Она

С добрым утром, соня. Вряд-ли удастся восстановить последовательность событий, но пробуждение было тягостным. Ты в машине? Да, видимо. Старенькая мазда с облезшей краской. Пахнешь бензином и пылью. Множество громоздких колец и куча разноцветных пятен на руках и одежде. О, теперь точно понимаешь где ты. Какая-то затухшая деревня, которая сегодня вспыхнет всеми цветами радуги. Кто-то уже бугуртит на работников наваристыми словами, а ты мирно отдыхаешь под пыльным одеялом в парадно-траурном одеянии. Притворяешься, что спишь, пока открывается дверь со стороны водителя и грубая рука ищет необходимый предмет. Спустя несколько долгих секунд тебя тормошат и протяжно зовут. Долг работать, но сегодня хотя бы разбудили заботливее, чем обычно. Пару протяжных вздохов, долгие поиски обуви, несколько неудачных попыток открыть дверь, и вот - ты на улице. Неизвестная деревня охватывает тебя свежестью раннего утра. Влажный воздух отдаёт речной водой и сосновым лесом. Ты чувствуешь себя ребенком. Счастливым. Маленьким. Оглядываешься по сторонам в поисках знакомых лиц, натыкаешься на вездесущих торгашей, таких же как и ты. Вскоре эта поляна наполнится едой, музыкой и людьми, конечно же. Задача на сегодня простая: заработать как можно больше денег и получить удовольствие. Все происходит в обычном режиме. Но рядом знакомый заразительный смех заставляет волнительно улыбнуться. С ним хочется танцевать больше, шутить, искриться, будто ты окурок, сжигающий лес до тла. Каждая попытка в детерминацию этих ощущений - провал. Но и это случилось не сразу. Примерно на четвертую поездку стало очевидно, что у него и сахарная вата слаще. Но полное осознание пришло, когда он не смог поехать. Повеселиться удалось, но все было каким-то не таким. Так странно, что красота и ослепляющая гордыня стали заметны позже, намного позже. Раскосые теплые голубые глаза однажды приснятся, и захочется смыть с себя несчастные домыслы. Возвращаясь в реальность, ты протираешь рабочее место, подготавливаешь краски к работе. И конечно же, выполняешь обязательный ритуал - нанесение рисунка или узора на своё лицо. Все ещё слегка помята, сонлива, скомкана, но вот, черная звезда собрана. Ты ненавидишь традиционное зазывание, поэтому просто вглядываешься в толпу, раскручивая кисть в ладони. День так быстро проходит, даже летом. Скоро загорятся фонари и тебе подключат лампочки, слепящие всех вокруг, но прекрасно привлекающие внимание окружающих. Мы же не люди, а мотыльки. Он перебрасывается парой слов с тобой. Ты устала, да и детей нет уже приличное время. Садится на крошечный стульчик, улыбается, разминается и шутит. Его футболка и шорты в слипшихся кусочках сахара, пахнет сладостью и спиртом. Показав указательный палец он исчезает, чтобы вернуться со стаканчиком мутной голубой жидкости. Твой визуальный вопрос поднятый выгнутой бровью удовлетворяется, и он протягивает "коктейль". Нечто обжигает горло, пытаешься не морщиться, сохраняя гордость. Отдаешь тару обратно, и вместе с этим действием приходит осознание, что этим вечером вы увидите разный мир. Время растворяется. Десятки рисунков кошечек, пауков, тигров, бабочек и сердечек проходят через твои руки. Разноцветные пятна - обитатели нежной кожи. Глубокий выдох, пронзительный, анализирующий взгляд в пространство, растворяющий усталость. Ты смываешь грим, только чтобы нанести свежий, соответствующий настрою. Генератор глохнет, фонарики чемодана гаснут, вокруг только пару плачущих детей и их суетливые родители. Пора собираться. Теперь ты держишь в руках цветную воду, подбадриваешь товарищей и отшучиваешься. Ещё предстоит пережить долгую дорогу домой и час свободного блуждания по незнакомой местности. Пока ноги бредут по темным переулкам, мысли наполнены фрагментами, яркими деталями сегодняшнего дня. Мир мерцает и искрится в твоей голове. Будто бы это никогда не наскучит, и ты навсегда останешься такой же легкой, парящей и юной. Как печально. Предположения, метафоры, мечты сменяются в бесконечном потоке раздумья, пока разум не окутывает вполне объяснимая пелена утомления. В голове остаются лишь мысли-одиночки, быстро возвращающиеся в небытие. Прогулка окончена. Финиш стал стартом. Рассуждения были наполнены тщетной попыткой анализа. Ты сталкиваешься с навязчивой мыслью, обитающей каждую поездку. Связанную с ним, конечно же. Преодоление. Дверная карта не работает, поэтому вы толпитесь с одной стороны, споря и голося на всю округу. Прощаясь взглядом с этим городом, ты понимаешь, что, возможно, никогда больше его не увидишь, поэтому внимательный глаз охватывает площадь, и машина преодолевает местность, оставляя все позади. Открываются просторы ночной трассы, дальней дороги, из колонок разрывается привычный рэп, ассоциирующийся и навязанный одним единственным человеком. Уже весело, он впервые едет рядом, заразительные улыбки мерцают в полутьме, а его смех ты узнаешь даже спустя несколько месяцев в торговом центре, и по рукам пробежится стая предательских мурашек. Ты будешь искать его взглядом, не отыщешь, а звук будет эхом проносится внутри. А пока внимательные прищуренные глазки бегают на тебе, движения раскрепощаются под действием мира стеклянных бутылок. Помнишь, как вы вышли в поле, пока все спали? Единственный раз, когда чёрная звезда надела платье: длинное, в романтичный цветочек, но пиджак оставила, удобно все-таки. Так уютно, высокая августовская трава расступалась под обнажёнными ступнями. Дуэт искристых голосов заливал эту окраину, пока небесное тепло вглядывалось в лесное солнце. Двигатель жалобно рычит. Пора возвращаться. Ты решаешься сделать то, что никогда не происходило - включить свою музыку. Всего-то одну песню, ту самую, которая взбудоражит. Утопически хорошо. Ловишь непонимающий взгляд. Зеркальные действия. Осознание. По коже пробегает холодок. Такой же пройдет через время, когда вы окажетесь снова вместе, почти наедине, и среди всего огромного плейлиста ты увидишь только её, ту самую песню. Он не включит. И вновь туманная предрассветная пелена разлучит. А вы спали в машине, где тот ужасный кошмар про ванную комнату вновь изводил. Ты пыталась связать его с определенными обстоятельствами, людьми, но не выходило. Все умозаключения даже в собственной голове становились словами, написанными чернилами на взмокшей бумаге. Странная идея, что это важно, преследовала после каждого подобного сна, когда ты просыпалась с испариной на лбу и эфемерными красными пятнами на кистях. Кажется, что ты и раньше видела эти подозрительные пятна, будто от ожогов, но не на своих руках. И сейчас, когда эта цыпка мозолит глаза, создаётся впечатление, что ладони не твои, более грубые, вытянутые. Важно отбросить нездравую зацикленность. Размяться. Каждая хорошая история заканчивается. Завершится и эта. Твой новый дом. Окидываешь взглядом тесный салон ржавой машины, смотришь на него и мысленно прощаешься. Навязчивая мысль, что ты больше никогда его не увидишь, сбивает с толку, и ты пытаешься запомнить точный оттенок его глаз и небрежно взъерошенные волосы.