Глава 2.

Джеймс. -Тебе нужно её встретить и привезти в школу в полном порядке. Чтобы на ней не было ни царапинки, — ректор сидел за столом и сверлил меня взглядом. — А если она вскроет себе вены, буду виноват я? — со скучающим видом произнёс я, скрестив пальцы рук перед собой и положив на них подбородок. — Джеймс, это не шутки. Она нужна нам, — брови ректора поползли к друг другу и сомкнулись в одной линии. — Тогда может вы объясните мне: для чего она нужна? Мне бы стало намного проще, если бы я знал это. — Ты это узнаешь позже, — повторил Василий Николаевич с нарочитой грубостью. — Я это уже слышал. — Ну тогда, думаю, вопросов больше нет. Поверь, как придёт время, ты сам всё узнаешь, — ректор хотел уже закончить наш разговор, но я не давал. Наверно, все всегда хотели поскорее закончить разговор со мной, как только он начинался. Встав с кресла, я наконец вышел из его гнустного кабинета. Он меня достал. Я не понимал, почему эту девчонку опекать дали мне. Точнее, мне дали её лишь встретить. Надеюсь этим и закончится. Не то чтобы я был человеком, внушающим доверие. Скорее наоборот. Поэтому причина решения ректора мне была непонятна. Возможно, это из-за моего знания английского. Всё таки Нью-Йорк, откуда ехала девчонка, был моей родиной. На меня нахлынули воспоминания. Обычно строгое лицо выразило грусть. А потом я снова натянул маску. И захлопнул эти дурацкие воспоминания. Меня не интересовало, чем девчонка была так значима для ректора, но меня интересовала она сама. Наша школа была достаточно большой и выбор девушек в ней тоже был огромен, но зачастую они были обычные. Многие из них были очень красивы или умны, и даже заслуживали гранты, но смотря на них я видел лишь глупую оболочку. У них не было отличительных черт лица, которые могли бы навсегда врезаться в мою память и остаться там клеймом. У них не было зачастую обычного чувства юмора. Они все казались мне одинаковыми пустышками. Именно это интересовало меня в девчонке. Будет ли она очередной пустышкой? Мне рассказали о ней лишь малую часть. Я знал её имя, фамилию и место жительства. Мой родной город. Постоянно думая о нём, в моей голове проворачивались события прожитых дней. И мне не становилось от них хорошо. Мне не хотелось их вспоминать вовсе. *** 6:43. Аэропорт Шереметьево. Меня пронизывал утренний холод и желание спать. Я правда уже потерял интерес к этой особе, потому что в шесть утра я мог думать лишь о тёплой кровати, из которой она меня вытащила. Моя задача была проста — встретить её и отвезти в школу. Там она будет жить и учиться, и это будут уже не моя проблема. Её рейс прибыл. Я начал машинально осматривать всю толпу людей в аэропорту, ведь найти девчонку по фотографии было довольно сложно. В моей руке была её фотография. Она была красива. Но в ней было то, что всё-таки меня зацепило — её белоснежные волосы. «Наверно это краска» — подумал я и вернулся к своему главному занятию — поиску Сары в толпе. Я стал уже было волноваться, что не найду её и получу втык от ректора, на которого мне было плевать, но тут я увидел её. — Сара! — крикнул я, что есть мочи. Девчонка была в метрах десяти от меня и нас отделяли сотни человек. Но она меня услышала. Когда она повернулась и посмотрела на меня, я увидел её глаза. Ярко-голубые. Или синие. Издалека я не мог хорошо разглядеть. Но глаза у неё явно были красивые. Девушка стала пробираться ко мне ближе, распихивая людей на своём пути. По движению её губ я мог разобрать немые «извините» и «простите». Это было мило. Наверно у нее хорошие манеры, раз она так извиняется перед каждым. Спустя минут пять она всё же добралась до меня. Я отметил, что она где то на голову ниже меня. — Ты, как я полагаю, Сара? — я протянул руку для знакомства и всё-таки улыбнулся ей. — Я Джеймс. — Ага, привет, — сказала она и проигнорировав мою руку прошла мимо, ведя огромный чемодан за собой. — Ты меня встречаешь, да? Давай ты быстрее привезёшь меня в школу, пожалуйста. Меня поразил её тон. Я привык к тому, что меня боятся. Меня сторонятся. Меня презирают. И да, я был в шоке от того, что ко мне проявили полное безразличие. В голове пронёсся флешбек — напоминание о прошлом. На секунду я потерял дар речи, но когда он вернулся ко мне я смог вымолвить лишь: — Не могла ли ты быть повежливее? Я всё-таки тебя встретил здесь в такую рань, а не оставил на произвол судьбы в новой стране. Она резко остановилась и я врезался ей в спину. Повернувшись ко мне и подняв свою голову так, чтобы наши глаза смотрели друг на друга она выдала: — Я тебя не просила об этом. Поэтому я не вижу надобности благоденствовать перед тобой, — не дождавшись моего ответа на эту фразу, она отвернулась и пошла к выходу из аэропорта. У меня было такое чувство, что именно она ввела меня, а не я её. В машине мы ехали молча. Меня раздражало это молчание, поэтому я попробовал всё-таки с ней заговорить. Теперь я испытывал к ней некого рода отвращение, но мой интерес от этого не убавился. — Почему ты переехала в Россию? -спросил я и глянул на неё. В тени, покрывающей её лицо я заметил, как она поджала губы. Она молчала. Я отвернулся в своё окно, поняв, что разговаривать она со мной не собирается. — Люблю Россию и она мне интересна как страна. Её люди, её обычаи, — Сара резко заговорила и я даже немного испугался. В её речи я почувствовал одно — то, что я могу распознавать как рентген — ложь. — А почему послали именно американца? Думали я не знаю русский? Русским языком она и вправду прекрасно владела. — Не знаю, — не соврал я, — Я сам был в смятении, когда узнал, что встретить тебя поручили именно мне, если считать мою репутацию. — А что с твоей репутацией? — перебила она меня и я рассмеялся. — Во время учёбы узнаешь, — но я подавил смех, когда у меня возникла очередная мысль. Она важна ректору. Теперь меня правда интересовало для чего именно.