53. Маски для королев

Властитель Узкого моря Вейгар Блэкфайр Чувствовал ли Вейгар триумф, когда впервые за три луны видел перед собой скрытые темнотой очертания Кровавого Камня? Пожалуй, нет. Хотя сотни лиг Дорна легли под сапоги его воинов быстрее, чем во времена Эйгона Завоевателя — сейчас удержание мятежных земель лежит на плечах отца и Эймонда. Он сделал все, чтобы заставить Мартеллов и всех остальных поверить в преобладание человеческой сущности Таргариенов над драконьей, и в какой-то степени это удалось: если большинство андальских лордов смирилось со сменой вех, то дорнийским оставалось объединиться вокруг Алиандры или погибнуть. Тем более, победа обнажила множество других противоречий. И во главе их угла стояли, естественно, Безликие. Нанять культистов мог любой, у кого завалялись лишние золотые... суммой с несколькими нулями. Остатки Триархии? Несмотря на то, что веры магистрам Блэкфайр не имел, после инцидента с Рогаре он успокоил донов как мог: ни Драхар и его приспешники вроде Черного Тромбо, ни оппозиция Тлалиса, ни новая верхушка лиссенийцев из Лохара и Дагареона — в общем, обделенным не ушел никто. Вольные города? Сейчас плата за транзит товаров через Ступени соразмерна с доходами купцов-корабельщиков, и последнее повышение для тех же волантийцев стало следствием заговора в Лиссе. Обхаживать принца в надежде на скидки Первые Наследники Валирии не решились, считая инцидент обоснованным и потому исчерпанным. Количество подозреваемых из Вестероса сужаться тоже не хотело. Смерть бастарда от лап презренных пустынников избавила бы от поиска оправданий и лоялистов Эймонда, и интриганов при Эйгоне, а Ступени достались бы убитому горем отцу. Поражением в пятой по счету войне с давним врагом, издавна побеждавшим всех соседей с севера, можно и пренебречь. Особенно когда воевать лично не придется. Да, Рейнис? — Моя мать умерла, — раздался в зале голос Рейнис. Повисла гнетущая тишина. Оторвав глаза от явно опечаленного такими новостями Деймона, принц заострил внимание на сдутый сквозняком со стола кусок пергамента: тот падал вниз, пока не приземлился на каменный пол. — Мои соболезнования, — проговорил отец. Люцерис опустила лицо к столешнице: похоже, бабушка составляла немаловажную часть ее жизни. Вейгар же остался холоден: леди Джоселин, старушку с бесцветной пеленой на обоих глазах, он видел лишь раз и потому не испытывал какого-то сожаления на ее счет. — Она прожила долгую жизнь, — степенно проговорила Рейнис. — Нельзя сказать, что счастливую. Не ввернуть подтекст принцесса не смогла. При умении сохранять спокойное и почти безмятежное выражение лица она не считала нужным контролировать взгляд: за таргариенскими фиалками плескался гнев. — Вышла замуж за принца, причем по любви. Смогла увидеть, — бросил Вейгар подначку прямо ей в лицо, — дочь. Внуков. Правнуков. Не страдала от голода и бедности. Выжила во время Зимней Дрожи... — Вейгар! — попытался пристыдить его Деймон. — Все мы когда-нибудь умрем, отец, — не стал юлить Блэкфайр. — Кто-то раньше, кто-то позже. Я просто хочу заметить: судьба Почти-Королевы-Старшей не переполнялась лишениями, как можно подумать. Рейнис хмыкнула. — Верно. Необходимо ценить то время, когда рядом с тобой есть близкие. Не так ли, принц Вейгар? Почти-Королева потеряла ноги, мужа и мать меньше чем за год — и не сломалась. Осталась собой и периодически разбрасывалась колкими отлупами в качестве жизненных советов. Да и остальным повезло: Деймон двигался навстречу Рейнире, Кристон Коль стал отцом бастардов, Криган Старк преодолел давнюю вражду путем брака с Барбой Болтон... Даже сам Мейгор Жестокий имел при себе парочку бессменных и верных любовниц. А что получил Вейгар, когда вцепился всеми зубами и пальцами в архипелаг? Одиночество и нарастающий с каждым днем ворох забот. Из омута воспоминаний ему удалось вынырнуть в сотне-другой футов от посадочной площадки; благо, Каннибал