Глава пятая

      Драко не появлялся в своём доме неделю. Он бродил по степи, забирался на вершину гор. Медитировал, не обращая внимания на смену дня и ночи. Скитался по своему сознанию, сливался с природой и становился самим ветром. Наконец, вернувшись домой, он лёг на кровать, которая больше не пахла розами, и глубоко вдохнув, почувствовал её запах, словно оказался в прошлом: распахнул двери и оказался в библиотеке Хогвартса. Драко впервые не мог уснуть. И после он не мог найти покоя, и снова ушёл из дома на несколько недель. Закрывая глаза, он погружался в состояние невесомости и видел её глаза, чувствовал её, ощущал прикосновения, слышал голос. С каждым днём девушка становилась наваждением, от которого нужно было непременно спастись. Изнемогая своё тело постоянной ходьбой, он сбивал ноги до крови, только чтобы устать и уснуть, чтобы не видеть ничего… Но он снова видел её образ. Наконец Драко сосредоточился, стал снова правильно дышать, сознание прояснилось, а дыхание стало ровным. Теперь Гермиона стала образом, стоящим по правую руку, а ладонь её лежала на его плече. Драко стал контролировать своё чувство, принимая его полностью и осознавая.       Вернувшись, наконец, в дом, он увидел, как в холле — если эту комнатушку можно было так назвать — парят чемодан, пара саквояжей, стопки книг… Он взмахнул рукой, и всё это в миг оказалось на полу.       Сердце забилось быстро-быстро, он вдохнул запах и сразу понял, кто же является внезапной гостьей в его доме. Пошёл в ту комнату, где по-прежнему стояла кровать, потому что так было удобно ей, и, отодвинув красную ткань, увидел, как Гермиона сидит на кровати, сложив ладони на коленях.       — Что-то снова случилось с эльфами? — спросил он.       Волшебница помотала головой.       — С ними всё хорошо. Ты оказался прав. У меня для тебя есть подарок.       — Подарок? Он находится в чемоданах и саквояжах, это что, сувениры из Лондона? Или это на всю деревню?       — Нет, это мои вещи, а подарок… вот он.       Она взяла длинную коробочку из зелёного бархата, что лежала рядом на кровати, и открыла её. Драко сразу понял, что в ней находится. Подошёл к ней и сел на колени, посмотрел на свою палочку, узнавая её и чувствуя: та завибрировала, признавая хозяина. Драко взял её в руки и закрыл глаза. Ему не хватало её. Несмотря на то, что он обладал магией, он чувствовал её, потому что палочка была родной. От чего слеза скатилась из глаз. Гермиона стёрла её ладонью, и тогда он перехватил её запястье, смотря в глаза.       — Зачем ты здесь снова, Гермиона Грейнджер?       — А как ты думаешь, Драко Малфой? Я оставила здесь сердце. Это самый честный ответ. Не смогла забыть тебя. И не знаю, ждал ты меня или не ждал, но…       — Не смел надеяться, поэтому и не ждал. Всё это время пытался избавиться от того, что почувствовал. И у меня почти это получилось. А если по правде, то я создал твой образ и поставил рядом с собою, потому что подумал, что любовь сделает меня сильнее…       — Любовь? — почти шёпотом переспросила она.       — Да, это то, именно то, чего мне не хватало всё это время. Именно ты привезла мне её сюда. Себя и любовь.       Драко откинул палочку на кровать. Гермиона даже не успела опомниться, как он ладонью притянул её за шею и губами прикоснулся к её, и тут же замер. Она выдохнула ему в губы от неожиданной, но желанной ситуации, и тогда случился первый поцелуй: столь робкий, неловкий, трепетный. Они стукнулись зубами, и, смеясь, закрыли глаза, продолжая целоваться. Гермиона боялась использовать язык: от чего-то ей казалось это неправильным, казалось, что её неправильные движения, действия, прикосновения могут его остановить. Девушка робко запустила пальцы в его длинные волосы, чувствуя приятное щекотание между пальцев. Драко крепко обнял и встал, поднимая её. Она прижалась к его груди, слыша его сердце. И Драко не хотел выпускать её из объятий, и в этот момент почувствовал, как она и он задрожали. Это случилось одновременно.       Вибрация была такой сильной, что они оба начали нагреваться, а сердца стали биться в унисон. Драко понял, что она — действительно та, кого ему не хватало, именно её — Гермионы Грейнджер. Он уткнулся носом в её волосы, которые пахли воспоминаниями о его прошлом, которое больше не приносило боль, а только радость, потому что из того прошлого к нему пришла она.