Глава 1 — Смерть придет за мной

— Я пока включу терминал, иди посмотри на церковь, — Леонард бросил напарнику ключи, взятые у местной администрации. Поверхность покрывала легкая ржавчина. Пройдя мимо настенного верстака, Клейн взял крест, соль и рацию, закрепив последнюю на одежде. Прищурив глаза от заходящего солнца, мужчина спустился по трапу фургона. Они находились в сельской местности. В какую сторону ни взглянешь, были только бесконечные поля. Где-то вдалеке, на горизонте, начинали загораться огоньки города. Но здесь были только они с Леонардом, длинная дорога и церковь с небольшой сохраненной рощей. Клейн рассмотрел связку ключей в руке. «Какие старые. Остается надеяться, ржавчина не помешает открыть ворота и дверь» К церкви вела дорога, перегороженная кованным забором с острыми шпилями. Скорее декорация, чем реальная защита. Ворота почти вплотную прилегали к крыльцу. Клейн уже намеревался попытать удачу со старым ключом, но, стоило поднять голову, его душа затрепетала. — Ожидалось, конечно, и все же… Мысль, что их нынешний призрак обитал в церкви, была странной, даже отчасти смешной, и оттого в какой-то извращенной манере была пугающей. Перед Клейном возвышалась внушительная деревянная церковь, выкрашенная в белый цвет. Краска понемногу облупливалась. Центральную часть церкви венчала колокольная башня, оканчивающаяся шпилем. И на шпиле… не было креста. «Протестанты», — неуютно повел плечами Клейн. Обычно он не возражал против минимализма их храмов, но прямо сейчас, зная, кто обитал внутри, от отсутствия привычного христианского убранства становилось жутко. Старая и дряхлая, церковь веяла заброшенностью. Хотя, судя по записям в архиве, за последние десятилетия в ней проводилось пару свадеб, но никто никогда не занимался ее общим ремонтом. Когда-то центр общественной жизни, она дышала пустотой, пытаясь отобрать недостающее у живых. На крыльце, в трещине, едва колыхалась жухлая трава… такая же бледная и безжизненная. Застывший остров среди полей. — Эй, чего замер? — раздался веселый голос Леонарда за спиной, и тяжелая ладонь хлопнула по плечу. Вся таинственная, почти по-своему священная атмосфера, была вмиг нарушена. Клейн только намеревался оставить высмеивающий комментарий, когда над их головами раздался колокольный звон. Охотники вздрогнули и отшатнулись назад. Клейну стало особенно жутко, когда он прислушался. Посещая в детстве церковь с братом и сестрой, он знал. Это был не обычный звон. Торжественный, для особенных случаев. Например, для похорон. Призрак приветствовал их. — Когда капитан говорил, что наша цель низкого уровня, похоже, он сильно ошибался, — тяжело сказал Клейн. — Или, как всегда, что-то забыл договорить, — вздохнул Леонард, поправив две чем-то отягощенные сумки на плече, и опасливо покосился на колокольню. — Ты взял распятие на случай, если Охота начнется раньше ожидаемого? — спросил Клейн. Зеленые глаза напарника светились серьезностью. — Прошлогодний призрак научил меня этому уроку на всю оставшуюся жизнь, не переживай. Клейн по очереди отворил сначала старый замок ворот, потом входную дверь. С усилием открыв ее, охотники зашли вовнутрь. В помещении царил застоявшийся воздух. Теплый и душный. Они попали в подобие прихожей или регистрационной. Впереди стоял стол и картотека. Вниз и вверх уходили зеркальные лестницы. Леонард снял одну из сумок на плече и протянул ее. Клейн забрал датчики призрачной активности, которые им предстояло расставить по зданию. Зеленые глаза Леонарда остановились на нем. — Разделимся. За тобой верх, я спущусь вниз. Больше не переговариваясь, стараясь как можно меньше тратить время, пока призрак не набрался сил и не начал атаку, они разошлись. Клейн начал подниматься по скрипучим ступенькам, старое ковровое покрытие выглядело пыльным и затертым. Поднявшись на второй этаж, мужчина толкнул двустворчатые двери. Перед Клейном