Глава 6

Вышла из ванной, когда зазвонил телефон. Володя держал обещания, и если у нее день только начинался, то некоторые успевали сделать уже десять дел. — Доброе утро, — защебетал в трубке, — я с хорошими новостями. — Здравствуй, Володя, — закатила глаза, благо он не видит. — С хорошими для тебя или для меня? — решила поиздеваться. — Для нас, Ирина Александровна, — хмыкнул. — Все остается в силе, заказчик все так же согласен на три песни, но гонорар готов поднять. И приглашает после выступления заказать все, что пожелаете в ресторане. — Володенька, дорогой— обратилась снисходительно и по-матерински, — тебя что, дома совсем не кормят? — хорошо знал, что она готовит получше любых ресторанов. — Почему же? — выдержал паузу. — Неплохо меня кормят, но в хорошем ресторане не откажусь поужинать. В этом он весь, как кот, корми его, лелей, а он все равно в соседский двор ходит. Если приезжал к ней, всегда был накормлен, но сейчас почти продался за ужин и чуть завышенный ценник за мини концерт. — А чего же поужинать? — подошла к окну, рассматривая белую гладь внизу. — На какое время праздник? — еще не ясно, на что они подписывались, ну пока только Володя. — Семь вечера, — зашуршал бумагой, видимо ища запись, словно у него там целый список на каждый день, — завтра. Ир, соглашайся, — протянул с щенячей интонацией, — пол часа и ты свободна. — Пол часа? — спросила задумчиво. — Для тебя может и так, а мне собраться, доехать, все вместе не один час точно. Не смотря на то, что приехать надо вечером, встать придется раньше, чем она хотела бы. По-любому уйдет целый день, единственный плюс, что это не полноценный концерт. Против корпоративов ничего не имела, хотя не всегда они проходили в столице. Иногда, чтобы отработать небольшую программу нужно ехать, лететь вдаль с командой, музыкантами, тащить с собой наряды и тонны косметики. — Я все организую, — затараторил, как будто она уже согласилась, — от тебя требуется только согласие. Ну, Ир, посмотри на это с другой стороны, работа в Москве, то есть недалеко, хотя я понимаю, что тебе дольше добираться, — имел в виду себя, он не жил за городом, и путь до назначенного места займет по минимуму полчаса, — выступление не десять песен, а всего три. — Кстати, забыла спросить, — это крутилось у нее со вчерашнего дня в мыслях, но ведь она не собиралась соглашаться. — Что за песни? У меня репертуар не из трех и даже не десяти. К тому же ты знаешь, что старые песни я не все согласна петь, надоело. — Попросили исполнить «Пополам», остальное на твое усмотрение, — выдал записанное опять же из важных дел. — Ир, ну соглашайся. Я должен дать ответ сегодня до вечера. — Ты же сказал, что никого не хотят, кроме меня, — подначивала его, шутя, — зачем тогда сроки, если других приглашать не будут? — Ир, я не знаю, — все же не выдержал, — меня попросили сообщить твой ответ. — Хорошо, я до вечера подумаю, — немного пошла на уступки, — но особо не надейся, потому что изначальный мой ответ «нет». — Жду, позвоню вечером, — в голосе появилось оживление. — Пока — Пока, — хмыкнула на его радостный тон. Отключилась, отложила телефон, достала из шкафа футболку и узкие штаны. Домашний стиль, как и настроение, никуда не ехать и ничего не делать. Только дом, отдых и любимая кухня, где она по-настоящему расслабляется и живет другой жизнью. Пока занималась любимым делом, Саша прибежал с улицы. Неугомонные дети, любая погода им не почем, как и для шерстяных друзей человека. Всей толпой они как ураган влетели на кухню, чуть ли не сбивая друг друга с ног и лап. — Вай! — вскрикнула от любвеобильности Цезаря. Подбежав к ней, уткнулся головой в ногу и завилял хвостом, подпрыгивая рядом — Тише, чего вы