Пролог

A/N: Эта история основана на фильмах Терминатор 1 и 2, а также на игре Nier: Automata. Кроме того, в прологе будет использована информация Pre-Nier (однако для понимания происходящего её знания не требуется).

~о~

«29 августа 2018 года. Лос-Анджелес, подземный лабораторный комплекс «Дайсон Индастрис». «Меня зовут Джон Коннор, и это будет моя последняя запись.»

~о~

Визгливый сигнал его будильника стал первым звуком, который он услышал после пробуждения, вызвав у него стон. Он перевернулся в постели и уткнулся лицом в подушку, словно ожидая, что это действие поможет приглушить звук. Когда десять секунд плавно перетекли в десять минут непрекращающегося писка, ему осталось только внутренне признать поражение и позволить своему разуму начать работать. — Отключить сигнал. Приглушить свет до сорока процентов яркости. На языке ощущался пресный, горьковатый привкус. У него возникло желание проглотить то немногое количество слюны, что собралась у него во рту, но там наверняка было полно бактерий, скопившихся за ночь. Не то чтобы это имело большое значение; просто сама эта мысль была ему неприятна. Что было довольно забавно, учитывая, что в молодости он думал о том, как в этот момент своей жизни он будет просыпаться среди руин сгоревших зданий и есть помои. Но на смену этому пришла стерильная белая комната. Даже приглушённый свет не мог скрыть, насколько унылой она была. Кровать, письменный стол и стул. Ничего, кроме самого необходимого. Большего ему и не было нужно, учитывая, что из всего этого он пользовался только кроватью. Тем не менее, его личная жизнь определенно была лучше, чем то, чего он ожидал в молодости, даже если про мир вокруг нельзя было сказать того же.

~о~

«Будущего, о котором я говорил и о котором рассказывал мой отец, больше нет, и, возможно, это моя вина. Мы с моей матерью решили переписать будущее, и в результате нам пришлось столкнуться с чем-то гораздо худшим, чем машины. К сегодняшнему дню человечество оказалось на грани вымирания.» «Судный День – 29 августа 1997 года – наступил и прошёл незаметно. Уничтожение человечества было предотвращено… как мы тогда думали. На тот момент мне было двенадцать, и я, затаив дыхание, смотрел телевизор рядом со своей матерью Сарой Коннор. Мы решили переждать этот день в глуши, далёкой от любого крупного населённого пункта, куда могли упасть бомбы. Так как мы не ложились спать всю ночь, то увидели, как наступило 23:03 по тихоокеанскому времени – предначертанное время Судного Дня, но мы продолжили сидеть затаив дыхание. И лишь тогда, когда минула полночь, когда стрелка часов отсчитала ещё одну минуту и дата изменилась на 30-е, мы наконец не выдержали и принялись праздновать со слезами на глазах. Мы и не подозревали – да даже и не могли себе вообразить – что в своё время на смену Судному Дню придёт нечто куда худшее.» «12 июня 2003 года. Мне уже исполнилось восемнадцать и я заканчивал первый год обучения в Массачусетском Технологическом Институте. Я сосредоточился на изучении информатики, компьютерной инженерии, машиностроении… да, собственно, вообще на всём, что было связано с робототехникой. После всего того, что я пережил, я хотел держать хотя бы одну руку на пульсе, на случай появления ещё одного Скайнета. Однако при этом я верил, что человек и машина могут работать вместе. Я понял это благодаря ему, хоть я до сих пор и не знаю, как его называть после всех этих лет. Дядя Боб? Т-800? Что ж, по большому счёту это не имело значения. Важно было то, что он был рядом со мной, когда я нуждался в нём, и я никогда не забуду то его решение, которое он принял добровольно. Это был тот самый, определяющий, выбор.» «Именно тогда это и произошло. То, что в конечном итоге будет названо Инцидентом в Синдзюку.»

