Пара

      – Игрушки у вас на елке просто замечательные! – Карина вертела в руках маленькую, размером чуть больше стеклянного шара, барашку с искусно вырезанными кудряшками и стеклышками вставленными в глаза.       – Да, – Таня разливала чай по чашкам. Дети во дворе брали очередной снежный городок с мужчинами, – это Андрей со старшими парнями резьбой занимаются. Завет Петрович же тоже резьбой занимается, вот он от деда и перенял.       – Да, Герман тоже пытался, – Катя усмехнулась, вспоминая, как ругался муж, когда в очередной раз порезал пальцы, остругивая заготовку.       – Ой, у нас этих фигурок, игрушек! – Татьяна зашла за печь и вытащила целую коробку, бряцнувшую древесиной.       Сестры ахнули, удивленно, когда первой же находкой вытащили куклу в длинном искусно вырезанном платье. Каждая складочка драпировалась очень красиво, будто не дерево это было, а настоящая ткань. Лицо было чуть грустное, склоненное, короткие волосы вились небольшими волнами.       – Красота! – прошептала Карина, вертя фигурку в руках.       – Это я, – грустно усмехнулась Таня.       Там наверху, в спальне есть еще такая же фигурка. Только ту обнимает мужчина со шрамом на лице. Она нашла ее в его избе, когда пришла за чистыми вещами. Егерь лежал дома, тяжело раненый, было непонятно, оправится от ран или нет. На тот момент они не разговаривали уже несколько месяцев, но раны, полученные им, растопили обиженное сердце.       Фигурка валялась в углу и была настолько неприметной, что Татьяна, по началу, даже не заметила ее. Лишь выходя, что-то толкнуло посмотреть ее в угол, затем схватить и понести домой. Лишь там она внимательно разглядела поделку. Двое человек, обнившиеся, в руках у женщины что-то типа сердца. Лишь один изъян, фигурка будто треснула, разделяя пару, оставляя на мужском силуэте тяжелый скол, словно раны. Его раны. и сердце треснуло практически пополам.       В тот раз Таня разрыдалась, глядя на испорченную композицию, а на следующий день понесла фигурку знакомому краснодеревщику, прося практически о невозможном – починить. Через несколько дней краснодеревщик вернул ей фигурку. Тела вновь были накрепко прижаты друг к другу. Лишь едва заметный рубец рассказывал сложную историю этой пары. Да и сердечко у женщины в руках вдруг стало неотвратимо напоминать ребенка.       После этого Андрей начал выздоравливать, а Таня поняла, что не может больше без него, что они ничто друг без друга, что они теперь не одни. Она первая пошла на примирение.       Татьяна повертела фигурку женщины в руках и в этот момент где-то в коридоре раздался звон разбиваемого стекла.       – Ну, начинается, – вздохнула Карина, – пришли последствия излишней активности маленьких и больших детей!       – Починят! – обреченно махнула рукой хозяйка дома. – Тут месяца не проходит, как бы чего не разбили! Хотя, придется убрать. Подождите немного. Я сейчас! – она взяла веник, но мысленно была там, рядом с их фигуркой. Рядом с семьей.