3. Ра, помилуй эту грешную душу

      Мужчина стоял поодаль, прячась за одной из колонн, дабы не мешать и не привлекать к себе внимание. Он наблюдал, как Принцесса танцевала на берегу. Её движения были неописуемо прекрасны. Наваждение от сна ещё не прошло, щёки горели, а дыхание оставалось сбивчивым. Но как же она прекрасна. И Прекрасная чувствовала этот взгляд. Чувствовала, как он проходит по открытым участкам её тела. И двигалась плавнее, изворотливее. Она позволяла смотреть на себя так.       Но внезапно, в окружающей их тишине, заполнившей берег, он услышал шорох, который прервал её прекрасный танец. Эпистат мигом проник внутрь своей души, что-то было не так. Он оглянулся и поспешил к Принцессе, чтобы спрятать её от чего-то неприятного или опасного. Взяв её за руку, он увел ее в безопасное укрытие, словно щитом защищая драгоценное сокровище. Они спрятались в тени колонн, скрытые от посторонних глаз. Мужчина не знал, что происходит, но его инстинкт защиты взял верх. Нельзя. Нельзя к ней так прижиматься.       Амен заметил движения, тени, мелькнувшие в полутьме. Он сжал её руку сильнее, как будто хотел передать ей свою решимость и смелость. Эпистат повернулся к ней и столкнулся с чернотой глаз напротив. Не смотри на неё так. Непозволительно.       Мягкие волосы касались её плеч, словно заплетённые нити магии, способные очаровать мужчину до глубины его души. Эва смотрела на него и не могла понять, что выражает этот взгляд. Восхищение? Страсть? Может, влечение?       Его пальцы мягко заскользили по её волосам. Такие мягкие на ощупь. И Принцесса наслаждалась этим нежным моментом. Она прикрыла глаза, ощущая его прикосновения на своих волосах. Его лицо приблизилось к ней. Пахла она также вкусно, как цветущее гранатовое дерево. И это сводило с ума. Так беспардонно.       Медленно он проводит по её рукам. Движется вверх. И вот его ладонь на её щеке. Девушка, словно котёнок, ластится о неё. Потирает щекой, смотрит на него. Ждёт, когда он что-нибудь скажет. Его губы были так близко. Неправильно. Нельзя.       И Амен поддаётся вперёд, накрывая её губы своими. Принцесса дрожит и эта дрожь передаётся ему. Но она быстро расслабляется, поддаётся вперёд. Это было неумело и так неправильно. Но она жаждала этого, желала каждой клеточкой ощутить его. Тянулась ближе, проводила руками по его волосам. И она была готова растаять от всех ощущений, в особенности от его возбуждения, которое она чувствовала внизу. О Великий Ра, помилуй эту грешную душу.       Их близости было недостаточно, нужно было что-то ещё. Эва неумело пыталась завладеть поцелуем, но эпистат не позволял ей. Он играл с ней, как сам желает, не без доставления ей удовольствия. Кажется, её колени дрожат. Девушке пришлось выгнуться, прикоснуться грудью, прикрытой лишь тонкой тканью, к его груди. Мужчина вздрогнул. Чёртов наряд, через который он чувствует её твёрдые соски.       И Эва положила руки на его лицо. — Эпистат, — её сладкий стон, его имя из её губ. Всё это сводило с ума и отрезвило. Непозволительно. Мучительно. — Принцесса, — он отстраняется, смотрит в её затуманенные глаза, — прошу меня простить за такую дерзость.       И он убрал руки, отошёл на два шага и развернулся. — Нам пора идти, — эпистат уверенно идёт вперёд. Знает, что она идёт за ним. Но никто из них не проронил ни слова. Будто это правильно. Будто так и должно быть. — Эпистат, позволь спросить, — он собирался проводить её и оставить одну, но слабый голосок заставляет его вздрогнуть и остановиться, — если меня выдадут замуж… — Вас не выдадут замуж. Вы слишком прекрасны для любого мужчины на этой земле, — мечущееся сердце не давало ему мыслить рационально. — Даже для тебя? — Спокойной ночи, Принцесса, — он разворачивается и оставляет её одну. Даже для меня, моя госпожа.       Через три дня Фараон собрал их всех. Мужчины становились на свои места, ожидали появления правителя. Наконец, он занял своё место. — Сегодня мы собрались здесь по исключительному поводу, — по залу прошёлся шёпот. — Как того требует традиция, я женюсь на своих дочерях.        Эпистат застыл. Он сделал несколько глубоких вдохов, после чего поднял взгляд на правителя. — Мой выбор пал на двух старших Принцесс. Мою младшую дочь, Принцессу Эвтиду, я выдам замуж за достойнейшего. Нет, этого не может быть. — Для принцессы необходимо выбрать подходящую партию. Я предлагаю составить портреты и описание всех свободных мужчин, занимающих высокое положение на нашей земле, — вперёд выступил ещё один. — Боюсь, на нашей земле не найдётся достойнейшего, что будем делать в таком случае? — Предлагаю отложить обсуждение на некоторое время. Мы только-только стали восстанавливать отвоёванные земли, — мужчина перебил предшественника, пока Фараон не махнул рукой, призывая всех замолчать. — У меня есть ещё одно важное заявление. Сегодня утром прибыл гонец от варваров. Они предлагают подписать мирное соглашение. Я ответил согласием, они прибудут через четыре дня. И нам необходимо устроить празднество. — В таком случае, следует перенести вопрос о замужестве принцессы до того момента, пока варвары не покинут наши земли, — Амен выступает вперёд, равняется с мужчинами. Возможно, его решимость что-нибудь изменит. Но откуда взяться решимости?