~о~

Он вздрогнул и на его подбородке набухла капля крови. Опустив бритву в раковину, он позволил воде из крана смыть волоски, застрявшие между лезвиями. Откровенно говоря, он уже давно не брился – в этом не было никакого смысла – но было трудно сказать, когда в следующий раз у него появится возможность снова побриться после сегодняшнего дня. Вот почему он должен был сделать это сейчас. Снова вдохнув аромат крема для бритья, он нанёс его на кровоточащее место, а затем вновь провёл по нему бритвой. На этот раз он закончил движение не останавливаясь и не обращая внимания на всё ещё кровоточащий порез. На то, чтобы окончить бритьё, ему потребовалось некоторое время, после чего он плеснул водой себе в лицо, позволив воде, крему для бритья и сбритым волоскам, волнами стечь с его лица. Умыв лицо несколько раз, чтобы убедиться, что на нём не осталось лишних волосков, он сплюнул в раковину и посмотрел в зеркало. Лицо, посмотревшее на него в ответ, было хорошо ему знакомо. Недурное, слегка лукавое, но весь вид портили мешки под глазами и выцветший шрам на левой щеке.

~о~

«В Японии в городе Синдзюку появился белый гигант похожий на манекен, со смутно угадывающимися женскими чертами, чей рост превышал высоту небоскрёбов. Он вступил в бой с красным драконом, который был больше любого вертолёта или истребителя. В результате их битвы, которая длилась примерно час, гигант был убит, а дракон вскоре был сбит в воздухе японскими силами самообороны. Его смерть ознаменовала начало конца, хотя выяснилось это только спустя несколько лет. Позже мы узнали всю правду, но к тому времени было уже слишком поздно.» «Теперь нам достоверно известно, что смерть гиганта привнесла в наш мир новый элемент, совершенно чуждый ему – частицу, названную Масо. Последствия появления иномировой частицы стали известны только шесть месяцев спустя, когда люди начали заражаться Синдромом Белого Хлорирования – болезнью, при которой тело человека со временем превращалось в статую из соли. Однако некоторые заразившиеся выживали, полностью при этом изменяясь. Все части их тел становились чисто белыми, включая кожу, волосы, глаза, зрачки, рот, язык и внутренности. Сверхагрессивные и жестокие, полностью потерявшие рассудок, они нападали на всех вокруг. Хуже того, они стали переносчиками, распространяя инфекцию через контакт с телесными жидкостями, а также через трупы, которые они оставляли после себя. По своей сути, они стали чем-то вроде зомби-бегунов. Мы назвали их Легион. Чтобы остановить распространение инфекции, город Синдзюку был помещён под карантин и изолирован свежевозведённой Иерихонской Стеной».

~о~

— Доброе утро, доктор Коннор. — Эми. Покинув свою комнату, он обнаружил возле двери свою ассистентку, как и каждый день до этого. Она была одета в лабораторный халат, и имела довольно невзрачное лицо, обрамлённое каштановыми волосами. Не меняя выражения лица, она протянула ему его лабораторный халат, словно исполняя привычный ритуал. Не говоря ни слова, он принял его у неё из рук и надел. — Похоже, сегодня опять прохладно. — Вот почему я рекомендую повысить температуру в помещении. — Нет, — сказал он, покачав головой. — Нам нужно экономить электроэнергию везде, где это только возможно. — У нас более чем достаточно энергии для эксперимента. — А что будет потом? Мы не знаем, будет ли захвачена электростанция на юге. — Вам не стоит беспокоиться об этом. — Эй, — он посмотрел на неё. — Я беспокоюсь об этом, потому что мне не всё равно [в оригинале because I care, что также можно перевести как «потому что меня это заботит» – прим. пер.]. — Забота, — сказала Эми, тщательно произнося это слово, как будто оно было чуждо её языку. — Ценить что-либо. — Ага. — Тогда я позабочусь о том, чтобы мы уложились в график. — Конечно, Эми.

