Утомленные скукой

      Сатору вальяжно раскинулся на кровати, запрокинув руки за голову с беззаботным видом, выслушивая всё, что удалось выяснить Мигелю и Юте.       — Итак, что мы имеем в сухом остатке: все контрольно-пропускные пункты на выезде из столицы вооружены до зубов и ждут там прекрасного Сатору Годжо для попытки задержания, — размахивал он руками, рисуя воображаемый план в воздухе.       — Они все вооружены до зубов автоматами и проверяют каждого беловолосого азиата на границе, и все обходные пути также контролируются патрульными, — дополнил Мигель. — Несколько раз по нам даже без предупреждения открыли огонь только из-за белого парика Юты, — указал он на потрёпанного Оккоцу.       — Они везде настроены весьма агрессивно. Мне не понравилось, — тяжело вздохнул сам Юта, что уже несколько дней выступает целью для вооруженных солдат.       — Прости, Юта-кун, — хохотнул Сатору, глядя на замученного ученика. — Что ж, какой вывод мы можем сделать? Мы полностью окружены, и единственный вариант — это пробиваться с боем! — бодро заявил шаман, но тут же сменил тон на куда более серьёзный. — Вот только я в жизни не поверю, что будучи осведомлёнными, с кем они имеют дело, солдаты правда считают, что справятся со мной одним автоматом. Должна быть какая-то другая причина для такой обороны.       Все трое нахмурились, каждый строя свою теорию у себя в голове.       — Возможно, они хотят устроить международный скандал, обвинив Вас в нападении, Сенсей? — предположил Юта.       — На подобные КПП нападения совершаются достаточно часто, сомневаюсь, что из очередного можно раздуть скандал, — почесал затылок Мигель, озадачившись предположением Оккоцу. — Я бы не стал исключать эту теорию, поскольку при желании возможно всё, но я сомневаюсь, что их охота на Годжо хоть немного подкреплена указом правительства, иначе б листовки с Сатору висели по всему городу.       — Значит, их задача не убить меня и не раздуть скандал. То есть ничего, кроме легкой помехи, они для нас не создают? — задал в воздух вопрос Сатору. — Или же пытаются отвлечь нас от чего-то другого, — вздохнул он, уставившись в потолок через повязку. — Но от чего именно мы сможем узнать лишь попытавшись прорваться через один из пунктов. Выдвигаемся сегодня ночью! — весело заявил он.       Мигель и Юта выпали в лёгкий осадок от такого весёлого настроя Годжо.       — Сенсей, Вы предлагаете напасть на местных военных с использованием магии?       — Раз они взяли оружие в руки, то готовы к тому, что им дадут отпор, — усмехнулся Сатору, вспоминая слова Дарк. — Других вариантов я всё равно не вижу, и желания задерживаться в этом отеле у меня ни малейшего, — фыркнул он, поморщившись.       — Поверь мне, когда мы окажемся в племенах, этот отель тебе покажется Раем, — закатил глаза Мигель.       — О, мне достаточно интересно узнать, как живут первобытные люди! Надеюсь, они не носят верхнюю одежду. Как раз покажу Юте, как выглядит женская грудь!       — Сенсей, Вы говорите, как расист, — нервно хохотнул Оккоцу, ощущая стыд за слова своего учителя. — Некоторые из племён весьма цивилизованны, и их нельзя называть первобытными людьми вне зависимости от уклада жизни.       — Да-да, точно, — отмахнулся Сатору, поднимаясь с кровати, натягивая себе на голову до ужаса неудобную панамку. — Пойду поем, — бросил он, прихватив с собой телефон. Едва он вышел из номера, как тут же открыл переписку, быстро набирая сообщение Вайлет.

Сатору Годжо

Если у тебя появятся идеи о том, что мне стоит ждать от твоего клана, дай мне знать, пожалуйста, потому что пока что я не улавливаю их гениальный план ┐(￣～￣)┌

      Годжо шёл по улице, не отрывая взгляд от экрана, под палящими лучами солнца. Климат в Африке был совсем не похож на японский. Жара буквально плавила мозг, а горячий сухой воздух будто обжигал лёгкие при каждом вдохе. Шаман явно выбрал не лучшую погоду для прогулки, но без дела валяться в номере отеля его удручало. Он ещё раз обновил переписку. Вайлет ничего не отвечала, хотя была в сети. Сатору тяжело вздохнул, пряча телефон в карман, чтобы осмотреть малознакомую местность. Его взгляд остановился на кофейне в конце улицы, выглядящей сравнительно прилично. Он бы не отказался сейчас от сладкого прохладного латте и какого-нибудь десерта с мороженым, как вдруг получил сообщение. Американская Лисица Я бы попыталась тебя отравить в первую очередь. Это ведь твоя слабость) Сатору поморщился, переводя взгляд обратно на кофейню, и тяжело вздохнул.