так разошлись? Цезарь виновато опустил глаза, пока хозяйка его не погладила, а Дуська, словно ждала, когда ей освободят место, затявкала в ногах, привлекая внимание, не обладая таким ростом, как у овчарок. — Доброе утро, Саша, — осторожно переступая, чтобы Дуська не попалась под ноги, обняла за плечи внука и поцеловала. — Что с вами случилось? — показала на собачье семейство, оживленно передвигающееся рядом. — Доброе, — ответил на утреннее приветствие. — Мы на улице играли, — помыл под краном руки и схватил со стола печенье, — бегали, в снегу кувыркались, — откусил печенье и побежал к холодильнику, — веселились короче, — ответил беззаботно. Нашел графин с компотом, принес его на стол. — Давай налью, — предложила Ира, хотя парень он уже самостоятельный, сам неплохо справлялся со всем, — помощник мой, — взъерошила его короткие волосы, — хорошо, когда можно поспать, а собаки выгулянные, — улыбнулась ему с любовью и благодарностью. — Если нужна моя помощь, обращайся, — воодушевился ее похвалой, взял со шкафа стакан и придержал рукой, пока Ира наливала ему компот. — Тебе сейчас нужно чем-то помочь? Осмотрел кухню, видя на столе приготовления, понял, что собирается что-то готовить. — Нет, пока не надо, — отказалась, смотря как внук залпом выпивает весь стакан. — Лучше забери этих непосед, — почесала шею Ники, которая терлась рядом, — иначе они не дадут мне ничего делать. — Хорошо, — поставил пустой стакан, вытер губы тыльной стороной ладони и сразу же побежал в гостиную. — Ника, Цезарь, ко мне! — таким же ураганом, как прибежали, троица умчалась, освобождая кухню. Дуся решила вести себя поскромнее, осталась рядом, но смотрела с надеждой получить вознаграждение за свое примерное поведение. — Хитрая морда, — хохотнула, присела, погладила ее и потрепала за длинный нос, — иди, Саша тебе покормит. Тут же крикнула внуку, чтобы насыпал собакам корм. По шуршанию и цоконью по полу когтями поняла, что ее просьбы исполняется. Внук помощник самый лучший, жаль, что скоро закончатся каникулы и он снова будет приезжать только по выходным. А потом и у нее начнутся дела, работа и разъезды по городам. Слышала шум, как возятся собаки и голос Саши, но мыслями уже была далеко. Пока руки занимались приготовлением, думала о предложении поехать на корпоратив. Ужин и высокий ценник не интересовали, цену себе знала и если никуда не хотела, могла назвать и миллион долларов, только бы все отстали и не дергали. А этот или эта оказались настырными, но купило ее то, что выбрали песню «Пополам». Любила ее и проживала по-своему, но именно суть, заложенная в словах, несли понимание, что такое любовь и какая она должна быть. Отношения родителей были такими, она видела это с детства, как один уступал другому, как мама или папа чем-то жертвовали ради мира в семье и благополучия. Человек, который просит исполнить такую песню, явно вкладывает в понимание любви больший смысл, чем остальные. И сейчас она уже не знала, что ей делать. Как минимум хотелось увидеть этого человека. Ведь из всего ее репертуара он выбрал именно эту, но остальные, коих было всего две, на ее усмотрение. К тому же казалось крайне странным платить как за концерт, но просить всего три песни. Любопытство и здравый смысл сейчас противостояли в ней. Ведь она обещала семье быть этот месяц дома и посвятить время им, тем более мама только из больницы. Нет, оставить ее она не может, хороша дочь, пообещала быть дома и сказала, что работы целый месяц не будет. Чтобы пока не думать над этим, включила телевизор, отвлекаясь на него и приготовление десерта, захотелось приготовить что-то легкое и в очередной раз побаловать родных. — Мамуль, ты тут опять кулинаришь? — Лала