Солнце вместо девушки.

      У Виолетты с родителями всегда были отличные отношения. Её папа Михаил — высокий мужчина с бородой, который на первый взгляд выглядел грозно, всегда был готов выслушать дочь. Больше всего Виола в нём любила то, что он постоянно прощал подростковые шалости. Когда она сделала прокол в виде септума, мама совсем не порадовалась, хотела отругать Соколову, но отец защитил и сказал: «Самовыражается, молодец! Юля, вспомни что ты в пятнадцать набила на руке «сыр пармезан». Септум-то — мелочи. Доча, надеюсь, ты в салоне делала? Нужно будет каждый день обрабатывать…» Зато мама поддерживала любые позитивные начинания и подвиги дочери. Когда Виола однажды принесла домой рыжего котёнка и сказала, что Персик теперь живёт с ними, мама посчитала его очень милым и лично попыталась подружить с Пирожком. Дома всегда царила идилия.       Лишь на следующее утро родители заметили пустующую кровать. Поцеловать перед работой любимое чадо не выйдет. Они решили не паниковать, вдруг девушка удумала сбежать потусоваться где-то, как в каком-нибудь американском сериале. Подростки такие подростки! Однако вечером, по-прежнему не увидев дочь на месте, оба забили тревогу окончательно. Ничего не оставалось, кроме как обратиться в полицию с надеждой на помощь, ведь на телефон девушка не отвечала, а домой и подавно никто не вернулся.       Едва ступив на порог участка, Юлия впала в истерику, изливая все свои переживания и мольбы найти её ребёнка. Естественно Михаил тут же принялся утешать жену, хотя сам с трудом держался спокойным, ведь мужчина также способен переживать. Полицейский сразу же напрягся, только услышав об очередной пропаже ребёнка. Он ощущал странное дежавю. — Женщина, вы не волнуйтесь, найдём вашу дочь. Может быть, она сама ушла? Погостит у подруги денёк — вернётся. Не переживайте.       За много лет работы офицер Носов научился мастерски скрывать эмоции. Лишь помошница за столом напротив заметила его нервозность. Снова ночь, снова маленький человечек, снова никаких следов.