Сатору Годжо

Умеешь испортить аппетит (＞﹏＜). А я уже хотел отведать легендарный эфиопский кофе! (ﾉಥ益ಥ)ﾉ

Американская Лисица Lol. Sorry) Be careful

Сатору Годжо

Я всё же рискнуヽ(・∀・)ﾉ. Напишу своему ученику, куда бежать, если я вдруг начну умирать

Американская Лисица А знаешь, я всё-таки рада, что ты оставил меня тут на Нанами Американская Лисица Пропаду, надо по телефону поговорить

Сатору Годжо

Тебя совсем не беспокоит, не умру ли я от яда?!

      Годжо сделал свой заказ в кофейне, ожидая ответа от Вайлет, и уселся за свое место, тяжело вздыхая. Жара утомляла, путая мысли. Яды действительно для многих магов были камнем преткновения, так что с едой всегда нужно было быть осторожнее, но подсыпать отраву в еду было далеко не так просто, как могло показаться на первый взгляд. Вряд ли простой работник кофейни, обслуживающий сотни людей в день, согласился бы на такую аферу, так что Сатору предпочел довериться интуиции, игнорируя предупреждения Дарк.              Когда ему принесли кофе, он добавил пару ложек сахара и влил туда молоко, со скучающим видом перемешивая его. По правде говоря, он был бы не против обнаружить, что что-то тут отравленное, лишь бы это помогло расследованию, но кофе казался просто слишком горьким, а жаренные бананы слишком диковинными, но ни то, ни другое не содержало яд. Казалось, что сама миссия в Эфиопии была лишь нелепой тратой времени, пока всё самое интересное происходило в Японии.       Сатору со скучающим видом посмотрел на их переписку с «Американской Лисицей», наблюдая за значком «в сети».

Сатору Годжо

Напиши потом, как вообще обстоят дела в Японии максимально подробно. Может, делом или мыслью подсоблю вам с Нанами.

Сатору Годжо

И вообще, как работается с Кенто?

