Часть 38

— Но вообще, Жон, тебе не кажется, что подобная атака была чрезмерной? — с некоторым сомнением спросила Руби. Конечно, было очень круто наблюдать, как целое здание просто разваливается на куски от одного только взмаха мечом. Вот только она очень хорошо помнила, как тот же самый Жон трясся над каждой машиной и камнем в брусчатке, что пострадали в Вейле, когда Руби останавливала ограбление прахового магазина. А тут, вдруг, такие сопутствующие разрушения. — Не кажется, — Жон усмехнулся. — Я уверен, что это было чрезмерно. Другой вопрос, что моё отражение в будущем было настолько раздражено, что были все шансы не просто город разрушить, а очертания материков изменить. — Как это мило, — усмехнулась Янг, которой было тяжело представить себе удар мечом, которым мог бы переписать карты мира. — У этого события, кстати, были некоторые последствия. Настолько колоссальная сила удара от, казалось бы, обычного удара мечом поразила не только гражданских, что могли это наблюдать, но и товарищей Жона по команде. Сама по себе сила была абсурдно большой. Вот только они все уже привыкли к тому, что Жон был силен. Куда сильнее их удивила избыточность подобной атаки. Просто зачем? — Жон? — осторожно спросила Руби. Он обернулся к команде. В его глазах читалось что-то странное — смесь усталости и… разочарования? Меч со звоном вернулся в ножны. — Извините, — его голос прозвучал глухо. — Перестарался. — Перестарался? — Кроу покачал головой. — Ты целое здание разрушил. — А ты беси меня почаще, — Жон дернул щекой, выражая раздражение пополам с сарказмом. — Глядишь в следующий раз я целый город разрушу. — Этот случай не только продемонстрировал твою силу, но и зародил серьезное опасение в умы твоих союзников, — заметила Реликвия Знаний. — В будущем это был первый момент, когда тебя начали откровенно боятся твои же друзья. — Ты немного опоздала со своими проповедями, Джин, — криво усмехнулся Жон. Он прекрасно осознавал, что прямо сейчас многие из его друзей и даже родных опасаются его и ждут какой-нибудь выходки с его стороны. — Всегда есть возможность сделать что-то по другому. Или исправить то, что было сделано, — Джин не согласилась с Жоном, на что тот только пожал плечами. Это была прописная истина. Мог ли он поступить по другому? Да. Может ли он что-то изменить? И снова да. Даже смерть не конец, когда есть доступ к бесконечной божественной силе. Череду вопросов, на которые Жон мог бы ответить утвердительно можно было бы продолжать и дальше, но всё разбивалось об ещё один вопрос: А что дальше? Вот воскреснут Сиенна и Жак. Вот Жон, образно говоря, прогнется под всю эту компанию «спасителей мира» и особенно под «поборников добра и справедливости», что произойдет потом? Жон помнил слишком много, чтобы гадать о дальнейших событиях. Условные боги очень быстро превращаются в прислугу. Вчерашний владыка, который милостиво одарил человека богатствами и благословениями, сегодня уже обязан давать свои милости. Иначе его начинают ненавидеть. Поэтому Жон не сомневался, стоит ему один раз прогнуться, как его постараются прогнуть еще раз, а потому ещё и ещё. Так будет длиться до тех пор, пока ему все это не надоест и он не перестанет тратить силы на неблагодарных людей. Дальше могли быть разнообразные сценарии, но это не так уж и важно. Главный резон Жона был именно в том, что данное даром не ценится, а безнаказанность входит в привычку. Так что он не собирался слепо следовать за чужим мнением, что правильно, а что нет. Пускай бы вообще все были бы с ним не согласны. Хотя он все ещё считал себя готовым к диалогу, а потому не стал сразу же торопить Джин с просмотром следующего видения о будущем. Тем самым он дал возможность другим высказаться на этот счет. — Ты сказала, что у этого события были последствия, — заметила Блейк, которой все это казалось просто странным. — Осложнения в отношениях были всеми последствиями? — Нет, — покачала головой Джин. — Это было лишь начало цепочки событий. Сила не появляется из ниоткуда. И Жона начали подозревать