Бабушкина катушка

      Эта катушка вылетела из коробки с елочными игрушками, когда Карина доставала шарик, чтоб нарядить ёлку. Старая, деревянная с ГОСТом еще старой эпохи. Она, словно юла крутнулась в воздухе и покатилась по полу уже у самого коридора.       – Да стой же ты, неугомонная! – Карри бросилась следом, едва не уронив коробку, но, как и в прошлый раз, её опередили.       Ловкие пальцы Ингварра схватили предмет и он задумчиво покрутил катушку, разглядывая.       – Представляешь…       – Как и тогда! – улыбнулся он, подошёл к любимой и крепко обнял. – Как и тогда, любовь моя.       Праздничное настроение, какое оно праздничное, когда сестра в больнице всё ещё между жизнью и смертью? Когда Герман мечется между домом, работой и больницей, а Вася и Эд плачут дни напролет и требуют маму. Да ещё это! Она с грустью посмотрела на пустую колыбель и Василисины рисунки их новой семьи. Как объяснить детям, что у них не будет братика?       И все же, детям нужен был праздник! Карина съездила в село, выписала пушистую сосну в заказнике и даже заплатила мужикам, чтоб установили ее в гостиной. Теперь же она была занята развешиванием игрушек на пушистые ветки. За окошком сыпали крупные белые хлопья, а настроение было, будто шел очередной питерский дождь. Хотя, дети проснутся, будут счастливы.       Она не заметила, как за очередным, вынутым из коробки шаром, потянулась красная ниточка, а следом вылетела старая бабушкина катушка с остатками ниток. Взвилась в воздух, раскручиваемая нитью, как юла и кинулась в коридор. Как она там оказалась? Карина проследила за ней глазами и вдруг катушку поймали длинные пальцы. Она подняла глаза. Ингварр, весь снегу, бросил сумку на пол и взгляды их встретились. Он, раскрасневшийся с мороза, с поблескивающими в темноте прихожей колдовскими глазами, она, бледная, безумно усталая и осунувшаяся.       Он сделал шаг навстречу, когда она встала и медленно подошла, когда замахнулась рукой, намереваясь опустить на его лицо… и не смогла. Разревелась, словно девчонка и ткнулась лицом ему в грудь. Ингварр же обхватил ее лицо руками, принялся осыпать короткими, жадными поцелуями холодных с дороги губ.       – Всё хорошо, она поправится, обязательно поправится, – шептал он между поцелуями, – это она меня прислала.       – Она не хотела, чтобы мы встречались, – всхлипывала Карина.       – Теперь хочет. Давай украсим ёлку. Нашим племяшам нужен праздник, – а сам уже шарил руками по ее телу, задирая платье. После короткого, страстного приветствия, украшали елку и смотрели старый фильм о любви.       Дети с утра были безумно рады наступающему празднику, даже забыли на какое-то время, что мамы нет рядом, а от Кати внезапно пришло сообщение:       “Я выписываюсь к Новому году. Кроватку не разбирать!” – гласило оно. И все. Никто не знал, какой сюрприз ожидает их в Новый год. Катя вернулась домой с ребенком и сколько бы Карина не спрашивала – не добилась ответа, откуда появился малыш.       Ингварр подошёл к ёлке и повесил на нее старую катушку-символ такого странного и счастливого Нового года в их семье.