Глава четвертая

Первым делом при пробуждении меня встретила ужасная боль в голове, а после чувство холодного твёрдого пола под щекой. Слышать и видеть удавалось с трудом словно сквозь пелену, мешающей понять, что происходит вокруг. Неприятные ощущения в левой руке меня беспокоило больше, поэтому пришлось постараться перевернуться с живота на спину. Кряхтя, мне удалось выполнить поставленную задачу и уже без преград ощупать то, что сдавливало мне конечность. Конструкция на плече состояла из кожаной плотной ленты и висящие в ней сбоку связку ключей. К тому моменту я уже могла нормально видеть и осознать, что это был импровизированный жгут из моего же ремня, ещё и отсутствие рукавов куртки и остальной одежды ниже жгута. Было видно, что её не оторвали, а отрезали, из-за ровного пореза. Воспоминание о том, что меня специально вырубил этот крашенный, резко всплыли в голове, от чего в панике пришлось молниеносно собрать все мысли в кучу. Торопясь, я вытащила ключи, снимая с ничего не чувствующей руки жгут, а после уловила знакомый тихий голос неподалеку. Поднявшись на корточки, я подняла голову, а от увиденного сердце мгновенно в пятки провалилось. На меня надвигалось какое-то высокое существо, с вытянутым будто в крике лицом, его раскрытые ладони уже были протянуты ко мне, намереваясь схватить. На первый взгляд казалось, будто бы вместо глаз у него были две огромные дыры, но даже приглушенного уличного света хватило, чтобы увидеть маленькие широко раскрытые глаза. Источник голоса лежал в растекщейся луже крови на серой лестнице. Не обратив на последнего особого внимания, я сжала единственный предмет похожий на оружие – связку из трех ключей и начала отползать назад от силуэта. Из-за страха и паники встать всё никак не получалось, ноги предательски путались и поскальзывались. Оно издавало звуки, будто бы пыталось что-то сказать, но из-за широко раскрытого, не смыкающегося рта и тяжелого дыхания понять что-либо не удавалось. Это было больше похоже на речь умственно отсталого. Но своего шага оно не сбавляло, всё так же преследуя меня. Из собственного горла вырвались прерывистые испуганные крики, которые становились всё громче, по мере приближения существа ко мне. - Рах… ки… эя… - булькая чем-то повторяло оно, будто мантру, - Рахки… эя… - Что ты несёшь?! Не подходи! – в истерике кричала я, направив на это сжатый в руке, словно нож, ключ, безумно махая им перед собой, - Не трогай меня! В ответ на это, оно начало перекрикивать меня, повторяя всё ту же фразу, брызжа вокруг себя кровью. К этому моменту мы уже были на улице, где на прямом свету от фонаря я увидела что-то торчащее из его шеи. Из-под места соприкосновения рукояти воткнутого ножа и его плоти можно было увидеть отблескивающую на свету кровь. Отблескивали и слёзы, заполнившие глубоко печальные и такие же напуганные глаза существа. На секунду мне даже стало его жаль. Не обращая внимания на мои явно жалкие попытки защититься, оно схватило меня за шею, поднимая над землёй. Ледяные руки, похожие на те, что до этого атаковали из неба, крепко сдавливали мне горло, не давая ни единому звуку вырваться из него. Я могла лишь скривить в немом крике рот, выпучивая глаза. В этот момент, я будто бы покинула своё тело, наблюдая за ним откуда-то со стороны. Казалось, что смотришь за каким-то кино, не желая осозновать, что все это на самом деле происходит с тобой. Я могла видеть, как моё тело пыталось что-то противопоставить существу, но всё было тщетно. Сильно испугавшись, когда оно начало открывать шире кровоточащий рот, поднося к нему голову с красными волосами, я зажмурилась. Последнее, что я ощутила после этого – его острые зубы, смыкающиеся на моём черепе. *** - А что было после этого я помню лишь отрывками, - закончила свой рассказ девушка, - Даже то, как мы вообще дошли до сюда. Просторная комната, заваленная различными ведьмовскими атрибутами, была