в самых разных вещах. В том числе и в связях с Салем. — Серьезно? — Янг не поверила услышанному. — Он же буквально только что размазал одного из поклонников этой… Как именно Янг собиралась назвать Салем знала только она сама, да Джин, так как Самер закрыла приёмной дочери рот ладонью. Некоторые слова просто не стоит произносить вслух, если только ты не хочешь огрести потом кучу проблем. В том числе и смертельно опасных проблем. — Да, серьёзно, — Джин покачала головой. Некоторые люди вообще ничего не учатся. Янг ведь уже нарывалась на Салем, в самом начале. — Аномалии, в чем бы они не заключались всегда вызывают вопросы и попытки их объяснить. Сила дракона не поддавалась никаким простым объяснениям, и тогда в дело пошли более безумные и маловероятные теории. — Ничего нового, — Жон воспринял возможность таких подозрений спокойно. Ситуация старая как мир, хорошо хоть за местного Дьявола не приняли, прецеденты были. Ну и не всучили очередное тупое прозвище, которым только детей пугать. Хотя и не факт, что по итогу этого не случилось, Джин могла просто не упомянуть. Ну и раз уж в этот раз долгих разговоров не случилось, Жон решил все же поторопить Джин. — Что там дальше? — Ваш поход продолжился. Оставаться в вырезанном городе никто не хотел, — Джин взяла небольшую паузу, думая говорить или нет, и в итоге все же решила сказать. В некотором роде это можно было считать плюсом в репутацию дракона. — Они даже хотели просто уйти, но ты настоял на том, чтобы сначала похоронить мертвецов. — Дай угадаю, мне не пришлось никого бить в этой ситуации только потому, что все боялись недавно увиденной демонстрации силы? — Жон был уверен, что никто не собирался хоронить умерших. Более того, многие, скорее всего, предпочли бы сразу покинуть разоренных соседей. — Люди не были в восторге, что пришлось задержаться, но конфликта не было. Во многом благодаря тому, что хоронил всех ты сам. Жон достаточно демонстративно посмотрел на Джин, чтобы без слов передать, что он об этом думает. Джин встретила взгляд Жона без тени смущения. Она давно привыкла к его саркастичным и циничным реакциям на откровения о будущем. Что поделать, если некоторые совершенно не ценят её усилия? — А мы ему не помогли? — влезла в беседу Нора. Ей было тяжело поверить, что не только кто-то там, а она сама и Рен тоже боялись Жона. Ещё и настолько, что никак не помогли ему. — Помощь там особо и не понадобилась? — Джин коротко показала, как трупы были собраны в одну кучу, в которую Жон так же кинул осколки оружия Тириана. Сделав такое, своеобразное, жертвование мертвым, гуманоидный дракон достал кристалл огненного праха и подпалил всю эту гору трупов. — Погребальный костер, достойный короля, — сказал Жон довольно странную, для жителей Ремнанта, фразу. — Погребальный костёр? — Нора склонила голову. — Некоторые народы хоронили мертвых не в земле, а в огне, — ответил ей Озпин. — Кремация, — кивнула Глинда. — Практиковалась во многих культурах древности. Считалось, что огонь очищает душу и помогает ей вознестись. — Вознестись куда? — Нора всё ещё не понимала. — К богам, на небеса, в загробный мир, — пожал плечами Озпин. — В зависимости от верований конкретного народа. Этот способ был так или иначе связаны с разнообразными верованиями, в том числе и связанного с драконьим огнем, но постепенно просто вышел из обихода. Жон хмыкнул, наблюдая за тем, как его будущее отражение смотрело на горящий костёр. Этот огонь явно наводил гуманоидного дракона на какие-то мысли. А вот на какие именно, большой вопрос. — Прагматично, — заметил Кроу. — Сжечь всех разом быстрее, чем копать могилы. — У каждой традиции есть свои предпосылки, — Джин показала ещё один кусочек с похорон. — Пойдем, — выстояв буквально несколько мгновений перед погребальныйм костром, Жон развернулся и дернул подбородком в сторону городских ворот. — Запах палёного мяса не самый приятный аромат. Группа молча двинулась за Жоном, оставляя за спиной догорающий костёр и разрушенный город. Атмосфера была тяжёлой — не только