Удиви меня

Оказалось, что встречаться с Драко Малфоем было легко и естественно. Гермиону восхищало и то, как он думал, и то, как вёл себя, и как выглядел. Ей было хорошо с ним: уютно, тепло, интересно. Они читали одни и те же книги, могли разговаривать часами напролёт или молча лежать бок о бок. Он был галантным и внимательным, остроумным и неожиданно заботливым. Его прикосновения и поцелуи заставляли её трепетать, а от его взглядов Гермионе казалось, что она самая особенная девушка в мире. Конечно, временами он бывал угрюмым и закрывался в себе, но Гермиона научилась справляться и с этим. Она верила, что нашла ключик к его разуму и душе, и постепенно Малфой открывался ей. Они поговорили о детстве и годах в Хогвартсе, обсудили войну, а также планы на будущее. Главное — они были в планах друг друга. Скрывать отношения с Драко Малфоем было сложнее, но им всё равно удавалось. Прикосновения украдкой, длинные взгляды, понимающие улыбки. Отговорки перед коллегами и близкими. Поддержание общей легенды. Постоянный контроль. Больше полугода они наслаждались своей тайной, но постепенно она начала тяготить их, и теперь они договорились рассказать друзьям, чтобы вместе появиться на рождественской вечеринке. Открыто, честно. Время пришло. Глубоко вздохнув, Гермиона нервно перемешала свой чай и сделала глоток, смачивая горло. Она решилась. — Я должна тебе кое-что рассказать. Джинни откинулась на стуле, приподняла брови и дёрнула подбородком: — Удиви меня. У Гермионы была стратегия: признаться быстро, резко, словно оторвав пластырь, не вдаваясь в лишние детали и подробности и тем более не оправдываясь… — Я встречаюсь с Драко Малфоем. Она еле удержалась от того, чтобы закрыть глаза, пока ждала реакцию Джинни. Та молчала долгое мгновение, смотря на Гермиону в упор. А после закинула голову назад и громко расхохоталась. — Гермиона, ты, конечно, извини, но этим меня не удивишь. — Джинни утёрла выступившие слёзы и сделала несколько вдохов и выдохов, чтобы справиться со смехом. — Я видела, как вы обедали вместе ещё в июле, но не придала этому значения, однако в день рождения Гарри вы слишком долго готовили закуски, и это привлекло моё внимание. В мой день рождения я заметила, как вы невзначай взялись за руки — и всё встало на свои места. Она усмехнулась и начала загибать пальцы. — Потом твой взгляд, когда мы спросили про подарок Малфоя тебе на день рождения, и тот факт, что он не стал вручать его при всех. На новоселье Панси и Невилла вы обменивались только вам понятными шутками и ушли почти одновременно. Видимо, вы думали, что это совершенно не подозрительно. Её улыбка становилась всё шире, а Гермиона чувствовала, как краснеет с каждым словом. — На Хэллоуинском баллу вы станцевали три танца, все только друг с другом, а потом оба пропали. Затем была вечеринка Блейза… Ты, правда, считаешь, что никто не заметил, как вы целовались прямо в коридоре? Другой вопрос, что вы сами можете этого не помнить… Хитро прищурившись, Джинни добавила: — И даже не заставляй меня упоминать, что я видела, как Малфой выскальзывал из твоей спальни после крестин Джеймса. Это был праздник моего малолетнего сына, Гермиона! В конце Джинни махнула рукой, словно подчёркивая, что может продолжать бесконечно, а Гермиона замерла, переваривала её слова. Наконец она осторожно спросила: — То есть ты знала всё это время? Джинни подалась к Гермионе и, протянув руку, сжала её ладонь. — Гермиона, — она доверительно склонила голову, — знали все.