Часть 1

Вдали, величественные горы выступали ввысь, стремясь к вершинам небес, отчаянно пытаясь охватить просторы этого мира. Золотистый Гелиос медленно наклонялся к горизонту, заливая округу тёплыми оттенками жёлтого с красными и даже лёгкими примесями пурпурных полутонов. Необычная комбинация цветов бушевала на небе, словно на холсте умелого художника. Вслед за наступлением заката улетала вдаль стая птиц, которая время от времени вихрем бросалась вниз, то вновь взлетала вверх, изучая бесконечный обитель Бога. Это была девственная сцена красоты, где природа воплощала свой величайший шедевр. Два меха сидели на цветущей равнине. Всего в нескольких шагах от них умиротворенно раскинулся ручеек, сверкающий в ласковых лучах солнца, как живая жемчужина. Однако идиллию момента нарушал тлеющий огонь, время от времени выбрасывающийся потоком из разбитого корабля. Создаётся странный контраст от такого зрелища, будто грань между красотой природы, и хаосом. — Никогда не думал, что эта планетка, горсть земли и грязи, может быть настолько красивой. Изумительно, — начал средний из триады диалог. Слова за долю секунды растворились в атмосфере, оставив после себя лишь отпечаток в памяти. Тан поджал под себя шарниры, еле ощутимо прислонившись к плечу Скрима. Тихо провентилировав, оптика подняла взор, рассматривая пушистые облака и край равнины, практически слившийся в одно целое с сияющим небосклоном. — Да, и впрямь, — отозвался с не свойственной для себя крупицой рассеянности. Окружающий мир будто ушел на второй план, единственное, что имело значение на данный момент — воспоминания о былом времени и непрерывный поток мыслей. — Варпу наверное тут понравилось бы. — ТиСи попытался оживить беседу, но вскоре повисла глухое безмолвие, которое сгущалось в воздухе с каждой минутой. Старскриму всегда было трудно находить подходящие слова в такие переломные моменты; мысли каждый раз путались друг с другом. Но джет все же решил рискнуть и разрядить обстановку: — Только не распускай тут нюни сейчас, — прозвучало грубо. Алый и сам не ожидал такого, — Прости, в голове это как-то иначе звучало. Я хочу лишь сказать, что сидеть и придаваться прошлому, раз за разом вспоминать тот инцидент — не самый лучший выход. Надо смотреть в будущее. Знаю, странно от меня подобное слышать, — на мгновение у обоих появилась глуповатая улыбка. Чего небесно-голубой не ожидал сейчас, так это самоиронию и даже некую пародию на поддержку с его стороны. — Тем не менее, Ская не вернуть, у нас ничего не осталось, и идти нам некуда. Но у нас хотя бы остались мы друг у друга. Я уверен, что Варп не хотел бы сейчас видеть грусть на твоём лице. — Спасибо, я это ценю. — Было приятно услышать нечто подобное. На мгновение, стало немного легче, но как только внимание вернулось к реальной проблеме, с которой они столкнулись, удушающая тяжесть вернулась, напоминая ему о их крайнем плачевном положении. — И все же, как это всё нелепо. — Почему? — Ну, ты только вдумайся в эти слова: мы являемся военными преступниками, не имеющие никакой поддержки, так ещё в добавок застрявшие на этим богом забытой планете. — на фейсплейте застыла нервная улыбка. — Для тебя все так просто. Веришь в лучшее, даже сейчас, — Вздохнув, он продолжил, но на этот раз уже с более приглушенным голосом. — Подумаешь, война проиграна, и теперь нас ищет пол Кибертрона. Пустяки. — Это не так, — возразил сикер, но Тандеркрэкер не стал дальше слушать: — Нет, ты послушай, не перебивай! Ты хоть представляешь, что будет, если нас всё же поймают? — тот отдалился на пару дюймов, так, чтоб видеть лицо сотриадника. — Меня посадят, скорее всего, а тебя казнят. Некоторое время Старскрим слушал собеседника, стиснув денты, но не выдержав переполняющего гнева, он вспылил: — Чтож, простите, что я попытался разрядить обстановку! Тебе что, легче будет, если я начну разводить панику? Ладно! — подкреплял мех свою речь жестами, а на языке так и вертелся резкий ответ. — Не только ты тут в смятении. Я просто в панике! Меня хотят казнить, а тебя на пожизненное посадить. Думаешь, я рад этому?! Я не знаю, что делать. Нет никаких идей, как бы мы могли выкрутиться. Только и остаётся, наивно верить в лучшее. — Тон смягчился, а оптика грузом опустилась куда-то вниз, пытаясь избежать взора ТиСи. Среди сикеров вспыхнуло неловкое молчание. Но вскоре низкий тембр азурного меха рассёк её: — А может нам сдаться? — На это Скрим только в недоумении вскинул надоптиковую дугу, смотря на брата как на умалишенного — Ну, добровольно. Может быть, если мы сами им сдадимся, все обойдётся. — Ты серьезно думаешь, что меня — как предателя и потенциальную угрозу для общества захотят оставить в живых? Вот ради чего? — Стоит попробовать. У нас все равно больше нет никаких вариантов. — сказал поднимаясь с насиженного места. ТиСи направился к кораблю, где раньше разгорались, редкие языки пламени в такт с оглушительным треском. Однако с тех пор от пожара осталось лишь мучительное напоминание в виде еле заметного дыма, изгибающегося в предсмертном танце. — Ха! Желаю удачи, но перед этим обрати внимание на корабль: он буквально расколот пополам. Маловероятно, что панель будет функционировать. — съязвил Старскрим, откидывая с любопытством силуэт брата, а второй лишь цыкнул. — Ты, как обычно, принимаешь слишком поспешные выводы, Старскрим. Впрочем, ничего нового.