из-за увиденного разрушения, но и из-за того невысказанного напряжения, что повисло между драконом и остальными после той демонстрации силы. — Насколько долго продолжалось это… отчуждение? — спросила Пирра, которой было неприятно видеть подобное. Она хорошо помнила, каково это — когда люди смотрят на тебя со страхом или опаской. Когда видят не человека, а что-то другое. Это было неприятно даже когда её чествовали как непобедимую девочку. Насколько же это должно быть неприятно, когда тобой не восхищаются, а боятся? — Достаточно долго, — ответила Джин. — Несколько дней пути прошли в относительном молчании. Жон держался особняком, остальные… старались не провоцировать. — Бывает, — повторил Жон. — Так что там дальше? — Стоит сначала уточнить то, что происходило с другими членами команды RWBY, Вайсс пока останется у себя дома. Янг нашла в себе силы и новое руководство Бикона нашло возможность найти для неё кибернетический протез на руку… — Не очень круто, при условии, что кое-кто мог бы отрастить мне родную руку, — Янг подобную новость не оценила. — Ты сама отказалась от помощи, — сказал Жон. — Всё равно не круто, — Янг осталась стоять на своём. Свои собственные руки пока нравились ей намного больше, чем какие-то железки. — Продолжим, — Джин не стала затягивать неловкую паузу. — Блейк тем временем продолжала своё расследование дел Белого Клыка в Менаджери. Ситуация там была напряженной — раскол в организации углублялся, И Адам Таурос готовил вооруженный переворот. Видение сменилось, показывая Блейк в компании Сана, который увязался за ней в Менаджери. — Там была своя история, которая постепенно шла к развязке, — продолжила Джин. — Сторонники Адама хотели склонить как можно больше фавнов на свою сторону, в том числе и семейство Белладонна. — И Адам и Сиенна, которую он собирался сместить уже умерли, — заметил Жон, который прекрасно помнил, что собирался уничтожить весь Белый Клык, так или иначе. Поэтому ему было не особо интересны мелкие образования внутри организации. С другой стороны, гуманоидный дракон помнил и о своём предложении Гире Белладонна спасти как можно больше фавнов Белого Клыка. — Если князь Менаджери того пожелает, потом передашь ему список сторонников Адама. — Это важная информация, — начала Блейк, которая просто не знала об уже сделанном заявлении Жона, что он не успокоился убийством Сиены. — Поэтому… — Блейк… — прервала её Кали. — Не надо. — Что «не надо»? — Не надо в это лезть, — теперь в разговор вступил и Гирра. — Я тоже считаю это важным, и буду решать этот вопрос. Но это буду делать я. Твоё дело сейчас учиться. Блейк сжала кулаки, явно желая возразить, но взгляд отца заставил её промолчать. Кали положила руку на плечо дочери, успокаивающе сжав его. Да и сама девушка прекрасно понимала, что сейчас не время устраивать семейные разборки. Она уже видела как это выглядело со стороны и позориться подобным образом Блейк не хотелось совершенно. Но позже с родителями она обязательно созвонится и обсудить все это. Жон, глядя на все это задумался. Так-то он уже подходил к Гирре, но тот пока никак не показал свою готовность делать хоть что-нибудь. Так почему бы не зайти со стороны Блейк? Это была откровенная манипуляция, которая на первый взгляд совершенно не нужна была гуманоидному дракону. Вот только его разогнанный в сотни раз интеллект подсказывал, что это будет в должной мере полезно. Во-первых, меньши возни с Белым Клыком, который придётся выслеживать и как-то решать. Оставлять этих отбитых террористов он в любом случае не планировал. Но если некоторые адекватные уйдут из организации добровольно это хорошо. А список особо отбитых позволит начать чистки именно с них. Во-вторых, все это должно хоть немного обелить репутацию Жона. Показать остальным, что он не безумный мясник, а преследует более или менее разумные цели. Он мельком взглянул на саму Блейк — та всё ещё мрачно смотрела на видение, где её будущее отражение вместе с Саном кралось по Менаджери, пытаясь выследить сторонников Адама. Жон собирался