Эпилог

Марк аккуратно забрал у залипшей в телефоне Мариэллы кружку с остывшим растворимым кофе. Женщина позволила ему это, но вместе с тем быстро заморгала, отвлекаясь, и следя за его жестом с нескрываемым непониманием. Марк усмехнулся и быстро поставил большую кружку на стол, беря другую – с чёрным чаем – и отдавая её своей жене. – Ой, – тихо сказала она, беря кружку. Марк не удержался от лёгкого смеха, когда её лицо комично скривилось в понимании своей оплошности. – Помнишь, что сказал невролог? – Пить меньше кофе. Я помню. Просто перепутала кружки. Ты же знаешь, меня кофе никогда не бодрило или что оно там ещё должно делать. Я скорее усну от него. Или съеду с катушек. Марк кивнул, не споря. Они оба сейчас спешили и нервничали, так что это не было чем-то удивительным. Маг взял свою кружку и отпил. И тут же скривился – он забыл насыпать сахар, а кофе уже почти остыл. Кружка быстро вернулась на стол. – Ты уверена? – У нас не особо есть варианты, – спокойно оборвала его Мэри, едва сдерживая нервозность в голосе. – Ты за сегодня уже дважды ловила дереализацию. – Знаю, – недовольно буркнула она, – Я не виновата, что вчера пришлось до позднего вечера проторчать на собрании. Сегодня, между прочим, мне опять туда бежать. У альв погибла молодая Луноликая, теперь они требуют от нас то, не знаю что, и, кажется, просто сходят с ума. А я заодно вместе с ними. А, ну и ещё перенос Большого совета, но, думаю, им тут пойдут на уступку. Хотя, не факт.   – Кто-то против? – Кто-то из Загорья, я так и не поняла, кто именно. Всё ещё иногда путаюсь в них троих. Думаю, сегодня узнать.  – Всё, – она оторвалась от телефона, – такси скоро приедет. Если честно, мне кажется, что мы опоздаем.  Она недовольно поджала и вытянула губы и слегка нахмурилась, а потом вскинула взгляд на Марка. – А ты чего ещё здесь? Когда тебе нужно быть в школе?  – Сейчас поеду, – спокойно ответил Марк и поймал её руки, чтобы оставить два лёгких поцелуя на тыльной стороне пальцев, – Всё в порядке. Тебя провожу и сам следом. Мэри вздохнула и замотала головой. – И почему ПМПК Беллы совпало со встречей с директором и завучами? – Всё будет хорошо. Забери нашу Беллу из садика и спокойно пройдите оставшиеся обследования. Мы эту школу выбирали больше года. Ей в сентябре идти в первый класс – тянуть некуда. Там хорошие специалисты, которые знают, как работать с аутичными детьми. Мариэлла фыркнула и скривилась. Ей было неприятно это слышать, Марк это понимал. Узнать что твоя дочь родилась с нейроотличностью, и только ближе к тридцати узнать о том, что всё это время твоя собственная нервная система работала иначе, чем у других людей, было кошмаром. Особенно, когда всю жизнь до этого пыталась сломать себя и подстроить под нейротипичное общество. Для Мариэллы это стало кошмаром на яву. – Мы обсудим, как примерно будет проходить обучение и все остальные детали, а потом мы с тобой всё ещё раз обсудим. Хочешь, я запишу разговор на диктофон? – Нет, – выдохнула Мэри, наконец, пряча свои колючки, – Ты же знаешь – у меня отвратительное восприятие на слух. Лучше запиши. – Договорились. Мэри сдулась. Почти буквально. Марку очень не нравилось её состояние в последние месяцы, хотя и сам чувствовал себя не намного лучше: помимо Белладонны, они должны были в следующем году перевести Жана в пятый класс в новую школу. Изначально они хотели перевести его в двадцать вторую, но он у них был очень смышлёным мальчиком, и нашёл способ уговорить родителей перевести его в ту же школу, куда пойдёт Белла, чтобы приглядывать за своей сестрёнкой. Марк всё ещё помнил, как Мэри сидела на кровати и плакала, после слов сына. Родительство в целом не давалось им легко. Сначала незапланированная беременность Мэри всего в двадцать два, затем две свадьбы, вторую из которых они так же не планировали, но Мариэлла решила поставить Совет на место. Их сын фактически не был полностью их ребёнком – Альбина не обманула, сказав, что сделает всё, что в её силах. Вот Жан и переродился первым ребёнком у Марка. С его дислексией, дисграфией, неполной магией света и возможностью полного обращения в фенека, о которой Марк узнал только сейчас.  