Маленькая радость

«Из-за сильного удара головой она получила сотрясение и потеряла память», — аккуратно произнесла Света и сразу же заплакала. «Ну ты чего, — Градский подошёл к девушке и обнял её, — всё будет хорошо». Он пытался успокоить Свету, но сам не верил в свои слова. Ведь хорошо уже точно не будет. Мужчина не мог поверить в то, что ему сказала девушка. Но пазл постепенно складывался, а выражение Серёжи становилось испуганным и расстроенным. «Как она?» — на Серёже не было лица, он глубоко вздохнул и посмотрел на девушку. «Потерянная очень, после выписки из больницы Саше трудно начать жить дальше, — тоскливо начала рассказывать Света, — у неё уже нет того огня в глазах, который был раньше». Внутри Градского всё сжалось. Ему было больно слышать, что пришлось пережить девушке. Мужчина винил во всём случившемся себя. Если бы тогда он не обвинил бездоказательно Сашу в краже дизайна, то ей бы не пришлось испытать всё это. «Я очень за неё переживаю, — Света не могла сдерживать эмоции, ведь речь шла о человеке, который ей очень дорог, — она почти с нами не разговаривает и постоянно рисует». «А какие прогнозы дают врачи?» — с надеждой спросил Серёжа. «Шанс, что она вернёт память, очень мал, — Света тоскливо посмотрела на мужчину, — а при повторном ударе головой может вообще никогда не вспомнить». «Её нужно показать лучшему травматологу и неврологу Москвы, — Градский вскочил со стула и тревожно начал ходить туда сюда, — нельзя это так оставлять». «Сергей, не волнуйся, её уже посмотрела куча врачей, — Света поднялась со своего места, — прогноз везде один, нужно просто смириться». Нужно смириться. В голове Сергея эта фраза пронеслась словно эхо. Как это смириться? Как можно относится так халатно к жизни Саши? К её воспоминаниям, счастливым моментам, знаниям и умениям, успехам и наградам… Почему все уже решили за неё и поставили крест на ней? Градский искренне не понимал этого. «Вообще, врачи советовали водить Сашу в знакомые места, но пока это не особо сильно помогает», — безнадёжно произнесла Света. На протяжении недели они боролись за воспоминания Саши, но безрезультатно. Возможно тактика постоянного сожаления девушке и гиперопеки изначально была плохой идеей, но родные Гордеевой ничего не могли поделать со своими переживаниями и стрессом. Ведь случившееся было потрясением не только для самой Саши, но и для её семьи тоже. «Так пусть приезжает работать в офис, — с надеждой сказал Серёжа, — я найду, куда её можно пристроить». «Нина против, — недовольно произнесла Света, — я уже предлагала». «Я с ней договорюсь, наши разборки не должны влиять на здоровье Саши», — твёрдо произнёс мужчина, ведь самочувствие девушки всегда было для него на первом месте. «И, у меня ещё один важный вопрос, только не злись, — Света глубоко вздохнула и посмотрела на Градского , — но что ты будешь делать с контрактом?» «Контракт… — вдруг вспомнил Сергей, — стоп, откуда ты…» «Она мне рассказала за неделю до аварии, — Света опустила голову вниз, — Саша тогда сидела вся в слезах, а я пыталась выяснить, что случилось». «Тогда сидела вся в слезах» резко ударило в голову мужчине. Неужели он опять довёл девушку до слёз. Внутри всё сжалось. Градский чувствовал себя отвратительно. Неужели он приносит в жизнь Саши только проблемы и поражения. «Ничего страшного, — спокойно ответил Серёжа на удивление девушке, — честно говоря, я и сам не знаю, что делать с контрактом». «Главное, ты знай, что я приму любое твоё решение», — Света улыбнулась, взяла свою сумку и направилась на выход. «Тогда спишемся», — с надеждой произнёс мужчина. Света положительно покивала и отправилась по своим делам, оставив Градского наедине с его мыслями.