~о~

«Мои планы не сильно изменились после Инцидента в Синдзюку. Я продолжал усердно посещать занятия. Довольно рано я получил степень бакалавра и магистра во многих областях и был завален предложениями от многих крупных корпораций в различных отраслях. Хоть у меня и возникло искушение принять одно из них, я хотел быть уверен, что узнаю о появлении ещё одного Скайнета. Лучшим способом держать ухо востро было поддержание контакта с теми, кто мог бы начать работу над ним, а кто сможет сделать это лучше, чем талантливые студенты с многообещающим будущим в робототехнике, окончившие Массачусетский Технологический Институт? Было очень нелегко общаться с людьми, которые были воспитаны такими... нормальными. Моё собственное воспитание имело мало общего с тем, на чём выросли они, но при этом они, похоже, ценили мои идеи. Однако именно в эти годы, когда я учился в аспирантуре, дела пошли к худшему с появлением в Японии существ, ставших известными как Красноглазые.» «В 2008 году, всего через четыре года после возведения, Иерихонская Стена пала. Некоторые представители Легиона за эти годы смогли мутировать и развиться, а их тела претерпели изменения в очень широком спектре и варьировались от пикси в четыре фута высотой до неповоротливых громил ростом в восемь футов и чудовищ, похожих на многоножек, размером с десятиэтажный дом. Все они по прежнему оставались чисто белыми, за исключением светящихся красных глаз и вновь обрели разум, хоть и извращённый. В течение года северная половина Японии пала под атакой Легиона, возглавляемой Красноглазыми. Большинство выживших бежали на юг. Поскольку линия фронта неуклонно приближалась к югу, в конечном итоге было принято решение – при поддержке Соединенных Штатов – взорвать ядерным оружием все основные точки концентрации Легиона. Бомбы были сброшены и полностью положили конец угрозе Легиона. Однако мы не могли знать, что частицы Масо не имели массы и были абсолютно неуничтожимы никакими немагическими средствами. Что в свою очередь привело к тому, что в результате ядерной бомбардировки потусторонние частицы рассеялись по всему земному шару».

~о~

Коридор сотрясся от лёгкой вибрации. Она почти не ощущалась, но всё равно была заметной. Он взглянул на свою ассистентку. — Вторжение Легиона? — Нет, — ответила она. — Нас не обнаружили. — Тогда что это было? — Высока вероятность проведения бомбардировки. — Значит всё как обычно, — сказал он. — В следующий раз скажи «скорее всего». Это будет звучать более естественно. — Я запомню это, доктор Коннор.

~о~

«Семь месяцев. Именно столько времени потребовалось, чтобы случаи Синдрома Белого Хлорирования проявились в странах по всему миру. То, что когда-то было изолированной эндемией, превратилось в глобальную пандемию. Я думаю, большинство из вас знают, что произошло в этот момент – мир погрузился в хаос. Легион превратился из местечковой угрозы в опасную чуму, которая могла проявиться где угодно, начиная от самого маленького и самого малоизвестного городка в Америке и заканчивая крупнейшим мегаполисом в Китае. Нигде больше не было безопасно, и никакие меры не помогали сдержать распространение инфекции. Это стало одновременно и мировым кризисом и войной, в которой те, кто пытался оказывать помощь и сражаться, в конечном итоге сами заражались.» «Из-за хаоса и повреждений нашей основной инфраструктуры потребность в людях стала больше, чем когда-либо, поэтому я пошёл в армию. Благодаря тренировкам моей матери, единственной проблемой в учебном лагере для меня стала требуемая дисциплина. Тем не менее, спустя какое-то время и год службы в горячих точках меня перераспределили в спецназ. Мне было легко командовать людьми, а вырабатывать тактику оказалось ещё проще. Но несмотря на все наши усилия, мы могли лишь замедлить безудержные силы Легиона. За каждую одержанную нами победу, мы расплачивались десятью поражениями. Мы сражались, отступая от одной линии обороны к другой, которые хоть и хорошо снабжались, но служили лишь незначительным препятствием перед лицом массированного натиска, в исполнении противника, не боящегося безжалостных артиллерийских обстрелов и воздушных бомбардировок».

~о~

— Эми, у нас не заработали камеры на поверхности? — Со времени эвакуации города от них нет сигнала. — Есть сообщения? — Да, одно сообщение от Дэниела. — Что в нём написано? — Дождись меня. Отложи проект. — Понятно. — Хотите отправить ему ответ? — Скажи ему… хотя нет, неважно. Он и так скоро узнает.