Мариэлла сперва хотела назвать его Мишей, но после рождения, когда он оказался тем самым мальчиком, его полное имя было решено сделать тройным: Михаил Лев Жан Лесенский. Правда, по документам в мире людей он был просто Михаил Маркович Лесенский. После его семилетия, к мальчику начали возвращаться воспоминания из прошлой жизни в виде кошмаров. Возможно, потому что на момент смерти ему было примерно столько же. Им пришлось осторожно ему всё объяснить. И в это же время воспитатели Белладонны посоветовали обратиться к неврологу с подозрениями на РАС. Когда оно подтвердилось, врачи предложили пройти обследования и им, поскольку нейроотличность часто передавалась по наследству. То, как все они тогда сходили с ума, невозможно было описать словами. К счастью, спасала их огромная семья. К слову о них. Девчонки собирались сегодня в кафе – Катя собиралась открыть своё собственное кафе, да и в целом они уже давно все не виделись. Взрослая жизнь быстро завертелась, раскидывая всех буквально по разным частям мира. Оба Адама уже несколько месяцев как проживали в Германии. Крис был на курсах, а Адам вместе с ним, но работая на удалёнке, и оба серьёзно задумывались остаться там жить. Лилит жила в Ливрале. Она помогала матери с сестрой, а ещё забрала к себе Эрис, когда стало ясно, что та нимфа совершенно не справлялась с девочкой. Марк с Мариэллой в последние годы только и носились между школой, детским садом, работами, врачами и Ливралем. – Может тебе стоило сегодня отдохнуть?  Мариэлла замотала головой. – Я встречусь с ними как-нибудь потом. Ты же знаешь их, мы всё равно потом встретимся. К тому же, я слишком устала, а они очень шумные. Я их очень люблю, но сейчас в любом случае не лучшее время. Девушка снова глянула на то, где ехало такси и оставила кружку с недопитым чаем на столе. – Ты ведь заберёшь Жана? – Заеду за ним, и потом вместе с ним поедем в школу, – терпеливо повторил Марк. Они обсуждали всё это раньше, но у его жены всегда была навязчивая привычка перепроверять всё по нескольку раз, иначе её охватывала тревога. Мариэлла кивнула, прислоняя мобильник к уху. Гудки длились целую вечность – женщина успела переобуться и накинуть лёгкую кофту. Не от холода, а просто для спокойствия. Ей так и не ответили, поэтому, поджав губы, она позвонила на другой номер. Мэл и Катя сидели за одним из столиков, болтая и громко смеясь. Остальные ещё не пришли, поэтому девушки просто заказали себе по напитку.  – Спасибо. – Ой.. Мелисса полезла в сумочку, пока миловидная официантка ставила на столик их небольшой заказ. – Мэри? – вместо привета, удивлённо спросила нимфа и тут же улыбнулась, – Ты же сказала, что у тебя дела. А.. Поняла. Мэл посмотрела на Катю, потом посмотрела ей за спину в сторону входа и после даже осмотрелась по улице через большое окно. – Дорогая, не переживай. Нет, Николь ещё не пришла, но она бежала со всех ног, когда позвонила спросить нет ли у меня пауэр-банка. Отключилась прямо посреди звонка. Ты же знаешь, ей всё ещё сложно привыкнуть, что телефон нужно заряжать каждый день. Ага. Да, обязательно. Ни о чём не беспокойся, занимайтесь с Марком своими делами. Ещё успеем встретиться все вместе. Наши неразлучники-Адамы собирались в следующем месяце прилететь на недельку.  Мэл слабо засмеялась – после того, как выяснилось, что вторым именем Кристиана было Адам, ребята постоянно подкалывали их на эту тему, а те и не обижались, смеясь сами. – Ага. Да, до встречи. – Передай привет, – вклинилась в разговор Катя. – А! Тут тебе Катя привет передаёт, – Мэл приложила руку к экрану и посмотрела на подругу, – Тебе тоже “Привет”. Катерина улыбнулась так, словно ей предложили бесплатное пироженное.  – Ну, всё, пока, дорогая. Катя с улыбкой покачала головой. Николь такая Николь. Кто бы мог подумать, что приучить её заряжать телефон станет для бывшей ундины самой большой проблемой. – Ну, хоть приучили её таскать всегда с собой зарядку, – тихо сказала она, вспоминая, как они с Женей закупились большим количеством зарядок и при Николь распихали по всем её сумкам. – Могли бы тогда и пауэр-банки ей подкинуть, – полушутя подмигнула Мэл, – Я бы даже скинулась на такое. – А толку? – закатила девушка глаза, убирая выбившуюся коричневую прядь назад, – Их ведь тоже заряжать надо. – Тоже верно, – согласилась нимфа и отпила своё латте. Если раньше у Жени и была возможность приглядывать за новооиспечённой сестрой, то теперь поездки к родителям стали гораздо реже и с её стороны, и со стороны Николь. У Женевьевы с Катей была своя квартира – Катя очень неплохо зарабатывала, к тому же родители Жени подарили им на их тихую свадьбу в Нидерландах недостающую сумму. От мыслей об этом, девушка неосознанно потянулась к своему полупрозрачному кулону – магическое украшение, сделанное на заказ в Ливрале. Нежная улыбка тронула её губы. – Так, у тебя уже есть наработки для кафе? – Конечно, – усмехнулась она, отставляя кружку, так и не успев отпить, – Мы с Женей столько уже всех вариантов откинули и обсудили! ОСтались только самые лучшие. Девушка полезла в свой смартфон, открывая галерею. – Вот, смотри. Мы думаем сделать стены каменные и частично покрытые грубой шпаклёвкой. А по ним и потолочным балкам пустить самые разные растения. Женя поможет подобрать, но мы ещё думаем проконсультироваться с Мэри и Августом.  Мэл кивнула, рассматривая фотографии и отпивая кофе. В какой-то момент телефон Кати перекочевал к ней, а девушка стала пить и пытаться продолжить объяснять свои задумки. Мелисса была в гостях у девушек – их квартира была милой и уютной, под стать им обеим. Половина стен были в рисунках – девушки расписывали их сами. И, по всей видимости, они собирались сделать такое же уютное камерное кафе.  – Я в какой-то момент думала о котокафе, но, например, с ёжиками, но мы посчитали и решили, что это не самый лучший вариант для первого бизнеса.  – Если уж на то пошло, может добавите аквариумы? – задумчиво предложила Мэл и только потом поняла, что сказала. Девушки напряжённо переглянулись. Николь после того как восстановилась больше не переносила прикосновения воды к своей чешуе – невыносимая боль сразу пронзала всё её тело. Николь пришлось полностью перебраться в мир людей. Она никогда не говорила, но все её эмоции всегда были наружу. Она скучала по Ливралю и своему истинному облику. Однажды, когда она сама предложила выбраться к озеру, всё закончилось тем, что пришлось успокаивать её жуткую истерику. Никто ни в чём её не обвинял. Но при ней подобные темы старались обходить стороной. Сейчас Николь время от времени посещала знакомого Шарлотты – хорошего психотерапевта с медицинским образованием. И, самое главное, тоже ливрийца. Их взгляды затянулись. Обе молча согласились, что идея была плохая. – Так, Женя тоже не сможет? Катя мотнула головой. – Увы. У неё сейчас на работе самый пик. Лето, сама понимаешь. Возможно придёт, но вряд ли и точно не раньше пяти. – Вы не думали о переезде? – осторожно, но как бы невзначай, спросила Мэл. У Кати и Жени было ещё больше причин переехать, чем у Адама с Крисом. Но почему-то обе цеплялись за их давно родной город, и пускали свои корни здесь всё глубже и прочней. – После того, как мама переехала в столицу, у меня не осталось причин, которые очень сильно мешали бы мне жить здесь. Для нас с Женей пока в переезде больше минусов, чем плюсов.  – К тому же, – Катин голос стал весёлым и лёгким, – куда мы уедем от наших прелестных девочек?  Мэл тихо засмеялась. – Ну, в Ливраль вы всегда сможете попасть из любой точки мира. – Это не то же самое, – закатила глаза Катя. Впрочем, Эрис действительно гораздо больше проводила времени в Ливрале вместе со своей матерью. – Им так идёт роль матерей, – почти мечтательно вздохнула Катя. – Тоже хочешь ребёнка? – Может быть позже удочерим. Сейчас с этим стало проще в нашей стране. – Даже не верится, что это произошло, – улыбнулась Мэл. – Мне тоже. – Девчонки! – послышался громкий и долгий оклик. Обе девушки засмеялись. Им не было необходимости оборачиваться, чтобы понять, кто сейчас к ним бежала.  – Фух, – плюхнулась на мягкое кресло Николь, – Прошу прощения за задержку. Катя молча протянула ей свой пауэр-банк. – Спасибо. Катя лишь угукнула, кивнув, и вернулась к своей кружке. – Сильно опоздала? – Куда? На собеседование? – Мэл фыркнула, – Успокойся, милая. Всё в порядке, мы не пираньи. – Пираньи не такие уж и злые, – закатила глаза девушка. – Позвони Мариэлле, – вклинилась в их дружескую перепалку Катя, – Она звонила, не могла до тебя дозвониться. – Да-да, мамочка-сестрёнка, – фыркнула девушка, но они знали, что Николь это сделает, – Мне ещё вечером заскочить к родителям. Они мне тоже вставят, что телефон опять зарядить забыла. Ундина в какой-то момент взяла за привычку так обращаться к Женевьеве. Но со временем иногда это начало проскальзывать и в сторону Катерины. – Ну, хотя бы только зарядить, – съехидничала Мэл. Нимфа с улыбкой спокойно выдержала брошенный сощуренный взгляд Николь. В самом начале, когда родители Жени купили ей телефон, ундина постоянно забывала брать его с собой.  – О чём болтали? – переключилась девушка, быстро залипая в свой телефон, вероятно, отправляя сообщение Мариэлле. – Обсуждали будущее кафе Кати. Она хочет там устроить почти оранжерею. – У меня была ещё идея добавить букинистику, но, если честно, мне слишком страшно за книги. Да, и сейчас столько самых разных жанров, что даже непонятно, какие книги закупать. – Ой, а может добавить аквариумы? – загорелась идеей Николь, – Многие из них не слишком прихотливы. Если нужно, я помогу первое время. – Ну, – неуверенно протянула Катя, пытаясь незаметно посмотреть на Мэл, – Думаешь, это хорошая идея? – А почему нет? – искренне удивилась блондинка. И Катя вздохнула. – Хорошо, – с обезоруживающей улыбкой, сказала она, смотря в глаза подруге, – Я подумаю, возможно, это действительно будет хорошей идеей.  А потом она задумалась. – Ммм… А если встроить аквариумы в стены? – О, это было бы просто прекрасно. Сложнее в обслуживании, но если запариться и сделать всё грамотно, то выглядеть будет просто великолепно! Мелисса пошла к стойке, чтобы взять меню, а также небольшую передышку для себя. Если сперва ей казалось, что Николь очень похожа на Катю, то теперь она была полностью уверена, что это не так. В тайне от всех она совершенно не была удивлена, что в итоге Мариэлла и Женевьева стали почти лучшими подругами. Николь иногда вела себя так, словно специально плыла на всей скорости на острые скалы, желая насадиться на одну из них. И даже годы этого не отняли у неё.  Впрочем, адреналиновая зависимость её брата тоже не лечилась возрастом. Только немного контролировалась его парнем. И то, не всегда он его затормаживал – чаще он наоборот подпитывал его страсть к экстриму. Буквально на днях они созванивались и Адам рассказывал, как они с Крисом на прошлых выходных прыгали с парашютом.  – Вот уж для кого точно возраст это всего лишь цифра в паспорте, – пронеслось в её голове. – Держите меню. – Женя всё-таки не сможет? – Если только позже, но я не уверена, – ответила Катя, – Тут безумно вкусные салаты с мясом, если вдруг кто захочет. – Я за классику, – улыбнулась Николь. – Какие люди, – восхищённо протянула Мелисса. Николь повернула голову и тоже удивилась. – У меня абсолютно та же мысль, – с улыбкой ответила Жизель, подходя ближе. – Можно? – Да, садись. Что спрашиваешь, словно не училась с нами столько лет, – улыбалась Катя. – Привет, – Жизель наклонилась к однокласснице, обнимая её. – Привет-привет. Столько лет не виделись. – Это точно. Их дальний столик у окна заметно оживился. Слово за слово, и вот уже они болтали буквально обо всём: о работе, о личной жизни, о проблемах, с которыми сейчас столкнулись и решали. Казалось, они так много и долго не общались даже в школьные годы. Во всяком случае не такой компанией.  