Экстра: "Наши дни"

      Запах свежей выпечки, корицы и ванили наполнял небольшое помещение пекарни в тихом районе города. Здесь было уютно: деревянные панели, тёплый свет ламп и витрины, которые к вечеру были уже почти пусты.       Манабу Ёсиока перевернул табличку на двери стороной «Закрыто» и щёлкнул замком. Поправив фартук, он устало, но довольно выдохнул и направился к единственному занятому столику в углу.       Там, с прямой осанкой, свойственной аристократам, сидел директор лучшей геройской академии страны. Незу держал фарфоровую чашку двумя лапками, наслаждаясь ароматом редкого сорта чая.       — Как всегда, превосходно, Манабу. — Директор сделал маленький глоток, прикрыв глаза. — Твой навык заваривания чая скоро превзойдёт мой.       — Скажешь тоже. Мне до тебя далеко. — Мужчина мягко улыбнулся, садясь напротив.       Годы изменили их обоих. Незу больше не выглядел как запуганный зверёк со шрамами. Теперь это был уважаемый, безупречно одетый джентльмен, чей шрам на глазу стал символом мудрости и опыта, а не жертвы. Манабу тоже повзрослел. В уголках его глаз залегли морщинки, движения стали спокойными и уверенными. Он больше не был тем испуганным парнем в больничной пижаме.       — Как справляешься? — Спросил Незу, ставя чашку на блюдце. — Без отца здесь, должно быть, слишком тихо.       Ёсиока опустил взгляд на свои руки, покрытые мукой. Его отец скончался пару месяцев назад. Тихо, во сне. Он прожил долгую жизнь и успел увидеть, как его сын обрёл покой.       — Скучаю по нему. Иногда по привычке хочу спросить совета по тесту, оборачиваюсь... А его нет. — Манабу грустно усмехнулся. — Но я справляюсь. Дело идёт хорошо. Людям нравится мой хлеб. Это именно та жизнь, о которой я мечтал. Тихая. Простая.       — Я рад это слышать. — Искренне ответил Незу.       Между ними повисла комфортная тишина. Только они двое в целом мире знали правду. Знали о холодных клетках, о сыворотке, о том, как они бежали через фальшивый лес. Они никогда не обсуждали это вслух. В этом не было нужды. Прошлое осталось пеплом на руинах той лаборатории.       — А у тебя что нового? — Манабу решил сменить тему, подливая кипятка в заварочный чайник. — Снова бумажная волокита?       — О, в этом году всё гораздо интереснее. — Глаза-бусинки Незу хищно и весело блеснули. — Я принял на работу нового сотрудника. Всемогущий.       Манабу удивлённо приподнял бровь.       — Всемогущий? Серьёзно? Символ Мира теперь учит детей?       — Именно. Его опыт бесценен, хотя как педагог он... Ну, скажем так, ему есть куда расти. Он всё ещё читает по шпаргалкам. — Незу хихикнул в лапу. — Но его присутствие необходимо. Времена меняются, Манабу. Я чувствую, что грядёт что-то масштабное.       — Ты всегда это чувствуешь. Твоя интуиция пугает.       — Это не интуиция, это расчёт. — Поправил его директор. — Кстати, в этом году у нас набран потрясающий первый курс. Особенно класс 1-А. Очень... Колоритные личности.       Незу вспомнил личные дела учеников. Взрывной блондин с манией величия, мальчик с двигателями в ногах, сын героя номер два с ледяным взглядом... И тот самый паренёк, которому Всемогущий передал свою силу.       — Многообещающий класс? — Спросил пекарь, отпивая свой чай.       — Более чем. — Кивнул Незу. — Я думаю, они станут теми, кто изменит наше общество. Я постараюсь воспитать из них достойных людей. Не таких, с какими нам пришлось столкнуться.       Манабу посмотрел на своего названного брата.       — У тебя получится, Незу. Ты ведь для этого всё и затеял.       — Пожалуй.       Они сидели в тишине маленькой пекарни, пока за окном сгущались сумерки. Два существа, созданных наукой и жестокостью, которые вопреки всему нашли свой путь — один среди запаха хлеба, другой среди воспитания героев. И в этот момент всё было хорошо.