хорошенько обдумать, что он скажет и в какой момент, а пока стоило поторопить Джин с её видениями и нравоучениями. — Что ещё ты хочешь показать нам? — Леонардо Леонхард, — начала Джин, но была перебита Жоном. — Очередной мертвец, про которого ты хочешь нам поведать? Тебе не кажется, что есть более важные вещи, чем несколько мертвецов? Они ничего не смогут сделать, чтобы изменить ситуацию в мире. Джин очень хотела треснуть Жона по голове. Ведь этот пункт был одни из тех, что могбы немного обелить имя гуманоидного дракона. Но он сам, как будто специально, не даёт ей сделать это. — Леонардо умер? — Саммер Роуз не знала об этом и постаралась тихо уточнить данный момент у своих родных. Вот только её было хорошо слышно и ответить ей решил Жон. — Он был предателем, что подставлял сереброглазых под убийцу. Я так понимаю, что именно он подставил тебя под лезвия культиста, которого в будущем убил я. Это заявление тут же заставило напрячься всех представителей светлой стороны. Они напряглись ещё сильнее, когда Тириан подтвердил слова Жона. — Ага, этот жалкий трус предоставил мне информацию о маршруте и времени, так что я легко смог выследить и убить её. — Но-о… — Руби была готова расплакаться от того, как легко и непринужденно он все это заявил. Как будто жизнь её матери и все те слёзы, что пролила сама Руби были сущей мелочью. — Не надо, цветочек, — Таянг постарался как можно мягче обратиться к дочери, хотя сам разве что не кипел от едва сдерживаемой ярости. — В чем дело, блонди, хочешь убить меня так же, как этого труса? — Тириан оскалил зубы в безумной улыбке. — Так приходи, я буду рад пустить тебе кровь. — Тай, не смей! — голос Саммер прозвучал звонко и властно, перекрывая скрежет зубов мужа. Таянг Сяо Лонг уже был на полпути к тому, чтобы перепрыгнуть через разделяющее их пространство и попытаться оторвать скорпиону голову голыми руками. Его аура вспыхнула ярким пламенем, а в глазах читалось безумное желание убивать. — Он убил тебя! — прорычал он, не сводя взгляда с ухмыляющегося маньяка. — Он помог убить тебя! И ты хочешь, чтобы я просто сидел?! — Я жива, Тай! Я прямо здесь, — Саммер схватила его за руку, заставляя посмотреть на себя. — Посмотри на меня. Не дай его яду отравить нас сейчас. Если ты нападёшь, начнется хаос. — Ничего не начнется, — поправила её Джин. — Здесь вы не можете навредить друг другу. Все разборки за пределами Зала Богов. — Ну да, не надо убивать друг друга здесь, делайте это на улице, — Жон хмыкнул, находя это ироничным. Думал он при этом о том, чтобы самостоятельно прибить Тириана, благо ему было плевать на запрет реликвий. Вот только вряд ли хоть кто-нибудь оценит подобный жест. Даже если по факту это спасёт жизнь Тайянгу, который вряд ли справится с Тирианом один на один. — Леонардо успел сказать тебе кое-что, — Джин решила оставить остроту Жона без комментариев, а вернулась к делу. — Показывать, что ты сделал для получения этих ответов я не буду, но некоторые моменты очень важны. — Валяй, — спорить Жон не стал. Хотя и задумался, что же он такого вытворял. Неужели прям жёско пришлось пытать предателя? — Помимо подчиненных непосредственно Темной Королевы, было очень много других. Тех кто сотрудничает опосредовательно, или вообще используется в темную. — Логично. Нельзя добиться всего в одиночку, — Жон пожал плечами. — Сам факт, что я преследовал некую группу культистов гриммопоклоников, а не кого-то конкретного «злодея», уже говорил о разветвленной организации. — Проблема в том, что особой организации нет, — поправила его Джин. — Есть отдельные люди, которых использовали в темную или покупали их услуги. Да, некоторые из них знали, что сотрудничают не с самыми добрыми людьми, но о Салем знали только избранные, с которыми она сама выходила на связь. — Значит я обманул сам себя, — после короткой паузы Жон кивнул. Ситуация не была уникальной, такое иногда случалось. Да что уж там, старый добрый Артур Конан Дойл, устами Шерлока Холмса, предупреждал о том, что нельзя строить теории при недостатке