За оживлёнными разговорами, незаметно прошло время, официантка принесла заказы. Николь с улыбкой забрала свои том ям и севиче, а ещё попросила второй лимонад. Жизель поправила свои кудрявые волосы, чтобы те не мешались. – Тебе идёт с короткой стрижкой. – О, спасибо, – удивилась Жизель. В её глазах быстро заплясали искорки веселья, – Я не так давно экспериментировала со стилем. Это они у меня уже отросли до плеч. Мне тоже нравится. Я ещё менилование сделать хотела, но в последний момент испугалась. Помнишь, я себе так чуть волосы перед выпускным не испортила мелированием?  Катя кивнула, припоминая ту ситуацию – одноклассница, обычно хорошо держащая себя в обществе, напилась как не в себя и часть вечера прорыдала у неё с девчонками на плече. А Жизель, подхватившая вилкой кальмара из салата, чуть прищурилась, всматриваясь в волосы Кати. – А где ты свои восстанавливала? Ты же сколько их красила? Года три точно? – Угу. Ммм.. Давай я тебе скину ссылку на их аккаунт? Тебе явно будет удобнее. Жизель кивнула.  – Буду премного благодарна. – Слу-у-ушай, – протянула девушка, припоминая, как годы назад они несколько раз пересекались на мероприятиях, куда её мама ещё продолжала водить в надежде вернуть дочь на путь истинный, – Ты же часто в кафешках сидишь? – Ну, допустим. – Я подумала, что всё-таки хочу открыть своё. – М, – Жизель поджала губы в удивлении. Ей потребовалось время, чтобы прожевать и проглотить салат, прежде чем ответить, – Здорово. А при чём тут я? – Мы с девчонками вообще изначально хотели обсудить именно это, но ты же знаешь как это бывает?  Жизель понимающе кивнула, пока Мелисса улыбалась и поглядывала за этим словесным пинг-понгом. Девушка была на самом деле очень голодной и была вовсе не против пока не участвовать в разговоре. – Ну и вот. Я думаю о чём-то камерном и уютном. – Соедини с книжным?  – Слишком много рисков, как и с котокафе. Девушка пожала плечами, не отрицая. – Я думала о растениях, – Катя глянула на Николь, с удовольствием уплетающую суп с морепродуктами, – И, возможно аквариумами. – О, это интересно. Хочешь, чтобы я ещё идей подкинула? – Возможно. Но на самом деле я просто захотела поинтересоваться, что ты сама об этом думаешь.  – На самом деле общепит и ресторанный бизнес достаточно сложный. – Знаю. Но я достаточно долго работала в этой сфере. – И твоя мать тебе позволила? – едва не вскрикнула она.  Её еда упала с вилки. Катя скривилась, но не от её реакции, а от воспоминаний. – Скорее, я не оставила ей выбора.  – Всё в порядке? – её голос смягчился. – Всё в порядке. Я знала на что шла. К тому же, она бы никогда не приняла Женю, как мою жену. Она вообще не приемлет ЛГБТК+, так что, я заранее знала, что мне придётся разрывать отношения. Да, где-то внутри я надеялась до последнего, но… Она пожала плечами, а Жизель закусила губу.  Николь принесли лимонад с дольками лайма и свежей мятой. – Знаешь, у меня есть знакомый. Он выступал в одном из баров, который обонкротился. Если хочешь, и если ты успеешь, то помещение сейчас продаётся. – Если честно, я думала об аренде. Но, – она задумалась, – Скинь мне контакты. Вдруг.. Жизель улыбнулась. – Там помещение не совсем маленькое – я там сама выступала несколько раз, – думаю, для твоего кафе в самый раз.  – Выступала?  – Там неформатная планировка, – Жизель закинула в рот помидорку и прожевала, – И есть место под небольшую сцену. Для бара там было очень даже уютно. Ты могла бы это оставить. – А разве там будет достаточно света? – вклинилась в разговор Николь.  Среди них, она чаще всего посещала различные бары и клубы, особенно на второй год после восстановления. Ребята предполагали, что она просто пыталась так забыться и поэтому не мешали, но часто были рядом, чтобы с подругой ничего не случилось. Они никогда не обсуждали тот период её жизни, но Николь была им благодарна. К тому же инцидент с Подводным царством, произошедший позже, очень сильно встряхнул её и заставил вернуться и принять реальность.  