Часть 3

ГЛАВА 3 Я вернулся в дом к вечеру. Не отказав себе в удовольствии получше осмотреть округу. На ужин я решил приготовить пасту и легкий салат к ней. Вино не любил, хоть оно бы подошло идеально к такому ужину. Я не имел за собой привычки ставить ноутбук на обеденный стол, где находилась еда, но в этот раз я поставил его с целью скрасить свой вечер просмотром легкого фильма. Правда, отнюдь не первый раз этот фильм предстает перед мной. Пока я готовил пасту, семейство Берлинг в день празднества навестил инспектор. Очень интересный сюжет, красивая и приятная подача. «Визит инспектора» один из тех фильмов, который я считаю можно пересматривать не один раз. — Б-з-з-з-з-з, — телефон в кармане завибрировал. «Уилл… Интересно» — Слушаю, — я наконец закончил готовку. — Это Уилл, — голос звучал грубо и резко. — Я знаю, что-то случилось? — Я… я могу приехать? Вопрос прозвучал тихо. Я же в ато время, наливая себе чай, промахнулся. Кипяток обжег неприятно руку. Боль была несильной, не могла она быть сильнее испытываемого шока. Чтобы моя пауза не показалась грубой, я собрался и ответил: — Конечно, я буду не против. *** Уилл Грэм Прогулка с новым знакомым была… Нормальной. Настолько, насколько понятие нормальности вписывалась в мою жизнь. Даже диалог в машине, который напоминал наверное со стороны допрос, не стал чем-то… Грубым. В компании Рэкхема вообще все что делал я было столь… Нормальным? Нет, конечно это было грубо и ненормально… Но именно в этой ситуации, доверяя своей эмпатии, которая меня не подводила, все было нормально. В машине Рэкхема было тепло. Его голос был спокоен, он был открыт и откровенен. Он… хотел подружиться? Именно так я интерпретировал его эмоции. Эмоции, которые он сам мне показал. «Холодность» Да. Это слово подходила ему. Как образу, так и поведению. Ни разу за эту встречу он не проявил… Физически интерес. Не наклонялся в мою сторону, не старался нарушить личное пространство ни одним жестом. В голове была путанница. Образы. Эмоции. Возможные действия… Но все было отлично от прошлых людей на которых я настраивался. Все это было дозированно. Именно. Не знаю как, но он давал лишь столько информации сколько было нужно для дальнейшего общения. «Дальнейшего общения?» — открывая дверь в кабинет Джека, я сжал ручку до скрипа, — «удивительно». В кабинете у Джека был мужчина. Рост как у меня, чуть выше. Я нервно прошелся до кресла и сел на него. — Скажите сколько свидетелей? — мужчина стоял впритык к доске с уликами. — Когда я смотрел было полторы сотни. Ни у кого не было подробностей до сегодняшнего дня. Теперь они есть у всех. Я старался сесть более расслабленно. «Не обращайте на них внимание.» В голове прозвучала фраза Рэкхема, и я решил сконцентрироваться на деле, чем на незнакомце. — … Фредди Лаундс… — Какая безвкусица, — знакомое имя вывело меня из размышлений. — У вас проблемы со вкусом? — Мысли у меня зачастую невкусные. — А у меня нет. Ограждение слабое. — Я построил крепость, — рука потянулась за чашкой с кофем, мысли об этом деле выводили меня на агрессию. — Ассоциации возникают быстро. — Как и крепости… Я не смотрел на незнакомца, стараясь скрыться за этими крепостями. Его поведение, движения напрягали. Отчего головная боль начинала возвращаться с новой силой. — Не любите смотреть в глаза, — я чувствовал на себе этот взгляд, он что-то мне напоминал. «Да что же ты ко мне прицепился… Да кто он такой…» — я сжал подлокотник и со вздохом, смотря куда-то в стену произнес: — Глаза отвлекают, видишь слишком много, но недостаточно, — я развернулся в его сторону, — и тяжело сконцентрироваться, когда думаешь: «У него такие белые белки» или «да у него гепатит» или «о, как сосуды полопались». Я не желал сейчас беседы. Я не желал здесь сидеть, и я не желал говорить с этим человеком. — Поэтому — да. Я пытаюсь избегать глаз, — мой эмоциональный выпад вызывал у него лишь улыбку и интерес во… Отвернувшись, дабы не продолжать развивать чтение поведения, я начал уже разговор с Джеком: — Джек. — Что? — Полагаю, что все что вы видите и узнаете, задевает ваш мозг. Ваши ценности и манеры в состоянии шока от ассоциаций. Вам снятся кошмары… “ Это же…» — не произвольная догадка