насытился перед отлетом, поэтому им удалось приземлиться неподалеку от замка и почти бесшумно. Конечно, гвардейцы Фалрика хотели разбудить командира, но Блэкфайр решил оповестить о своем возвращении утром, ограничившись краткими расспросами о том, кто из старших есть на острове — как выяснилось, все те же, включая по привычке занимавшуюся расчетами и слугами Арвен. Весть еще раз доказывала, что прибытие старой подруги на острова спланировано с самого начала. "Кем?" — злые подозрения червячком закрались в голову Блэкфайра. Безликие обычно любят маскироваться под неприметных людей, коих легко заменить, однако допустимо и обратное. А раз они получили плату за драконьего всадника и принялись выполнять поставленную задачу, то Вейгар не мог гарантировать безопасность жителей Кровавого Камня. В собственный кабинет Вейгар проскользнул, как вор, с босыми ступнями и сапогами в левой руке — лучше оставаться незамеченным и нарушить устоявшийся порядок из дурного, рваного сна в обнимку с мечом. Разум, разрываясь между страхом опять утопать в ночных кошмарах и тщетностью идеи завалить себя разбором бумаг, выбрал второе: кое-как разогрев камин и швырнув чуть смердящий дымом камзол на спинку стула, принц плюхнулся на диван. Сегодня он наконец отдохнет по-человечески в собственной постели... если его не прикончит браавосский выродок с чужой физиономией. — Ты окончательно отказался от Железного трона? — с нескрываемым осуждением спросил дядя Барт. — Нет. Я просто переместился на последнее место в списке. Селтигар медленно вдохнул — и выпустил воздух обратно, с тихим шипением сквозь зубы. Исходя из позы со сложенными на груди рукаами, Красному Крабу было не по душе решение племянника: слишком много он положил усилий, чтобы сделать Вейгара королем, и недовольство чуть менее впечатляющим результатом больше походило на вспышку, нежели на стойкую линию. — Лучше превратиться в достойного преемника Отто Хайтауэра? — фыркнул Блэкфайр, чем заставил дядю отвести взгляд. — Убить детей в чреве Рейниры, а если повезет, то и ее саму? Чей черед следующий? Отца? Веларионов, которые лишились права на владение Дрифтмарком? — Деймон отказался от тебя! — Мы всё прояснили, — отчеканил Вейгар. Сама идея воплотить страхи о новом пришествии Мейгора внушала ему отвращение: не заметно, что фундамент власти из страха и ненависти давал пользу тем же Вольным городам. — Отец отрекся от короны Узкого моря в мою пользу. Весь твой труд не ушел в никуда; наоборот, твое наследие на Ступенях стало принадлежать законному хозяин. За это я, кстати, искренне благодарен. На это Бартимос махнул рукой — мол, забыли. Налив вина в обе чаши, он протянул одну из них юноше, и вскоре сладкий вкус ягод напомнил Вейгару о Просторе. Спустя несколько секунд молчания Селтигар произнес: — Ладно. Что сделано, то сделано: убийство безвинных родичей еще не украшало чье-то правление, — дядя Барт ухмыльнулся, тем самым погашая ссору в зародыше. — За Визериса, Отто и Лисандро хвалю: так и должно поступать с ренегатами. Теперь, ваше величество, о других обязательствах... Тихий шелест вырвал принца из полудремы, заставив схватиться за рукоять Раздора. Вейгар запоздало вспомнил о приоткрытом окне — вот почему принесенные из порта морские ветра колебали сложенные на столе бумаги. К звукам присоединился скрип двери: Арвен (или кто там на ее месте?) решила не откладывать встречу на утро. Пускай так. *** — Чего не спишь? — тихо спросил Блэкфайр, глядя на вошедшую внутрь девушку. — Я видела, что вы прилетели. Полнолуние же, — то ли оправдываясь, то ли извиняясь, ответила Арвен. — Можно? Здравый смысл вопил о необходимости проверить гостью скользким вопросом, но озвучивать таковой Вейгар не стал. А вот погадать, каким конкретно богам помимо Многоликого принц был еще нужен, не мешало — Семерым, Четырнадцати, коли они и впрямь существуют как сущности, а не ширмы для их