***

      Тайлер целовал её и позабыл о том, что он здесь незванный гость. Это во многом было неправильно, но разве можно было сдерживаться, когда она сама ласкала его тело своими маленькими настойчивыми ладонями? От плеч до низа живота, порой забредая ещё ниже, как бы невзначай.       — Давай сегодня просто поспим вместе? А когда останемся вдвоём, я обещаю, что дам тебе делать со мной всё, что ты захочешь, — возбуждённым голосом сказал он, еле сдерживаясь от напряжения. — Там твои родители. Мне неудобно. Мы и так перешли границы.       — Всё, что захочу? Позволишь даже пытать себя? — прошептала она, поглаживая крепкие мышцы на его руках.       — Позволю, — ответил он, пока она играла на его нервах своими соблазнительными касаниями.       — Может, тогда… Расскажешь, чем хотел завтра заняться? Помимо пыток, — улыбнулась она, повернувшись к нему на бок.       — Это сюрприз… Тебе понравится, но нужно будет тепло одеться, — сказал он, присев перед ней в позу лотоса.       — Ладно, это несложно, — согласилась она, рассматривая его довольное лицо.       — Что ты так смотришь? — спросил он, улыбаясь.       — Просто я думала обо всём, что произошло… И сотни раз представляла тебя здесь… Не думала, что мои фантазии окажутся правдой, — взгрустнула она, ковыряя чёрный лак на своих ногтях.       — Но я здесь. Я сам так решил… — дотронулся он до её лица. — Это лучшее Рождество в моей жизни.       — И в моей… Я не праздновала с шести лет, — ответила она шёпотом в его губы, приблизившись к нему.       — Нам всё же нужно успокоиться… — уткнулся он в неё лбом. — Хочешь, я сделаю тебе массаж?       — Тогда я точно не успокоюсь, — поёрзала она ногами. — А, может… Сыграем в игру? Правда или действие.       — Ты серьёзно? — улыбнулся он, глядя на её загоревшийся взгляд. — Ладно, давай.       — Правда или действие? — спросила она, загадочно глядя на него. — Но учти, менять выбор нельзя!       — Как скажешь, — рассмеялся он. — К чёрту. Действие.       — Проберись вниз, выкради мороженое из холодильника и принеси мне, — улыбнулась она, заставив его измениться в лице.       — Ты издеваешься? Твой отец пристрелит меня, если увидит, — промолвил он с ужасом в глазах.       — Тем и интереснее, — с хитрым лицом промолвила она, глядя в его испуганные глаза. — Ну, что замер, иди!       Уэнсдей открыла ему дверь, и Тайлер покачал головой.       — На что я только не иду ради тебя, женщина, — прошмыгнул он вдоль по коридору и услышал шаги, тут же спрятавшись в какой-то открытой комнате. Сердце стучало, как бешеное, и почти ушло в пятки, когда его чуть не застукали там. Мимо прошёл Пагсли, а Тайлер направился дальше. Быстро оббежав весь холл, он спустился вниз по лестнице прямиком к столовой, где двухметровый Ларч довольно рычал и готовил что-то из вкусностей на вечер. Тайлер ужаснулся, глядя на огромного Франкенштейна, но, в случае чего, готов был даже превратиться в монстра, лишь бы остаться живым. Он тут же бросил что-то в другую сторону комнаты, и пока Ларч отвлёкся проверить, быстро открыл холодильник и схватил мороженое с верхней полки. Оказалось, что Галпин умеет очень проворно двигаться и вполне неплохо ворует в стрессовой ситуации. Через минуту в дверь Уэнсдей раздался бешеный стук.       — Да-да? — спросила она издевательским тоном.       — Уэнсдей, открой, блин, это я, — волновался Тайлер, держа в руках ведёрко, и трясся от напряжения. Она, наконец, открыла дверь и громко рассмеялась, закрывая её за ним на ключ.       — Молодец, добытчик, — похвалила она его, переняв ведёрко, и открыла крышку, чтобы поесть мороженое.       — Теперь ты, — посмотрел он на неё, пока она сексуально облизывала ложку.       — Правда, — выпалила она с надменным видом.       — Ты влюблена в меня? — спросил он в лоб, и Уэнсдей вся покрылась мурашками. Щёки порозовели, она тут же исправилась:       — Нет, давай действие.       — Так нечестно, ты сказала, что выбор менять нельзя, — настоял он, глядя на неё хищными глазами.       — Сказала… Чёрт… — уставилась она на него. — Я не… Я… В общем…       — Так, я понял, — взглянул он на неё с укором. — Ладно, на этот раз я принимаю это блеяние за ответ, но в следующий раз не прокатит. Тайлер громко посмеялся, а Уэнсдей скривила губы, не зная, что сказать.       — Я готов снова выполнить для тебя действие, — кичливо промолвил парень, улыбаясь во все тридцать два зуба.       — Хмммм, отлично. Поцелуй Норму, — загадала она, поедая мороженое.       — Что? Кто такая Норма? — нахмурился он, не понимая, о чём идет речь.       — Это паучиха Пагсли. Домашний тарантул. Сидит вон там, в клетке, — указала она пальцем в угол комнаты. Тайлера в мгновение передёрнуло.       — Ты же шутишь, да? — состроил он жалобное лицо. — Нет, пожалуйста, Уэнсдей. Выбери что-то другое.       — Сдавшийся покидает дом, — улыбнулась она, протянув ему ложку с мороженым. Он тут же облизал её и с видом смертника направился к клетке. При виде огромного паука, у Тайлера вздыбились все волосы на теле, он рассматривал её со стороны, и его чуть не хватил инфаркт, когда она зашевелилась. Он нервно сглотнул слюну и потянулся к клетке, но Уэнсдей остановила его.       — Достаточно, я верю тебе, — сказала она, посмеиваясь. — Лучше поцелуй меня.       Его губы потянулись к ней, и он крепко прижал её к себе, лаская языком приоткрывшийся рот.       — Ты такая вкусная… — прошептал он, собирая привкус мороженого с её уст. Ей не терпелось, наконец, остаться вдвоём.       — Мы будем еще играть? Я бы хотела, чтобы ты хоть раз сказал мне правду, — промолвила она теплым дыханием.       — Спрашивай, — согласился он, рассматривая её красивые глаза, которые буквально топили его в своей глубине.       — Свидание в склепе… Почему ты выбрал блондинку в законе? — задала она самый странный вопрос. — Долго ли ты готовился?       — Достаточно долго. Не хотел банальных ужастиков, которые, наверняка, тысячу раз тебе предлагали. Мне хотелось как можно сильнее показать тебе, что именно мне в тебе понравилось, — сказал он, и она вопросительно на него посмотрела. — Отрицание, бунт, твоя внутренняя статика. Внешне ты всегда оставалась холодна. Мне это нравилось. И мне очень хотелось провести с тобой время вне этих чёртовых приказов.       — Рада, что ты сказал мне правду. Завтра я посажу тебя на семейный электрический стул, — улыбнулась она, взяв его за руки.       — Это что, угроза? — спросил он, недоверчиво глядя на неё.       — Конечно нет, это честь! Обычно я пытаю на нём только любимого брата. Теперь это будешь ты, — радостно заявила она, заставив его сомневаться в логике её слов.       — Завтра у тебя будет болеть задница, — посмотрел он на неё, будто угрожая.       — Так… Отшлёпаешь меня? — спросила она, флиртуя с ним. Перспектива быть отшлёпанной его широкими ладонями заставляла её гореть и стягивала живот в тугой узел. Она уже начинала считать себя извращённой особой.       — Лёд отшлепает, — улыбнулся он, чмокнув её в нос, чем вызвал легкое недоумение, нависшее в комнате…       — Значит, Рождество на льду? У нас есть коньки, — сказала она, блеснув умениями. — Я катаюсь с пяти лет.       — Почему-то я абсолютно этому не удивлён, — расслабился Тайлер. — Маленькая мисс «Я всё могу»...