Убийство Отца

В конце июня, в теплое время, палату царевича освещали лучи дневного солнца. Они неприятно падали на лик юноши, кой щурился и чихал от пыли, стараясь сосредоточится на пергаменте. РИ почесал кончик носа и поводил пером по рукописи, пытаясь из всех сил усядеться на одном месте. За место уроков латинского, в эту прекрасную погоду, ему хотелось играть с детьми в саду, ежели просидеть в пыльных покоях и записывать перевод, слушая как по крыше Воробьевского дворца шумно прогуливается большая птица, отгоняя маленьких воробьев. Москва же стоял позади мальца и следил за тем, как сын царя бегло и косо чиркал буквы. Он сжал в руке ивовый прутик, нахмурил брови и поджал губы. — Как вы пишите, Ри?— строго спросил столица и поднял правую руку вверх. Раздался свист. Юноша закричал от боли и уронил перышко на пол. Рука что писала, предательски задрожала и царевич прикусил внутреннюю сторону щеки, дабы утихомирить последствия прошлой пытки. Москва редко был нежен с сыном Русского Царства, не жалея его бить розгами за любую провинность. Учитель считает, что такой подход верный, лишь с розгами под рукой, можно выучить до престола умного царя. Это поддерживал и отец Ри, не влезая в их учебный процесс. Царевич из подлобья взглянул на Москву и вздохнул раскрывая ноздри. Всей душой он чувствовал, как ненавидит учителя. Ему хотелось избавиться от него. Отрубить голову города, и возвысить её пред всем народом, дабы всякий крестьянин и барин понял, что унижать будущего наследника- опасная затея. Однако, что сейчас он мог делать, так это притворится хорошим учеником. — Простите, учитель.— невинно произнес Ри и похлопал глазами.— сегодня такое ясное и теплое солнышко, оно так и светит в мои очи, ослепляя их и грея мое лико. Столица нахмурил брови, забрал пергамент и с громким шелестом скомкал. Он выбросил его, достав новый. — Пишите заново. Наставник положил на стол пергамент, как тут же Ри опрокинул чернила. На красном рукаве Москвы разлилось большое чернильное пятно. Лицо города искривилось в ярости, а зубы заскрипели. Царевич ядовито заулыбался ему и развернулся к учителю, сцепляя длани в замок. — Ах, ты...— прошептал город, кой был на грани, чтобы перейти на крик.— сукин сын! Он грубо взял русского за ухо, потянув на себя. Ри зашипел и невольно встал с места, недовольно скривя уста от боли. Город же его потащил к окошку, но тут же остановился. Мужчина выпустил на миг мальчишку и прижался спиной к углу, притянув к себе непонимающего хулигана. Москва прикрыл его рот рукой, а тот приподнял бровь. — Тихо.— шепнул город и украдкой глянул в окно. Ворон который вальяжно ходил по крыше, вспорхнул и пролетел перед окошками каркнув три раза. Огромные крылья темной птицы увидел царевич и обомлел, испытал в её присутствии нечто потустороннее. После того, как птица пролетела между ними, на улице раздались громкие мужские голоса, кие орали хором: "Гойда". Масса ломала вход в палаты и подымала кверху сабли и мушкеты. Малец понял сразу, кто это был и мурашки прошлись по спине. — "Стрельцы." Отец рассказывал про то, как в детстве пережил один из бунтов. Его мать укрылась в темном углу, прижимая к персям Русское Царство и тихо дышала, стремясь не выдать себя и дитя в лапы бунтующего народа. Она прекрасно знала, что её ребенка может убить иная страна или же сам народ. Покамест та крепко-накрепко обымала его, мальчика взяла судорога. Ногами он бил мать по животу, а руками по груди, пока мамаша кусала от боли губы, дабы не закричать. Молодой царевич никогда не задумывался, что он столкнется с бунтом, как и его отец. Но теперь угроза и шанс его погибели была очень близка. РИ почувствовал, как во рту стало сухо, словно в пустыне, он не мог даже проглотить слюну, как бы этого не вожделел сейчас. Столица грубо оттолкнул царевича от себя и быстрым шагом подошёл к книжному шкафу, стараясь его отодвинуть. Русский на ватных ногах ели-ели поднялся, до этого чуть не упав лицом на пол. — Быстрее!