7

Изящные движения тела в залитой солнцем полупрозрачной синеве, словно в ритм волнам — рыбка, а не человек! Ощутив холод волн кончиками пальцев, я переминался с ноги на ногу на берегу, не решаясь нырнуть. — Давай, любимый, резко нырни и привыкнешь, потом станет теплее! — звала Аня. — Тебе легко говорить, я так не умею! — Ныряй, Кирилл, я тебя так обниму! — Ну только если обнимешь! Я шумно выдохнул и, досчитав в голове до трех, побежал к ней. Дрожь побежала по всему телу от прохладной водички, и когда бежать стало невозможно, я плюхнулся что есть силы и начал грести в её сторону. — О-ох, какая прохладная! — Сейчас привыкнешь, милый! — Аня улыбнулась и прижала покрепче к себе. Тепло её тела окутало меня, я обнял её ещё крепче и прижался губами к её щеке. — Ты такая сладкая, я просто не могу, обожаю тебя. — Я тоже тебя обожаю, милый. Ну как, согрелся? — Да, милая, согрелся. Ложись на спину, я тебя понесу! — я рассмеялся. Аня легла на спину на воде и закрыла глаза. Подхватив её, я начал величественно шагать по дну, кружа её по воде, создавая волны. — Вж-ж-ж-ж, это корабль «Говно не тонет», приём! Нам срочно нужно совершить разворот! Аня расхохоталась, а я чмокнул её в щёчку и снова понёс по воде. — А хочешь, я покажу тебе, как в детстве играл в озере? — Ну-ка? Сложив ладони ромбиком, я бухнулся под воду и раскрыл ладони. Сотни маленьких пузырьков воздуха, точно бабочки, пустились в пляс, переливаясь в лучах золотого солнца. — Я всегда любил наблюдать за пузырями воздуха под водой. Мне это казалось и кажется таким красивым! Недолго думая, Аня сложила ладони ромбиком и сделала тоже самое. Снова игривые пузырьки пустились в пляс, точно шаловливые зайчики. Под водой звуки были приглушенными и отдалёнными, отчего словно становилось спокойнее. Вода оставляла приятные ощущения на пальцах, а мелкие пузырьки щекотали лицо. Опустившись под воду, я взглянул на Аню и послал ей воздушный поцелуй. Большой пузырёк, дрожа и виляя, проплыл лишь немного, прежде чем подняться вверх. Аня подплыла ко мне поближе и, обняв покрепче, прижалась губами к моим губам. Дрожь пробежала по телу, а сердце затрепетало как пойманная бабочка в руках. Солнечные лучи пробивались через игривые волны, создавая причудливые узоры на поверхности. Вынырнув, я снова взглянул на Аню и прижался к ней. — Спасибо, что ты у меня есть, родная. — Я очень тебя люблю. — И я тебя люблю. *** — Так? Я правильно стою? — Я не знаю, любимый, разве есть правильное положение тела? — Я без понятия, я в этом настольном теннисе не разбираюсь. — Я тоже, — усмехнулась Аня. Стукнув шариком об стол, я попытался легко подать его. Сделав прыжок, шарик отскочил от сетки и вернулся ко мне. Я закрыл глаза и молча улыбнулся. — Чуть-чуть сильнее, милый. Приноровившись ещё раз, я подал снова и шарик удачно перелетел через сетку. Дотянувшись рукой, Аня отбила шарик, и тот перескочил на другую сторону стола. Я ударил ракеткой по шарику слишком сильно и тот, отскочив от стола, полетел что есть силы. Не успев за его траекторией, Аня усмехнулась и пошла искать его. — Я совершенно не умею играть, — я пробормотал. — Я тоже, но ведь самое главное — это получать удовольствие! А остальное неважно. Аня подошла сзади и прижалась к моей спине. Тепло её тела растекалось по моей коже и, развернувшись, я прижал её к себе покрепче. И пусть нам не одолеть этот чёртов пинг-понг, зато она есть у меня, я есть у неё, а вместе нам ничего не страшно.