Монетка на удачу (Эрик, Чарльз)

      Кто-то коллекционирует старинные монеты, кто-то — покупает редкие экземпляры других стран, ставит их под стекло, рассматривает, любуется, качаясь на волнах приятных воспоминаний. Воспоминаний об отпуске, празднике, долгожданной поездке или конференции. Но главное сокровище Эрика несло в себе совершенно другие чувства. И, наверное, только глупец мог бы назвать их положительными, а Эрик… Эрик — это просто Эрик.       У которого рот невольно расплывался в улыбке при взгляде на нацисткую рейхсмарку, блестящую под стеклом так завлекательно, словно подмигивая. Не зря полез на Чарльзов чердак и даже насмешки от соплячки Логана вытерпел.       — Ностальгируешь, старый друг? — Чарльз, как всегда, умел выбирать удачный момент для появления. Такой, что Эрик едва не вздрогнул, обнаружив его за спиной.       — Прости, если задел твои чувства. Все-таки… — Эрик ненадолго замолчал, буравя взглядом стену, — именно тогда мы с тобой стали врагами.       Эрик помнил. Помнил слишком хорошо, как монета вошла в голову Шоу, какое удовлетворение он испытал, когда злейший враг наконец-то оказался повержен. Настоящий монстр все-таки нашел своего создателя и, как это ни банально, стал сильнее его. Чарльз говорил, война не принесет ему мира, только вот Эрик не лгал — мир никогда не был его целью. Они слишком разные, парадоксально притягивающиеся и именно потому им так хорошо удавалось работать вместе: каждый мог дать миру мутантов то, на что неспособен был другой.       — И именно тогда ты уничтожил Шоу, — Чарльз похлопал его по плечу. — Мы бы справились и своими силами, но кто его знает как и когда, да и справились бы вообще. В тот день ты действительно выглядел счастливым, несмотря на все, что произошло после. Я бы тоже хранил такую… Монетку на удачу. Только знаешь, что?       Эрик непонимающе моргнул. Друг, который вроде бы должен до конца жизни винить его за ту цепочку смертей, которую запустило убийство Шоу, кажется… понимает его? Ну, конечно, это же не просто друг — это Чарльз! А он, видимо, не умел действительно винить никого, кроме самого себя.       — Что?       — Лови! — заговорщически блеснув глазами, Чарльза полез в карман пиджака и, покатав в ладони, бросил Эрику польский злотый. Тот поймал его на лету, даже не касаясь рукой, — использовал способности. — С твоей Родины. Думаю, эта монетка на удачу тоже сработает. Подари ее Магде — обрадуется.       Эрик, наверное, дал бы себе мысленную оплеуху, если бы увидел, в какой глупой улыбке расплылся в тот же миг. Хотя… Рождество же, можно позволить себе такую слабость. А кусочек Родины Магде точно понравится.