— оживленно прокомандовал учитель, обращаясь к ученику.— Помоги мне. Русский как мог быстрее подошёл к мужчине и помог ему отодвинуть шкаф в левую сторону. Подросток неловко посмотрел на маленькую дверцу в стене, которую прежде скрывала небольшая библиотека. Город извлек из своего кафтана ключ и сел на корточки, судорожно начиная открывать дверцу. — Я и не знал, что в моей комнате есть потайной вход.— пробубнил русский. Раздался щелчок. Город резко встал. — Нет времени на разговоры! Полезайте быстрее, царевич. — А как же вы? — За меня не переживайте.— подталкивая вперед РИ протараторил Москва.— я сыщу где спрятаться, а вы должны выжить. — Но учитель.- не унимался юноша.— отчего они вновь восстали? Я думал, что мой батюшка решил все вопросы, связанные с их службой... Надо немедля предупредить его! Москва нахмурил брови. — Ты не об этом пока должен думать, а о том, как остаться в живых. Все в твоих интересах, РИ. А о первопричине мы поразмышляем потом. — Но мой отец.. — Живее! С этими словами ученик склонил голову и спустился на колени. Он открыл дверцу и пополз вперед, обернувшись к учителю. — Ползи токмо вперёд и не останавливайся. — Мой отец же будет в порядке?- с беспокойством воскликнул мальчишка. Столица на его вопрос не ответил. Он быстро затворил дверь, оставляя юношу без ответа. — "Подозрительно". Москва из последних сил отодвинул книжный шкаф. Несколько книг глухо свалились на пол, раскинув желтоватые страницы пред мужчиной. Он прижался к шкафу, тяжело дыша, ладони вспотели и было неприятно ими трогать вещи. Город повернул голову к окошку и увидел ворона, кой уцепился цепкими лапами за раму и темно-бурыми глазами неотрывно глядел на мужчину. Столица медленно присел и взял упавшую книгу, не отводя взор от птицы. — Брысь!— шикнул он замахнувшись на хищника рукописью. Ворон сердито каркнул и звучно взмахнул черными, как смоль крыльями. Пернатый хищник плавно возвысился в небо и сделав круг вокруг дворца, опустился на ветку дерева. Он с энтузиазмом наблюдал с высока за стрельцами, чувствуя в дальнейшем будущем кровь и пир. Птаха прощелкала сероватым клювом. Щелканье напоминало человеческий смех.

***

Русский медленно полз по узкому и тесному коридору комнаты. Пахло сыростью и затхлостью. Он осторожно руками касался к холодному полу, пытаясь ни на что не наткнуться. Глаза постепенно привыкали к темноте. Ри тихо чихнул от пыли и почесал нос. Кончики перстов подрагивали, как только русский слышал подозрительный шорох. — "Просто иди вперёд. Просто иди вперёд." Он на миг остановился и замер. С левой стороны молодец увидал маленький лучик света. Царевич стиснул длани в кулак. Мальчишка старался бороться с любопытством, которое проявилось не в самый подходящий момент. Ри перевел взор вперед, в темноту, где ожидало его спасение. — " Я хочу разузнать что там... Хочу убедиться, что все в порядке. Ежели я буду осторожен, то меня не заметят." Царевич подполз ближе к свету и вновь замер. Через махонькую дырочку от картины Ри видит, как в палату зашли люди в красных кафтанах. Словно коршуны, они окружили Русское Царство и достали из ножен заостренные клинки. Сей круг прервал ещё один вошедший стрелец, кой лениво подступал к сдавшемуся государству. Юноша прикрыл рот руками, начиная про себя читать молитву. Он не мог отвести взгляд от затравленного в угол родителя. Мальчишка ощутил во рту предательскую горечь. —"Отче наш, иже еси на небесех." Царевич не слышал, что говорил ни его отец, ни вошедшие изменники и их главарь. В ушах звенел токмо его внутренний голос, кой из всех сил как-то пытался помочь. — " Да святится имя Твое, да придет