3. Не помеха

Где-то вдалеке раздался оглушительно громкий раскат грома, и Эмма застыла на месте, вся съёжившись. По телу прошлась крупная дрожь, и она покрепче вцепилась пальцами в плед, в который укуталась, будто бы он мог её от чего-либо защитить. Так она стояла посреди тёмного пустого коридора ещё некоторое время. Сделать хотя бы шаг было трудно и страшно. Тело почти не слушалось, сердце бешено колотилось в груди. Это была привычная реакция на грозу. Эмма всегда пугалась, когда она буйствовала за окном. Правда, раньше рядом каждый раз оказывался Рэй, который обнимал её, крепко прижимал к себе и гладил ласково по голове. Он защищал её от непогоды, бушевавшей за окном, и рядом с ним Эмма чувствовала себя гораздо спокойнее. Но сегодня он спал в другой комнате, потому что они поругались, и не мог закрыть её от всего на свете. Собственно, именно поэтому она сейчас была в этом коридоре совершенно одна. Она собиралась сама пойти к нему. Наконец, когда дрожь во всём теле немного отступила, Эмма медленно двинулась дальше. Она делала маленькие осторожные шажочки, прислушиваясь к звукам в квартире. Там, к счастью, было тихо. Лишь дождь моросил за окном, и его холодные капельки звонко ударялись об подоконники, крыши и стёкла. В любой другой ситуации этот звук наоборот успокаивал бы её, даже склонил бы в сон, но не сегодня. Сегодня была эта дурацкая страшная гроза, из-за которой Эмма совсем не могла уснуть. И, как назло, именно тогда, когда они с Рэем поругались. В ссоре они наговорили друг другу много глупых и обидных вещей, и потому она не планировала так скоро к нему возвращаться, но судьба, похоже, решила иначе. Приходилось идти к нему за защитой и спокойствием, которых сейчас так не хватало. Коридор постепенно оставался позади. Вот Эмма уже прошла кладовую, преодолела стену, завешенную их с Рэем фотографиями. Возле неё она даже ненадолго задержалась. Там висело множество снимков, которые Рэй сделал на свою камеру. Из-за темноты почти ничего не было видно, однако Эмме и не требовался свет: она и так прекрасно знала, какая фотография где находится. Она наизусть помнила, что в левом верхнем углу они повесили фото с их совместного отдыха, после него — снимок, где Рэй уснул за работой, а за ним — тот, где они вместе обнимали её большого плюшевого жирафа, которого он купил ей на день рождения. Сейчас этот самый жираф мирно лежал в её кровати, заботливо укрытый одеялом. Эмма с удовольствием взяла бы его с собой, но, увы, тогда для Рэя места не останется. Постояв немного у стены с фотографиями, Эмма направилась дальше. Сейчас она чувствовала себя лучше, и потому шагала уже бодрее. Дрожь почти полностью отпустила её, но ей всё ещё было тревожно. А ещё очень холодно. Хотелось как можно скорее оказаться в тёплой постели, под мягким одеялом. Рядом с Рэем, который обязательно обнимет, прижмёт к себе и скажет, что всё хорошо. И вот, вскоре она всё-таки увидела заветную дверь. За то время, что она шла, глаза уже привыкли к темноте, так что она сразу же её заметила. Сердце оттого радостно затрепетало в груди. Покрепче сжав в руках плед, чтоб не сполз, она ещё ускорила шаг. Ей уже не терпелось очутиться рядом с Рэем. Когда Эмма тихонько приоткрыла дверь и заглянула в комнату, он ожидаемо спал. На кровать попадал лунный свет, так что она хорошо видела его лицо, сейчас незакрытое волосами. Похоже, его сон тоже был беспокойным, судя по тому, какой смятой выглядела под ним простыня. Про себя Эмма усмехнулась. Кажется, не ей одной сегодня спалось не очень. И она только убедилась в правильности этого суждения, когда прошла в комнату. Стоило ей сделать шаг по направлению к кровати, как Рэй на ней замычал и заворочался. Он обычно спал крепко, так, что его было не разбудить, но в этот раз проснулся от малейшего звука. Это свидетельствовало лишь о том, что он тоже чувствовал себя некомфортно один. Эмма замерла на месте и затаила дыхание. Рэй ещё немного поворчал, а затем неохотно приподнялся на локтях. Сонно обвёл взглядом комнату, не сразу остановился на ней. В этот момент за окном снова загрохотало, из-за чего она опять вся съёжилась. Рэй полностью сел на кровати. — Ты чего тут делаешь? — пробормотал он. Спросонья его голос звучал хрипло, и Эмма из-за этого улыбнулась. Ей всегда нравилось подобное. Как и ему — её растрёпанный вид по утрам. — Не могу уснуть. За окном гроза, и мне страшно, — честно ответила она. Она могла бы повредничать для виду, но не стала. Всё же видела, что он и так не в настроении, ещё и не выспался. Рэй тяжко вздохнул. Протёр глаза, снова взглянул на неё. Их глаза встретились, и она улыбнулась ему. Таким образом она пыталась скрыть нарастающее вновь волнение из-за грозы. Впрочем, он, кажется, уже заметил, как она дрожала. Точнее, почувствовал. Поэтому лишь тяжело вздохнул и отодвинулся ближе к стене. — Ладно, чёрт с тобой. Ложись, — пробурчал он и улёгся обратно. Эмма тут же юркнула к нему под одеяло. Плед сполз с плеч и остался лежать на полу, но её это уже не волновало. Она устроилась поудобнее рядом с Рэем и бесцеремонно прижалась к нему поближе, несмотря на то, что ещё недавно они поругались. Он помедлил немного, но потом всё же закинул одну руку ей на талию, таким образом притягивая её к себе. Зарылся носом в рыжие волосы, пахнущие ромашкой, закрыл глаза. Он, похоже, полностью оттаял. Впрочем, как и она, стоило ей только оказаться в его объятиях. Всё-таки даже самая серьёзная ссора — не помеха для настоящей любви. И Эмма в очередной раз в этом убедилась, когда засыпала в сильных руках Рэя. Теперь ей было уже не страшно.