      Договорив о своих делах, Вайлет сбросила звонок, возвращаясь к переписке более вдумчиво. Она затянулась сигаретой, перечитывая во всплывшем окне сообщения Сатору. Выдохнув дым, Дарк заблокировала телефон и выкинула окурок, разворачиваясь обратно к длинному коридору реанимационного отделения. Но стоило ей открыть дверь, как вместо того, чтобы увидеть тот самый коридор, Вайлет столкнулась с нахмуренным взглядом Нанами.       — С кем ты говорила? — строго спросил он.       — С подругой, а что? — невозмутимо сказала Вайлет, осторожно подходя к Нанами, окидывая его скептическим взглядом. — В туалете тоже подслушивать будешь? У меня месячные, звуки могут быть не из приятных.       Глаза Кенто округлились, а брови поползли вверх от возмущения.       В его голове стоял лишь один вопрос: что с ней не так?       От и до Вайлет была ему непонятна, и как бы он ни пытался отнестись к ней положительно, она лишь возмущала его своим поведением. Откуда столько нахальства и бесстыдства было в девушке, которая должна была быть воспитана как леди?       — Я не идеально знаю английский, но я слышал, как ты говорила о том, что тебе нужны книги из библиотеки Дарков. Ты связывалась с кем-то из клана, — утвердительно рыкнул Кенто, оборачиваясь к Ви, что с беззаботным видом шла в палату.       — М? Ну так ты сам предложил обратиться к кому-то за помощью, вот я и обратилась.       — Ты понимаешь, что подставляешь под угрозу нашу работу? Опять! — он схватил Дарк за руку, не давая ей уйти от ответов, но та и не пыталась. Она обернулась к нему сама, оскалившись.       — Ничего и никого я под угрозу не ставлю. Мой клан вполне мог уже заметить, что я сбежала, и куда именно им известно и без моих звонков. Я лишь попросила книгу с ритуалами, чтоб понимать, чего нам стоит ожидать от наших соперников. Единственный, кого мы подставляем, это человек, который полезет в библиотеку, чтоб осведомить и обезопасить нас, — прошипела она на одном дыхании. — А теперь отпусти меня. Без шуток, у меня месячные, тампон надо сменить, — выдернула она свою руку из его хватки, поморщившись.       Нанами покачал головой, ощущая, что у него буквально физически болит голова от этой бестии.       — И, к слову, вот так без присмотра оставлять нашего подопечного — верх безответственности! — крикнула она на весь коридор, скрывшись в уборной прежде, чем из общего реанимационного зала выскочила медицинская сестра, бросая недовольный взгляд на Нанами, показывая ему, что необходимо соблюдать тишину.       Кенто тяжело вздохнул, гадая, где набраться терпения, и побрёл в индивидуальную палату, присматривать за выжившим свидетелем.       Нанами уселся на кресло, бросая утомлённый взгляд на беспомощное тело, из которого торчала куча различных трубок. Сложно было даже различить, какая ведёт куда. Один глаз был удалён. На лице были обширные гематомы. Волосы обриты, часть черепа удалена, и выглядело это буквально как провал посреди головы.       Даже если этот человек выживет, толку от него действительно будет мало. Нужно было обдумать, как добиться списка всех миссий за последнее время, чтобы отследить хоть какую-то взаимосвязь и при этом не привлечь излишнего внимания.       Кенто откинулся на мягкую спинку дивана, ощущая, как усталость накрывает его с головой. Был бы тут Сатору, всё было бы проще. Годжо был как костыль для мира магов, на который опирались все, и это раздражало. В его отсутствие абсолютно всё сразу шло не так, как всем было привычно.       Нанами нахмурился, услышав в тишине палаты раздражающе громкий звук уведомления на телефоне. Вайлет Роуз Дарк Отойду в магазин не надолго. Напиши, если тебе что-то надо.       Шаман лишь разочарованно покачал головой из стороны в сторону, вздыхая. До появления Вайлет он был абсолютно уверен, что работать с Сатору — это тяжело. Он снял с себя очки, массируя уставшие веки, пытаясь у себя в голове хоть немного уложить беспечность Ви, что вечно срывалась на свои едкие замечания со знающим видом, не проявляя ни грамма уважения к Кенто. Он искренне пытался наладить с ней общий язык и подавить свои подозрения на её счет, но было ощущение, что она вообще всё это время находится не здесь, заботясь совсем о других вещах.       Нанами открыл глаза, глядя на пациента. Он всё также лежал без каких-либо признаков жизни, хотя мониторы вырисовывали какую-то электрическую активность сердца и отображали сравнительно нормальную оксигенацию. Необходимости звать медперсонал не было.       Оставалось лишь ждать, и это ожидание утомляло. Сложно было расслабиться, нужно было поддерживать постоянную готовность к столкновению, но и это напряжение выматывало донельзя.       