Часть 5

      Накрывая тело бессознательно лежавшего на полу Жени своим, Макс впервые задумывается о том, что было бы неплохо перестать так быстро соглашаться на внеплановые миссии. Рома заваливается рядом, зажимая уши руками, и кричит от боли. Канский видит, как друг корчится на земле от боли, но переползти к нему не успевает. Совсем рядом от взрыва разлетается асфальт мелкими крошками. Скат появляется над ними в тот момент, когда лавина камешков обрушивается на их головы. Макс закашливается от пыли, приподнимается над Женей, слегка бьёт ладонью по лицу, стараясь привести в себя. Калугин медленно открывает глаза, стонет от боли в вывихнутом плече и с трудом принимает сидячее положение. Виргински продолжает закрывать уши, оглядывает местность безумным взглядом, пытаясь высмотреть что-то, и откашливается.       - Уходите! – Канский подставляет плечо поднявшемуся на ноги Жене и кивает в ответ на встревоженный взгляд Рому. - Диана, хватит, не геройствуй!       - Где Рия? – спрашивает кто-то из младших парней, когда они покинули пределы парка и стояли на небольшой площади при входе..       После этого вопроса наступает тяжёлая тишина, и ребята оборачиваются на тёмный парк, над которым кружит Скат и ещё несколько неизвестных проклятий.       Энергетический фон вокруг места начинает искриться от напряжения, и над ним тут же опускается защитный барьер. Рома громко чертыхается, пинает камень и подходит к бледному Жене, поджимая губы. Макс не успевает ничего сказать, как Виргински резким и уверенным движением вправляет тому плечо. Калугин только шипит от боли, напряжённо вслушиваясь в тишину.       В то же время Шатова, не особо задумываясь о последствиях, резко останавливается посреди площади и тут же ныряет за памятник Жукову, прячась от вновь вернувшегося проклятия.  Ещё пару часов назад она ругалась с Сергеем Владимировичем по поводу внеплановых миссий и сверхурочных, клялась, что про её участии на задании остаётся только мечтать. А теперь в серых глазах загорается азарт, чувство опасности и риска уходит куда-то на задний план, и накрывает с головой. Поймать проклятие и подчинить его становится личным испытанием. «Семейное», - с улыбкой думает Шатова и качает головой. У неё вся семья такая: как ударит адреналин в голову, так не остановишь ничем. Пойдут к своей цели, не замечая ничего перед собой. Глаза затягивает тьмой, а губы кривит по обыкновению некрасивая улыбка.       Никто из них не ожидал настолько сильного проклятия, оно не принадлежало ни второму уровню, ни третьему. Сергей Владимирович отправлял их на задание в качестве присмотра за младшей группой, которая состояла из четырёх человек. Наверняка, директор, если не подозревал о таившейся в здесь опасности, то чувствовал необъяснимую тревогу. Не зря он о чём-то тихо говорил с Ромой и Максом в стороне, пока остальные ушли собираться. Ведь зачем отправлять всех, хватило бы одного: Виргински, недавно оправился от ежемесячного выброса энергии, и теперь бегал везде, как ужаленный, да и Канский тоже не слабый. Готовится в этом году получать звание сильнейшего, причём заслуженно, об этом вся академия знала. Женя тоже мог пойти с младшими – его сил хватит на любое ранговое проклятие. Про себя Шатова не думала с того момента, когда директор назвал Воропаеву в списках участников.       - Отправите меня с ними – я именно её там и оставлю, - в голосе звенела сталь, а в глаза плясали чёртики.       В итоге она ехала на задание, сидя в машине плечом к плечу с Дианой, изредка поворачиваясь к друзьям, которые смеялись над этим, уже не скрываясь, и мысленно придумывала месть. Сама Воропаева сидела с таким лицом, будто ничего необычно не происходит, а Шатова самая лучшая на свете подруга. Лишь Женя старается сочувствующе улыбнуться, и он срывается на смех.       Рия не смеется и не улыбается. Не терпит она Диану, не может даже рядом находиться, по неизвестной причине. Проклятая врет, знает она прекрасно почему не выносит общества рыжеволосой, но себе упорно не признаётся, не то что другим. От вопросов отмахивается привычной фразой про нестабильность внутреннего барьера, и никто больше не спрашивает. Виргински, везде успел, тоже знает, но не Рия ему сказала, а сам догадался, поэтому посмеивается над подругой, но в душу не лезет. А Шатова просто немного завидует. Хочет, но не может красиво и ярко одеваться, привлекать к себе внимание не противным характером и отвратительным шрамом на лице. Зависть и обиду упорно в себе давит. Заменяет чувством превосходства, и радуется – красивых Диан у них в академии много, а вот противная Шатова всего одна.       