спустилась из своей комнаты, вдыхая невероятный аромат сладкой выпечки и ванили. — Я хотела пирожков напечь. Как ты на это смотришь? — Если тебе хочется, то конечно, — сама взбивала сливки, — я только за, хоть и есть практически не буду, — развела руками, показывая идеальную талию, — иначе отпуск на пользу мне не пойдет, — рассмеялась. — Да ладно тебе, — Лала обняла ее, — с фигурой у тебя все в порядке, — очертила руками ее силуэт, — фору всем дашь. — Ой, ой, ой, — улыбнулась, — даже не пытайся, пирожки я есть все равно не буду, — хмыкнула, посмотрев на дочь с хитрым выражением лица, — максимум один, — показала указательный палец, — и то только днем, вечером не буду. Диет строгих у нее не было, но все же понимала, что пока она отдыхает и не ведет активный образ жизни, каждая плюшка идет ей не в пользу. Заняв кухню, обе хозяйки занялись каждая своим делом. Лала тестом, Ира продолжением своего десерта. Запахи смешивались, создавая от нахождение на кухне двух женщин, которые друг другу при этом не мешали, атмосферу наполненного и уютного дома. Уют был всегда, и для этого им достаточно было одного мужчины в доме. Жужжание миксера, хлопание дверцы в шкафу и монотонно, как будто за кадром телевизор издавал звуки. И ничего не надо, дом, семья, дети, мама. Счастье состоит из мелочей и имея почти всегда загруженный график, большую часть времени далеко от родных, можно пообщаться только по телефону. — Мамуль, как ты себя чувствуешь? — приготовив небольшие пирожные со взбитыми сливками, Ира вышла в гостиную, где была Серафима Михайловна. — Хорошо, родная, не беспокойся, — положила ладонь ей на предплечье. — Вот вышла, хотела чем-то заняться, а то так и буду продолжать валяться в постели, как в больнице. — Отдыхай сколько угодно, — улыбнулась Ира, — иди садись за стол, — показала в сторону кухни, — сейчас накрою. Мама послушно пошла к столу, а Ира на кухню. Вместе с Лалой сервировали стол и принесли угощения. Позвав Сашу, всей семьей разместились за столом. Мальчик как всегда, скорее спешил поесть и не рассиживаться за столом. Женщины никуда не спешили, приготовление для родных доставляло удовольствие, еще приятние было пообщаться, даже если темы для разговора были уже много раз озвучены. Можно обсуждать просмотренный фильм, прочитанную книгу, вспоминать события из жизни, и не важно, чьи они. В этом доме все важны, а родных, в частности маму, прожившую дольше всех, было слушать еще интереснее, ведь ее профессия была почти такой же, как у Иры. И если сейчас в их доме появлялись знаменитые гости, то в Ирином детстве это были именитые артисты того времени, которые на сегодня уже стали историей в культуре народа. Слушать о том, как они вместе с папой выступали на одной сцене, когда еще мама была на пике карьеры. Ничего удивительного, что у двух очень талантливых людей дочка станет не менее популярной и заслуженно любимой поклонниками. — Мам, может еще чая? — собрав почти все со стола, Ира осталась с мамой, а Лала продолжила возиться на кухне. — Спасибо, Ирочка, — ласково улыбнулась дочери, — больше не хочу. Успокойся и посиди, бегаешь все время. — Ну, а что мне делать? — поставила локти на стол и подперла ладонями подбородок. — Могу себе позволить, — хмыкнула, — ехать никуда не надо. — Это хорошо, что ты дома, — мама поставила пустую чашку на блюдечко и отодвинула немного в сторону, не давая Ире дотянуться и унести. — Похорошела, — довольно смотрела на дочь, — не дергаешься и нервничать перестала. — Повода нет, — Ира поняла, куда клонит мама, — а это, — показала на лицо, — результат ухода за собой и хороший сон. Но да, в этих стенах я по-настоящему отдыхаю, тем более когда родные рядом, — протянула руку, сжав