~о~

«После нескольких лет боевых действий со всё растущими потерями среди вооруженных сил мира, мы столкнулись с нехваткой людей. Именно тогда мне в голову пришла идея. У меня всё ещё сохранились связи со времен МТИ, а также те знания, которые я получил во время учебы в институте. Так почему бы не создать машины, которые смогли бы восполнить потери в наших вооруженных силах? Я знал, что многие компании уже работали над этим, например, институт в Бостоне с их проектом военных роботов-собак, но я подумал, что, возможно, я мог бы ускорить этот процесс.» «Моя мать поначалу, конечно, была против этого, но было трудно игнорировать происходящее в мире, поэтому в конце концов она дала свое благословение. В этот момент мне сильно повезло в том, что я отыскал и смог связаться с Дэниелом Дайсоном, сыном Майлза Дайсона. Как выяснилось, не все исследования его отца были уничтожены в тот день, хотя я и не мог винить этого человека в том, что он не вспомнил о них; немногие люди вспомнили бы о подобном сразу после того, как на них напали прямо у них дома, стреляли в них, а затем сказали, что им нужно уничтожить дело всей их жизни. Эти файлы определённо ускорили весь процесс.» «Я подал в отставку, отслужив более чем достаточно времени. Возможно, при других обстоятельствах мне бы не позволили покинуть службу, но я думаю, что идея большого количества боевых роботов была слишком уж хороша, чтобы от неё отказываться. Поэтому я пошёл работать в «Дайсон Индастрис», и к концу года возглавил исследовательский отдел, а Дэниел взял на себя деловую сторону вопроса. У нас иногда возникали некоторые разногласия из-за того, что случилось с его отцом, но мы оба знали что было поставлено на карту. Хотел бы я сказать, что со временем мы смогли оставить этот конфликт позади, но даже по сей день в наиболее спокойные моменты между нами всё ещё ощущается напряжение.»

~о~

В главной обзорной комнате уже находилось несколько ассистентов и техников, которые усердно работали над последними приготовлениями. Бывали времена, когда это помещение было полностью заполнено людьми работающими над инновациями, обсуждающими между собой свои идеи. По сравнению с теми временами сейчас здесь было практически пусто. Несмотря на то, что все присутствующие исполняли свои обязанности, стоило ему войти в комнату как на нём скрестилось множество взглядов. Однако он более чем привык к этому. — Через сколько всё будет готово? — По оценкам Кэмерон… скорее всего, всё будет готово в течении сорока минут. — Ха, ты учишься. — Она просит вас пересмотреть своё решение, — Эми повернула голову и посмотрела на него на удивление внимательным взглядом. — Она считает, что, если мы подождём, то в конечном итоге появится более подходящий кандидат для проекта. — Отказано, — на его губах возникла смущённая улыбка. — Я понимаю её беспокойство, но она ведь не знает, случится ли это на самом деле. — Её расчёты… — Довольно расчётов! — Джон собирался сказать что-то ещё, но сдержался. Мысленно повторив свои слова ещё раз, он успокоился. — Извини, похоже, я нервничаю сильнее, чем я думал. — Вам не нужно извиняться. — Но я хочу это сделать. И, думаю, мне следует хотя бы объясниться, — сказал он. — Послушай. Я знаю как обстоят дела у военных. У них и так все силы на исходе. Без поддержки Организации Гамельна максимум, на что они способны, это осторожное наступление. Даже с учётом того, что Дэниел задействовал наших самых мощных боевых ботов, мы не знаем, сколько Красноглазых будет им противостоять. Могут пройти годы, прежде чем они снова отобьют город, если они вообще смогут когда-нибудь это сделать. — Кто-то другой может… — Здесь нет никого, кто мог бы это сделать, кроме меня.