заполнена различными ароматами благовоний. Парящую от них дымку можно было рассмотреть на тёплом свету от немногочисленных свечей, который хватало, чтобы видеть в помещении. Плотно закрытые тёмные шторы не давали утреннему свету проникнуть внутрь, закрывая всё происходящее от посторонних глаз. - Интересно, - бархатный женский голос раздался из-за стеллажа, наполненного различными колбами, банками, книгами и шкатулками, - И что именно ты помнишь? - Вспышку помню. Зелёная и яркая, будто фейерверк прям у лица взорвался, потом помню, как очнулась, а бошка болииит, просто кошмар… Потом помню… - она задумалась, потупив на секунду взглядом пушистый ковер, - Хронологию не вспомню уж точно, так что перечислю так. Как я с этим, - явно выделяя последнее слово, кинула взгляд на недовольного Киана сидящего недалеко с боку, - поругались из-за чего-то, как рюкзаки искали в куче снега, ещё мальчика какого-то с банданой помню и… Вроде всё, но мне кажется, будто я упустила ещё что-то. Понимающе промычав, в поле зрения появилась хозяйка дома, в котором они находились. Это была среднего роста молодая на вид девушка в узких очках с красными линзами и тёмном многослойном наряде. Полупрозрачная накидка шлейфом следовала за её утонченной фигурой, пока та словно кошка элегантно порхала по комнате, собирая нужные ингредиенты. Её настоящий возраст мог выдать только старомодный наряд. — Вот оно как. Думаю я, что это поможет тебе освежить память, - сказала та, остановившись у столика между двух подростков, поставив на него кружки с ароматным варевом. «По-другому эту бурду и не назвать», - насмешливо подумала Стагирская, всё это время наблюдавшая за приготовлением их чудо-напитка, который мало того, что был сделан в какой-то пошарпанной старинной кастрюле, так ещё и в него были добавлены сомнительного цвета порошки и пучки цветов, горшки с которыми висели на аккуратных цепочках под деревянным потолком. Она готова поклясться, что мельком увидела, как что-то маленькое и слишком похожее на трупик грызуна так же было закинуто во внутрь, - «Мне кажется, что от такого только днище сорвёт, а не память восстановит». По-настоящему незамеченными девушкой оказалось то, как хозяйка два раза легонько постучала по одной из кружек и мимолётные заговорщические взгляды между ней и сидящем в кресле парнем. - Только осторожнее, а то горячее, - предупредила их женщина, снова уходя к стойке с кастрюлей, - После расскажешь то, что вспомнишь. Девушка сверлила взглядом миловидные светлые чашки с узорами ягод на них. Пока она размышляла, рука всё это время молчавшего экзорциста уже прихватила себе голубую с вишнями. Ева наблюдала за его профилем, как он поднёс к тонким губам кружку, сначала некоторое время дул на источающую пар жидкость и только после этого аккуратно отпил немного. Движение кадыка и характерный звук глотка выдавали то, что он реально это выпил, а не притворялся. Хоть и не особо доверяя ему после случившегося ранее утром, она всё равно взяла с круглого столика оставшуюся розовую ёмкость за ручку, нагретую от горячего навара внутри. Сначала всматривалась в тёмную от тусклого освещения жидкость, поднесла к носу, вдыхая её запах. Резкий запах пряностей ударил в нос, от чего ей пришлось резко отодвинуться, слегка прокашлявшись. Мысли о том, чтобы всё же отказаться всплыли в голове, но резко возникшее перед глазами недостающее, хоть и мелкое воспоминание заставило передумать. // - Обязательно нужно было с ним так жестоко? — Это же призрак. Так какая разница? Тем более не тебе о нём печься. - Он же был человеком, и он до сих пор мог чувствовать и понимать, что-… - В том то и дело, что был. // «И вправду, работает…» - подумала Ева, охваченная необоснованной грустью из-за воспоминания, точно не понимая, что могло вызвать такую реакцию. На данный момент, она не могла трезво оценить ситуацию из-за слишком большого количества дыр в памяти. Это и