мамины пальцы. Зазвонил телефон из кухни, Ира встала, быстро прихватив с собой мамину чашку, пошла в сторону звука, Лала вышла навстречу. — Володя, — посмотрев на экран, сказала Лала, протягивая телефон. — Вова, ты когда-нибудь успокоишься? — поставила чашку на стол и уперла руку в бок. — Я же сказала, что подумаю, а не давала стопроцентное согласие. — Ир, подожди, — попытался оправдаться, — я же говорил тебе, что двадцать седьмого у тебя эфир? — Блин, Вова! — психанула. — Даже если бы забыла, еще три недели до этого срока. Попозже нельзя было напомнить? Обернулась, глядя на удивленный взгляд мамы и, чтобы дальше не говорить при всех, ушла в другую комнату. — Ира, ну я решил тебе напомнить, — шумно выдохнул, — чтобы ты не планировала ничего на этот день, отметь себе по возможности где-то. — Хорошо, — села на диван, нервничала от того, что он ее постоянно дергает, — я не буду планировать. Но и на завтра я тоже ничего не планировала, — высказала ему ранее озвученное предложение. — Кстати, — быстро ответил, как бы невзначай, — я звонил заказчику, сообщил, что ты пока думаешь. Он предложил послать за тобой машину, забрать из дома и отвезти домой после выступления. Поняла, зачем опять позвонил, эфир был лишь предлогом, все ещё не оставлял надежды склонить ее к положительному решению. — Не надо, — ответила резко, — я сама доберусь, — встала, собираясь вернуться на кухню, считая, что диалог исчерпан, — если все же соглашусь, — добавила, чтобы он понимал, что не стоит надеяться. Попрощавшись, пришла в гостиную, мама перешла уже на диван, удобно расположившись, просматривала журнал, одев очки. Заметив присутствие дочери, посмотрела поверх очков, задавая немой вопрос. — Что опять? — положила ладонь на диван, приглашая присесть рядом. — По работе что-то случилось? Мама слишком хорошо ее знала, и скрыть свое состояние было трудно, тем более, что она с Лалой и так почти все слышали. — Все хорошо, — села рядом, — просто Володя с ума сходит, — посмотрела недовольно. — Предложили завтра выступить в ресторане, платят как за концерт, но спеть надо только три песни. — Ну и чего ты тогда так нервничаешь? — положив журнал на колени, сняла очки, внимательно изучая реакцию дочери. — Вопрос же решаемый. Если хочешь едь, не хочешь не едь. Лала тоже пришла и присела в кресло с кухонным полотенцем в руках, вытирая им мокрые руки. Разговор она слышала и примерно понимала о чем идет речь. — Я сама не знаю, — придвинулась ближе и склонила голову маме на плечо, сбросив тапочки, забралась с ногами на диван. — Вообще не хотела, — приподняла голову и посмотрела маме в глаза, — тем более тебе обещала, что буду свободна. Я сразу отказалась, но Володя не дает покоя, да и я сама уже начинаю думать, что может все-таки согласиться? Просят исполнить всего три песни, одна из которых «Пополам». Вы с Лалой знаете, что для меня эта песня много значит. И это первый человек, кто попросил ее обязательно включить в программу. Если бы не этот факт, отрицательный ответ так бы и остался утвердительным и неизменным. С утра думала о том, как поступить. Как минимум совесть не давала ответить «да», ведь пообещала близким, что будет свободна в этот месяц. — Ира, если хочешь, поезжай, — мама одобрительно кивнула и погладила ее ладонь. — Я уже не лежу, видишь, — развела руками, — Лалочка здесь, так что к дому мы тебя не привязываем. Делай, как считаешь нужным, если у тебя к этому душа лежит. — Ну да, — подтвердила Лала, — я всегда на подхвате, — улыбнулась, поддерживая маму в любом решении, — Хочешь, поезжай, мы справимся, — посмотрела на бабушку, кивнув. Была благодарна дочери за поддержку, да и мама понимала ее еще и с той точки зрения, что сама