Но прошлое всегда с нами, оно ждет, чтобы перевернуть настоящее.
Сплетница
Ураган со стоном всемирной боли отбросил подушку со своего лица. Гребанный день, гребанный отчёт, гребанный Ежевика. Хотя начинать следует с последнего, ибо отчёты, как правило, подушками в лицо бросаться не привыкли. Ну, вот нет у них этой потребности!
-Ты долбаный садист, Ежевика, ты знал?!
Ураган недовольно приоткрыл один глаз и уставился им на друга. Ежевика хмыкнул - сонный блондин сейчас напоминал очень пьяного кота Базилио.
-Ага, а ещё мазохист. - Ежевика пнул коленом громилу и разворачиваясь к выходу в коридор, бросил через плечо - Потому что с тобой, дебилом, вожусь. Вставай, нам на работу пора.
Ураган взвыл:
-Я так хочу обратно в детский сад, кто б знал!
Ежевика коротко хохотнул.
Ураган тяжело вздохнул и медленно принял положение сидя на кровати. Настенные часы показывали семь утра. Ураган округлил глаза и моргнул. Затем ещё раз. Даже глаза протер! И все равно семь утра. Ураган медленно взял с тумбочки смартфон и включил. Воскресенье.
Воскресенье, семь утра...
Ураган отбросил телефон в сторону и грозно рявкнул в коридор, подрываясь с кровати:
-Ежевика, мать твою, воскресенье, ты знаешь, что такое воскресенье, жаворонок е...!
Ежевика откровенно заржал, уворачиваясь от крепких кулаков Урагана.
Будни были весьма весёлыми.
Одному по башке толстенным сборником, второму кулаком по роже.
Нет, живут они все таки весело.
***
Ежевике часто снилось прошлое. Он не знал, для чего и ради чего память так над ним измывается, но сны продолжали его навещать с завидным упорством. И видят Звёздные Предки, он бы многим пожертвовал, чтобы их не видеть.
О содержании этих снов даже вспоминать не хотелось. Все то, что он долгие годы закапывал глубоко в себе, отчаянно карабкалось наверх, комом к горлу, перекрывая воздух и желая умереть не раньше, чем он, Ежевика, опустится на несколько метров вниз холодным трупом. Ежевика был в отчаянии. Снотворное, причем не какая-то голимая туфта, а действительно хорошее снотворное старательно игнорировало причину и парень еле - еле отдирал себя с кровати.
Иногда его брала зависть - в соседней комнате раздавался богатырский храп. Интересно, есть в этом мире справедливость? Вероятно, что нет.
И каким судом их после судить будут он не знал, но задумывался все чаще. Наверное, смотря на Крутобока и мистера Уайсфулда. Вот, тоже шутка природы - сын покойного криминального авторитета ныне генпрокур, а сын неплохого наёмного убийцы начальник оперативного отдела. И насколько же оба координально разные личности. И может родись он по другую сторону баррикады, все было бы по иному.
А ещё Ежевика был в тихом ужасе: он абсолютно не знал, как себя вести со своим непосредственным начальником. Крутобок был понятен, пусть и запутан. Свои грехи, свои раны, свои мечты. И тем не менее, суть Крутобока была как на ладони - рубаха-парень
(пусть и уже в возрасте) с золотыми руками и не менее золотым сердцем. Честное слово, такое же сердце он встречал только у его детей. А вот лучший друг Крутобока... Мда.
Огнезвезд Уайсфулд оказался безукоризненно вежлив, холоден и сдержан. Никакой вычурности, никаких регалий и корон, никаких издевок и насмешек. Ничего, до чего можно было бы докопаться. Это бесило. И честное слово, лучше бы он насмехался над Ежевикой, кричал, показывал свое презрение! Понимать его было бы проще. Было бы проще понять как себя вести и что делать, но нет же, генпрокурор у нас мистер загадочность. Словами классиков, это в женщинах должна быть загадка непременно и Ежевика был с этим согласен, но видимо общество трёх женщин в доме слишком сильно сказалось на шефе...