стало стимулом всё-таки выпить предложенный напиток залпом. Неприятное больно обжигающее ощущение во рту и горле от выпитого кипятка уже с детства было привычным и уже само собой подразумевавшимся, но что удивило её – это вкус. Стагирская ожидала ощутить что-то похожее на чай с имбирём, горький и острый. Но когда боль от температуры отвара отступила, она обнаружила, что все внутри было окутано сладким, мягким вкусом похожим на персиковый компотт. Да и было ощущение, будто и не кипяток вовсе выпила. - Ох… - заметившая это женщина вздохнула, - Мне с самого начала стоило самой предложить вам пиалки? - Нет-нет, всё в порядке! - Нет, это она просто странная, - пробурчал Киан, косясь в сторону Евы. - Уж точно не страннее тебя, - упомянутая переключила своё внимание на подавшего голос спутника. - Я хоть не какой-то садо-мазо, - едко усмехнулся он в ответ, - Теперь понятно, от чего тебе было жалко ту тварь. «Ах ты су-..!» - даже не успев додумать гневную мысль, девушка резко ощутила прилив спокойствия и умиротворённости, от чего она будто бы по щелчку пальцев «отключилась». Все негативные и положительные эмоции притупились, больше не хотелось ни говорить, ни слушать, ни даже оставаться в сознании. Ева откинулась на мягкое красное кресло, накрытое каким-то старым пледом, пропахшим еле уловимым запахом дорогих духов. Закрыв глаза и уперевшись затылком о край спинки, она без сопротивления начала проваливаться в сон, не обращая внимания на начавшийся меж знакомыми диалог. *** Упираясь руками в пол, экзорцист пытался поднять своё ноющее тело и попытаться помочь очнувшейся Стагирской. Результатом его трепыханий стала лишь волна прикатившей от сломанных рёбер мучениям и крови к горлу, от чего он закашлялся, снова оказавшись словно приколоченным к лестнице под собой. Снова не в состоянии помочь кому-либо, снова беспомощный, снова не оправдавший ни собственных, ни чужих ожиданий. «Как же, блять, больно. Не надо было её, дуру, слушать. Возомнил из себя хуй знает что, а по итогу могу лишь посмеяться со своих идиотских выходок, - думал Киан, выхаркивая красные мешающие сгустки, - Да и вообще надо же было ей всё испортить своим появлением, а после дать ложную надежду. У меня не было и шанса вытащить нас отсюда ровно с того момента, как мою сику сожрали. Теперь уже ничего мне не светит, кроме мучительной смерти. Ебучий горе-спасатель». Подняв отяжелевшую голову в сторону выхода, парень наблюдал за спиной призрака, что надвигался на испуганную Еву. Он слышал их крики друг-другу, без возможности понять, что именно они говорят из-за шума в ушах. Уже не видя смысла пытаться встать и через боль сражаться, он лишь отвернул голову, дабы не видеть, что произойдет дальше. Единственное, что он чувствовал сейчас, была зависть. «Повезло же. Он ей голову откусит и дело с концом, а меня так и оставит здесь самому смерти дожидаться, - отвлекая себя мыслями от происходящего вокруг, - Хотя, так ли плохо сейчас умереть?» Промелькнувшие перед глазами лица родных, когда-то живых и счастливых, заставили небольшие капельки слёз собраться в уголках глаз. Полностью абстрагировавшись от отвратительного ощущения остывшей липкой смеси крови и слюней, прилипшей к щеке, бесполезно ноющей побитой оболочки, а также звука позади разлетевшихся капель и ошметков от того, что раньше было головой знакомой, экзорцист закрыл глаза. «Пусть это всё поскорее кончится». Тик-так. Через закрытые веки, он мог ощутить бьющий в глаза яркий зелёный свет, поднявшийся из ниоткуда ветер, а также оглушительный звук хода часов. Это было обычное тиканье, только словно усиленное в несколько десятков раз. Киан моментально открыл глаза, снова поворачиваясь в сторону призрака и мёртвого тела девушки. Через вспышку света, он смог разглядеть, как существо держит перед собой бездыханное тело в светлой куртке за шею, как по его белому лицу стекает красная, как её волосы, кровь. Разглядеть