лживых адептов. Вейгар пожал плечами и мотнул головой на свободное место левее, чем Ройс не замедлила воспользоваться. "Раз папаша падок на едва расцветших девчонок, то и сынок такой же? А ведь звучит разумно". — Донесения гласили, кампания закончилась для вас победой. А вид у тебя такой, будто все эти недели ты пытался не утонуть в песке. Точно все в порядке? — заметила Арвен, оглядывая голый торс и всклокоченные волосы молча кивнувшего Вейгара. — Ладно. Похоже, дорнийская принцесса оказалась слишком крепким орешком. — Княжна, — рефлекторно поправил Блэкфайр. И выругался про себя: мало того, что усталость не просит разрешения проигнорировать все требования безопасности, так и развязывает язык в придачу. "Блять". — Все-таки вы?.. Арвен оборвала свой вопрос и прищурилась, на что принц выдавил ухмылку. Непонятное тепло разлилось по телу, чуть отгоняя сонливость. Неужели это все-таки Ройс, а не браавосская сектантка? Или имитация ревности тоже возможна? — Впрочем, нет. Не отвечай. Я не хочу знать. — Ладно, — легко согласился Вейгар. К концу войны они с Мартеллами действительно перестали изображать вынужденное перемирие и достигли нейтралитета взаправду... Единственное, Алиандра все никак не желала уступать ведущую роль на постельном белье. — Незачем вещать во все стороны о вопиющем разврате. Ройс фыркнула и скорчила мину с этаким предосудительным возмущением... но ввиду неумения выражение лица получилось отнюдь не пугающим, а смешным. Осознав бесполезность заимствованного у матери приема, Арвен собиралась повернуться к окну, однако Вейгар аккуратно сдвинул руку, и теперь ее голова покоилась на его плече. — Итак, ты вернулся, — подытожила Арвен после молчания, чем разрушила очарование момента. — Что дальше? Ведь скоро придет письмо о новом восстании. Вероятно, действительно придет. Только вот проблемы лежат куда ближе, чем Солнечное Копье... Три тысячи ополченцев. Собранные сироты, оставшиеся без крова и еды. Уставший, требовавший передышки и лишившийся командира-отставника флот: пока Сэм Солт займет новую должность и примет дела, пока Аркос обустроится на Пыточной Глубине, пока... А еще чувство, словно убийца занимает место маленького камешка в плотине перед как минимум встряской — и чем быстрее Ступени будут к ней готовы, тем лучше. Один Неведомый ведает, где, когда и кем взимать положенную ему воинскую дань. По крайней мере, в это хотелось верить. Он уже достаточно времени пролежал с закрытыми глазами, чтобы ему вскрыли горло и бросили умирать. — Тебе нужно уехать. — Мгновенно застывшая от фразы Арвен стала напоминать холодную статую из камня и бронзы. И это следовало срочно исправить, невзирая на слипшиеся в комок хаотичные обрывки мыслей. — Нет, Алиандра Мартелл тут не при чем. Я просто хочу, чтобы ты осталась жива. — О чем ты говоришь? — В Дорне за мной пришел Безликий. — Левая ладонь, куда пробрались пальцы Арвен, угодила в крепкие тиски. Вейгар вздохнул, урывая секунду, и продолжил. — Дико, и все-таки: убийца под видом железняка. Паршиво то, что я ничего не знаю. Имя заказчика? Время, место подмены? Ничего. Пустота. Вывод? Большинству в замке нельзя доверять. "А вдруг это сонный бред и вся эта беседа мне просто чудится?" — И чем раньше ты избавишься от наибольшего количества близких тебе людей, тем быстрее попытаешься со всем разобраться. Поэтому ты просишь меня вернуться в Долину. — Как ни странно, Арвен с полуслова поняла, к чему прозвучала эта хаотичная каша, и поверила безо всяких расспросов. — Разумно. Я бы тоже так сделала. — Хочешь остаться? Вейгар не знал, какой ответ правильный. Арвен Ройс... настоящая Арвен Ройс, которую он знал, умела отделять эмоции от логики. Шпионка выбрала бы остаться на островах, сменив личину на другую... а то и вовсе предоставив возможность своим товарищам по ремеслу. — Хочу. Ведь я родилась на Кровавом Камне. И я помню, как мама приветствовала принца, улыбаясь