Ежевика готов был взвыть, затем зарыться с головой в одеяло и послать весь мир в жопу, но жопа оказалась решительно и бескомпромиссно против. Жаль. Даже она против него.
Ежевика западозрил неладное, когда поднялся на нужный этаж. В коридорах было как-то густо и пусто. То есть воздух густ, а вот из живых людей на своем месте восседала Милли. Ежевика улыбнулся своей улыбкой в стиле Киллиана Мерфи, но что-то ему в секретутке не понравилось. Нет, прическа и макияж были идеальны, Милли О'Коннор была до жути педантична, что не помешало ей положить глаз на абсолютно противоположного этому понятию, Крутобока. Ежевика и Ласточку этот факт всегда веселил, у Урагана вызывал возмущенный свист. В головах двойцов их отец хорошо смотрелся лишь с их матерью, которую они не помнили, но знали о ней все - Семья щедро делилась фотографиями и своими воспоминаниями. В особенности, миссис Уайсфулд.
Ежевика остановился у стола секретарши:
-Шеф у себя?
Милли с опаской покосилась на дверь и медленно кивнула:
- У себя. - женщина как-то странно на него посмотрела и протараторила - И твой младший братец вместе с мисс Белкой там.
Ежевика замер.
Сначала по вмиг занывшим вискам ударил Коршун.
Нет. Ну нет. Нет же!
Не могли они его достать и здесь!
Руки у Этого длинные, но не длиннее его главного врага.
Ежевика хлопнул по столу ладонью и склонился к потерянной Милли ближе:
-Что он там забыл?! - Ежевика тяжело дышал, всеми силами пытаясь удержать ускользающий контроль над собой, что ныне напоминал песок в пальцах. Где-то за ним тяжело громыхнула дубовая дверь. Милли озадаченно повела плечом и посмотрела куда-то за его спину. Ежевика резко обернулся, готовый броситься с кулаками. Не понадобилось. Прямо за его спиной тяжело дышал Крутобок.
-Сраные лестницы!... - Крутобок отчаянно цеплялся за стену и по доброму улыбнулся Ежевике. Парень почувствовал громадное облегчение. Раз папа здесь, значит все будет хорошо. Ежевика быстрыми шагами добрался до Дэвотида. Крутобок выпрямился, провел рукой по волосам парня и хлопнул по плечу. Весело подмигнул Ежевике и легко улыбнулся Милли. Ежевика был готов хлопать - надо же так держать себя. Ему есть куда стремиться. - Так. Я преодолел это создание Сумрачного Леса и его владыки, а теперь мы с тобой навести моего старого друга и твоего начальника.
Ежевика выгнул бровь:
-Зачем?
Крутобок невинно улыбнулся и в этот момент за дверью раздался какой-то грохот и чьи-то истеричные вопли. Ежевика горестно вздохнул. Да емае. Крутобок хохотнул и подтолкнул его к двери:
-Брать одного дебилоида.
Мужчина распахнул дверь и прямо перед ними оказалась интересная картина: мистер Уайсфулд выбил что-то из рук его младшего брата, молодая симпатичная девчонка с рыжими крупными кудрями что-то яростно бормотала себе под нос, вытирая что-то красное с рта - оказалось, что это Белка - , а сам его братец замер, почувствовав стволь пистолета у себя между лопаток.
Ежевика устало выдохнул.
-А сейчас ты медленно поворачиваешься и упаси тебя Звёзды выкинуть что-то, что мне не понравится.
Ежевика по кивку Крутобока, разворачивает братца за плечо. Век бы эту рожу не видеть.
-Братец, - выглядел Коршун, мягко говоря, не важно. Ежевика скептично прошёлся по его лицу и остановился на глазах. Обкурен. - а я тут по твою душу, знаешь ли.
Ежевика нахмурился, подавил вырывающийся наружу мат и процедил сквозь зубы, параллельно накидывая наручники тому на запястья:
-Я в курсе.
