3

                            Самого утра кто-то ломился в нашу дверь. Теперь я задумываюсь о том, чтобы завести какую-то собаку, чтобы никто чужой не смог бы войти без приглашения.        Дэвид с утра по раньше уехал по роботе из-за срочного звонка его заместителя.        Открыв двери, заметила у входа двух странных мужчин. Высоких, мускулистых, как охранники какого-нибудь клуба. Элитного к тому же. С недоверием взглянула, ведь, это могли бы и мошенники. Или ещё кто-то. Первый, с темными волосами и выразительными голубыми глазами, посмотрел за мою спину, явно обходя взглядом дом. Я недовольно поджала губы, стараясь быть более милой с незваными гостями.        — Вы, кажется, ошиблись домом? Кого-то конкретного ищете? — спросила, выходя вперёд и прикрывая двери. Второй, так же брюнет, но глаза были теплого коричневого цвета, прищурился.        — Мы просто спросил, — проговорил голубоглазый, достав из внутреннего кармана пиджака телефон. Что-то клацая, поднося ко мне. — Вы не видели эту девушку? Она нам нужна просто, сбежала, — на изображении была Анника. Только, казалось, фото сделано в юные года. Я попыталась сохранить бесстрастное лицо, хотя мое сердце, казалось, громко стучало от волнения.        — Сбежала? — уточнила, удивлённо рассматривая фото, как будто бы впервые вижу ее.        — Да, моя жена, — первый мужчина забрал телефон, когда тот завибрировал, а далее сверху появилось сообщение. На долю секунды я увидела лишь пару слов «Поскорее найти…»        — Извините, не видела. Можете спросить у соседей, возможно они и встречали, — я бросила взгляд на открытую дверь забора, где показывался край машины. Черная. А далее номерной знак, но не полный. — А почему сбежала?        — Да так, повздорили, — засунув телефон, мужчина ещё раз взглянул в дом, через окно, словно кого-то увидел. Я лишь надеялась, что Анника не проснулась, не спустившись в гостиную, ведь из окон было хорошо видно первый этаж. Они были панорамные в пол от потолка.        — Тогда и на этом спасибо, — проговорил второй, отворачиваясь и за ним последовал первый мужчина. Я выдохнула, закрывая двери, чтобы пойти и закрыть замок ворот.        Из-за спины увидела небольшое выпуклое место, лишь гадая, что там. Пистолет? Или… Нож. Возможно и то, и другие, но спрятано очень плохо. Они вышли, сев в черный джип. Я закрыла двери, несколько раз поворачивая ключ и включив охрану безопасности. Наверное Дэвид забыл, когда уходил. Хоть бы меня разбудил, чтобы я включила.        Я положила руки на металлическую поверхность ворот, прижавшись лбом. Это же не те, которые убили мужа Анники…? Они, похоже, преследовали её, раз добралось сюда, так ещё и ходят по домах. Ей здесь опасно, очень. Они ведь знают, что она здесь. Возможно, подождав ещё пару дней, подумают, что ушла. Да, возможно, так и будет.        Я вернулась в дом, заметив стоящую девушку. Она выглядела грустно, поджимая губы.        — Из-за меня у тебя проблемы? Они почти нашли меня… — последнее она прошептала, прижимая к груди ребенка, который лежал в руках. Но после его протеста посадила на руки, ведь он хотел играть с её украшением на шее. Небольшой медальон.        — Все хорошо, они ушли, — уверила я, подходя к окну, закрывая плотными шторами. — Я бы хотела знать все… Чтобы тебе помочь.        — Ты никак не поможешь, Вики, даже, если попытаешься, — проговорила девушка, подходя ближе к дивану в гостиной. Присаживаясь, она рядом с собой посадила Лаззора. — Они…        — Могут убить? — после пару секундной паузы, проговорила, подходя ближе к ним.        — Да. Нам нельзя здесь быть, а точнее — мне, — Анника о чем-то задумалась. Мне не понравились её слова. В них что-то было, что меня встревожило.        