверх. Это что еще такое?       В голове сразу же вспылыл едва понятный монолог Джиро про нападение злодеев во время учебной тренировки. Она так сильно смеялась, что мы все тогда почти ничего не поняли. Но помниться, что она изображала нечто похожее, при этом несколько раз упоминая имя нашего одноклассника.       Так она, что получается, об этом говорила?       Тогда никто из нас не сумел разобрать о чем она говорила, настолько смешно ей было. Однако теперь, казалось, картина складывалась во что-то более менее понятное.       — Куда ты все время так спешишь? — в очередной раз присек своего коллегу Ночной герой. — Химекава тоже сейчас не в состоянии продолжать бой. Это больше похоже на ничью. —       Ничья? Какая еще к чертям собачьим ничья? Нет, я вовсе не против, но не тогда, когда победа лежит прямо передо мной на блюдечке. Если бы Каминари находился, хотя бы в пределах черты, то я, может, и приняла бы такой исход событий. Но когда выигрыш уже лежит в кармане, то не сунуть в этот карман руку — кощунство. Нельзя же даже не попытаться.       Он прав, бой я точно продолжить не смогу. Но мне ведь и не надо, правда? Мне же можно просто создать впечатление, что у меня еще есть силы.       — Никакой ничьи… — голос вырвался из груди приглушенных звуком, говорить было трудно, будто кто-то сковал связки.       — Погодите, похоже Химекава еще что-то может! — толпа заинтересованно заурчала.       — Говорить - это не биться, Мик. — вторил голос второго комментатора.       — Никакой ничьи… — закусив внутреннюю сторону щеки чуть ли не до крови, я изо всех сил уперлась ноющими руками в бетон, слегка приподнимаясь. Спину пронзил болезненный импульс, отчего запястья задрожали, вынуждая меня упасть на предплечья. — Прекращайте жадничать! — от недовольства я ударила кулаком по земле, терпение было на исходе. Хотелось закрыть глаза и завалиться спать хотя бы минут на десять. — Ай, почему асфальт такой жесткий?! Да что за ху… —       Договорить мне, к несчастью, не дали.       — Тихо! — взволнованный голос Громкого Героя не дал мне закончить феноменальную фразу. — Ну… э… Вообщем… — похоже, он нехило так растерялся. — Судя по тому, что у Химекавы еще полным полно сил для того, чтобы говорить… — на последнем слове был сделан особый акцент. — То и для того чтобы продолжать поединок у нее они еще остались. А поскольку Каминари находится за чертой арены, победителем третьего боя становится Химекава Терука из класса 1-А! — толпа радостно завопила, а из динамиков раздалось два характерных вздоха.       А может, меня и не зря прервали.       Все таки, ругательства очень даже полезны.       Ну так, для убеждения.

***

      — Ой, не оправдывайся. — я изобразила самую высокомерную улыбку из всех возможных.       После своего поединка я сразу же отрубилась. Буквально. Слегла мертвым бревном прям на арене стоило только услышать результат. Очнулась уже в лазарете от чудовищно слюнявых лобызаний Лечащей Девочки. Не то чтобы я уж очень против, но просыпаться и видеть перед собой лицо морщинистой старушки, тянущейся к тебе за поцелуем — определенно точно не пройдет для психики бесследно.       После нескольких проверок, в ходе которых мне отколошматили все колени и чуть не довели до косоглазия, меня погнали вон. Эх, все-таки работники ЮЭЙ очень радушные, тут не поспоришь.       Случайно обворовав автомат с едой на шесть лишних шоколадных батончиков, я побрелась на трибуну, отведенную специально для нашего класса. Да и делать было нечего: плевать в потолок скучно, а листать социальные сети было страшновато.       — В каком смысле оправдываться? — Денки явно негодовал. — Да ты ж сама на арене полудохлая лежала! —       — Ну да лежала. — я вальяжно развалилась на сиденье, закидывая руки за голову. — На арене. — я многозначно поиграла бровями, намекая на то, что парень сам случайно вышел за пределы черты.       — Да тебе просто повезло. — он сложил руки на груди, недовольно фыркая.       — Ага, особенно когда в меня прилетел огромный заряд электричества. — я закатила глаза, запрокидывая ногу на ногу. Парень, тут же переключившись, аж хрюкнул от внезапно нахлынувшего на него веселья. — Ты зачем мои фишки воруешь? —       — Видела бы ты свое лицо в тот момент. — он зажал себе рот рукой, пытаясь не рассмеяться во весь голос. — А хотя погоди, я ж могу показать. — он тут же полез рукой за телефоном, набирая что-то в поисковике.       Пара секунд и прямо перед моими глазами красовался стоп-кадр с трансляции нашего боя. Ужасный стоп-кадр. Правда, я сама особо не поняла: ужасно смешной или ужасно грустный.       — Что?! — я чуть не слетела с сидения. На фотографии была я во всей своей красе: пальцы веером, ноги в раскорячку, глаза закатились куда-то к мозгу, а из открытого рта летели слюни. — Фу, блин, убери это. — заржав как кобыла, я стукнула одноклассника по руке.       Не знаю, может, меня и вправду рассмешил мой вид, а может, это был истерический смех, вызванный мыслью, что эта фотка теперь разлетиться по всему интернету. А может все и сразу.       — Так что тут теперь еще подумать надо, кто из нас победил. — он самодовольно покачал телефоном. — Мою рожу хотя бы не будут использовать для смешных картинок. — из недр его организма вырвался злорадный гогот. Ну говорю же, мы с ним точно потерянные брат и сестра.       — Подумаешь, какая-то фотка. — я махнула рукой. — А вот тот факт, что молодой герой без ума от сексапильной злодейки точно еще долго будут обсуждать. — теперь уже я злорадно возвышалась над ним.       — Ты поосторожнее со словами, а то я расскажу СМИ как ты вечно ошиваешься у мужской раздевалки. — наша дружеская баталия только начинала набирать обороты.       — А я тогда расскажу им, как мы с тобой пересеклись взглядами в той дыре в стене между нашими раздевалками. — было дело. Знаю плохо, но в тот день мне словно сам дьявол на ухо нашептал эту идею. Только вот вместо накаченных торсов я увидела раскрытый во всю силу чужой глаз.       — Чего? — в наш разговор внезапно вклинилась Мина. — Каминари, ты что подглядываешь за девочками? — она уперлась руками в боки, стреляя убийственным взглядом в Денки.       — Погоди, меня больше интересует тот факт, что Теру подглядывает за нами. — легонько отодвинув Ашидо за плечо, из-за ее спины появился Оджиро.       — В смысле? — к беседе тут же подключился Серо. А за ним Тсу, Аояма, Сато и вообще большая часть нашего класса. И все с одним и тем же вопросом.       Мы с моим товарищем по несчастью были окружены.       — Э… — не зная что ответить, одноклассник глупо покосился на меня. В ответ он получил, вообщем-то, такой же глупый взгляд. Беда. Мы по собственной глупости угодили в ловушку, из которой надо было срочно выбираться.       Как говорила моя мама, являющаяся юристом, если обвиняют — отрицай.       — Не было ничего такого. — схватив бедолагу за плечи, я уверенно кивнула головой. — Правда ведь? — сжав его плечо так сильно, что даже Всемогущий позавидовал бы, я закивала еще активнее.       — Да, правда. — быстро уловив мой посыл, он повторил мои движения. — Я никогда не стал бы заниматься чем-то подобным. Она тоже. — так мы и стояли: обнявшись за плечи, в унисон болтая головами.       — Да. Это все шутки ради, неужто вы думаете, что мы способны на такое? — честное слово, у меня уже все перед глазами кружиться от такой активной работы головы.       — Очень даже. — сложив руки под грудью, нахмурилась Яойрозу.       — Обижаете, друзья. — Каминари драматично прикрыл глаза ладонью.       — Очень обижаете. — я также драматично схватилась за сердце. — Вы что забыли, кто главный извращенец нашего класса? —       — Точно. Если на кого-то и стоит злиться, так это на Минету. — быстро подхватив мои оправдания и предав своего товарища, он ткнул пальцем в низкорослого парня.       — Именно так. Я и вправду пялилась в дыру между нашими раздевалками, но только потому что услышала как Минору что-то бубнел про наших девочек. Я лишь хотела посмотреть ему в глаза. — я вскинула руки, оглядывая своих товарищей.       — А мой глаз она увидела лишь потому что я в тот момент его оттолкнул и случайно оказался на том месте. — вновь скопировав мои движения, воодушевленно протараторил блондин. — Парни, вы же сами много раз видели, как он занимается подглядыванием. —       А вот это уже звучало как аргумент. Ибо как иначе объяснить раздумья, отобразившиеся на их лицах?       — Каминари, ты предатель! — из толпы раздался ошарашенный голос Минеты. Ну да, мы свалили все на него, но и не соврали ведь! Он и вправду слишком сильно пристрастился к подглядываниям и, что куда неприятней, активным обсуждениям без зазрения совести. Так что он был в сто раз хуже нас, уверена. Ну меня так точно! За Денки судить не берусь, не знаю всего, но поскольку мы с ним сейчас в одной лодке, то и закапывать не буду.       Эх, не по совести поступаю, не по совести. Но что поделать, никто не идеален. Подумаю об этом как-нибудь в другой раз.       — Не могли бы вы быть потише? — со стороны перил раздался строгий голос нашего старосты. — Если вы не заметили, то у ваших товарищей сейчас идет бой. И было бы куда лучше, если бы вы их поддержали. — все резко замолчали.       