Все еще.

До самого утра бывшие супруги просидели на кухне, вспоминая совместные счастливые моменты... Алле показалось, что время будто остановилось и не было меж ними ничего того, что произошло за последние пять лет. И строки ее известной песни о том, что жизнь невозможно повернуть назад, немного отрезвили, убрали это ощущение, возвращая в суровую реальность. Она о чем-то глубоко задумалась и не услышала, как Фил спросил: - Когда у тебя следующие гастроли? - но, заметив, что женщина словно не слушает, слегка дотронулся до ее ладони, лежавшей на столе, - Аллусь? - М? - перепросила Пугачева, обратив внимание на мужчину, - Ты что-то сказал? - Я вспомнил, как однажды прилетел к тебе на концерт, чтобы провести вместе Новый год, - немного изменил он вопрос на очередное приятное воспоминание, - Помнишь? - и Алла, чуть улыбнувшись, кивнула в ответ, - Так, когда у тебя гастроли? - все же повторил свой вопрос Киркоров. - С двадцатого января по десятое февраля, - ответила женщина, почему-то ухмыльнувшись, - если доживу, конечно... - хмыкнула она, и Филипп сразу среагировал, сильно нахмурившись - ему не понравилась вторая часть ответа, - Как ты... - снова немного задумавшись, словно что-то анализируя, уточнила прима, - как же ты все-таки понял, что мне плохо? - Два дня ходил сам не свой, - совершенно ничего не скрывая, ответил Киркоров, - а потом и вовсе плохой сон приснился. - И ты... пришел? Как? - Алле было интересно, что он ответит и, главное - станет ли врать. - Очень просто, - пригубив остатки детского шампанского в своем бокале, спокойно ответил Фил, - Я сделал дубликат ключа от твоей квартиры, и пришел. - Хитрюшка какая, - ухмыльнулась прима, - Но... Я должна сказать тебе спасибо за спасение, поэтому не буду ругаться. - Хочешь, чтобы я вернул дубликат? - зачем-то спросил Филипп. - Меня всегда поражала твоя открытость, Филя, - улыбнулась Пугачева в ответ, - Ты такой... чистый, как ребенок! Открытый - душа нараспашку! Даже сейчас ничего не скрываешь, хотя мог бы. - А почему я должен врать? Тем более, любимой женщине? - Филипп сжал ее ладонь, и Пугачева как-то грустно улыбнулась, почувствовав его ненавязчивое касание. - Ответь мне на один вопрос, раз ты такой честный, - вдруг потребовала она. Взгляд прямой, даже чуть жесткий и, по тому, как долго женщина колебалась, сомневаясь, стоит ли озвучивать свои опасения, Киркоров сам догадался о сути вопроса, - Ты... - прикусила Алла губу, немного нервничая, - всегда говорил, что... брак это не пустой звук. Но мы развелись, и... понятно, что вокруг тебя много поклонниц...и... - Алл, - оборвал ее Фил, не желая мучить, - я понял суть. Давай сразу и отвечу - нет. Ни с кем я не спал. Ни с поклоннницами, ни с кем-либо еще. - То есть... Ты уже... кхм, - Алла была так смущена, что запросто согласилась бы на алкогольное шампанское, невзирая на последствия его смешивания с таблетками, - несколько месяцев... не... - Ну, а что поделать? - пожал плечами Киркоров, - Загрузил себя работой по максимуму, чтобы на мысли ни о тебе, ни, тем более, о любви с тобой даже времени не хватало. - возникла долгая, чересчур неловкая пауза. Алла сильно обрадовалась его ответу, потому что для нее это все еще было важно, - Ответь мне также честно, как я тебе, - прервав излишне мучительное молчание, попросил мужчина. Пугачева подняла на него свой вопросительный взгляд, и Филипп, внезапно заволновавшись, сделал незаметный глубокий вдох, - Ты... все еще любишь меня?.. - и замер, словно пожалев о том, что задал этот болезненный