Возможно то, что я не хочу, чтобы они уходили…        — Почему? Можете остаться на ещё один день.        — Зная меня, ребенку не будет жизни. Нужно уехать мне, далеко. Думаю, на родину, но… Не думаю, что родные примут, — я присела рядом с мальчиком, который забавлял себя игрушкой, зайчиком, подкидывая и вдавливая в кровать. Улыбаясь и радостно вскрикивая, он начинал грызть его.        — Позвони и спроси. Можете завтра уйти, ведь, сейчас не стоит, раз они ищут тебя, — я вытащила телефон из кармана, притянув девушке. Та, колебалась, но все же взяла. Начала набирать номер, никуда не уходя.        Я взяла вторую игрушку, тоже похожего на зайца, начиная играть с Лаззоро, а так же щекоча. Долгие, словно тяжёлые гудки раздавались по комнате. Анника вздохнула. Я видела, как ей было сейчас тяжело. Но после раздался голос, мужской, холодный и старческий на другом конце телефона.        — Hvem er du og hva trenger du? — Анника сжала пальцы на ткани штанов. Похоже, это был её отец.        — Det er meg, pappa, — её голос был слегка хриплый.        — Mannen din var utro, gjorde han ikke? — с некой усмешкой послышался вновь голос мужчины. На глазах Анники появились слезы, которые она убрала титульной стороной ладони.        — Jeg er glad for å høre deg… Men nei, han ble drept, — одинокая слеза все же скатилась по щеке.        — Jeg visste at han ikke hadde lenge igjen å leve. Og det er bra at jeg døde.        — Pappa… — обессилено прошептала. Её руки дрожали, именно та, которой держала ребенка. Я слегка прикоснулась и Анника посмотрела на меня. Кивая ей, я подхватываю Лаззора к себе, начиная вновь играться. Мальчик не кричал, а тихо и увлечённо игрался, словно догадывается, что нужно быть тихим. — Disse menneskene vil drepe meg og sønnen min. Jeg vil hjem…        — Du kommer ikke tilbake. Jeg kastet deg ut, husker du? — перебил мужчина, грубо проговаривая. Не знаю, что у них за диалог, но Аннике от него не по себе. Она удивлённо посмотрела вперед. В одно мгновение хотела что-то сказать, приоткрывая губы, но после, закрыла, молча плача.        Мужчина так же ничего не говорил. Между ними настала тяжелая, пронзительная тишина, которая усиливала боль. Похоже, её отец не слишком горит желанием и идеей о ее возврате. Ведь, все поведение девушки об этом лишь говорит. Она поджала к губам руку, тяжело дыша. Но после проговорила, быстро отключая телефон:        — Takk for det, pappa. Det var hyggelig å høre stemmen din.        Положив телефон на диван, зарылась пальцами в волосы, ставя локти на коленки, согнувшись плечи. Мне было самой не по себе. Сердце разрывалось от того, что сейчас у этой милой девушки никого нету. Брошенная, одинокая, с детем. Родителям не нужна, они, казалось бы, отказались от нее. Никого роднее нету. Мужа потеряла, сбегая от каких-то преступников, которые хотят убить ее, почти найдя. По моей щеке скатилась слеза… Я приобняла ребенка, смотря на Аннику.        Поставив чайник, просматривала на поникшую девушку. Мой телефон в эту минуту зазвонил, привлекая внимание. Взяв его, увидела имя подруги. Кэра мне не звонила с тех пор, как к нам пришла Анника.        — Привет, — взяв телефон, ответила на звонок, кидая чайный пакетик в чашку.        — Привет! — радостно проговорила. Я услышала на заднем фоне лёгкую музыку. Похоже всего было на саксофон и флейту, а так же гитару. — Давай встретимся сегодня на нашем месте?        — Не думаю, что получится… — боковым взглядом смотрю на диван. Оставлять их одних глупо…вдруг те мужчины вновь придут, и Анника откроет дверь. Увидев ее, они украдут… Или убьют сразу в доме.        — Ну блин, Вики, — разочаровано вздохнула. — Я понимаю, там у тебя гостья, но, Уокер, обо мне не забывай, — слегка раздражённо проговорила.        — Я не забыла, просто трудности. Давай встретимся завтра? — снимая закипевший чайник, наливаю кипяток в чашки. Лаззоро попытался подняться, и рыжеволосая девушка ему помогла, пристраивая к изголовью дивана.        — Я думала сегодня, — недовольно проговорила, сделав длинную паузу. Сделав чай, я движением руки подозвала Аннику к себе, чтобы присела за стол. Она взяла ребенка на руки, который тянулся за игрушкой.        — Правда, не могу. Завтра, вечером, на нашем месте, хорошо?        — Ех, ладно, черт с тобой, Уокер, — посмеялась в трубку Кэролайн. — Только не опаздывай!        — Хорошо, — проговорив, я отключила телефон, сев рядом с девушкой. — Можно? — бросая взгляд на сидящего на коленях Лаззоро, улыбаясь спрашиваю. Анника кивает, аккуратно пересаживая его.        Я широко улыбаюсь от радости, прижимая слегка ребенка к себе, обнимая. От него приятно пахло, чем-то сладким и лёгким, словно ромашкой. Рыжеволосая отпила чай, бросая взгляд за мою спину. Там висела наша с Дэвидом фотография.        — Давно вы вместе? — поинтересовалась она.        — Семь лет как… Время так быстро пролетело, — последнее прошептала, улыбнувшись, вспомнив, как впервые встретила юного Дэвида, который был душой компании. Он и сейчас такой, просто более сдержанный.        — Семь лет, много. Тебе, наверное, уже тридцать? — прямо спросила, немного неловко отводя взгляд.        Тридцать? Я что, и в правду выгляжу как тридцатилетняя?        — Мне двадцать семь… — смущённо отвечаю, повернув голову назад, к фотографии. Там нам с ним по двадцать один. Мы в больнице, меня выписывали. Я видела как Аннике было безумно любопытно спросить у меня обо всем. Нервно сжимала руки, перебирая пальцами. Я начала монолог, задумавшись. — Я попала в больницу — огнестрельное ранение. Раньше, до того момента, мы просто дружили. На одну из главных шоссе было нападение неизвестными. Я попала под горячую руку одного из бандитов. Второй, кажется, пощадил, убив первого, даже отпустил, но выстрелил в меня тоже, — размыто помню его. Мои родители пытались найти эту группу бандитов, но все тщательно. Они скрылись. Больше о них не известно. — Тогда я впервые взглянула на Дэвида по-другому — как на мужчину. Вскоре мы начали встречаться, когда я все ещё была в больнице. И вот теперь, по сей день вместе… Через год у нас и свадьба, — улыбнувшись ей, Анника ответно улыбалась.        — У вас хоть право есть выбора… За кого выйти, — поджав плечами, девушка облокотилась локтем об деревянную поверхность стола. — У нас не так. Задолго договоряются о браках. Чтобы воссоединить семьи. Мой муж… Он спас меня, — по щеке девушки скатилась слеза, которую она ловко убрала. Я не стала мешать ей, давая выговориться. — Моим мужем должен был быть 45-летний мужчина, когда мне было едва 18. Тогда, мой муж, приехал к нам на помолвку. Он видел словно печаль в моих глазах, говоря, что спасет. Мы были знакомы. Он понравился мне раньше, но так же старше меня… На четыре года был. Мы сбежали. Отец отказался от меня, больше не признавая в доме. И я сменила фамилию на Морреи. И спустя пару год поженились. И вот, теперь в нас есть маленькое счастье, — она взглянула на Лаззора.        — Ты никогда не зовёшь его по имени. Почему? Раз уж фамилию сказала…        — Не стоит знать. А фамилия распространена в Мексике, если что. Долго и нудно будут заинтересованные лица искать его родственников.        — Твой муж… Плохой, не так ли? — осторожно спросила, побаиваясь её реакции.        — Он хороший, но в целом да, плохой. Занимался незаконными делами.        