На всех страстях у меня из головы совсем вылетел тот факт, что сейчас сражаются Бакуго и Урарака. Что, очевидно, было неожиданным событием. И, стоит сказать, очень интересным.       — Прости. — я неловко почесала затылок, отводя глаза. Это и вправду было не очень красиво. Во время моего боя все одноклассники наблюдали и даже кричали слова поддержки.       После слов Ииды вся эта ситуация с раздевалками рассеялась, словно ее и не было. Все разбрелись кто куда: кто-то развалился на сидениях, кто-то тоже подошел к перилам, а кто-то и вовсе ушел с трибуны.       — Сойдемся на том, чтобы не обсуждать больше ничего подобного при людях? — усмехнувшись, я слегка толкнула своего бывшего оппонента.       — Только при СМИ. Они же не люди.— тот вздохнул и одарил меня хитрой улыбкой.       В ответ я лишь хохотнула и показала ему язык, разворачиваясь спиной и направляясь в сторону той группы одноклассниковов, что стояла у перил.       На арене творилась самая настоящая вакханалия: повсюду были разбросаны куски асфальта, по всей видимости, отлетевшие от земли из-за взрывов Бакуго, а, явно выдохшаяся, Очако на всех парах мчалась на Кацуки лишь для того, чтобы получить очередную вспышку в лицо.       — И долго это продолжается? — положив голову на холодную железяку, я обратилась к уже успевшему проявить себя сегодня Тенье.       — С самого начала матча. — он недовольно покачал головой.       — Жестко он с ней. Очевидно же, что их силы неравны. — разочаровано выдохнул, рядом стоящий Серо.       — Наверняка у Урараки есть какой-то план. — находившийся по левую руку от старосты Мидория не сводил глаз с арены. — Должен быть. —       Раздался очередной взрыв, от которого шатенка отлетела назад на несколько метров. Мне не нужно было смотреть на огромный экран, чтобы видеть как тяжело она дышит и как ей больно.       Со стороны зрительских трибун начали доноситься недовольства, кто-то кричал о том, какой Бакуго урод, кто-то просил остановить матч, а кто-то жалел Очако. Обстановка явно становилась напряженной и была несравнима с той, что царила во время моего боя с Денки.       Отчасти я была согласна с ними. Кацуки и вправду атаковал сильно и, понятно по одному лишь звуку, больно. Наблюдать со стороны за всем этим и вправду очень неприятно, даже жалко. Была бы я на месте Урараки, то покрывала бы его всевозможными ругательствами и проклятиям. Обидно от одной лишь мысли, какого сейчас моей однокласснице. Она уже кучу времени топчется на одном месте, получает удары, а ее противнику хоть бы хны. Так еще и все вокруг кричат о том, что их силы неравны.       А с другой стороны, это же бой. И никто здесь не жульничает, никто не играет грязно. Что она, что он дерутся так, как могут. Вряд ли взрывы Кацуки могут быть безвредными, так что ожидать какого-то иного представления не стоило. Он, конечно, тот еще засранец, но стал бы он намеренно причинять излишний вред ничего не значащему для него человеку?       — Эй, Мидория. — не поднимая головы с перил, я обратилась к однокласснику. — Ты тут лучше всех знаешь Бакуго. Как ты думаешь, ему хватило бы сил с одного удара выставить Очако за черту и не мучать ее? —       — Думаю, у Кач-чана есть на это силы, но Урарака очень быстрая и изворотливая. — он нервно укусил ноготь. — Есть вероятность, что пока он будет заряжать свой взрыв, она неожиданно нападет на него. —       — Думаешь? Значит, он делает все это не ради представления? — я перевалилась с одной щеки на другую.       — Не знаю. — вновь заговорив, Иида поправил очки. — Уверен, он может в два счета выкинуть ее за пределы арены. Как минимум, была возможность начать с этого, воспользовавшись фактором неожиданности. Но при этом, мне кажется, что он вел бы себя иначе, если бы хотел произвести впечатление. — он тяжело вздохнул. — Без понятия, что им движет. —       — Черт, я вообще ничего не понимаю. — упираясь лбом в железку протянула я.       Недовольство волны начинало разрастаться, вместо аплодисментов или восторженных визгов теперь со всех сторон слышалось лишь гудение. Какой-то герой, сидящий прямо под нами, резко поднялся и начал во всю глотку орать на Бакуго.       — Если ты профессиональный герой, то я советую тебе отправится домой и задуматься над тем, чтобы сменить род деятельности. — из динамиков раздался знакомый голос, на этот раз звучавший не устало, а строго. — Бакуго видит в ней достойного соперника, поэтому дерется во всю возможную, на данный момент, силу. Если он ослабит защиту и попытается закончить бой одним ударом, то проиграет. — толпа людей затихла, не ожидавшая такого резкого выпада со стороны комментатора. А я впервые была рада этому неприятному поучительному тону.       