в лицо его мачехе. — Арвен хитро улыбнулась, и Блэкфайр почувствовал, как в его груди с оглушительным хрустом лопается камень. Надо же, запомнила. — Ты прав. Давай подумаем об этом завтра, хорошо? "Завтра, так завтра" — и сумрак поглотил Вейгара с головой. *** Картина при пробуждении выглядела... как идиллия, не иначе. Крики чаек, бьющее в комнату солнце, лежащая под боком с безмятежным лицом Арвен и первая за три месяца возможность нормально выспаться. Вейгар не смог сдержать лезущую на его лицо улыбку и осторожно, стараясь не тревожить девушку, высвободил малость затекшую руку и поднялся на ноги. Не особо помогло: она пробормотала что-то неразборчивое и оттянула покрывало от пояса к шее. Лежащий неподалеку от замка порт тоже оживал — до Блэкфайра донесся чей-то заливистый смех, оборванный выкриками бригадиров; оставленный для обороны островов флот требовалось отремонтировать раньше, "чем его величество скормит вас дракону". Вот чего он хотел. Спокойную жизнь пополам с умиротворением. И быть может, семью. Конечно, никто не мог обещать, что у сына Деймона Таргариена и дочери Реи Ройс выйдет нечто похожее на счастье, но попробовать стоило. А насчет возраста... тот же Джейхейрис Миротворец не просто терпеливо ждал расцвета Алисанны — ему пришлось и своего рода "выращивать" ее, вопреки запретам матери и отчима. Не без огрехов, конечно: не будь у Доброй Королевы столько лишней напористости, по дороге Вейгара пошел бы Дейгон. — Ваше величество, вам вообще знакомо такое явление, как "отдых"? — саркастически буркнула Арвен, протирая глаза. — Ну правда, ты когда-нибудь позволяешь себе проваляться в постели до полудня? Или ты прячешь бодрящие настойки из Эссоса? Блэкфайр ухмыльнулся. И только сейчас заметил, что не ощущает ни единого признака вчерашнего недомогания. — Нас ждут великие дела. — Подождут до завтрака! — Арвен, чьими устами говорила не благородная леди, а заспанная девочка, с фырканьем отбросила покрывало и села, от чего Вейгар развеселился еще больше. — Вот когда у меня появится десница, — ибо кандидаты на сию должность, похоже, упорно от него таились и не желали показываться на глаза, — тогда я повешу на него половину забот. Пока Ройс в гробовом молчании приводила свою прическу в порядок возле зеркала, принц молча разглядывал девушку как со спины, так и в отражении. Ни капли валирийской крови при поистине очаровательной внешности, сплошь и рядом андалы да первые люди — зато темперамент что ни на есть драконий. — Касательно нашего вчерашнего разговора... — Арвен, чьи черные как оникс волосы превратились в мягкий хвост, спустила парня с небес на землю. — Я же обещала его продолжить? Во-первых, нужно дать отдохнуть твоим людям после войны: сир Аркос, сир Гарри и сир Фалрик прекрасно с этим справятся. Во-вторых, надо продумать систему охраны в замке. Возможно, распределить обязанности караульных, чтобы каждая группа отвечала за определенные секции. Не говоря о ночевке в разных местах, а не в излюбленном кабинете. В-третьих, я согласна с твоим предложением уехать, но есть одна загвоздка. — И какая же? — Если я вернусь в Долину сама, — на секунду Ройс замялась, чтобы выплюнуть следующее утверждение скороговоркой, — то родители могут посчитать, что меня выпроводили за плохое поведение. А вот появление старшей дочери верховного лорда в сопровождении друга детства на какое-то время перекроет поток женихов. От этого откровения Блэкфайр хлопнул глазами. Смело, очень смело. Все-таки Бронзовая Леди использовала для воспитания дочери и отрицательный опыт, дав Арвен возможность сделать выводы. Вдобавок недвусмысленный визит продемонстрирует кукиш от самой девушки в адрес соперниц: смотрите, кого я себе прихватила! — Мне казалось, большинство жителей Вестероса боятся драконов. — Кто, кроме Таргариенов, не испугается громадного, размером с замок, зверя с крыльями? — вскинула бровь Ройс. — Я слышала