Анника остановилась, когда входные двери открылись. В дом вошёл Дэвид, весь на взводе. Он миновал нас, даже не взглянув в сторону кухни. Похоже, у кого-то был плохой день. Я передала девушке ее сына, поднимаясь на третий этаж, где располагалась наша комната и его кабинет. В одном из этих мест он точно может быть. Сначала кабинет, где парня не было. А после комнату. Его пиджак и белая рубашка лежали на кровати, а галстук на спинке кресла, которое стояло в окна возле журнального столика. Я поджала губы, подходя ближе к двери. Оттуда доносился шум воды.        Прикоснувшись рукой к деревянной поверхности, никак не могла собраться с духом, чтобы постучать в дверь. Я отошла, подходя к кровати. Сложив рубашку в шкаф, а пиджак повесила на вешалку, так же в шкафу, присела на кровать, поглядывая на галстук. Двери ванной комнаты открылись. Дэвид был обнаженный, но все что ниже было скрыто под полотенцем приятного зелёного цвета. Я сглотнула, столкнувшись взглядом с мужчиной. Он был раздраженный, когда вышел, но после смягчился, увидев меня.        — Что-то стряслось? — спрашиваю, положив руки на колени, не зная куда их подевать. Парень подошёл к шкафу, вытаскивая свободные тёмно-синий штаны и футболку.        — Да так, проблемы очередные, — он скинул полотенце с бедер, одевая трусы. Я похотливым взглядом обошла его спина, спуская ниже… Облизнув пересохшие губы, продолжила его слушать, а парень — одеваться. — Наш постоянный инвестор прекратил с нами сотрудничать. Перебрался к нашим врагам.        — Мистер Миделсон? Да хрен с ним, этим старым мудаком, — недовольно шикнула, поднявшись. — Другой найдется.        — Уже нашелся, — обернувшись, блондин улыбнулся мне. Надев быстро штаны и футболку, он обнял меня, целуя в губы.        — У тебя сегодня день рождения, а я забыла… — с чувством вини произнесла, приобнемая его. — Мы должны были ещё пригласить друзей…        — Не нужно ничего, я все отменил. У нас и так проблемы. На выходные отпразднуем, ладно? — нежная улыбка украсила губы Дэвида. В груди потеплело.        Я притянула его к себе, жадно отвечая на поцелуй. Мне хотелось большего. Руками сжимая одежду парня, я тихо простонала, когда его руки сжимали ягодицы. Чувствую, как щеки пылают, а дыхание затрудняется. В двери кто-то позвонил, прерывая нас.        — Кого там принесло… — шепчу ему, оставляя последний поцелуй на губах. — Давай заведем собаку, чтобы никто не смог войти во двор?        — Я подумаю над этим, — парень отпустил меня. — Пойду открою.        — Я приготовлю обед, — отвечаю, кивая ему. Дэвид вновь целуем меня. Но кто-то настойчиво пытался пробраться в наш дом.        — Все же собака не помешает, — прошептал, шлёпнул меня по ягодице. Я слегка укусила его за нижнюю губу, высвобождаясь из рук.        Парень пошел вместо со мной, приобняв. Но я пошла на кухню, а он к двери. Достав необходимые продукты, я увидела друга Дэвида — Кельвин О’Хара — ещё и к тому же заместитель моему парня. Он кивнул мне, снимая пиджак, вещая на вешалку. Высокий брюнет с голубыми глазами и загорелой кожей, поднялся наверх, а Дэвид пошел ко мне.        — Хоть спуститесь пообедать, когда позову, — с усмешкой произнесла.        — Хорошо, — он достал из нижнего шкафчика возле окна бутылочку коньяка. — Хотел спросить, та девушка ушла?        — Анника? Нет… — ответив, я опустила глаза, услышав разочарованный вздох.        — Вики.        — Нет, послушай, — я перебила его. — Приходили какие-то люди, искали её. Я сделала вид, что не знаю кто это и не видела ее. Ты же слышал, за ними гнались наемники, хотели убить. Тебе разве не жаль их? Я разрешила остаться на ещё один день, Дэвид.        — Мне не жаль их, ведь они никто для меня. Понимаю, тебе этот факт трудно понять, — поставив алкоголь на стол, парень сделал шаг ко мне. — Приходили? Вики, это уже не шутки…        — Дэвид…        — Ей, Коллинз, ты идёшь? Оставь невесту в покое! — весело проговорил Кельвин, спускаясь к нам.        — Мы поговорим об этом, сегодня.        