На мысли о неприятной компании накладывается чувство усталости. Ранний утренний подъём, долгая поездка к месту, о котором говорилось в задании, проклятие первого уровня, потом возвращение. Мышцы неприятно болели, белый шум то появлялся в голосе, то снова утихал, но ненадолго. Перед отправлением Виргински, по скромной просьбе, постарался снять боль, но времени было мало, и полностью она не ушла. А теперь возвращалась с новой силой.       - Вы что-то знаете о проклятии, за которым мы едем? – Рия громко фыркает от смеха, но наткнувшись на взгляд Дианы, мгновенно делает безучастное лицо.       - Вообще-то, это ваше задание, и вы должны были ответственно к нему подойти, - укоряет младших ребят Макс и отворачивается к окну, явно не собираясь им помогать.       Канский не терпел такого отношения к их работе. Не понимал, как можно отправиться на задание, не узнав ничего про то, что их ждёт. Да ребята даже не дослушали Сергея Владимировича, как с радостными воплями унеслись собираться. С Рией всё понятно, она сразу сказала, что вмешиваться не будет, но потом всё равно обо всём расспросила Женьку. Макс, наверное, ей бы тоже ничего не рассказал. Но младшие ребята его неприятно удивили. Ведь не глупые: девочки в команде отличницы, да и у парней с успеваемостью неплохо. Никогда прежде на практической аттестации они не проваливались, не совершали глупых ошибок, а что сейчас? Парень настраивается молчать как партизан, чтобы их немного проучить.       - Вау, а вы молодцы, - скучающе тянет Рия и два раза хлопает в ладоши. - Во-первых, всегда дослушивайте Императора до конца, как бы вам ни хотелось куда-то уйти. Во-вторых, ехать на задание, не зная куда и зачем, - безумство. В-третьих, мы только следим за вашей работой, а потом даём комментарий, - Макс хмыкнул, но не стал отрицать. Сергей Владимирович такого не говорил, а подруга просто попугать решила ребят. - Смотрите, как Макс скривился. Думаете, он поставит вам выше четвёрки? Дальше...       - Проклятие у нас... вас первого или второго уровня. Точно никто не знает. Скорее всего, имеет источник силы прямо внутри здания. Ищете этот самый источник, уничтожаете и разбираетесь с проклятием. Всё ясно? - Рома обрывает Шатову, решая, потом выскажут, что хочется.       - Ребятки, скоро будем на месте! Готовьтесь, - весело сообщает Анастасия Геннадьевна, которую директор решил отправить как сопровождающего. Ничего кроме как привезти на место и отвезти обратно от неё не требовалось.       Все медленно приходят в движение. Поднимаются с кресла Диана и Катя, скромная тихая девочка с двумя  длинными косичками и круглыми очками на маленьком вздернутом носике. Даром никаким не отличалась, делала всегда всё чисто и аккуратно,  без лишних действий и суеты. Диана скидывает с плеч красивую голубую курточку, сворачивает и убирает в уголок кресла, и достаёт форменную. И вот зачем нужно было ехать в своей одежде? Даже Катя подходит к заданию более ответственно: быстро перешнуровывает берцы, поправляет наколенники и налокотники, нервно подрагивающими пальцами затягивает ремешки на защитном корсете. Шумно выдыхает, расправляя плечи, чем вызывает у старших лёгкую улыбку. Боится, но настроена крайне решительно – достойно уважения.       Анастасия Геннадьевна останавливает машину в паре кварталов от места назначения. Можно было бы и ближе, но защитный барьер будет опускаться большой, чтобы избежать непредвиденных ситуаций. Рия выскакивает из микроавтобуса и, не собираясь никого ждать, накинула капюшон куртки и зашагала по пустой улице.       - Стоять, - на плечо ложится ладонь Ромы и тянет немного назад. – Со мной пойдёшь.       