Царствие Небесное, да будет воля Твоя, яко на небеси и на земли." Стрелец который вошел в круг, извлек из ножен саблю. Ри смог приметить шрам на губе война. Молодец всем телом задрожал, когда мужчина опустил клинок на плечо отца, а широкая рука вцепилась в волосы государства. Пожалуйста, помогите. Пусть хоть кто-то войдет в палату и остановит измену. —" Хлеб наш насущный даждь нам днесь, и остави нам долги наша... НЕТ!" Тело Русского Царства замертво упало на пол. Из его перерезанного горла фонтаном брызнула свежая алая кровь. Убийца убрал кровавую саблю в ножны. Ри ещё сильнее сдавил ладошками рот, стараясь не закричать во весь голос. В ушах бешено стучало сердце, заглушая думы юноши и громкие гласа стрельцов. Царевич отпрял от луча света и вновь укрылся в тени. Его тело продолжало дрожать, а громкий крик застрял в глотке. Он боялся потерять контроль над собой. Сдерживая слезы, Ри тихо хныкнул и с дрожью в коленях продолжил идти вперед. —" Я не должен был смотреть... Я должен был помочь... Но как?" Ри прикусил губу и почувствовал во рту металлический привкус. Капля крови глухо упала на пол, смешиваясь с солёными слезами. Царевич вытер поступившую влагу с глаз и вздохнул. — " А ведь я только что увидел смерть. Об этом я тоже николи не задумывался. Я не думал, что увижу её своими глазами. И лучше бы не видел..." Юноша продолжал ползти дальше, стараясь позабыть увиденное. Но пустой взгляд и окровавленная выя никак не уходила из его головы. Молитву коею он читал не смогла помочь родителю. Ри пытался представить, как сумел бы предотвратить гибель отца, не послушавшись Москву, подбежать в покои государства и, хотя бы предупредить об надвигающейся опасности. Он остановился. — " А ведь я мог так его спасти..." Потеряв все силы- он упал. Молодец объял коленки, игнорируя холод, кой облек тело. Слезы вновь потекли по румяным щекам, обжигая, словно огонь, его лика. Ныне он не мог их остановить, как бы сего не хотел. — Я мог его спасти.- тихо шептал себе мальчишка. Ри закрыл глаза и погрузился в сон.

***

Царевич медленно раскрыл глаза, и прищурился. Он видел, как свеча раздвоилась пред ним, и помотал головой. Чрез кое-какое время зрение сфокусировалось и двойственность предметов пропала. Ри вздохнул и повернулся на другой бок, заметив пред собой Москву. Город сидел на краю постели и при свете читал книгу. Мужчина закрыл рукопись, как токмо заметил, что юноша проснулся. — Ты уже проснулся.— добродушно улыбнулся ему учитель и отложил то, что читал. Москва взял миску и протянул её РИ. — Выпейте, станет лучше. Царевич искоса взглянул на него и принял посуду с незнакомой жижей. — Что это?— прошептал молодец переливая жидкость из стороны в сторону. — Сие отвар из валерианы. Вы почувствуйте себя лучше, как только выпьете его. Русский поджал губы, почувствовав вновь металлический привкус. — Я хочу дабы вы отпили его первым.- приказал царевич и притянул отвар городу. Москва прикрыл глаза и горько усмехнулся. — Не доверяете мне, царевич? Ая-яй-яй... — Я уже не ведаю кому доверять.— едва повысил голос РИ.— немедля выпей! — А как-никак я вам спас жизнь. Вытащил вас, когда вы не смогли доползти до выхода. Наставник покорно забрал миску с рук ученика. Он аккуратно притронулся устами к деревянной поверхности посуды и сделал небольшой глоток изготовленного отвара. Москва положил отвар на колени и облизнул губы. — Видите.. Отвар не отравлен, а я не лежу замертво рядом с вами. Мальчишка отвел взгляд. — Я подожду... Выпью чуть позже. В этот раз Москва не стал повышать голос на РИ и положил отвар на тумбочку, рядом с кроватью царевича. Настала долгая тишина, пока её не прекратил сам русский. — Москва, где я? — Это не важно.— безмятежно сказал город и погладил по белокурым волосам юноши. Тот же поежился от прикосновения.