Сказав, парень ушел к другу, подхватывая бутылку с алкоголем. Я поджала губы, продолжая готовить обед.        Вскоре ко мне спустилась Анника, разбавляя скучную компанию. Думала, Дэвид все же придет на обеду, но нет, сидел со своим другом. Кельвин даже спускался, уежая в магазин в город, чтобы купить ещё алкоголя. Я недовольно смотрела на него, когда тот проносил небольшой пакет.        С рыжеволосой девушкой мы сидели в гостиной, говоря о всяком. Я пыталась побольше узнать о нее самой. Ей, кстати, было двадцать восемь. Хотя я бы сказала, что ей двадцать пять… Она хорошо выглядела. Но моя гостья не была слишком откровенной, утаивая важные детали. К примеру, не говорила откуда она, где жила и кем работает её муж. А так же все о нем. Словно запрещённая тема, о которой никто не должен, знать, а именно — его личность. Похоже, он был кем-то важным в Чикаго, раз уж не говорит. Я не многих знаю важных особей нашего города, но из-за родителей поведала многих. Похожих под описание — высокий брюнет, слегка загорелый, с мексиканскими корнями и крепкой фигурой, а так же темными-коричневыми глазами — был почти каждый мой знакомый, ну, кроме мексиканских корней. Это так его описала Анника. В её взгляде, как и голосе, когда говорила, слышалась и виделась нежность. Она любит его, это факт.        — Куда вы пойдёте то? — после несколько минутной тишины спросила. Мы сидели пили чай.        — Думаю, к моей подруге, а там уже решим окончательно, — с натянутой улыбкой проговорила. Я не стала больше спрашивать, видя, как ей эта тема не нравится.        Вскоре Кельвин покинул наш дом, а Анника пошла к себе. Я помыла посуду, убрав немного в доме и закинула вещи в стирку. Устав, поднялась к себе в комнату. Дэвид не спал, лежал и смотрел что-то в телефоне.        Он обратил на меня внимание, но ничего не сказал. Взяв свою футболку для сна, длинна которой доходила мне до колен, пошла в душ.        Выйдя, быстро залезла в мягкую постель, укутавшись с головой. Вздохнув, начала медленно проваливаться в сон, но почувствовала на своей талии руки Дэвида, которые медленно поднимались выше. Губы парня коснулись обращённой шеи. Откинув волосы вверх, он прижался телом ко мне.        — М-м-м… — простонала, когда его ладонь поползла ниже, проникая между ног. Я повернулась к нему, ладонью прикасаясь к груди.        Дэвид медленно целовал мою шею. Откидывая её назад, давая получше возможность касаться, тихо простонала, когда руки парня сжали мои бедра. Повернув к нему голову, потянулась к его губам, когда тот отстранился. Языком привела по нижней губе, проглатывая собравшуюся во рту слюну. Рукой дотронулась к краю футболки, снимая из себя, запутавшись в ней. Послышался тихий смешок парня. Дэвид снял с себя свободные штаны для сна. Набросившись на меня, стал жадно покрывать приоткрытую грудь поцелуями. Его кончики пальцев коснулись пояска трусиков, медленно снимая. Но, наверное, ему захотелось, чтобы я его ударила, сорвал тонкую кружевную ткань.        — Дэвид! — недовольно шикнула, ведь это были красивые трусики. Парень попытался вернуть меня обратно, когда я приподнялась, прикрывая руками обнаженную грудь.        — Я тебе таких сотни куплю. Иди сюда, больше не могу терпеть, — он поманил меня к себе. Недовольно поджав губы, я приблизилась к нему. Он кормит меня пустыми обещаниями. Такое уже было, да я до сих пор жду свое красное платье с разрезом на спине, молнию которого он сорвал, ведь, не мог расстегнуть.        О него много убытки. Парень рассмотрел меня, взяв за руку, притягивая к себе. Губы вновь опустились на мои, а язык проникал меж ними. Внизу живота приятно потянуло. А кончики пальцев содрогались, когда прикасалась к каждой мышце его тела. Мой будущий муж не качек, имеющий лишь одни мышцы, но поддерживал тело. Слегка накачанный. Но мне этого хватало, чтобы чувствовать себя в безопасности, зная, что он сможет защитить.        