предстала прекрасная картина: ряды скамеек заливал рыжий теплый свет из окон. Золотые витражи дарили поразительное чувство величественности и великолепия. Задержав дыхание, впечатленный, Моретти зашел в зал, очутившись под навесным балконом. Впереди возвышался скромный амвон, огороженный темными перилами. Деревянное панно чудесной вырезки закрывало стену. Клейн отвернулся, поморщившись, вспомнив полицейские сводки. Рация на груди затрещала. Раздался голос Леонарда с помехами: — У меня холодное дыхание. Церковь еще предстоит прогреть, но я почти уверен в низкой температуре. У нас есть первый признак. Клейн улыбнулся, задание начиналось неплохо. — Отлично. Наверху пока ничего. Вытащив соль, Моретти просыпал дорожку между проходом и двустворчатой дверью. Затем, спустив сумку и взяв устройства, Моретти начал распределять датчики призрачной активности по залу. Для работы диаграммы активности и поддержания связи необходимо было покрыть ими всю область. И как можно раньше, пока не стало поздно и призрак не вошел в раж. Ноги снова привели его к амвону. Клейн застыл, нерешительно взглянув в центр. Это неправильно, все давно отмыли, но взгляд как будто продолжал видеть бурые пятна посередине. Перед глазами застыл полицейский снимок тридцатилетней давности. Клейн встречался со многим за свое время работы охотником на призраков. В конце концов, приведениями не становятся просто так. Но это… было особенно жутко и развращено. Утром 1974 года было найдено тело пастора в луже крови. Работу даже не старались сделать чисто, как будто добиваясь большей страсти и пылкости. Пастор был выпотрошен. Несколько органов отсутствовало, часть мяса была срезана. Череп проломлен, как будто кто-то разбил его, как скорлупу яйца, пытаясь добраться до самого вкусного. Неизвестный разрушил форму мозга, словно ел его ложкой, и его остатки бесформенной кашей остались в голове. В своем деле следователи написали, что следы разрезов были хаотичные и непоследовательные. Судя по всем признакам, пастора отведали на месте. Церковь была закрыта на неделю, но прихожане начали возвращаться только спустя месяц. Так и не было ясно, кто совершил преступление. Люди подозревали младшего сына пастора. Про него ходили слухи как про жестокого и несносного мальчишку, избалованного своим отцом. Но подтверждения так и не были найдены. Клейн нерешительно поднялся на амвон и, стараясь сосредоточиться на нем, а не на мыслях, возложил еще один датчик на жертвенник. Неожиданно откуда-то сверху послышался смешок. Странный, искаженный, как у человека с пробитыми легким. Клейн резко повернулся. С нависающего балкона на него смотрел человек. Что-то жуткое и неправильное было в том, как он выглядел. Шея выдвигалась вперед, как у голодной птицы. Незнакомец был одет в рваную сутану. Из глаз капала кровь, в правой глазнице застрял крупный фрагмент стекла, как странная аллюзия на монокль. С треском проводки загорелся свет, и охотник вздрогнул. Ожила рация: — Нашел щиток, — радостно поделился Леонард. — Прогреем церковь еще быстрее. — ... У нас гости. Я вижу его. Губы создания растянулись особенно широко. Раздался щелчок, и весь свет в здании снова потух. Проводка справа от амвона сверкнула и зажглась, Клейн спешно затоптал искру ногой. Когда он поднял взгляд, на балконе уже никого не было. Клейн сжал зубы. Рация прошипела: — Только не говори, что мы в самом деле попались на Демона? Клейн скомандовал в рацию: — Уходим! Живо! Крепко сжимая распятие в кармане, Клейн кинулся к выходу. Изломано вытягивая шею, призрак стоял на лестнице и улыбался. Издавая свистящий смех, он двинулся вперед, но Клейн воспользовался преимуществом зеркальной лестницы и обежал с другой стороны, сразу же выскочив на улицу. Грудь тяжело вздымалась. Посреди дороги уже стоял Леонард и, невероятно бледный, смотрел ему за спину. Насмешливо скрежеща, дверь медленно закрылась.