истории о Каннибале. Озлобленном чудовище, пожиравшем собратьев и человечину — и, кхм, усмирить его сумел лишь такой же изгнанник. В сочетании с историями о короле Деймоне и Красном Змее выходит, что для вас это не просто ездовое животное, а верный друг. Raqiros. Ведь ты так его называешь? "Именно. Raqiros", — кивнул Вейгар, и в этот момент отзвук связи проявил комнату чуть ли не четче покоев князя Кворена. Он вспомнил, как нечто подобное произошло перед гибелью посланного убийцы; при ином стечении обстоятельств все кончилось бы куда печальнее. Сейчас, к облегчению принца, рядом с ним не находилось ни искаженных лиц, ни шепота Короля Ночи — только янтарные глаза Арвен на мгновение превратились в ярко светящиеся желтые огоньки. — Ты помрачнел, — Арвен вновь оборвала утонувшие в тишине рассуждения и подошла ближе, позволяя парню обхватить свою талию. — Небось думаешь о Безликих и том, как их остановить. — Всегда можно выжечь дотла их логово. — Заодно плюнув в лицо морскому владыке Браавоса. И гадать не надо, какой вой поднимется: уничтожение Черно-Белого дома есть великая трагедия вследствие предательского удара! Даешь очередную войну против очередного Таргариена! Никакой свободы врагам свободы! Вейгар сжал челюсти, дабы подавить возникший неизвестно откуда прилив злости. "Визерис владел Семью Королевствами, и он проиграл. У вас в руках один город вкупе со сборищем наемников — и вы сгорите". В памяти пробудились те редкие моменты, когда под нотациями Реи прятались переживания за отправленного в командиры ополчения Элдрика. Вдобавок юная любительница истории напомнила Блэкфайру не абы о чем, а о неудачных морских баталиях с флотом Долины и Браавоса, — но об обоснованности доводов подруги он никогда не скажет. Довольно обмена кислой и не очень ухмылками, чтобы все всё поняли. Вдох. Выдох. Незачем тратить нервы на тех, кто за сотни лиг отсюда. — Допустим, случится чудо и я переживу заказчика собственного убийства. На фоне все равно развязавшейся войны. Какой итог? В лучшем случае следом за ходячей толпой из жареного мяса явится эмиссар Железного банка, желающий прижать Ступени к ногтю. — Острова живут за счет пошлин и торговли. И раз врагов слишком много, следует бить их по одному, не давая объединиться. Можно попробовать перетянуть на свою сторону тех, кого ситуативный союз не особо-то устраивает. Джейн Аррен данный урок не усвоила, — судя по лицу девушки, бывшую леди Долины в их семействе особенно презирали, — и поплатилась. Интересно, реши он внезапно жениться, сколь быстро прилетит на Кровавый Камень движимый категоричностью отец? Вейгар полагал, в течение дня — потому как Деймон всячески пытался не мириться с внезапным возвышением бывшей жены. В обвинениях к Арвен обретется характеристика "тянущейся к короне коварной интриганки с милым личиком", отрицать подобное попросту неэффективно. Отказываться от такой женщины, появляющейся раз-два в столетие — тоже. — На договор Вольные города не пойдут, — Блэкфайр покачал головой. — Под нашим контролем целых три из них, за моей спиной маячит Вестерос, а открытый конфликт влечет множество рисков, в том числе реальную утрату независимости. Поэтому выгоднее посылать убийц и плакаться о Роке Валирии, нежели давать кому-то воссоздавать давно павшее государство. Ступени можно превратить в ничейные земли — а осевших на них пиратов бить, как и тридцать лет назад. Арвен сглотнула. Что означало осевшую на ее языке идею, особо опасную в определенных кругах. Выждав с десяток ударов сердца, она произнесла: — Мы оба понимаем: однажды твоему отцу придется покинуть Железный Трон. И если Люцерис станет женой Эймонда — либо Королевская Гавань бросит тебя в тот же час, оставив на растерзание Эссосу... либо ты из короля станешь лордом, одним из многих. "Можно точнее и проще. Узурпируй власть — либо готовься превратиться в добычу. Или слугу сильных мира сего. Третьего не дано".