была артисткой, выступала на сцене. Поэтому чувства, испытываемые Ирой, ей были тоже знакомы. Она знала, как это, когда тебя ждут и хотят слышать именно твой голос. Тщеславие это или признание, не ей решать, но хотелось облегчить дочери выбор. — Мам, — обняла ее, — ты у меня самая лучшая! — улыбнулась, сев прямо. — Спасибо тебе. — И ты у меня лучшая дочь, — мама искренне радовалась, что Ира перестала сомневаться в своем решении, — Горжусь тобой. — А как же я? — Лала шутливо возмутилась такому положению дел. — А ты у меня самая лучшая дочь в мире, — тут же исправила ситуацию Ира. И нисколько не соврала, ведь для нее это так и было. У нее прекрасная, добрая, понимающая, красивая и талантливая дочь, которая подарила ей горячо любимого внука. Ира не уверена, что она была лучшей мамой для Лалы, но дочь у нее на зависть всем. — Иди к нам сюда, — протянула руки для объятий. Лала подсела рядом и обняла их обеих, три женщины весело рассмеялись. Получив от мамы и дочери поддержку, ушла к себе и перезвонила Володе, сообщив, что она согласна на предложение. Только на условии, что приедет, исполнит три песни и уедет. Никаких банкетов, оставаться на празднике заказчика не собирается, как и сидеть за столом в присутствии гостей. Попросила, чтобы именно этот момент обговорил и дал ей гарантию, что после исполнения она уедет. Люди бывают разные и некоторые ведут себя как хозяева жизни, с такими сталкивалась, но такие вряд ли бы попросили настолько жизненную и лирическую песню. На следующий день, выспавшись, встала довольная. Нужно собрать все необходимое, даже на несколько песен, нужно выглядеть как подобает. С нарядом пока не определилась, черное платье это ее постоянный спутник, но которое из них еще не знала. Выехать надо после обеда, дорога до Москвы займет не меньше двух часов. Пусть даже Володя приедет раньше и подготовит со звукорежиссером минусовку, ей надо будет навести марафет и переодеться, это еще пол часа. Собравшись, попросила водителя забрать сумки и попрощавшись с родными, поспешила за ним вслед. До этого была в городе, пока мама лежала в больнице, но сейчас пришлось ехать почти в центр. А здесь она последний раз была за неделю до нового года. Привыкла уже к своему тихому поселку, уютному дому, даже непривычно было возвращаться во всю эту суматоху. Припарковавшись, водитель помог выйти и, захватив сумку и платье в чехле, пошел за начальницей. Возле заведения встретил Володя, забрал все аксессуары и поприветствовал Иру. — Ну здравствуй, Володя, — скривилась якобы с недовольством. — Добился все-таки своего? И все это ради ужина? — кивнула на окна заведения. Не наблюдалось пока гостей, да и внутри, когда вошли, было тихо. — Ир, — подставив локоть, прошел с ней внутрь со служебного входа, — для тебя стараюсь, вообще-то, это все же лучше, чем ехать на концерт вдаль и отрабатывать пятнадцать, а то и двадцать песен. — Да ты ж мой заботливый, — выставила губы, — только у меня вы-ход-ные, — сказала по слогам. — Вот если бы это в другое время, то пожалуйста. Но все таки я уже приехала, что теперь препираться. Только пожалуйста, на будущее больше так не делай, даже если взамен предложат этот ресторан. По внешнему виду пока сказать ничего не могла, в зале еще не была. Коридор много о заведении не скажет, темный ковролин под ногами, серые стены. С улицы обратила внимание на большие затемненные окна, через которые почти не просматривалось само заведение. Володя довел ее до двери, предложив небольшую комнату в качестве гримерки. Под эти нужды она не была предназначена, но стол с зеркалом и стул имелся. Оставив вещи на кресле в углу, разделась, чтобы сделать макияж. Володя убежал доделать все приготовления. Потом