Для ответственного Нанами поиск этого баланса всегда казался пыткой. В какой-то мере он даже завидовал Вайлет и её беззаботности.       Он прикрыл глаза, стараясь расслабиться, как вдруг дверь в палату распахнулась. Кенто тут же подорвался, но в проёме стояла Ви с двумя пакетами из ближайшего фастфуда.       — Ты не ответил, что тебе купить, так что я взяла чизбургер, картошку фри и пива, как и себе.       Нанами от её слов открыл рот, не зная, какими цензурными фразами можно высказать его возмущение.       — Ты решила устроить тут пикник, при больном? — раздражённо процедил он, видя, как девушка без всякого смущения выкладывает у полки больного ароматную еду и две бутылки пива. — Ещё и с алкоголем?       — Уверяю тебя, господину… — Вайлет чуть отошла в сторону, чтоб посмотреть на имя пациента, которое висело на кровати, — господину Рю Акабаяши сейчас всё равно, — пожала она плечами, усаживаясь на подоконник.       — То, что он без сознания, не даёт тебе права относиться к его состоянию с таким пренебрежением, и уж тем более распивать алкоголь на работе.       — Это всего одна бутылка пива, вместе с чизбургером я даже не успею захмелеть от этого, — отмахнулась Ви, открывая бутылку о край стола. — Если не будешь пить со мной, это будет уже две бутылки пива, — также ловко она открыла второй напиток и протянула его Нанами, что смотрел на неё строгим осуждающим взглядом.       — Мы здесь не для того, чтобы трапезничать и выпивать. У нас есть обязанности и работа.       — И по всей видимости, наша работа — это сидеть и умирать со скуки, — цыкнула она тихо, отпивая прохладный напиток, тут же откусывая горячий бургер.       Нанами раздражённо поджал губы, рухнув обратно в кресло, возвращаясь к чтению книги с максимально недовольным видом.       — А умирать с голоду тоже входит в наши обязанности? — поинтересовалась Вайлет, не глядя на Нанами. Она и без этого могла представить, как злобно он нахмурился. Её провокация так и не нашла ответа. Ви тяжело вздохнула, закатывая глаза, и взяла пакет с едой, надежно заворачивая его.       — Лови, — она кинула в Кенто едой совершенно внезапно. Шаман инстинктивно выпустил книгу из рук и поймал «доставку» с другого конца палаты, поднимая разъярённое выражение лица на Дарк.       — Мисс Дарк, Вы можете быть серьёзны? Мы должны быть начеку! Катаями или кто-то другой может напасть в любой момент.       — Аж на "Вы" от злобы перешел, — склонила голову набок Вайлет, хохотнув. — Во-первых, я бутылку Chivas ставлю, что сегодня нас ждет тихая, бессонная ночь. Я достаточно хорошо знаю Катаями, и она не станет нападать на нас в первый же день, прекрасно понимая, что мы тут во всеоружии сидим и ждем её. Кроме того, это парень, — Ви указала на больного, — бесполезен в данный момент, и рисковать ради овоща Амайя не станет. Даже я бы не стала, просто потому что игра не стоит свеч. — рассуждала она, откусив бургер. — А во-вторых, раз уж мы решили сидеть тут без дела, ожидая худшего, то нам стоит набраться сил и чуть расслабиться. В засаде проигрывает тот, кто первый совершает необдуманное действие, — выпила она немного пива.       — Вроде распития алкоголя на работе? — выгнул бровь Нанами, сложив руки на груди. Дарк закатила глаза, подперев голову рукой. — Вроде твоего напряжённого выражения лица, — цыкнула она, протягивая алкоголь. — Уверяю тебя, бутылка пива — не бутылка виски. Не развалимся мы от неё, — она ожидающе посмотрела на Нанами, который и не думал вставать со своего места. — Либо ты пьёшь со мной по одной бутылке, либо я две. Ви выжидающе смотрела на Кенто, с лёгкой ухмылкой глядя на его кислое выражение лица.       Нанами устало вздохнул, поднимаясь с места. Он неохотно подошёл к тумбочке, на которой трапезничала Ви, и без особого энтузиазма взял стеклянную бутылку пива.       — Ты слишком самоуверенна.       — А ты перенапряжён. Если б ты не был таким параноиком, может, выглядел бы менее утомлённым — пожала плечами Вайлет, возвращаясь к еде с задумчивым видом, продолжая обдумывать, что стоит ожидать от Катаями, и лишь гадая, что ждёт Сатору в Эфиопии.       Нанами отставил в сторону бутылку алкоголя, открывая поздний ужин, что любезно принесла ему Ви, ощущая наконец прилив голода. Когда весь зациклен на работе, есть особо не хочется, но вкусный аромат жареного мяса, свежей булочки и томатно-горчичного соуса тут же пробуждает аппетит. Он перевёл взгляд на Дарк, которая с задумчивым взглядом смотрела куда-то в пустоту. Ему было отчасти интересно, что скрывается в тени разума этой девушки, но не настолько, чтоб лезть к ней. Некоторые загадки должны оставаться загадками.