Если честно, то мне и самой уже становилось не по себе от количества негатива и презрения, скопившегося вокруг.       — Так это что выходит, он ее уважает или вроде того? — продолжая мучать своей головой несчастные перила я сама не знала к кому обращалась.       — Бакуго? Уважает? — справа раздался неуверенный смешок Серо. — Звучит как шутка. —       — Не думаю, что он ее уважает, Теру. — Деку отрицательно покачал головой. — Скорее он просто понимает сложившуюся ситуацию и, как сказал учитель Айзава, делает упор на защиту, чтобы случайно не попасть под силу гравитации. —       — Блин, это отстойно. — я оперлась животом на железяку и свесила туловище на другую сторону.       — Я понимаю, что вы не слишком ладите, но он твой товарищ, Теру. — сверху послышался укоризненный тон Ииды. — Даже если ты не хочешь, чтобы он победил, то лучше просто болей за Урараку. —       — Да я не о том. Просто было бы здорово, если бы он внезапно изменил отношение хоть к кому-то из нашего класса. — я заболтала руками, все еще находясь в странном положении.       — Мечтать не вредно. — Ханта хохотнул и хлопнул меня по спине. — Это только в сказках люди меняются за секунду. —       — Черт, вы испортили такую хорошую историю своим реализмом. — я наконец-то разогнулась, тут же зашатавшись от резкого прилива крови к мозгу. — Но ты прав, Иида. —       — А? — он озадаченно глянул на меня.       — Вместо того, чтобы думать о том, как работает мозг Кацуки, я лучше просто поболею за Очако. — я по-дружески схватила его за плечо, утвердительно кивая.       — Да, это гораздо больше похоже на тебя. — он слегка улыбнулся мне в ответ, еще не зная, что через секунду пожалеет о своем совете.       — Урарака, вперед! — я заорала так, что все кто стоял вокруг мменя резко ошатнулись, испуганно таращась на меня. — Давай, врежь ему со всей силы! Покажи, кто тут авторитет! Запихни его взрывы ему в жо… — мой рот зажало сразу две руки, принадлежавшие парням, стоящим по бокам от меня. Ну и ну, а это не домогательство? Я ж в суд подать могу.       — Когда я говорил про поддержку, то не подразумевал оскорбления и ругательства! — у Теньи аж волосы на голове дыбом встали. Ну, конечно, это ж ему потом отвечать перед Айзавой за мое поведение.       — Но справедливости ради, это было круто. — хохоча, Серо ткнул в бок старосту, получая от того испепеляющий взгляд.       — Посмотрите! — с сидений раздался радостный восклик Тору. — Ай да Урарака, ай да молодец! —       Тут же оторвавшись от моего рта, мы все вновь подбежали к перилам, чуть ли не перекидываясь через них. И не зря.       Мидория был прав, Очако и вправду продумала определенную стратегию. Все те осколки асфальта, что были отделены от земли, сейчас парили в воздухе под воздействием силы нашей одноклассницы. Секунда и они обрушились на взрывного блондина каменным дождем.       — Да! Так держать! — я затарабанила руками по всему, что меня окружало, в том числе и по одноклассникам. — Вы видите это? Она смогла! —       — Тихо. — Ханто наотмашь махнул рукой, которая так удачно прилетела мне прям в лицо, заставляя заткнуться. — Он все еще на ногах. —       Переведя непонимающий взгляд на арену, моя радость моментально развеялась. Парень спокойно стоял на ногах, будто бы в него только что не прилетело несколько десятков булыжников. Да что ж он бессмертный такой.       Увы, бой закончился за считанные секунды. Может, у Урараки еще и был запал продолжать, но сил явно не было. Победителем окрестился Кацуки Бакуго, но если честно, то для меня выиграл совсем не он. Да, он сильный и выносливый. И в этом вся суть. Он изначально на ступень, а то и несколько, сильнее нас всех. От рождения он такой или это все результат мучительных тренировок — я не знаю и вовсе не умоляю его трудов. Он тоже молодец, каким бы засранцем не был. Просто лично для меня, сила парня очевидна, она, как бы странно это не звучало, уже приелась и срослась с его образом. А способности Очако стали моим сегодняшним потрясением, целым открытием       Если бы я оказалась на ее месте, то не продержалась бы и трех минут. И это не прибеднение, это факты. Может быть, мы с ней приблизительно на одном уровне владением причуд, может быть, я несколько сильнее ее физически, но я точно не смогла бы придумать такой, простой на первый взгляд, но на деле очень хитроумный, план и исполнить его так красиво. А еще я не уверена хватило бы мне нервов сохранять спокойствие после каждой заблокированной атаки. И именно поэтому абсолютным победителем для меня сегодня стала именно Очако Урарака.