Рия не возражает,протестует немного и успокаивается. Идут молча, не прислушиваясь к разговорам за спиной, каждый в своих мыслях. Пожалуй, Виргински единственный человек, с которым можно общаться без слов. Парень никогда не задавал лишних вопросов, все понимал с полуслова и по одному только взгляду, отвечал кратко и по делу. Они во многом были похожи с Рией: начиная от проблем со здоровьем, заканчивая мировоззрением. Женя в шутку называл их братом и сестрой, которых разлучили ещё в детстве. Не смешно, когда понимаешь, что человек может знать тебя лучше, чем ты сам. Но Шатова знала о Роме всё, и даже такое, за что их двоих бы выставили из академии, не посмотрев на огромный потенциал. И Виргински прекрасно был осведомлён о прошлом и настоящем подруги, и не отказывал себе в том, чтобы иногда ехидно хихикнуть, тонко намекая окружающим, что всё не совсем так, как рассказывает Проклятая. Но выдавать тайны подруги, ставя, таким образом, и свои под удар, Рома не собирался.       - Не дам характеристики ни на Влада, ни на Гришу, - Рия оборачивается назад, находя глазами тех, о ком говорит друг, и согласно кивает. – Хоть убей, но надежду подаёт только Катя.       - Ну хоть ни я одна так думаю... – Рома сверкает глазами, за тёмными линзами очков и широко улыбается. – Если они не установят барьер – Вы не остановите меня, - Шатова резко останавливается и поворачивает голову в сторону. - Чувствуешь?       Конечно же, Рома ощущает духа намного сильнее и, вполне возможно, что он заметил его намного раньше Рии. Виргински хмурится, прикладывая одну ладонь на грудь Рии, а вторую на свою, будто старается создать защиту.        - Бред, - подводит итог девушка и оглядывается назад, на ребят, которые отстали от них на приличное расстояние. - Вот это подстава. Вот почему Сергей Владимирович настаивал на всех нас…       Парень тяжело вздыхает в ответ и первым направляется ко входу в парк. Рия машет остальным рукой, намекая, что нужно поторапливаться, и устремляется вслед за ним. То, что они чувствуют, напрягает. Всегда, на каждой миссии, проклятие ощущалось как данность, как что-то обыденное, привычное. Но в этот раз в воздухе витало что-то давящее, тяжёлое, и от этого пугающее. Рия старается прислушаться к себе и чувствует колебания внутреннего барьера, который от чего-то начал реагировать на духа слишком сильно. Нехорошо, но в жизни приходилось сталкиваться не с таким, поэтому Рия заставляет себя расслабиться, отпустить свою энергию, и даже улыбнуться. Макс видимо тоже почувствовал неладное. Шатова видит это по нахмуренным бровям и напряжённым плечам парня. Женя открывает рот, чтобы задать вопрос, интересующий старших, но Рома выразительно прокашливается, намекая о том, что не нужно пугать остальных раньше времени. К тому же, если что-то действительно пойдет не по плану, они здесь, а значит смогут предотвратить возможные последствия.        - Я иду с Катей, а вы... - Диана осекается, когда чувствует на себе удивленные взгляды ребят, но тут же с вызовом смотрит в ответ.       - Барьер установите, умники, - выплёвывает Макс и отходит в сторону, не в силах больше терпеть такое непрофессионализм. - Я уже не рад, что согласился на эту авантюру.       - Да что ты? Это же новый опыт, зачем просто сидеть в академии, когда есть такая возможность самим чему-то научиться и ещё ребят научить новому, - Рома опускает очки на кончик носа и хитро улыбается, повторяя слова, сказанные Максом ещё в академии.       - Чем быстрее с этим разберемся, тем раньше наябедничаем Императору, что лучшие ученики - не самые прилежные, - разводит руками Рия и морщится. – Отправляйтесь, если что-то пойдёт не так - мы прикроем.       Рия складывает руки на груди и внимательно следит за тем, как Влад и Гриша возводят барьер. Их действия не такие умелые: много резких ненужных движений руками, разговоров. Нет слаженности в работе и сосредоточенности. Шатова тяжело вздыхает и ловит на себе взгляд Кати, которая виновато улыбается и пожимает плечами. Рия хмыкает, кидает взгляд на старших парней, которые тихо что-то обсуждают в стороне, и многозначительно ведёт бровью. Катя ярко улыбается и качает головой. Проклятая её понимает: тяжело поверить в то, что те, кого зовут сильнейшими, когда-то не только не умели устанавливать барьеры, но и не могли отличить первый уровень проклятий от второго. Если бы раньше кто-то сказал, что им будут завидовать и равняться на них, никто бы не поверил. Сейчас говорили: «было бы странно, если бы Четвёрка не была сильнейшей с самого рождения».       - Час или полтора часа, - ехидно протянул Рома, оказываясь за спиной подруги и вглядываясь в спины ребят, которые быстрым шагом уходили вглубь парка.       - Минут сорок,- Женя усмехнулся, уместился на скамейке и настойчиво похлопал ладонью рядом с собой.       И это оказалось правдой.       Рия качает головой, отгоняя ненужные мысли. Сейчас не время поддаваться воспоминаниям: дух уже определил её в разряд жертвы и теперь уверенно загонял в угол. Девушка осторожно выглядывает из-за памятника и тут же прячется обратно. Проклятие в облике огромного волка медленно расхаживало взад и вперёд метрах в пяти от постамента и время от времени негромко рычало. Дух, по всей видимости, чётко определённого уровня не имел: сильнее второго, но мыслить как третий ещё не начал. Рия зло выдыхает сквозь зубы и хлопает в ладоши. В следующее мгновение происходит сразу несколько вещей: рычание мгновенно затихает, и Рия медленно поворачивает голову в сторону, встречаясь с яростным взглядом проклятия. Но не успевает оно кинуться в сторону девушки, как перед ним появляется Скат, увеличившийся в несколько раз, и маг быстро запрыгивает на его спину.       - Думаешь, он отстанет от нас? – дух в ответ резко взмахивает хвостом, и Шатовой приходится опуститься на колени, с опаской поглядывая на раскинувшийся под ними парк. – Отправим Шакала, а как дальше будем – посмотрим.       Ожидаемых результатов появление этого духа не приносит. По сравнению с Волком Шакал похож на назойливую муху. Лишь раздражает, но опасности как таковой из себя не представляет. Вот проклятие в очередной раз подпрыгивает к противнику, рассчитывая задеть хотя бы когтями, но Волк неожиданно приподнимается на задние лапы и отшвыривает от себя. Шакал с громким треском от сломанных веток приземляется в кустах и, поскуливая и поджав хвост, пускается прочь от площади.       Шатова провожает его недовольным взглядом и вновь возвращает своё внимание к Волку. Шакал ничего не сделает, если выберется из парка, а вот этот дух представлял большую опасность. И у Рии впервые не было чётко определённого плана: подчинить и поглотить проклятие сразу не получится, а если и повезёт, то девушка не была уверена, что сможет его удержать. С такими проклятиями всегда было сложно: и уровень не чётко определён, и поймать их сразу невозможно. Вот и сейчас, когда Волк поднимает морду и издаёт громкий вой, Шатова начинает думать о сверхурочных за потраченные силы, время и нервы. Проклятая несильно хлопает по спине Ската, направляя его вниз, немного в стороне от площади.       - Найди Шакала, пока он ничего не натворил, - девушка спрыгивает на землю и провожает взглядом быстро улетающее проклятие. – Эх, была не была.       Рия решительно выходит на широкую дорожку, ведущую к площади. Проклятие реагирует мгновенно: припадает грудью к земле и готовится к прыжку. Между ними остаётся метров пятнадцать, когда девушка вскидывает руки вверх, призывая нового духа. Сотни летучих мышей окружают Волка, образуя вокруг него плотный кокон, не давая ни сдвинуться с места, ни увидеть, что происходит за  его пределами. Это срабатывает, даёт Шатовой время на то, что добежать до него и выпустить ещё одно проклятие. Дух, почуяв соперника, равного по силе, звереет моментально и бросается вперёд, сбивая с ног не успевшую увернуться Рию.       Следующей атаки не происходит. Девушка неспешно поднимается на ноги, отряхивает штаны и куртку. Тяжело вздыхает и оборачивается: между деревьев, запутавшись в сети тонких нитей проклятой энергии, как в паутине, мечется Волк. Рия хмыкает и вскидывает руку вперёд, закрывая глаза. Осталось самое неприятное. А потом её заберёт отсюда кто-нибудь из ребят. Они вернутся в академию, и уже Рома будет требовать ей выходной. Проклятие яростно пытается сопротивляться, но судьба его уже предрешена. Громкий вой – и вот на ладонь опускается небольшой шарик, который девушка, поморщившись, отправляет в рот.       Боль внезапная, хоть и ожидаемая. В этот раз сначала скручивает внутренности, а потом резко отпускает. Ноги подкашиваются, и Рия, закашлявшись, сваливается на землю и с усилием давит рвотные позывы. Она старается не думать, на что похож вкус этого проклятия. Она переворачивается на спину и равнодушно смотрит на небо, где уже начал таять защитный купол. Понемногу возвращается энергия от исчезнувших проклятий.       Голова начинает болеть с новой силой, и Шатова старается не думать ни о чём.