⊱─━━━━⊱༻⋅•⋅⊰∙∘☽●☾∘∙⊱⋅•⋅༺⊰━━━━─⊰

      Сатору, убедившись в отсутствии «хвоста», вернулся в номер отеля, больше не в состоянии выдерживать адскую жару на улице. Рухнув на постель, Годжо усиленно пытался избавиться от чувства томительной скуки, что растягивала и без того вынужденное нахождение в Эфиопии, словно это жвачка, навязчиво прилипшая к ботинку. В какой-то степени ему даже было жаль, что кофе был обычным горьким кофе, а жареные бананы оказались всего-то сладким чудаковатым блюдом. Яда, о котором предупреждала Вайлет, ни в том ни в другом не оказалось. И даже слежки за собой посреди города он так и не обнаружил, хотя и не пытался скрыться. Всего-то панамка и очки.       Годжо устало рухнул на кровать, снимая с себя оправу, которая, казалось, невыносимо давит на переносицу, усиливая головную боль, вызванную чрезмерно высокой температурой. Климат Африки слишком сухой и жаркий, с резкими перепадами температур днём и ночью, был отдельной пыткой в этой поездке. С тех пор, как он здесь, организм пытался акклиматизироваться. Головная боль не проходила практически никогда, и единственным побегом от неё был сон, в который Годжо клонило постоянно, что он профессионально скрывал от других. Тут его ученик, не время заботиться о себе, да и у него была миссия: разобраться в пропаже альбиносов. Но стоило голове Сатору опуститься на мягкое оперенье подушки, как ему показалось, что всё тело буквально наливается свинцом, становясь невыносимо тяжёлым, и двигать любой конечностью теперь было непосильной задачей. Веки словно весили целую тонну, закрываясь против воли.       Перед лицом природы был бессилен даже Сильнейший Годжо Сатору.       «Интересно, Вайлет при переезде в Японию чувствовала себя также?», — пронеслось у него в голове.       И всё-таки, как минимум из соображений безопасности и здоровья Дарк оставить её в Японии теперь казалось ещё более правильным решением. Новость о том, что единственный человек, способный вывести на Амайю, мёртв, его совершенно не радовала. Но, по крайней мере, Вайлет знала, как действовать, и у неё был хороший напарник в лице Нанами, так что переживать о ней там явно не стоило.       Но её не хватало.       Это было странно иррациональное чувство. Она появилась в Японии всего месяц назад, но уже казалось чем-то привычным, пускай и запах сигарет раздражал, а одна лишь гнетущая аура её энергии утомляла Годжо, но она же и заставила его находиться в тонусе, переманивая его внимание, что с декабря было рассеяно по запылённым углам его опустевшей души. Без неё контраст состояний ощущался куда острее. Сейчас, ожидая наступления ночи, Сатору мог лишь бессмысленно для себя лежать на постели, думая обо всём и ни о чём сразу.       Годжо вновь остался наедине с собой. Он с трудом разлепил уставшие глаза, глядя рассредоточенным взглядом в потолок, надеясь схватиться хоть за что-то мыслью, но вместо этого ощутил, как пустота буквально поглощает его, бесконтрольно увеличиваясь до невообразимых пределов.       За это Сатору ненавидел безделье. Да, он часто мечтал о свободном времени, чтобы побыть предоставленным самому себе, но стоило лишь этому времени возникнуть, как оно тут же становилось худшим кошмаром, который нужно было чем-то заткнуть. И он почти всегда справлялся с этим: ходил на ярмарки и по магазинам, болтал с учениками, флиртовал с девушками, одним словом — делал всё, лишь бы не остаться наедине со своими мыслями.       И вот он здесь. Посреди комнаты отеля, где нет никаких развлечений, в стране, где его почти никто не понимает, обременённый грузом ответственности за жизнь ученика, которую, в отличие от своей, он не может поставить под удар. И здесь он наедине со своими мыслями, которые посвящены одному единственному человеку, чьё имя словно клеймо выжжено на душе Сатору.       

Гето Сугуру

      «Что с ним там? Как он сейчас? Есть ли шанс, что он одумается и вернётся? Чего стоит от него ожидать?»       Эти вопросы появлялись в голове Сатору с определенной периодичностью почти десять лет, стоило Сильнейшему остаться наедине со своей вечно гудящей головой и стянуть маску беззаботности, которая с каждым днём прирастала всё сильнее.       Ничего. Никак. Шансов нет, как и ожиданий.       Нечего больше ждать от человека, которого ты убил собственными руками.       Сатору сам погубил призрачные, даже можно сказать нереалистичные надежды, что вселяли в него раньше силы вставать по утрам и двигаться дальше. В течение десяти лет он каждый день умом понимал, что как раньше уже никогда не будет, но пока был жив Гето, с ним жила и надежда.       А сейчас абсолютно ничего. Необъятная, пожирающая всё на своем пути, давящая своей бесплотностью и бессмысленностью пустота, пугающая куда больше любой бездны.       Но Сатору всё равно вставал по утрам, потому что огромный мир нуждался в нём, пускай и для Годжо всё больше становилось непонятно одно: а ему мир зачем? Но стоило этому вопросу возникнуть, как очередное проклятие опять убивало какого-то несчастного не-мага, коллеги попадали в новую беду, а ученики снова названивали в попытках напомнить Сатору о назначенной им же тренировке.       Жизнь продолжалась. Снег, выпавший двадцать четвёртого декабря уже давно растаял, ему на смену пришла весенняя зелень и цветущая сакура, а сейчас и она опала, уступая место глициниям, и Сатору правда старался продолжать жить дальше.       Но стоило ему остаться одному, закрыв глаза, и снег двадцать четвёртого декабря всё ещё лежал в глубинах его воспоминаний, весь перепачканный кровью, что вытекала из остывающего тела единственного близкого для Годжо человека.       В голове больше не всплывали никакие вопросы, потому что на любой из них Сатору знал ответ:       