***

На следующий день утром Серёжа направился домой к Гордеевым, предварительно договорившись с Ниной. Она, конечно, сначала наотрез отказывалась от такого предложения, но аргументы мужчины были слишком хороши. Несмотря на всю ненависть к Градскому, Нина в первую очередь хотела, чтобы с Саше было всё хорошо. «Добрый день», — Серёжа протянул женщине подарочный пакет, внутри которого лежали дорогие конфеты и бутылка изысканного вина. «Добро пожаловать, — на лице Нины была улыбка, но через неё всё равно чувствовалась пассивная агрессия, — проходи, коли пришёл». Мужчина снял обувь, надел тапочки и вошёл в гостиную. «Она в комнате, — недовольно проговорила Нина, держа в руках свою недельную выручку, — только спроси разрешение, чтобы войти». Сергей подошёл к комнате и аккуратно постучался. После того, как в комнате послышался положительный ответ, мужчина вошёл внутрь. Саша сидела за столом и рисовала различные пейзажи. В комнате было светло и свежо, но девушка, к сожалению, таковой не выглядела. «Привет», — неловко сказал Градский, закрывая за собой дверь. «Опять ты», — Саша дёрнулась от неожиданности. «Получается, что опять я», — театрально произнёс Серёжа и подошёл к девушке поближе. «Стоп, — Саша внимательно уставилась на мужчину, — а это не ты у меня в телефоне как козёл записан?» «Когда успела?» — удивлённо пробубнил про себя Градский. «Не поняла», — девушка отставила карандаши, повернулась к Серёже и недовольно посмотрела, приподняв бровь. «Уже неважно, — неловко протараторил мужчина, быстро сменив тему, — как ты, кстати?» «Нормально, — сурово ответила Саша, а потом колко продолжила, посмотрел на Серёжу с ухмылкой — но больше всего меня волнует, что в моём доме делает козёл». «Ну, я конечно из лужицы не пил, — Градский чуть улыбнулся, но потом сменил выражение лица на более серьёзное, — но грешок у меня перед тобой есть». «Можешь не волноваться, — отрешённо сказала девушка и продолжила рисовать пейзаж в надежде на то, что её слова хоть немного успокоят мужчину, — я всё равно не помню». «А если вспомнишь, я ещё жить хочу вообще-то, — рассмеялся Серёжа, — тем более, я пришёл, чтобы это исправить». «Сам козёл вернёт мне память? — саркастично говорила Саша, ведь она уже сама в себя не верила и не ждала, что сможет вернуть свои воспоминания, — что будем делать? Есть капусту?» «Очень смешно», — недовольно сказал Градский и обижено посмотрел на девушку. Саша заулыбалась. «А, если серьёзно, то я пришёл предложить тебе вернуться на работу», — торжественно произнёс Серёжа, ожидая, что девушка сразу же бросит все свои дела и побежит в офис. «Стоп, какая работа? — Саша была в недоумении, — мне говорили только про цветочный магазин. «А тебе не рассказали, — улыбка с лица Градского начала медленно сползать, — ты работала у меня в компании «СтиллАрд», в архитектурном бюро». «Ну, Нина, — недовольно крикнула девушка, резко встав из-за стола, успокоилась и решила уточнить одну маленькую неувязочку в своей голове, — прости, а ты кем мне приходишься?» «Эмм… Ну как тебе сказать, — мужчина неловко опустил глаза в пол и нервно начал трогать свой подбородок, — что-то типо бывшего». «И что же ты тут забыл, — ловко подметила Саша и презрительно посмотрела сверху вниз на Серёжу, — раз ты типо бывший». «Как что?! — недовольно фыркнул Градский, а потом вспомнил, что грубить сейчас — это не лучшая идея, — извиняться пришёл». «Ну раз пришёл прощения просить, — девушка задумалась, после чего села на стул, сложила руки и стала внимательно смотреть на мужчину, — то так давай, я жду». «Я, Сергей Градский, приношу глубочайшие извинения за своё отвратительное поведение, — эти слова давались Серёже с трудом, ведь он не привык, по его мнению, так унижаться, — мне не следовала так поступать, я совершил ошибку и очень виноват перед тобой». «Хорошо, я тебя прощаю», — спокойно ответила Саша и улыбнулась. «Но ты даже не знаешь, за что», —Градский был в недоумении, неужели она простила его так просто и так быстро. «Не волнуйся, — девушка встала со стула и начала легонько хлопать по плечу мужчину, попутно шутя, — поем капусты и вспомню». «Издеваешься надо мной, да?» — с ноткой радости и одновременно недовольства произнёс Серёжа. «Если только совсем чуть-чуть», — Саша рассмеялась и направилась к выходу из комнаты. «Ты куда?» — непонятливо спросил Градский. «Как куда? Я память потеряла или ты? — колко говорила девушка, — поедем к тебе на работу офис смотреть». «Прям так сразу», — удивлённо посмотрел на девушку мужчина, приподняв бровь. «Конечно, а то заскучала я тут, — с энтузиазмом говорила Саша, после чего перешла на более обиженный тон, — здесь меня решили ни во что не посвящать, даже если это касается моей личной жизни».