царапнула. — Когда бьют по тому, что любишь… Крепость не спасет, — голос этого человека звучал эхом в моей голове, если бы не осознание. — Вы над чьим профилем работаете? — я произнес это казалось в пустоту, не ожидая ответ от нее, я развернулся к Джеку, — над чьим профилем он работает?! — Простите, Уилл. Наше дело — наблюдать. Я не могу закрыться, как не можете закрыться вы. Внутри меня волной стала подниматься злость. — Не надо моего психоанализа. После него, я, вам, не понравлюсь, — я произнес последнее предложение по слогам, тело стало колотить от эмоций. — Уилл… — Прошу простить, у меня лекция. По психоанализу. Находиться в одном с ними помещении я не желал ни одной минуты больше. Я сразу же встал и вышел из кабинета. Следующие лекции я провел в раздражении, так или иначе возвращаясь к разговору в кабинете. Даже придя домой, меня отпускало негодование. Я решил помочь Джеку, я доверился Джеку… Как он мог… Виски сдавливало болезненным спазмом. Я не знал куда себя деть. Я накормил собак, навел более менее порядок, и сейчас, сидя на диване, вслушивался в тишину. «Не обращайте на них внимание. Если вам неудобно, можете поговорить со мной, дабы отвлечься» — Рейнхарт, — в руке был зажат телефон. Я провел рукой по лицу, откидываясь на спинку дивана. Если он все правильно понял тогда, если… Пальцы сами набрали нужный номер, после секундных гудков я услышал голос: — Слушаю. Одно лаконичное слово, пропитанное спокойствием и тишиной. — Это Уилл. — Я знаю, что-то случилось? — в голове поразительно стало пусто. — Я… — сглотнув я продолжил, — я могу приехать? — Конечно, я буду не против. Я накинул на себя вещи и решил добраться до его дома пешком, привести себя и скачущие мысли в порядок. *** Уилл сбросил телефон, как только услышал мой ответ. Я же находился в замешательстве… Как хорошо, что я готовил на двоих. Оставив приготовленную еду я прошелся в сторону прихожей, посмотрев есть ли запасная пара тапочек, и поднялся на второй этаж, дабы присмотреть что-то из своей домашней одежды. Не люблю, когда в уличной одежде садятся на домашнюю мебель. В шкафу я достал короткие для меня, но в пору Уиллу, штаны, тонкий свитер… И носки, да. Признаться, мне удивила просьба (?) Уилла. Но… Мне даже так лучше. Я спустился вниз через 15 минут, держа в руках вещи. Их я положил на диван в прихожей, а сам стал сервировать стол. Закончил вовремя, так как в дверь позвонили. — Уилл, — перед дверью стоял еще больше уставший человек чем утром. — Прости что без предупреждения. — Видимо случилось что-то серьезное, — я покивал пропуская его внутрь, останавливая на пороге, помогая снять верхнюю одежду, — ты позвонил как раз к ужину, надеюсь ты не ел. — Я… — он неловко поворачивался, помогаю снять куртку. — да, не ужинал. — Я подготовил одежду, — Мужчина вздрогнул, с непониманием, смотря мне в глаза, — можно сказать это мой пунктик. Не люблю, когда в верхней одежде расхаживают по дому. Надеюсь это не проблема? Можешь разуться? Уилл разулся и прошел за мной в гостиную. Вот одежда, тапочки по желанию. Пол у меня с подогревом. Чувствуй себя как дома. Буду ожидать уже за столом. Я со спокойной душой прошел в столовую, которая была совмещена с кухней. Ожидать Уилла долго не пришлось. Моя одежда смотрелась на нем… Мило. Это вызывало улыбку. — Садись, я во внимании, — приглашающим жестом я указал на место рядом с собой. Было несколько причин этому. Когда собеседник сидит перед тобой, волей не волей, взгляд возвращается к нему. И совершенно обратно, когда он сидит рядом. Уилл сейчас в явном напряжении и ему так будет комфортней я считаю. Да и сижу я во главе стола, приглашая его сесть справа от меня. Идеально. — Кхм… — Паста. На ужин у нас паста. Рецепт я узнал от одной пожилой женщины во Флоренции. Ей понравилась моя игра, мне же аромат, который доносился из ее окон. Мы были соседями. — Пахнет и правда вкусно, — он сел, пододвинул к себе тарелку, — я. не знаю с чего начать. — Начни с малого. Что было когда ты вернулся в академию. Уилл стал рассказывать без подробностей о расследовании, упомянув все в общих деталях. Когда речь зашла до Джека Кроуфорда и «незнакомца», я попросил остановиться. — Он был там как специалист