«Сугуру Гето мертв. Я его убил»

      Годжо поднял свою руку, посмотрев на неё рассеянным взглядом. На ней уже давно нет крови, но легче не становится от этого ни на минуту.       Он сделал правильно.       У него не было другого выхода.       Того Сугуру, которого он знал, уже было не вернуть.       Сатору убеждал себя в этом постоянно, повторяя как мантру, что должна заглушить вопросы, закопанные глубоко в подсознании.       А так ли не прав был Сугуру? Его ли кровь должна быть на руках Сатору, а не тех стариков, которые отдают приказы, верша чужие судьбы?       Голова просто гудела. Маска, плотно сросшаяся с кожей, трещала по швам, принося боль своему владельцу, и единственным выходом заглушить её сейчас было только закрыть глаза и дать себе поспать, лишь бы не чувствовать ничего.       Сатору Годжо сделал всё «правильно», и в том он не прав.       Возможно, Вайлет Дарк — его способ искупления.       Альбиноска, отстранённо глядящая сейчас в даль ночного неба, потягивая сигарету, была ещё жива, а значит, не всё было потеряно.

⊱─━━━━⊱༻⋅•⋅⊰∙∘☽●☾∘∙⊱⋅•⋅༺⊰━━━━─⊰

      Нанами зашёл в палату, поправляя пиджак, бросив короткий взгляд на Дарк, которая удобно растянулась на широком подоконнике, открыв окна, и дымила.       — Я почти уверен, что в палатах нельзя курить, — вздохнул Кенто, уже не находя в себе сил сражаться с упёртостью своей новоиспечённой напарницы.       — Я же в окно дым выдыхаю, — усмехнулась Вайлет, даже не взглянув на Нанами. — Ложись спать, я посижу часов до четырёх утра, а там поменяемся до восьми.       — Нет, — Нанами уселся на своё место, беря в руки книгу, продолжая чтение. — Раз не спим, значит не спим оба.       Вайлет закатила глаза, делая затяжку.       — Не доверяешь ведь? — усмехнулась она, крутя между пальцами фильтр. — Правильно делаешь, что не доверяешь. Я б тоже не доверяла, — не сдержала кривую усмешку Вайлет, вновь повернувшись в сторону города, едва освещённого светом луны. В жилых районах ночью было также мрачно, как и везде, что радовало незащищённые глаза альбиноски.       — Это не совсем недоверие, — Нанами оторвался от книги, устало массируя переносицу. — Но если хочешь откровенностей: для меня ты игрок против всех. На мой взгляд, ты тут не намерена реализовывать американские цели, но и не собираешься примыкать к японским ценностям. Мне не понятны ни твои мотивы, ни правила, по которым твоя фигура действует на шахматной доске, — Кенто отложил книгу в раскрытом состоянии обложкой вверх, следом снимая чудаковатые очки с зелёными стеклами, чтобы внимательно посмотреть в глаза Вайлет. — И мне не нравится, что я не понимаю правил игры, которую ты ведешь, Дарк.       Вайлет утомлённым взглядом посмотрела на Нанами, чьи глаза сочились недоверием, и сдавленно хохотнула, выдыхая клубы дыма.       — Фига тебя от пива понесло, — прокомментировала она его выводы. — Ты всё усложняешь, Нанами. Нет никаких правил. Есть лишь маленькая цель: найти Катаями и не дать ей устроить новые «опиумные войны», — беззаботно пожала плечами Дарк, — правда, в силу того, что Амайя распространяет не опиум, а другое психоактивное вещество, опиумными их уже не назвать, но ты понял суть.       — И зачем ты звонила в Америку тогда? Я уже молчу о том, что по твоему звонку могут вычислить наше местоположение и напасть на нас.       — Чудно, ночь перестанет быть такой томной, — закатила глаза Ви. — А звонила, потому что я не ходячая энциклопедия всех ацтекских ритуалов, и мне нужны сканы определённой книги, которая есть лишь в домашнем архиве.       — Почему не обратиться к японским архивам?! — чуть поднял тон Нанами, не находя себе места в кресле от возмущения. — У нас достаточно различных книг, возможно там что-то можно было бы найти.       Вайлет раздражённо поджала губы, выкинув окурок в окно. Она резко оторвала спину от стены и свесила ноги, закинув одну на другую.       — У меня будут определённые вопросы, каким образом кодексы древних ацтеков, осовремененные европейской и американской магией оказались в руках японцев, учитывая давний конфликт между нашими ассоциациями и сокрытие информации друг от друга, — шаманка указала на Нанами, опасно прищурившись. — А у старейшин, я уверена, будут вопросы непосредственно к тебе, когда ты придёшь в ваши архивы, расспрашивая об ацтекской магии и ритуалах, которые под запретом в большинстве цивилизованных стран. Я уже молчу о том, сколько придётся потратить времени на то, чтобы перерыть архивы.       Маги столкнулись недовольными взглядами, выдерживая паузу. Казалось, напряжения в комнате хватит для разряда дефибриллятора. Они не отрывались друг от друга, злобно сцепив зубы, как две собаки, что вот-вот кинутся друг на друга.       Борьбу взглядов первым прекратил Нанами, закрыв глаза, устало потирая веки.       — Ладно, — выдохнул он, поморщившись. — Делай, что хочешь, но если пострадают наши союзники или невинные граждане, я не буду тебя покрывать, как сделал бы Сатору.       Вайлет прикусила щеку, закатывая глаза и спрыгивая с подоконника.       — Ох уж эти «невинные» граждане, — она направилась к выходу, тихо буркнув себе под нос. — Why should I care about them? — процедила Вайлет тихо, открывая дверь. — Я пойду осмотрю периметр, а ты приглядывай за нашим овощем.       Нанами недоверчивым взглядом проводил Вайлет, возвращаясь к чтению книги.              Закрыв дверь, Дарк достала телефон, проверяя, как давно в сети был Годжо.

Вайлет Дарк

Если найдёшь хоть какую-то информацию об ацтекских ритуалах — дай знать.

Вайлет Дарк

И… будь там осторожен.