Ежевика, старательно сдерживая себя, молча передал Коршуна в руки подчинённых Крутобока. Прикольно у него утро начинается, к двадцати пяти появятся у него морщины, у тридцати он совершенно точно поседеет. Если доживет. Парень ссутулился и не смотря не на кого, прижался к стене, избегая любых взглядов. До ушей донёсся встревоженный голос папы:
-Ты как? Порядок?
Ежевика скосил глаза и увидел как шеф молча кивнул. Крутобок облегчённо выдохнул и обернувшись, наткнулся взглядом на крестницу:
-Ты чо здесь делаешь?!
Ежевика перевел взгляд чуть дальше. Белка Уайсфулд. Можно ему сквозь землю провалиться, пожалуйста? Смотреть девочке в глаза мучительно стыдно, хотя его-то вины не было ни в чем. Белка отсалютовала Крутобоку бокалом
(и когда успела?) и ссутулившись на небольшом креслице, устало усмехнулась:
-И тебе тоже доброе утро!
Крутобок растерянно повернулся к Ежевике и тот чуть скомканно повел плечом. А что ему сказать? Психушка, как есть психушка, а они ее пациенты. Видимо он не один так думал, потому как медленно комнату заполнил нервный смех. Весело настолько, что жуть. Крутобок присел на краюшек стола и прикрыл глаза ладонью, сотрясаясь в приступе.
-Нет, ребята, вы все таки законченные дебилы!...
Белка из своего угла тихо хмыкнула. Ежевика вперил глаза в пол, чтобы не дай Звёздное Племя, никому не попасться. Крутобок о чем-то тихо заговорил с шефом, ушедшим в другой конец кабинета и роясь в шкафу. Ежевика чуть повернул голову влево и едва не вздрогнул. Белка Уайсфулд смотрела на него прямо и несколько задумчиво. Ежевика замер, не решаясь отвести взгляд. Так и смотрели друг на друга.
Ежевика подметил сходство отца и дочери: рыжие волосы, не ждите и не то чтобы прямо густые, большие темно-зеленые глаза, тонкие губы и твердый взгляд. У Огнезвезда щеки впалые и форма лица квадратная, а вот у его дочери лицо овальное вместе с небольшими щеками. Щеки, кстати, Ежевику почему-то позабавили - в голову упрямо лезло неуместное сравнение с хомяками. И веснушки. Ежевика никому не говорил, но он кайфовал от людей, у которых есть веснушки. Это было чем-то отдельным, по типу теплых рук или голубого цвета. Чем-то, что ему вроде и принадлежало, но этого у него не было и Ежевика всегда тянулся к тому, чем был обделён нечестно.
Наверное, по такому принципу он и прибился к Дэвотидам.
Ежевика ловил на себе в ответ внимательные взгляды темных зелёных глаз из-под ресниц и молчал, пока рядом около уха не раздался глубокий тихий голос:
-Ежевика.
Парень резко обернулся на шефа и немного смущённо дёрнул краешком рта. Мистер Уайсфулд впервые за все полгода его стажировки здесь чуть скомканно улыбнулся - вышло устало, неловко, несколько растерянно, но честно. Честность Ежевика ценил. Дружбу и хорошее отношение к себе и к другим людям в целом, тоже. Мистер Уайсфулд протягивал ему бокал с, вероятно, виски. Ежевика озадаченно глянул на протянутую ему руку ... Чего именно?
Ежевика чуть откашлялся и приподнял бровь:
-Простите?
Огнезвезд издал хриплый смешок, скорее от некой абсурдности всей ситуации в целом, и снова улыбнулся. На этот раз легко и весело.
-Выпкйте с нами, у нас с Вами ещё долгий день впереди.
Мужчина чуть качеул бокалом в своей ладони и Ежевика, опомнившись, быстро взял бокал.
Чокнулись, выпили, Крутобок о чем-то пошутил, все посмеялись. Ежевика был как будто в прострации и окружающее его понимал плохо. Очнулся только когда до его ушей донеслось спокойное, с лёгкой долей ухмылки:
-До свидания, Ежевика.
Ежевика опустил глаза ниже к глазам - звездочкам и каким-то севшим басом ответил:
-До свидания.