вопрос, боялся услышать ответ. - Что значит "все еще?" - Пугачевой не хотелось отвечать прямо, и она зацепилась за словосочетание, которое ей не понравилось, - Я все еще, - ответила женщина немного резким тоном, - в тебе не разочаровалась. - Но я ведь спросил конкретно, - настаивал Фил. - Мой ответ ничего не изменит, Филипп. Скажу лишь... я хочу, чтобы дубликат ключа моей квартиры остался у тебя. И чтобы... - до крови прикусила она губу, едва представила, - ты был счастлив. - В тебе одной мое... - как-то обреченно вздохнув, поникший Филипп встал со стула и, подойдя к Алле, коснулся рукой ее плеча, - и счастье... И несчастье... - на что Пугачева лишь закатила глаза - чрезмерный пафос, который, как ей казалось, безусловно присутствовал в его фразе, немного раздражал. Но, несмотря на это, она положила свою руку поверх его на своем плече и, развернувшись к нему, произнесла то, что чувствовала на самом деле: - Люблю, Филипп. Люблю. Филипп был счастлив услышать то, что и сам знал, но почему-то требовал подтверждения. Его чувства нараспашку - он никогда не стеснялся демонстрировать то, что чувствовал на самом деле, даже если потом ему плевали в душу. Всегда оставаясь добрым и даже наивным, получал то, что не заслуживал от людей, которые пользовались его качествами и творили что-то дурное по отношению к нему. - Я тебя люблю, Алл. Больше, чем ты думаешь. "И, наверное, больше чем надо?" (Алла). - Знаю, Филь. Иногда меня это пугает. А иногда - заставляет тебя жалеть. Потому что в твоей жизни, поверь моему горькому опыту, будут попадаться всякие люди, и не всегда хорошие. - Да. Но таких, как ты - больше не будет, - Филипп присел перед ней на корточки и, взяв ее руки, поцеловал их, - Ты уникальная. Великолепная. - и он видел, как от этой правды Алла ухмыльнулась, будто одновременно и веря ему, и нет - такое странное сочетание, - Мне иногда кажется, что ты... Словно не от мира сего - знаешь то, чего другие не знают. Умеешь дружить, как другой не дружит. И любить. Всякий раз как в последний. - Слава Богу, - женщина уже подумала, что он будет восхвалять ее певческие данные вкупе с актерскими, и облегченно вздохнула, когда Филипп сказал о ней, как о человеке и женщине. Понимая, о чем она подумала, Фил сразу продолжил: - А если говорить про твой талант... Знаешь, и декорации на сцене не нужны - ты такая харизматичная, в тебе столько энергии, что декорации будут только мешать. Люди тебя словно под гипнозом слушают и воспринимают, особенно на концертах, когда ты поешь живьем. - В какую Аллу ты влюблен? - прервав его слегка восхищенную речь, спросила прима, - Актриса? Певица? Женщина? - Началось все с актрисы, которая поет. - признался Фил, - Но потом, да и сейчас... Женщина. Да, - кивнул он, словно сам подтверждая собственные слова, - В первую очередь, женщина. Которую хочется любить и подарить любовь, которую ты так давно заслуживаешь. Безусловно, ты талантливая. Но самый главный твой талант - это умение любить так, как никто. И я счастлив, что познал это. И даже... продолжаю познавать. Я люблю тебя всякую, но в первую очередь, настоящую. - Пойдем спать, - Алле не хотелось продолжать этот разговор, который чрезмерно ее раскрывал, ей не хотелось терять броню перед Филиппом и, словно ежик, обнажать перед ним свое незащищенное розовенькое нежное пузико, - уже пятый час утра. Мы засиделись. - не дожидаясь его ответа, встала со своего места и, взяв за руку бывшего мужа, потащила в спальню, где они, удобно устроившись на постели, заснули в обнимку.