      Вайлет подперла спиной дверь, шаркнув ногой, ожидая ответа Годжо, которого уже больше часа не было в сети. В Эфиопии, по её подсчетам, близится вечер, так что Сатору мог быть занят делами, но Дарк испытывала тревогу, что там могло что-то случиться. Она тяжело вздохнула и ушла вдоль по отделению, понимая, что их ждёт долгая, унылая ночь. Нужно подготовиться, обойдя все коридоры и лестницы больницы.              Стоило Ви выйти из здания, как тут же два внимательных взгляда со здания упали на неё, осторожно наблюдая со стороны.       — Да вот же она, — прошипел Адам, видя в бинокль силуэт девушки, вышедшей из центрального входа в больницу. — Мы можем напасть прям сейчас и дело с концом!       — Ляг и наблюдай, — Амайя одёрнула Адама, схватив его за плечо, вынуждая своего подопечного лечь обратно. — Не делай лишних телодвижений.       — Да какого черта, Амайя?! Она обычная девка, чего мы ждем! — громко возмутился Адам. — Прикончим свидетеля и дело с концом, можно заодно того блондина грохнуть, — Дарк перекатился на спину, откидывая бинокль в сторону. — На твоём теле там нет татуировок снайперской винтовки? Пристрелить бы и…       Амайя вдруг резко заткнула Адама ладонью, сама прижавшись к бетонному покрытию крыши.       — Заткнись и не дыши, — приказала она едва слышно, затаив дыхание, как вдруг их окутало проклятой энергией, будто горячим паром. Амайю тут же бросило в холодный пот, а перед глазами стоял взгляд. Холодный, жестокий, ледяной взгляд глаз, что лишь на секунду сверкнули красным. Но этого было достаточно, чтобы сердце забилось чаще, а тело покрылось мелкой росой пота. Глаза Адама расширились от непонимания, откуда исходит дьявольская энергия, но в отличие от Катаями, ему не было страшно. Он впервые испытал подобное чувство, и не понимал, что это такое, но в его душе возник азарт потягаться с той силой, что бросила ему вызов.       Вайлет отвернулась, сунув руки в карманы.       — Did I dream it? — будто обратилась она к теням вокруг, не находя ответа в них, продолжив свой путь, ослабив свою ауру до привычного уровня.       Когда чувство удушающего жара растворилось в прохладном воздухе, Адам чуть приподнялся, беря в руки бинокль, чтобы проводить взглядом удаляющуюся фигуру своей новоиспеченной сестры.       — Это она сделала, что ли? — тихо прошептал он, хищно ухмыляясь. — Интересно.       Вайлет спокойно шла вперёд, не оборачиваясь, всё ещё ощущая, будто за ней кто-то наблюдает, но не находя тому подтверждений.       — Уходим, пока она ничего не заподозрила и не начала нас искать, — Амайя дёрнула за капюшон Дарка. — В больницу мы не войдём, она наверняка расставила везде ловушки, пока дошла до выхода. Придумаем что-то утром.       Адам, тем временем, заворожённым взглядом провожал Вайлет, чувствуя, как садистическое возбуждение закипает в крови лишь при мысли о том, чтобы поставить эту девчонку на место.       