для помощи? — Да, — он сжал столовый прибор, — для помощи в оценке меня. — Хм, не любишь «мозгоправов»? — я уже доел свою порцию и внимательно смотрел за жестами моего гостя. — Ох, — он спрятал свое лицо в ладонях, — я устал. Я не люблю, когда кто-то копается у меня в мозгах. Но меня больше взбесило, что Джек просто взял и привел его… Нет, я понимаю что так было нужно… — Это дело видимо сильно задело тебя, — я прервал поток его мыслей, вставая, чтобы убрать посуду. — Я помою, — Грэм подскочил за мной следом. На его желание я лишь пожал плечами вручая ему в руки посуду. — Я понял из твоих объяснений, что ты обладаешь эмпатией. Сверхчувствительной. — Да… — Тебе нужен отдых, — иначе он может перегреться от потока информации, поддерживаемой эмоциями, — пропускать через себя чужие эмоции и чувства всегда утомительно и сложно. А тут каннибал с высокой любовью к родному человеку. Уилл замер с удивлением поворачиваясь в мою сторону, встречая легкую улыбку. — Ты пьешь чай с сахаром или без? — Две ложки… Как ты узнал о цели? Я стал заваривать зеленый чай на травах. Он неплохо помогает при бессоннице. — Можно сказать, это дополнение к моей холодности. Правда, мне не дано как тебе читать людей. Я просто ощущаю поверхностно, не вдаваясь в более сложные моменты. То как он отнесся к убитой девушке… Было бережно, аккуратно. Если учесть твои слова об одном типаже внешности… То его так называемый «золотой билет» — это человек которого он любит самой чистой любовью на которую способен. Под свое рассуждение я нежно поглаживал свою чашку. Уилл слушал меня внимательно. Перед глазами предстала картина, нарисованная словами и рассказом уже Уилла об этом деле. — Я думал об этом… — он задумался. Направляясь в гостиную, я знал что он последует за мной. Мы сели на диван. — Но тебя что-то еще гложет Уилл, и это дела не касается. — Я… Когда бьют по тому, что любишь… Крепость не спасет. «Так вот что сказал Ганнибал. Хм…» — я дохнул пар исходящий из чашки. — Это верно. Мы ранимы, когда что-то касается наших постулатов. Это дело… Чувства убийцы банальны, но то как они выражены… Аморально. — Да. Уилл пил маленькими глотками чай, постепенно расслабляясь. Он подогнул под себя ноги, сев по-турецки. Квадратная подушка расположилась между ног. На нее он ставил моментами чашку, о чем-то думая. — Ассоциации… Они меня пугают, — Уилл облокотился спиной на спинку дивана. «Очаровательно» — он был похож на сонного воробушка. — Ты любишь читать, Уилл? — У меня бывает мало свободного времени… — Хмм… Для некоторых людей книги — способ прожить чужую жизнь. Надеть на себя костюм юной девушки, королевы, могучего волшебника, героя аль злодея… Почувствовать новые эмоции. Иногда человек начинает утопать в желании сбежать от реальности в страницы. — Мне этого хватает… Ощущать чужие эмоции… — Не сомневаюсь. Он сидел прикрыв глаза. Очки лежали на журнальном столике. Линии его лица были грубоваты, но их можно было сравнить с линиями античных бюстов, которые обладали своей красотой. — Не стоит бояться своего сопереживания убийце. Он персонаж своей истории. Когды ты, Уилл, единственный ее читатель, который может полностью ее понять… — Угу… понять, — он усмехнулся и прикрыл глаза. Не знаю сколько мы так просидели в тишине, когда я легко подхватил чашку, которая выскользнула из рук профайлера. Он уснул. Видимо все же усталость взяла наконец свое. Я порадовался тому, что сделал свой голос специально тихим под неожиданный конец нашей беседы. Встав с дивана я прошел на кухню, где сполоснул чашки. Завтра мне особо некуда идти, так что после ухода Уилла я смогу свободно высыпаться. А вот ему… А ему завтрашний день предвещает много событий. Поэтому я решил перенести его в свою комнату. С легкостью подняв тело на руки, я понес его по лестнице наверх. Уилл не проснулся, разве что нахмурился. Уложив его на кровать и укрыв одеялом, я прошелся кончиками пальцев по его лицу. — Спокойной ночи, Уилл Грэм. В шкафу нашлось второе одеяло и еще одна подушка. «Как хорошо, что я все же купил столь длинный диван» — диван был мягкими широким. Когда перед сном я смотрел на потолок, на лице моем блуждала яркая улыбка. мне было интересно, что же ждет меня утром.