Резко перевернув меня, Дэвид лег сверху. Его член прижимался к моему бедру. Я задрожала, вздыхая. Он медленно провел ним по моим мокрым складками. Взгляд парня уставился между моих ребер, а после почувствовала нежное прикосновение.        — Этого ублюдка так и не нашли… — прошептал, медленно проникая в меня.        Я впилась пальцами в его плечи, перенося к шее, наклоняя ближе к себе. Но не доходя полностью, он сделал резкий толчок в меня. Простонав, я ответила:        — Шесть лет прошло… Это просто шрам… — мне не хотелось думать о нем, когда мой парень ласкает тело поцелуями, заполняя членом.        Ещё один резкий толчок, заставляющий прогнуться. Он любит слегка пожёстче. Схватив его за руку, целуя плечи. Я пыталась насытится ним. Мне его не хватало… Каждый день, самого утра разлучаясь, но поздно вечером были неразлучны. Схватив меня за волосы, немного потянул назад, вбиваясь грубыми движениями в меня. Я прикрыла глаза от удовольствия, не сдерживая стоны.        — Дэвид…        Он отпустил мои волосы, вжимая телом в мягкую постель, набрасываясь на губы. Я услышала, некий топот по лестнице, становясь тише. Парень не обратил внимание, продолжая процесс…        Мы уснули как только закончили. День вымотал обоих. Я спустилась на первый этаж, когда прозвонил будильник, чтобы приготовить завтрак. Поправив футболку парня, собрала волосы в хвост. Со второго этажа услышала детский, еле слышный плач, когда выключила воду, набирающую в кофеварку. Анника ещё, похоже, не проснулась. Хотя встаёт раньше меня… Наверное не выспалась из-за вчерашнего.        Но плач не прекращался, пока я готовила. Мне стало любопытно, что к чему. Выключив печь, где испекла небольшие булочки, которые делала почти каждое утро в хорошем настроении, поднялась наверх. Лаззор продолжал плакать. Постучав в дверь, никто не ответил.        Я открыла ее сама, обнаружив ребенка самого, лежащего в кровати.        «Интересно, куда это Анника пропала?» — подойдя к ребенку, взяла его на руки, покачивая, чтобы успокоить. Он начал медленно переставать плакать.        Все вещи были на месте. Она же не могла уйти… Я заметила рядом с подушкой мальчика записку. Аккуратно взяв ее, принялась читать.        Не знаю как и начать… Для начала спасибо, что приютили нас, дав немного побыть под крышей. Ты, Вики, очень добрая особь, это видно.        Пока я жива, моему сыну нету свободы. Его будут преследовать. Как и меня. Они не остановятся, пока не убьют нас. И вы, с Дэвидом в опасности из-за меня. Никто не хочет помочь, мы никому не нужны…        По моей щеке скатилась слеза… Я вытерла её, продолжая читать. Мое сердце разрывалось от боли и подозрения, к чему ведёт это письмо. Пусть мои мысли не сбудутся.        Позаботься о Лаззоре, прошу. Пускай он не познает ту жизнь, с которой сбежали. Пускай на моем мужа и закончилось все…        Прощай, ведь, если читаешь, то меня уже и нету в живых.        Лаззор родился 06.04.2017.        Мои руки задрожали, как и я вся. Выпустив письмо, я начала отрицательно покачала головой, не веря в прочитанное. Нет, пускай это не так…!        Лаззор захныкал, прижимаясь к моей груди лицом. Похоже, он хочет кушать.        На ватных ногах я выбралась из комнаты, идя на первый этаж. Я не знала куда себя день, что мне делать и в принципе как быть дальше…        Увидев сидящего парня, тот обернулся. Заметив меня, подорвался, подходя ближе.        — Дорогая, что случилось? — удивлённо спросил, бережно прикасаясь губами к лбу, приобнял. — Почему плачешь?        — Дэвид… — прошептала с трудом, ком в горле мешал мне сказать хотя бы одно слово.        — Ты меня пугаешь…        — Похоже Анника убила себя…