~о~

«В конце концов, мы выпустили наших первых боевых ботов, и по сравнению с продукцией других компаний наши превосходили их на порядки. Ранние модели были не настолько хороши, как люди, но они очень помогли восполнить потери и, что более важно, они могли выполнять задачи в заражённых зонах без риска заражения. Прошло всего несколько месяцев, прежде чем другие компании смогли адаптировать наш код под свои нужды и начали производить собственных боевых ботов. Это было то решение, которое мы с Дэниелом с радостью поддержали. Вместо того, чтобы рисковать появлением ещё одного Скайнета от независимой компании, это решение позволило нам контролировать пути развития технологии искусственного интеллекта в целом. Конечно, я спрятал в коде аварийный выключатель а также некоторые другие предохранители, но об этом, кроме меня, знали только моя мать и Дэниел.» «Тем не менее, даже несмотря на то, что новые боевые машины производились сразу несколькими компаниями, человечество всё равно проигрывало. Люди приходили к Дэниелу и ко мне, чтобы мы помогли им получить финансирование для широкого спектра сумасшедших проектов, призванных обеспечить выживание человечества. Начиная от криогенной заморозки и заканчивая космическим кораблём-ковчегом. Среди предложенных идей было огромное множество самых диковинных предложений, но самое абсурдное из них называлось проект «Гештальт». Безумный проект, который почему-то считался наиболее жизнеспособным, и даже получил государственное финансирование. Если вкратце, то он предполагал разделение тела и души, с последующей консервацией души при помощи частиц Масо, а также массовое клонирование, повторяемое раз за разом, для преодоления разрушительного воздействия времени. Откровенно говоря, они обратились к нам не за финансированием; единственная причина, по которой мы вообще начали с ними сотрудничать, заключалась в том, что им потребовались наши самые продвинутые человекоподобные андроиды которые должны были стать администраторами проекта на длительный срок, и они не поскупились в оплате нашей работы. Тем не менее, если что-то подобное смогло получить зеленый свет, почему бы и нам было не сделать что-то столь же абсурдное? В отличие от проекта «Гештальт», по крайней мере, я точно знал, что мой проект возможен.» «В конце концов, если Скайнет смог построить машину времени, почему бы и нам не сделать то же самое?»

~о~

— Только тот, у кого есть плоть и кровь, сможет пережить прыжок! — обуздав свои эмоции, Джон Коннор быстро и глубоко вздохнул, прежде чем продолжить. — Мы уже проверяли это много раз. Здесь нет никого, кто мог бы это сделать, кроме меня. — Не нужно рисковать собой. Моей синтетической кожи должно хватить. — Нет, твоя кожа создана на основе силикона. Ты будешь уничтожена при прыжке. — Но… — Хватит! — Джон провёл рукой по волосам и раздражённо посмотрел на нее. — Как я уже сказал, мы уже проверяли этот вопрос не единожды. Я не понимаю, почему ты пытаешься утверждать обратное. Эми смогла лишь молча смотреть на него в ответ. — Забудь об этом. Просто скажи Кэмерон, чтобы она активировала последовательность запуска. — Она проинформирована, доктор Коннор, но она просит вас поговорить с ней.

~о~

«Как уже объяснялось в моих предыдущих записях – путешествия во времени возможны. Это означало, что эта идея не была несбыточной мечтой. Независимо от того, насколько сложновыполнимой была такая задача, она всё ещё была лучше, чем проект «Гештальт». Однако правительство отклонило мою идею. Они поверили в возможность разделения души и тела, но не в путешествие во времени. Я мог бы рассказать им о своём прошлом, о будущем, которое не наступило, но, честно говоря, это просто подорвало бы мой авторитет, поскольку у меня не было доказательств. Тем не менее, к тому времени я уже был слишком увлечён этой идеей, чтобы просто сдаться.» «Мы с Дэниелом вложили в проект все свои накопления. Нам также пришлось выполнять большую часть работы самим, поскольку другие компании продолжали переманивать наших сотрудников. Однако одной из основных проблем, с которой мы столкнулись, стали огромные объёмы вычислений. И все они были жизненно необходимы для проекта. Переменные для прыжков во времени были настолько хаотичны, что даже наши самые совершенные компьютеры попросту зависали при попытке выполнить расчёты. Мне нужно было что-то большее, что могло бы предвидеть проблемы заранее и устранять их ещё до того, как они становились бы таковыми. Мне нужен был ИИ с вычислительной мощью Скайнета.» «В результате я создал КЭМЕРОН.»