Крутобок, шедший прямо за Белкой, быстро сдал его плечо и весело подмигнул. Ежевика мягко улыбнулся ему в ответ. Проводив обоих взглядом, парень натолкнулся на шефа, опирающегося поясницей об свой стол и скрестившего руки на груди. Повисло молчание.
-Ну что ж, Ежевика - Огнезвезд склонил голову набок и побарабанил пальцами по плечу - Подойдите к мисс О'Коннор и возьмите у нее свое личное дело.
У Ежевики что-то внутри рухнуло. Увольняет. Все. Пиши - пропало. Провалился он, все ...
-Устраивайтесь как полноценный сотрудник.
У Ежевики отвисла челюсть.
Афигеть.
***
Ураган, честно выслушавший по телефону сначала нехорошо спокойную Белку, затем Ласточку, которой Белка тоже позвонила, затем опять же, все по телефону, отца с весёлыми комментариями по поводу взятия накуренного младшего-Брэйвели, к вечеру хотел выброситься из окна, повесится и что там ещё можно сделать, ибо Коршун его достал до печенок. Если уж говорить открыто, он просто в целом бесит его фактом своего существования.
Пожрать дома было решительно нечего и Ураган, грустно заглянувший в пустой холодильник, в котором мышь не то, что повесилась, а прям ещё и вероятно утопилась, вздохнул и побрел в магазин. Сегодня было его очередь готовить ужин, потому что Ежевикину жареную картошку он уже видеть не мог. Хотелось мяса. Желательно чтобы там были не только кости, но и мясо
Ураган вяло закинул в корзину курицу, наткнулся на картошку, поморщился, нашел чеснок и решил, что по - братски разделенная напополам курица лучше, чем ничего, а гарнир... Да ну его нафиг!
С теми мыслями, донельзя воодушевленный он чуть ли не поскакал к кассе.
Курица, кстати, того стоила и Ежевика, приползший на хату ближе к восьми вечера, сердечно благодарил. Ураган ржал и кривлялся:
-Хвали меня, хвали, хвали, хвали!
Поржали, поели, пару раз послали друг друга в жопу, ещё поржали, доели курицу, порадовались за Ежевику, выпили за Огнезвезда
(чуть-чуть, для блеска глаз), обмыли кости Коршуну, ещё немного приняли на душу, тоже, непременно, для пущего блеска, разошлись на боковую.
Ураган, не то, чтобы прям пьяный, но малость уже готовший философствовать, был безжалостно послан Ежевикой в пешее - эротическое и все же заткнулся, уткнувшись в ленту новостей. Жёлтая пресса мало чем его интересовала, но скучно было жуть, потому Ураган и ткнул на какую-то новостейку без задней мысли.
Ничего необычного.
Какой-то там бизнесмен, торгующий чем-то там и где-то там, у которого таки сросся дебет с кредитом, наконец показал своих супругу и сына. Чес слово, Урагану по барабану было, что на этого бизнесмена, что на его семью тем более. Но что-то дёрнуло его остановиться взглядом на фотографиях.
Фоток было много для такой статьи, даже чересчур. Штук шесть, наверное. Бизнесмен везде улыбался и чуть ли не белым платочком в камеру махал, а вот его семья... Ураган приблизил фотографию с лицом жены и ему показалось странным то, как женщина почти на каждой фотографии чуть ли не пряталась от камеры. Обычно же все эти жены кого-то там напротив показывают себя во всей красе, а тут...
Не то чтобы ему было дело. Ему просто было безумно скучно.
Ураган без особого энтузиазма пролистал первые пять фотографий и замер, не веря своим глазам.
Журналистам удалось поймать кадр, где супруга повернута лицом и видно развевающиеся прямые светлые волосы, светлые глаза, острые скулы и аккуратный нос. Да фиг с ней, с ее внешностью! Ураган медленно сел на кровати, ощущая что весь намек на пьянь в его крови улетучился мгновенно.
Женщина с этой фотографии была более взрослой версией его покойной матери.
Взрослой.
Но индентичной.
Все чудесатее и чудесатее...