***

      Виолетта проснулась от шагов и криков под окнами. Прошлые два часа царила тишина. Настолько властная, что девушка могла слышать стрекотание кузнечиков с высоты пяти метров.       Виола приподнялась на кровати, сев и оперевшись спиной о подушку, и взглянула на ожог. Принять новую реальность пришлось. Не оказалось иного выбора. Девчонка лишь шёпотом сказала себе: «Выход должен быть. Чего бы мне это не стоило, я его найду».       Доселе Мэнфи познакомилась лишь с Соклом, соседом по кровати справа, а теперь наконец встретила соседку слева: — Привет! Как тебя зовут? — Виолетта сразу решила узнать имя и пообщаться. — Привет. Я Цинка. А ты? — девушка ответила взаимностью.       Выглядела новая знакомая весьма необычно. Вместо обычных волос на её голове было голубое каре, а всё лицо покрыто рубцами, словно она проехалась им по жёсткому асфальту. Тело пряталось в коричневом худи с капюшоном, джинсах и кедах. — Я Мэнфи, новенькая здесь.       В этот момент как раз подошёл Сокл, задержавшийся на собрании, ведь он хотел получить семена для кружка садоводства, где являлся старостой.       Времени до отбоя оставалось мало, так что все легли спать. Не спалось одной лишь Мэнфи. Её преследовало ощущение, что ночью её украдут, убьют и изнасилуют. Что угодно, но не здоровый сон. Она повесила простыню над кроватью, словно она её спасла бы, и стала наблюдать.       Когда все вокруг захрапели, девчонка заметила странное. Около одной из кроватей появилась Муркро и переложила спящую девочку на кушетку. Виола от неожиданности пискнула, и кошка обернулась, но в итоге ничего не заподозрила. Видать, была слишком занята своим тайным делом. Девочку вынесли по итогу, а Виолетта не сдержалась и уснула спрятав в глубине мозгового пространства все запасы эмоций и чувств, ведь уже около двух суток не спала.       Утром на той кровати лежало деревянное солнце с одним удлинённым лучом, как на руке у Мэнфи. На нём красовалась надпись: «луч достиг пика». Все обрадовались, а Мэнфи лишь тихо спросила у Сокла: — А…что собственно происходит? — Никто не знает. Знаем лишь одно — что-то хорошее.       Виолетту уже бесил этот их язык, но сегодня день обещал быть интересным. Только это и спасало от излишков переживаний. Страх заменился любопытством, так сказать.       Место, где теперь придётся постоянно находиться, чем-то стало напоминать интернат, но возможностей здесь больше. Съев на завтрак по стопке блинов, все отправились в школу. Занятия проходили в кабинетах, содержащих по пять человек. Они даже имели ноутбуки, по которым транслировались видео с объяснением материала, а затем каждому давали листки с домашним заданием. Не обязательно посещать всё, главное — ходить на математику, биологию и культуру (урок, объединяющий изо, музыку и историю). Задания проверяли старшие подростки шестнадцати-восемнадцати лет. Они так же готовили пищу, стирали одежду и бельё, убирались в корпусах. Как и бывает в обычных семьях, старшие отвечали за младших. Забавное совпадение.       После трёх уроков по часу дети отправлялись на обед. Там кормили простым салатом из огурцов и помидоров, макаронами с курицей и подливой и тыквенным супом.       После обеда у детишек начиналось время, отведённое занятиям на всяких кружках. Их вели дети тринадцати-шестнадцаии лет. Наша тройка, — Мэнфи, Цинка и Сокл, — отправились сначала на кружок садоводства, коий как раз сам вёл Сокл. Так как всё питание взращивалось на собственных фермах, ученики же и засеивали грядки овощами и собирали урожай фруктовых деревьев.        Вторым посещённым кружком для компании стала фотография. Деревня находилась в тёплой холмистой местности, пейзажи вокруг завораживали. На занятии детей обучали тому, как лучше фокусировать камеру, как поймать лучший кадр и многому другому.       После полдника в виде персиков обитателей собрали в амфитеаре. Фрейми, Дорго и Муркро там пели что-то, похожее на церковные песни. Все вокруг молча слушали. Затем главари попросили провести экскурсию для новеньких. За проведение экскурсии у Мэнфи взялись Цинка и Сокл.       Прогуливаясь вокруг, Мэнфи вновь посетила красивые улочки. Кроме того, что она уже видела, её заинтересовал высокий забор с колючей проволокой наверху, рядом с большим серым зданием, из которого шёл дым. Это место очень выделялось, ведь вокруг не было никаких ограждений, так что Виола решила спросить: — Сокл, а что здесь? — Цинка тоже попала сюда недавно, поэтому спрашивать у неё было бессмысленно. Сокл посмотрел на Виолу так, словно она спросила что-то аморальное. — Это секрет! Знаю лишь то, что это старшая зона, где находяятся дети, достигшие шестнадцати. Мы находимся в основной, здесь дети с шести до пятнадцати лет. Есть ещё младший, там дети дошкольного возраста. — А что происходит после восемнадцати? Мальчик впал в ступор. Создалось ощущение, будто он уже думал об этом, но не получил ответа, а потому, соответственно, не мог дать его. Наступила неловкая пауза, которую разбавила Цинка: — Ну, может, на ужин будет не свинина, а кое-что другое, — мрачным тоном из уст девушка вырвалась саркастичная и неприятная шутка. И ведь правда, что в самом деле здесь убивают людей и поедают их? Бред.       Сама деревня была похожа на коттеджный посёлок. Крупные дома на большое колличество людей, главная улица с магазинами, все удобства рядом.       После экскурсии ребята разбрелись. Виолетте надо было приобрести одежду, ведь та, которую ей дали, мягко говоря, похожа на тюремную. Девушка посетила один магазин (хотя назвать его таковым получалось с трудом, скорее, секонд хэнд), но в нём не оказалось ни цен, ни кассиров. Ты мог взять хоть тонну разной одёжки — никто тебе и слова не скажет. Виола даже подумала, мол, может, тут не так плохо? Но эти мысли она откинула. В голове внезапно проявились образы родителей, отчаянно пытающихся найти дочь. Мать наверняка плачет, а отец расклеивает по городу листовки и подгоняет полицейских.        Взяв с собой пару шорт, футболок и трусов, Виолетта чуть ли не в слезах вылетела из магазина. Но её внимаие привлекла смутно знакомая девушка. Она стояла по ту сторону высокого забора с колючей проволокой. Виола, оглянувшись, подошла к ней, скоропостижно избавившись от следов влаги в глазах. — Привет, кажется, я тебя видела. — А? Привет! Ты же новенькая, мы с тобой спали через пару кроватей. Я Ясмин, — и тут всё встало на места. Это та самая девушка, которую вчера унесли на носилках. Высокая, худая девушка с русыми, длинными волосами стояла перед ней. Она говорила тихо, но звучала вполне дружелюбно. В голове тут же запрыгали сотни вопросов: — Что за странный знак появился на твоём месте? Почему тебя забрали во сне? — Я достигла максимального уровня света, пора дарить его другим, пока я не угасла, — девушка вдруг приблизилась. Улыбка моментально спала с её лица, её серые глаза смотрели прямо в душу, — Мэнфи, здесь всё не так, как кажется. Дай слово, что найдёшь выход… — максимально не вовремя её позвали, и она, будто опасаясь того, кто крикнул, побежала к нему.       Больше ничего интересного не произошло. Лишь ужин, на котором, кстати, дали свинину, но почему-то Мэнфи решила её не есть. Снова пара свободных часов и сон. Виола ждала у ворот ту девушку, но не встретила вновь. Всякие звоночки нашёптывали ей: «беги!», но здравй смысл отвечал: «а куда?» И действительно — ни конца, ни края этим безграничным полям…