— главное, что вы в безопасности. РИ отпрял от чужой руки и прижался к изголовью кровати. Голубые глаза сверкали в темноте, неодобрительно глядели на учителя, кой давеча бил плетью, а нынче ворковал над его ухом. Столица приметил этот блеск и выпрямился. — Как это не важно?— прошипел, словно змея царевич.— я нахожусь неясно где, вы пытаетесь чем-то напоить меня, и вдобавок, мой отец мертв. И если бы не вы, он остался б жив! Вы не предупредили его об опасности. Город громко ударил по поверхности тумбочки, от неожиданности молодец стиснул простыню в кулаки. — Ежели я тебя отпустил, то ты и твой батюшка погибли.– громко произнес мужчина нависая над царевичем. Его слюна брызнула на лицо русского, от чего тот поморщился.— мне пришлось пожертвовать чем-то одним, дабы сберечь живот будущего наследника. Мальчишка едко улыбнулся. — Может быть, было бы лучше, если бы вы пожертвовали свою жизнь, а не моего отца? Так бы вы проявили большую преданность к нашей монархии и роду. Город отпрял от наследника грядущего престола и сделал несколько шагов назад. Его брови нахмурились, а ядовито-зелёные глаза напряженно взглянули на разъяренного юношу. — Русскому Царству было суждено опочить рано или поздно, РИ.— прошептал Москва и взял поднос со свечей.— Сие был вопрос времени. Спокойной ночи, царевич. Не забудьте хлебнуть моего отвара. Мужчина ушёл из комнаты юноши, оставив его одного в темноте. Русский отвернулся от миски, не собираясь пить её содержимое и прикрыл глаза. Он долгое время старался заснуть, но волочился по ложе. Ри выдохся и лег на спину смотря на потолок комнаты, начиная на нем рисовать различные узоры. Один из рисунков был похож на искаженное лика от боли, от чего тот крепко сжал одеяло и зажмурил веки. — " Нет-нет-нет. Просто не думай об этом. Нужно уснуть." Царевич глубоко вдохнул и выдохнул, повторяя так несколько раз. Сердце потихоньку успокаивалось, разгоняя кровь по молодому телу чуть медленнее. Ри вытер краем одеялом испарину с лба и наконец-то расслабился. Темнота стала приобретать всевозможные яркие краски. В золотой комнате, на троне восседал мужчина, а с левой стороны посиживал маленький мальчик. В руках у государя был нож, коим он резал деревяшку. Малютка похожий на РИ пристально глядел на руки отца и на дерево, которое с каждым касанием ножика приобретало все новую форму. Царевич взял несколько стружек и покрутил в руках. Царь поглядел на любопытное дитя и мягко улыбнулся. — Токмо не кидай их в разные стороны.- произнес голос из прошлого и притянул готовую игрушку в руки малыша. Юноша приоткрыл глаза, оборвав воспоминание. С глаза потекла одинокая слеза, оставляя после себя влажную дорожку на щеке. В последний раз он так часто плакал, когда был ещё младенцем, кой мучился от болей в животике и приступообразного кашля ночью. Раздался звонкий треск. Окно раскрылось, выпуская внутрь комнатушки теплый ночной воздух. Он с опаской глянул в сторону, где дул летний ветер и остолбенел. В раму вцепился черный ворон, которого тот украдкой видал ещё во дворце. Чернейшие перья распушились и птица растянулась, расправив крылья. — Помоги мне, сынок!— человеческим голосом крикнул темный вестник.— Помоги мне, РИ! Царевич дрожащими руками дотянулся до деревянной миски, не отводя пугливый взор от непрошенного гостя. — Отомсти за меня, сын мой! — ПРОЧЬ!- заорал юноша и швырнул в ворона посуду. Птица увернулась от полетевшего предмета и от отвара. Незваный гость голосисто захохотал и улетел, оставив на полу черные перья. На ватных ногах РИ подошел к окну и затворил его, опустившись на пол, прямо на лужу с отваром. Царевич поднял длинное черное перышко птицы и пристально рассмотрел его чрез темноту. Большой палец прошелся по бородкам пера. — Что происходит?- прошептал окончательно запутавшийся юноша.