фактов. Нельзя, потому что ты волей-неволей будешь подстраивать факты под свои теории. — Но несколько имён он тебе все же задал, в том числе и имя Жака Шни, после чего умер, — Джин махнула рукой, показывая отрывок, который она хотела показать. — Чем конкретно ты занимался? — спросил Жон, сидя на кресле, которое поставил спинкой вперед, чтобы опереться на него подбородком. В руках у гуманоидного дракона был окровавленный нож и хотя самого Леонардо было не видно в кадре, но прерывистое дыхание, перемежающееся поскуливанием от боли, достаточно красноречиво намекало, что с ним случилось. — Уничтожение… сереброглазых, — прохныкал Леонардо, который желал чтобы это поскорее уже закончилось. Жон в настоящем выгнул бровь, задаваясь вопросом, не пытается ли Джин специально подорвать его и без того подмоченную репутацию. Сама Джин находила в этом некоторую иронию, ведь она затеяла все это специально чтобы добавить ему социальных очков. — Как хорошо, что Руби больше не сереброглазая, — хмыкнул Жон, припомнив свою жрицу, которая под влиянием его силы сменила цвет глаз с серебряного на фиолетовый. Вот только у Леонардо было несколько иное мнение. — Я узнал… фамилия… Роуз… — он закашлялся, пытаясь найти в себе силы все же ответить. — Совсем как она… — Она? — Жон уже собирался перейти к следующим интересующим его вопросам, как Леонардо смог привлечь его внимание. Сам же бывший директор Академии Хейвен был готов сказать что угодно, лишь бы все закончилось. — Уж не первый раз замечаю, что дракон неожиданно искушен в вопросах пыток, — как бы невзначай заметила Салем. — Чтобы сделать больно много ума не нужно. А вот не быть обманутым в процессе уже проблематично, — Жон хмыкнул, отметив насколько неуютно себя чувствуют некоторые из присутствующих. — Что в итоге и произошло. Как уже было сказано, я обманул сам себя, просто связав несколько обмолвок Леонардо вместе. — Роуз… я виноват… — Леонардо был готов признаться в чем угодно. Даже взять на себя чужую вину. — Роуз? Ты говоришь о матери Руби, Саммер Роуз? — Жон внимательно посмотрел на свою жертву. — Да… — Понятно. Жон на мгновение задумался. Наверное, чтобы порадовать Руби можно было бы как-то изощренно отомстить. Привести ей сюда и дать возможность самой оборвать жизнь ублюдка. Ну или оборвать его жизнь максимально болезненно. — Не думаю, что меня это порадовало бы, — настоящая Руби скривилась. Что либо ответить ей Жон не успел, так как видение будущего само расставило всё по местам. Вот только дракон прекрасно понимал, что вряд ли Руби порадует хоть что-то из этого. Более того, скорее всего она вообще не оценит новость об убийце своей матери, не важно умрет он или останется жив. Поэтому Жон просто метнул кинжал, быстро обрывая жизнь Леонардо. Раз уж дополнительные пытки ничего не дадут, то какой в этом смысл? Хотя в некотором прощальном жесте Жон не мог себе отказать. Несколько недель спустя, когда шумиха вокруг убитого директора улеглась и его похоронили, Жон и его группа посетили могилу. В руках у гуманоидного дракона была пара белых роз, которые он оставил на могиле Леонардо. — Я думаю ему бы понравились цветы, — заметила Руби, к которой Леонардо пытался втереться в доверии. Жон сдержал улыбку, пожелав Саммер Роуз в ином мире найти Леонардо и отомстить за два цветка, оставленных без матери. — Типа эти две розы это мы с Руби? — Янг была удивлена. И надо сказать, что это было приятно удивление. — Знаешь, Жон, я и не думала, что ты такой романтик. — Янг в убийстве нет ничего забавного или романтического, — строго сказала Саммер. — Даже если это твой убийца? — Без разницы, — Саммер все ещё надеялась, что вся это история не получит продолжения. Она прекрасно помнила свой бой с Тирианом и понимала, что Тайянг, даже в паре с Кроу, вряд ли смогут с ним справиться и не попасться на уловки убийцы. Другой вопрос, что вся остальная часть семейства Роуз-Сяо Лонг, кроме Руби, очень хотело не просто замолчать эту историю, а закончить её полноценно. С отмщением всем причастным, так или иначе.