~о~

Вдоль стен комнаты были установлено множество серверных стоек, подключенных к аккуратным связкам проводов, проложенных по полу и стенам. Двум техникам, стоящим неподалёку, было поручено поддерживать оборудование в рабочем состоянии, но в данный момент они просто тупо смотрели на него, следя за ним, пока он осторожно пробирался через связки и бухты проводов. В задней части помещения находилась одинокая андроид, тело которой ниже пояса плавно переходило в стену позади неё. Провода были подключены и вплетены почти в каждый дюйм её обнажённого тела, не оставляя места для синтетической плоти и демонстрируя хромированные детали, простирающиеся до самой шеи. Однако взглянув выше, на её лицо и голову, можно было сказать, что они выглядят практически человеческими. Длинные тёмные волосы доходили ей до груди, обрамляя нежное лицо с большими глазами и вишнёвыми губами. Весьма красивое, с эстетической точки зрения, лицо, но это была красота, созданная его руками. Он даже не был уверен, зачем он это сделал, но весь эффект притуплялся от того, как её светло-карие зрачки неустанно и не мигая следили за ним. Он остановился перед ней, когда его охватило странное чувство нервозности, некая тревога, от которой он не мог избавиться, несмотря на все свои усилия. — Ты хотела меня увидеть? — Джон… Нежный тон её голоса заставил его замереть. Ни один из других андроидов не был способен имитировать человеческие эмоции на таком уровне, и каждый раз ему становилось не по себе, сколько бы раз он это ни услышал. — До прыжка осталось не так уж много времени, Кэмерон. Возникла какая-то проблема, на которую ты хотела бы обратить моё внимание? — Да, — ответила она. — Твой логический центр неисправен. Я прошу тебя перенести активацию и принять необходимую норму сна, от семи до девяти часов. — …ты таким хитрым способом пытаешься попросить меня не уходить? — Я заметила, что люди предпочитают косвенные методы, — сказала она. — Это оказалось эффективно? — Нет, не очень. Я всё ещё собираюсь пойти. — У меня есть право остановить тебя, Джон. — Да, есть, — небрежно ответил он. — Но ты этого не сделаешь. — На чем основывается эта вера? — Предчуствие. — Я не понимаю. — Это когда ты думаешь о чём-то, но не осознанно. Понимаешь? — Нет. — Ну, однажды ты поймёшь. — Это совершенно нелогично. — Продолжая своё обучение, ты в конечном итоге придёшь к этому. Поверь мне, — затем Джон помрачнел. — Всё ещё хочешь остановить меня? — Разве желание быть со своим создателем неправильное? — В нём нет ничего плохого, но каждый из нас должен совершить свой собственный выбор. Я обязан сделать это, несмотря ни на что, — сказал он. — Но я тоже буду скучать по тебе, Кэмерон. — Почему? Ведь я не смогу воссоздать тебя, тогда как ты меня сможешь воссоздать в любой момент, верно? — Да, и я планирую сделать это, но это будешь не та «ты». Не та «ты», которая сейчас находится передо мной, в этот самый момент. — Это твоё очередное нелогичное заявление? — Да… Да, думаю, это так. — Я сохраню запись этого момента, чтобы обработать её позже, — последовала мгновенная заминка, настолько быстрая, чтобы он её почти упустил. — Могу ли я прикоснуться к твоему лицу? Я хотела бы сохранить это ощущение. — Конечно, — Джон встретил её немигающий взгляд и сделал шаг ближе. — Думаю, ты впервые просишь меня о чём-то подобном. — Мне больше не представиться возможностей для подобного, — когда Кэмерон подняла руку, подсоединённые провода туго натянулись, что заставило Джона наклониться ближе. Её хромированные пальцы скользнули по его щеке и подбородку, сохраняя полученные данные, хотя вопрос, были ли они достаточно точны, оставался предметом споров. Он позаботился о том, чтобы сосредоточить часть ресурсов своего отдела на развитии у машин всех пяти чувств: зрения, слуха, обоняния, вкуса и осязания. Любая другая компания сочла бы лишними расходами финансирование работы над последними тремя, но для роботов, которых они намеренно создавали осознающими себя, эти чувства были абсолютно необходимы, чтобы дать им возможность почувствовать себя людьми, независимо от того, насколько ещё слабо были развиты технологии на данный момент. Человека человеком делал не только интеллект; помимо этого ещё существовали эмоции и пять чувств. Комбинация этих мелочей позволяла получать различные впечатления и реакции, неотъемлемые для человека, и которых никогда не испытывал Скайнет. — Я закончила, — Кэмерон опустила руку, возвращая её в прежнее положение. — Прощай, Джон Коннор. — До свида… Джон запнулся на полуслове, осознав, что его ответ здесь неуместен. — Прощай, Кэмерон.