череп было трудно, из-за того, что свечение шло от него. Точнее, от зелёных похожие на неоновые лент, окутавшие безобразную дыру с вытекающим наружу содержимым. Со своего места, парень мог заметить только край того, что привлекло внимание призрака, когда тот поднял свою окровавленную морду наверх. Край зелёного светящегося круга с цифрами, покрывал настолько большую территорию, что его наверняка можно было заметить за многие километры от их местоположения. «Циферблат?» - не поверил сначала мальчик собственным глазам, прищурившись смотря вдаль, за края далёких деревьев и опустевших многоэтажных панелек. Тик-так. Ленты начали стремительно кружиться против часовой стрелки, от чего на них стало невозможно смотреть от яркости. Прикрыв грязной рукой глаза, защищая своё зрение от света, Киан слышал, как призрак начал неистово вопить, где-то далеко можно было вновь услышать гул, что сопровождал подростков в самом начале. Когда свечение стихло, мальчик убрал руку и не смог больше оторвать взгляд от вида перед собой. Ленты увеличились в радиусе, теперь охватывая не только Еву, но и призрака, а после и наблюдающего экзорциста, уходя дальше за стены. Самое шокирующее было то, что поврежденный череп начал «собираться» вновь, будто в обратной съемке возвращая откусанную часть на место, так же и Киан спустя мгновение почувствовал изменения в своём теле. Сопровождаемая тиканьем, боль ушла, будто её никогда и не было, сломанные и невыносимо впивающиеся в лёгкие кости так же пришли в норму, как и окружение. Сначала он заметил, как до этого погнутые его телом перила выпрямились обратно, а после, как всё вокруг начало покрываться знакомыми светящимися трещинами. «Призрачная реальность... Она рушится», - подумал экзорцист, ошеломленно оглядываясь вокруг. А после, в мгновение всё вокруг взорвалось различными искрящимися цветами и звуками, заставив Киана закрыть уши и глаза. Всё закончилось настолько быстро, что он даже не заметил, как оказался с головой погребенным в сугроб на обочине дороги, где он и Стагирская этим утром были втянуты в ловушку призрака. Он молниеносно поднялся на ноги, оглядываясь вокруг. Небо было таким же тёмным, каким было в момент перед их пропажей. Только когда парень почувствовал холодные укусы от попавшего за шиворот снега и бьющего в лицо зимнего ветра, смог с облегчением выдохнуть. Первым делом отряхнув с тёмной макушки и куртки прилепившейся снег, он огляделся по сторонам. Экзорцист заприметил недалеко от своей ямы в снегу ещё одну намного меньше и уже, а когда заглянул туда не смог сдержать своей радости, широко улыбнувшись. Немедленно достав свою сику, оформленную в костяной стилистике, он осмотрел её со всех сторон. Явно довольный тем, что на ней не было и царапины, парень убрал её на нужное место - обратно под куртку. Резко будто о чём-то вспомнив, он похлопал себя по карманам штанов и почувствовав через плотную джинсовую ткань силуэты его ключей и складного ножа, полностью успокоился. Он даже на секунду забыл о том, свидетелем чего стал немного ранее. Насторожившись из-за того, что либо девчонка со школы пробудила в себе способности, что мало вероятно, либо ей кто-то успел помочь из вне. «Оба варианта - один геморрой. Лишь раз в жизни я слышал о демоне, что был связан со временем, и то его уничтожили уже давно, - вспоминал парень, повернувшись обратно к сугробу, - Он был единственным, кто мог успешно использовать манипуляцию временем и оставаться в здравом уме. Думаю, девчонка всё равно мертва, способность сработала слишком поздно. Это и к лучшему, наверное. И врагу не пожелаешь судьбу тех, кто связан со временем». Не ожидая увидеть кого-либо живого, заглянув в очередную яму в снегу, Киан на секунду застыл, словно призрака увидел. Знакомая с параллели держалась за целую голову, явно обеспокоенная болью в ней, а самое главное – живая. Было в какой-то степени жутко увидеть