***

Откинувшись на кресло, Леонард перебирал документы. Перед приездом в Церковь, они сняли небольшой номер в мотеле. Шторы тихо колыхались от открытого окна, и в комнату проникала приятная ночная прохлада. С парковки лился свет, где-то лаяли собаки. Клейн удобнее улегся на диване, держа в руках кружку с прохладным освежающим чаем. На фоне жужжал телевизор на минимальной громкости. — Амон Прист, какое милое имечко, — Леонард ухмыльнулся, — Имя языческое, а потомственный священник. Клейн осудительно поднял бровь и отпил еще немного чая. — Есть что-нибудь интересное, кроме его имени? — О, это далеко не все, я еще не закончил. Наш друг не перестает разочаровывать. Причина смерти – смерть от множественных порезов. Судя по всему, суицид. Этот парниша собрал комбо. Понятно, почему его не ждали в раю. — Дай мне посмотреть. Отложив чай, Клейн принял документы. Дата смерти: 3 июня 1976. Несчастный случай. Полицейские сводки составляли всего две страницы, в них почти ничего не было написано. Только то, что смерть пришла от многочисленных порезов стеклом. Несмотря на внешнюю приветливость южных городков, местные жители были полны тайн и недоверия к чужакам. Никто не хотел внимания федералов. Акт каннибализма в Церкви итак был достаточно громким делом. Смерть Амона произошла через полтора года, СМИ не упустили бы такую замечательную статью. Моретти отложил официальные страницы и подобрался к собранным слухам и легендам о церкви, которые растревожили Церковь Ночи – организацию по потусторонним делам, в которой работал Клейн. Прежде чем Красные Перчатки изгоняли нечисть, Ночные Ястребы приезжали на место и собирали информацию. Так с Леонардом они и оказались здесь. Клейн потер переносицу, вчитываясь в текст. К сожалению, только после церкви они смогли забрать присланные почтой документы. Нил, главный информатор их бюро, был человеком старой закалки и все еще не мог смириться с существованием электронной почты.

***

На следующий день они снова вернулись в церковь. Теперь, узнав больше о самом здании и местном призраке, они начали действовать смелее. Амон странно бездействовал после своего яркого дебюта в первый день. Проверив следы в зале, охотники нашли отпечатки ног. Леонард довольно кивнул. — Потоптался. Значит, Мираж вычеркиваем из списка. Оставшаяся вылазка выдалась странной. Им получилось вызвать атаки призрака, но назвать их полноценными Охотами — было сильно… Атаки Амона скорее напоминали подначивания, шутки. Как надоедливая ворона, он «щипал» незваных гостей и разрывал дистанцию на максимально возможное расстояние. Их жизням ничего не угрожало, но из-за слабой активности призрака собрать признаки почти не получилось. Единственная идея, которая увенчалась успехом — проверить радиоприемник. Перебрав разные комбинации вопросов, они наконец получили ответ. Несмотря на все тягостные страдания, второй признак, указывающий на класс призрака, был найден. Их работа продвигалась хорошо. Закончив с заданием, которое требовало его присутствие дома в одиночку, без Леонарда, Клейн быстрым шагом пробирался к выходу, было тихо, призрак не шел в атаку. Неожиданно по коридору разнеслась мелодия звонка. Такая стояла только на двух контактах. Опасливо озираясь, Клейн быстро вытащил из кармана телефон и принял вызов. — Мелисса? — Я надеюсь, ты не занят сейчас? — раздался уставший голос сестры. Уставший и пустой. Моретти помедлил. — Свободен. О чем ты хотела поговорить?.. — Бенсона сократили на работе. Услышанная новость оглушила, кровь застучала в ушах. Бенсон был сотрудником в своей фирме столько, сколько Клейн себя помнил. Это была его жизнь. Клейн подобрался, напрягшись. — Когда его последний рабочий день? Как он? — Неделю назад, — обрубила сестра, что-то внутри Клейна опустилось, — он ходил всю неделю неприкаянный, но мы нашли курсы. Я поспрашивала у сокурсников, и они предложили неплохие варианты. — Я могу чем-нибудь помочь? — Клейн сильнее сжал телефон, — Вам хватает денег? — Клейн… — Мелисса не была зла. Ее голос звучал разочарованным и обессилившим. Взгляд Клейна застыл на старых обоях, ничего не замечая вокруг. Он понял. Проблему решили без него, потому что он постоянно отсутствовал в командировках, и сестра сообщила новость исключительно формально. Сестра, не брат. От него никто не ждет помощи, он ни на что не может повлиять. Чувство, что он упускает родных, с новой силой расцвело в груди. — Почему ты, а не… — Я не подпустила его к телефону, Клейн. С него достаточно переживаний. Ты знаешь, как его волнует твоя работа. Это не просто офис, верно?.. Не надо, Клейн. Не звони нам хотя бы месяц. Дай ему прийти в себя и встать на ноги. Клейн статуей застыл посреди коридора. Над головой завывал сквозняк, проникающий сквозь щели старой церкви. — Я объясню ему, — голос Мелиссы был жестким и бескомпромиссным, — Хорошего вечера. Вызов завершился, Клейн так ничего и не сказал на прощание. Не в себе, Моретти тихо вышел на улицу и сел на крыльцо. Его не волновал ни призрак в здании, ни страшная церковь. Он не замечал ничего вокруг себя. Недавняя удовлетворенность их прогрессом исчезла, оставив чувство вины. В глубине божьего дома сверкнул кусок стекла, врезанный в глазницу. С этого дня все изменилось.