~о~

«Мы с энтузиазмом погрузились в нашу работу, потому что у нас было ощущение, будто время на исходе. Я знал, что мы не выигрываем войну против Легиона; всё на что хватало наших сил – это лишь сдерживать их. Множество регионов обезлюдело, а продвижение линий фронта хоть и сильно замедлилось, но во всё также неудержимо продолжалось. С помощью КЭМЕРОН, Дэниел и я смогли продвигать проект ускоренными темпами… и недавно у нас случился прорыв.» «Конечно, мы не подключали КЭМЕРОН к мировой сети. Скайнет сошёл с ума после того как погрузился в информационную свалку, созданную человечеством. КЭМЕРОН же необходимо было обучать медленно. Я искренне надеялся, что этого будет достаточно, чтобы изменить ситуацию.» «Тем временем некоторые из самых безумных проектов, о которых я слышал, увидели свет, включая частичную вакцинацию препаратом под названием Люцифераза, производимым Организацией Гамельна. Его эффективность была тем выше, чем моложе был пациент, и, к моему отвращению, вакцинированных детей обучали и отправляли на передовую из-за их новообретённого иммунитета. Именно среди этих детей я обнаружил Кайла Риза, который должен был участвовать в 9-м Крестовом Походе, несмотря на то, что ему было всего десять лет. С моей стороны потребовалось немало усилий, но я смог вытащить его оттуда. Теперь он живет где-то в глуши, вместе с моей матерью, которая решила усыновить его. В другом будущем, возможно, я бы оставил его рядом с собой, чтобы отправить его потом обратно в прошлое, но это больше не то будущее, и оно уже никогда не наступит.» «Пришла моя очередь спасти их.»

~о~

В центре испытательной камеры большая сфера энергии удерживалась внутри специального шасси, вокруг которого вращались несколько стоек орбитального устройства, а из самой сферы время от времени вырывались электрические дуги. По мостику, ведущему к середине сферы, решительно шёл вперёд Джон Коннор, сбрасывая на ходу одежду. И только когда он остановился прямо перед машиной времени, обнажённый, словно в день своего появления на свет, ему в голову начали лезть мрачные мысли. Что, если эксперимент провалится? Что, если его разорвёт на части вместо того, чтобы доставить его одним целым? Что, если… Он не позволил своим мыслям и неуверенности взять над ним верх. Прикрыв на мгновение глаза, он привёл свои мысли в порядок. — Бояться не плохо, но именно преодоление своего страха делает нас лучше. Открыв глаза, Джон окинул сферу взглядом, в котором не осталось сомнений. — Я вернусь. Он решительно сделал последний шаг и всё его поле зрения заполнил свет.

~о~

«На дворе 2018 год, и если всё пройдёт хорошо, никто ничего даже не заметит. Однако, если я потерплю неудачу, то у вас, хотя бы, останется эта серия записей, а также все файлы наших исследований, которых вполне достаточно для перезапуска проекта. Возможно, вы даже попробуете ещё раз. Удачи, но прежде всего помните вот о чём…» «Нет судьбы, кроме той, что мы творим сами».