После него же её агрессия к Марку стала сходить на нет. Они не стали близкими друзьями, но Николь смогла принять его, как часть жизни Мариэллы. Они были просто как дальние родственники, которых объединяла в основном только их семья. И один большой, тяжёлый секрет, который мог отправить на дно сначала их двоих, а затем Мариэлла явно отправилась бы следом. – Там окна есть, но все в тонировках и с плотными шторами. Ну, в общем, посмотришь.  Катя кивнула. А после с благодарностью приняла шоколадный фондан с мороженым от официантки.  – Ну, слушай, – начала Мэл, – Ты так прорекламировала то место, что ели Катя оставит там сцену, ты просто обязана будешь выступить, как минимум на открытии. Она говорила полушутя, но эта идея воодушевила Катю. – Точно. Теперь я действительно хочу небольшую сцену. – Ну, если вы так настаиваете, – Жизель растягивала слова в наигранном смущении, – То я, так уж и быть, поищу для тебя место в своём расписании, дорогая. – Как любезно с твоей стороны, – улыбнулась Катя, прежде чем их столик взорвался хохотом. Они сидели так ещё часа два, пока не приехала Женевьева. Девушка взяла себе капучино и парочку моти с клубникой и голубикой. Они уже собирались вскоре расходиться, да и сама Женя уверила, что не голодна. Прощаясь, Жизель и Мелисса обменялись своими контактами и социальными сетями. Катя же подошла к Николь и протянула ей небольшой пакетик. Девушка его приняла, но стала смотреть на подругу с явной просьбой объясниться. – Передай родителям. А ещё лучше расцелуй их в обе щеки от нас с Женей. – Почему не передадите сами? – Мы послезавтра уезжаем не надолго, так что, – Катя склонила голову, но не от неловкости, а чтобы достать ещё один совсем небольшой пакетик, – К слову, это – тебе. И достала оттуда небольшой кулон. – А там – парные кулоны-подвески. Их можно будет перевесить на браслет. Их сделала Женя. Николь покосилась за спину подруги. – Тридцать лет всем уже стукнуло, а всё как подростки, – отшутилась Николь, но кулон приняла. – Мне тридцать четыре, – напомнила Мэл всё с той же подростковой усмешкой, – Мы все, можно сказать, только начали свою настоящую жизнь. На это Николь не было что возразить. Вся учёба, потом первые работы и только теперь у них начало появляться чувство стабильности под ногами. Какими они все были наивными в своём подростковом возрасте, подумать только. – Есть повод? – Просто, небольшой символ-напоминание, что каждый здесь член семьи.  Николь ещё раз посмотрела на подвеску и вспомнила, что на руке Женевьевы действительно было что-то подобное. Ундина усмехнулась. Чтобы не заплакать, она растянула тонкие губы в улыбке. – Тогда тебе тоже такой нужен, разве нет? Она была тронута этим жестом – раньше все они, включая Женевьеву, часто напоминали ей о том, что все они давно стали одной большой семьёй, что она не одна. Теперь, спустя столько лет, у неё было физическое напоминание этому, которое она могла носить с собой так же, как изменённый золотой ключ в кармане или небольшой янтарь. – У нас с Женей свои парные подвески, – подмигнула она, – Только для меня и Жени. Но, возможно, нам стоит вернуться к той пьяной идее Криса, чтобы завести парные украшения для всех нас девятерых. От мысли об этом, нос Николь забавно дёрнулся. Тогда она была почти яростно против, чтобы иметь что-то общее с Марком или Лилит – ей и так пришлось делить с ними свою подругу, которую она больше года считала своей единственной настоящей подругой. Николь знала, что многие поддерживали эту идею, но отказались из-за неё одной и её реакции, – девушка тогда и сама выпила достаточно и совершенно не считала необходимым спрятать или хотя бы смягчить её. – Возможно, не такая уж и плохая идея тогда была, – согласилась она, – Я подумаю об этом до лугнасада, когда мальчишки приедут. Катя рассмеялась. Некоторые привычки и вещи не менялись с возрастом, и это было здорово.