***

Разглядывая уже наскучивший пейзаж, бот вновь посмотрел в сторону корабля. Легкое беспокойство кольнуло искру: Вдруг Тандеркрэкер, несмотря на всю безнадежность ситуации, всё-таки нашел способ подать сигнал бедствия? Как не стараясь отмахнуться от назойливых мыслей, но все же Скрим пришёл к выводу, что проведать брата не будет лишним. Тихо двигаясь во мраке к кораблю, его путь освещали лишь редкие лучи луны, пробивающиеся сквозь кучерявые облака. Силуэт разбитого корабля выделялся на фоне ночного пейзажа, приобретая особый оттенок угрозы. Атмосфера так и пронизывалась таинственностью. Казалось, что сама природа пыталась замаскировать в себе следы произошедшего, а ветер как верный компаньон, напивал свою серенаду, только наколяя и без того витавшее напряжение. Бот зашёл внутрь переднего фюзеляжа. В воздухе ещё плавали едва уловимые нотки дыма и гари. А некогда глянцевые стены почернели и потеряли свой прежний вид. Всё-таки, и эту часть корабля достиг огонь. — Тан? — Я тут. Переведя взор чуть ниже, джет обнаружил азурного меха, который, лежа, усердно копошился в пёстром арсенале механизмов основного корпуса панели. Его изящные движения казались тщательно выверенными, точно бы каждое действие было продумано на два шага вперёд, без возможности допустить ошибку. — И что же ты делаешь? — Опустился Старскрим рядом с ТиСи на шарниры, внимательно следя за всем процессом. — Пытаюсь подключить аварийный аккумулятор к панели. Хоть это ненадолго, но система будет функционировать. — Как ты вообще до этого додумался? — задал Скрим риторический вопрос. — А ты не знал что-ли? Обычно в кораблях всегда есть аварийные аккумуляторы. На случай подобных ситуаций. — Не то, чтобы я не знал, — замялся багряный, затем вновь продолжил, — слушай, мне кажется, что это не самый лучший вариант. Может, всё-таки не будем никого сюда вызывать? — У нас нет иного выхода. — Вот ты заладил! "Нет иного выхода". Самому не надоело? — Ладно, раз ты такой умный, тогда предложи мне сейчас какую-нибудь альтернативу! И вновь сикер ставит вопрос ребром. Стар хотел что-то ответить, но как только он набирался смелости, вновь возразить — как слова в пик перед тем как сорваться с уст, теряли свой смысл. В итоге бывший лидер BBC лишь смущённо промолчал, не сумев внятно ответить. — Как я и думал, — самодовольно хмыкнул ТиСи, все ещё копошась в корпусе панели. Внезапно в этот момент система озарилась светом, клавиши искрили с характерным треском, грозясь в следующую секунду снова погаснуть. — Наконец-то, — произнёс, поднимаясь на приводы. Вслед за сотриадником поднялся и Старскрим, нервно окидывая злосчастный дисплей системы. — Даже не думай об этом. — Одернул мех второго за манипулятор, смотря ему в оптику, пытаясь найти хотя бы малейший след понимания. — Я делаю то что должен, — вырвал грубо руку из цепкой хватки. Не собираясь так просто сдаваться, джет загородил тому панель. — Я тебя прошу, не надо. — Да почему ты такой тупой?! Как ты не поймёшь такую простую истину, что если мы останемся здесь, на земле, умрём просто от недостатка ресурсов, а если сдадимся, есть шанс, что нас посадят, возможно даже не казнят. — Ты серьезно думаешь, что сидеть в камере, медленно деградировать, будучи отрезанным от социума — лучший вариант? Это хуже смерти. — Я понимаю, это все ужасно унизительно и страшно, но остаться здесь ничем не лучше. Сам вот подумай. С разочарование опустив оптику, Старскрим, тихо произнес: — Если так хочешь к этим автоботам, то, пожалуйста. Но без меня. С этими словами сикер направился в сторону выхода, трепя в глубине искры колкую обиду на брата, чьи слова, как невидимые капли краски, продолжали расплываться в недрах сознания формируя картины из непонятных ему эмоций и внутреннего диалога. — Стой! Не уходи, — смотрел тот обеспокоенно на удаляющийся силуэт. В панике не придумав ничего лучше, Тандеркрэкер направил дуло нуль-луча в сторону багряного. В эту же минуту джет согнулся пополам, а потом и вовсе свалился с ног, хватаясь за жгущую рану. Выстрел точно поразил крыло, пробив сквозную дыру. Все тело предательски знобило от боли, а вокруг начала проступать небольшая лужица лазурного энергона, излучающего тусклое свечение в темноте. — Я не хотел, чтобы все до этого дошло. Ты меня вынудил. — пробасил сотриадник, опускаясь на шарниры, ближе к Стару. — Возможно, ты не сможешь полностью понять мои чувства и мысли. Однако могу сказать лишь одно: я не хочу потерять тебя, ты единственный, кто остался у меня. Может ты когда-то осознаешь, все что я делаю, это ради тебя. — Ты не вправе решать за меня, — провентилировал с тяжестью. — Просто доверься мне, пожалуйста. — На мгновение на фейсплейте ТиСи мелькнула теплая улыбка. Как же он давно её не видел...