вернулся, сообщив, что все готово, осталось только дождаться ее. — Да, еще минут десять и я тоже буду готова, — ответила на его отчет. — Мы тебя ждём, — прикрыл за собой дверь, за которой послышались удаляющиеся шаги. Закончив макияж, внимательно посмотрела на себя. Все как для концерта, подчеркнула подводкой глаза, снова растерла помаду губами, добавляя объема. Достала платье из чехла, без корсета, иначе бы она сама его не надела. Но все подчеркнуто, как всегда, открытые плечи, декольте и скромная юбка, насколько можно это для императрицы. Все таки она сюда ехала не соблазнять, но быть женщиной во всех ее приятных аспектах никогда не забывала. Снова покрутилась перед зеркалом, уже при полном параде. Все на месте, все красиво и как надо. Поправила прическу, над которой потрудилась еще дома и вышла в коридор. Пусто и тихо, даже не понятно куда идти. Дальше по коридору заиграла музыка, наверное ее команда там. Пошла на звук, не кричать же, чтобы дождаться кого-то. Но нигде ее никто не ждал. Словно она одна осталась в этом заведении. Два человека из ее команды как будто растворились, хотя она предупредила о времени, уже должен был прийти Володя за ней. Приоткрыв дверь, из-за которой слышалась музыка, заглянула внутрь. Полумрак, но впереди видно свет, хотя и не яркий. Ей даже не дали микрофон, не говоря о том, что они не настроили вместе звук. Володя напрашивался на хорошую взбучку, неужели уже тусил с гостями. Пройдя вглубь, вышла в большой зал со столиками. Все были накрыты скатертями, но никаких блюд и сервировки. Под стеной небольшая сцена, стойка с микрофоном и две большие колонки. Ей ничего не оставалось, как дойти до сцены. Все еще ища глазами Володю и своего звукорежиссера. Подошла, покрутилась на месте, взяла микрофон, постучала по нему, есть ли звук. Техника отозвалась издав глухой звук. — Ну нормально, — недовольно обернулась. Ребят нет, гостей тоже. Когда ей выступать и для кого, являлось загадкой. Музыка стихла, и за столиком в углу зажглись свечи. Мужчина в костюме, стоящий к ней сейчас спиной, обернулся. Встретившись с ним взглядом, перестала дышать, не понимая, как он здесь оказался. Довольно улыбаясь, он сложил руки на груди. Все это время наблюдал за ее появлением, а потом и разочарованием от пустого зала. Ее помощника со звуковиком он отправил на отдых, расплатившись заранее, пообещал позаботиться об их начальнице. Конечно, они препирались, так не принято, и оставить ее одну они не могут. Пришлось признаваться, что они знакомы и он хочет сделать ей сюрприз. Очень попросил все не испортить, и все-таки после уговоров они сдались. И вот она перед ним, умопомрачительно красивая. Глаза скользили от губ к шее, плечам, декольте. Дыхание перехватывало, сердце стучало, отдаваясь в ушах. Все бы отдал, чтобы любоваться ею целую вечность. Последнее, чего она могла ожидать в данный момент, это встреча с ним. Все дни с их расставания не могла забыть, думала о нем, и вот он перед ней. Довольно улыбается, запланировав все заранее. Тот самый заказчик. — Ирина Александровна, — подошел ближе и протянул ей ладонь, приглашая пройти в зал. Резко развернулась, забыв оставить микрофон, пошла туда, откуда пришла. Злость, непонимание, раздражение, все чувства смешались. Как он мог? Что за насмешка? Почему не мог просто приехать к ней? Ускоряя шаг, вышла в коридор, спеша к гримерке. — Ира! — крикнул и понимая, что она не остановится, ускорился, догнал, взял за руку, останавливая. — Подожди. Не разворачиваясь, выдернула руку, спеша к заветной двери. Дойти до нее, чтобы хотя бы закрыться и остаться одной. — Остановись, — выставил руку, не давая открыть ей дверь. — Не уходи, я все тебе объясню…