Иглами

— Я тоже люблю тебя, мелкий. Регулус вскинулся. Неужели ему не одному теперь будет так неловко за этот разговор? Но Сириус не выглядел ни смущенным, ни раздосадованным своими откровениями. Сириус, не любящий говорить начистоту больше него, и не кривится от такой фразы? Его лицо было искренним до боли и бесконечно виноватым. Регулус не мог понять, в чем его вина. И понимать боялся.