человека, что недавно холодным трупом свисал на руках у своего убийцы, теперь живым-здоровым. «Твою мать…» - Какого… Что произошло? – прохрипела она, барахтаясь словно рыба на суше, пытавшись подняться из кучи снега. — Это ты мне объяснить должна. И давно ты умеешь с того света возвращаться? Прекратив свои бестолковые попытки вылезти самостоятельно, Ева лишь изогнула бровь, явно не понимая о чём он говорит и вообще с ней ли. Экзорцист устало вздохнул и помог ей встать на ноги, заметив то, что вспоротая раннее им куртка также была невредимой. Оглядывая девушку с ног до головы, Киан не заметил никаких видимых повреждений. Немного порассуждав с самим собой, он решил всё же придержать вопрос про ремень у себя. Только раскрыв розовые губы, дабы сказать что-то, Стагирская резко скрутилась напополам, снова берясь за голову. - Что за хрень?! – провыла она, в поисках того, о что можно опереться, машинально схватила мальчика за плечо, - Башка сейчас будто взорвётся… Что происходит?! «Ситуация полная жопа, - раздраженно подумал экзорцист, сводя брови к переносице, - Нужно срочно доставить её к старухе, она точно знает, что с ней теперь надо будет делать». Явно озлобленный от мысли об очередной неприятности, что приносит ему Ева, Киан лишь отвёл её присесть к засыпанной новым слоем снега скамейке неподалеку. Пока та пыталась придти в себя, он вспомнил про ещё одно не завершенное дело. Глянув вниз на девушку, парень наклонился, хлопнул её по сгорбленному плечу. - Если увидишь того призрака, сразу кричи мне, поняла? - спросил он, словно не замечая её нынешнего состояния, - Потом я отведу тебя туда, где обязательно помогут. Алё, слышишь? Ева подняла голову, встречаясь своими затуманенными зелёными глазами с холодными серо-голубыми. Всматриваясь в ему в лицо, словно пыталась понять, кто перед ней стоит, она лишь пару раз хлопнула ресницами. - Чё? - Всё забей, - отрезав дальнейший диалог, мальчик закатил глаза, выпрямляясь и уходя в сторону их пробуждения, намереваясь найти недобитого призрака. «В нынешнем состоянии, он наверняка далеко не уполз. Останется только добить утырка», - сканируя безлюдную местность на наличие чего-то похожего на чёрный силуэт, он ушёл чуть дальше того, где оставил свою знакомую. Тем временем, девушка упёрла локти в колени, опустив горячий лоб на свои ледяные пальцы. Мысли в голове были похожи на перемолотый фарш, а ощущение чужого присутствия внутри своего сознания не давало перевести дыхание и успокоиться. Не различая, что нынешнее, а что прошедшее, она перестала узнавать некоторые свои воспоминания, без конца путаясь в том, в каком промежутке времени это произошло. «Вчера… Что было вчера? Какое вчера было число? А год? Тётка... Она уже умерла? А когда? Что было сегодня? Сколько сейчас времени? Мне нужно в школу... Или школа уже прошла? Господи, где я? Это сон или реальность?!» – поток вопросов в голове прервало появившееся, как гром среди ясного неба, изображение странного мужчины, окутанного кучей цепей. Цепи были толстыми и стягивали его фигуру, словно тиски, не давая возможности шевельнуться. Длинные красные волосы путались меж звеньями цепей, натягиваясь от любой попытки вырваться, а скрытое тенью лицо смотрело прямо на Еву. Что-то в его лике пугало её, либо это были ужасающе огромные рубцы, покрывающие окровавленные глаза, нос и улыбающийся клыкастый рот, либо то, что он был слишком по_х͡ӧж на_ нѐё͞ с͠ам͊у. Губы мужчины неестественно двигались, пока он говорил, но что именно было сказано не понять, ведь речь его была похожа на сведенную вместе какофонию других голосов. В один и тот же момент, можно было услышать и старческие и молодые голоса людей, говорящих на разных языках, на разные темы, в разные моменты времени. Человеческий слух был просто не в состоянии понять то, что он молвит. А спустя мгновение, что-то привлекло внимание Евы, вырывая ту из оков собственного разума.