Он докажет всем, что он сильнее, ведь так и есть.       Ви неспешным шагом обошла территорию больницы, вдыхая прохладный воздух вечернего города. Сотрудники в хирургических костюмах метались между корпусами, занимаясь спасением очередной жизни, но Дарк не было до них никакого дела, как и им до неё. Она словно тень бродила во тьме, пытаясь приметить что-то подозрительное, но всё шло как обычно, не привлекая лишнего внимания.       Однако здание через дорогу от больницы не давало ей покоя. Вайлет сунула руки в карманы, прокручивая в руках зажигалку. Применять слишком много силы было бы опасно: кто-то бы наверняка засек её энергию, что поставило бы в опасное положение их с Сатору план. И всё же ей бы следовало проверить то, что она находила подозрительным.       Но когда Ви оказалась на крыше, там уже никого не было.       Ветер развевал чёрные пряди парика так сильно, что он едва не сорвался с головы Дарк, вынуждая её придерживать свою маскировку. Вокруг неё был лишь холодный бетон и ничего более, но Вайлет не покидало чувство, что тут кто-то точно был. Она внимательно обошла весь периметр и встала на край крыши, доставая упаковку сигарет, закуривая одну.       Внизу, под лампами ярких фонарей, бродили люди, так называемые «невинные граждане». Кто-то возвращался с работы, кто-то прогуливался с друзьями, гулял с собакой, шёл с тяжелыми пакетами из магазина. Жизнь не-магов продолжала кипеть. Каждый шёл куда-то с определенной целью, заботясь о своём существовании, и большинство из них даже не догадывались, что в любой момент мир может рухнуть под давлением сил, о которых простые люди и не догадываются, но имеют к ним непосредственное отношение.       Они обязаны знать.       Бесконечная забота магов о спокойствии простых граждан раздражала Дарк, как будто речь всегда велась о защите маленьких детей от всей правды мира, чтобы не травмировать их «хрупкую психику». Для шаманов неведение людей было железобетонным оправданием их абсолютной «невинности», и в Японии она ощущала это куда острее, чем на родине, где многие не-маги брали в руки оружие, готовые сражаться с проклятиями.       Вайлет подняла голову вверх, уставившись во тьму небес, выдыхая дым.       «Возможно, он в чём-то был прав», — пронеслось в её голове, но она тут же одёрнула себя, встряхнув головой.       В её жизни сейчас хватает собственных проблем.       Ещё раз обойдя периметр крыши, Ви направилась обратно в корпус больницы.       Снова проверила телефон, так и не увидев ответа Сатору.       «Где ты, придурок…» — тяжело вздохнула она про себя, закрывая за собой дверь, пытаясь отделаться от чувства, что что-то тут не так. Будто тени вокруг навязчиво продолжали шептать об опасности поблизости, в то время как глаза упорно ничего не видели. Но за годы работы Вайлет знала, что глазам верить нельзя.       Она рыскала по узким проулкам между домами, взбиралась на крыши, проверяла даже подвалы домов, что казались ей хорошим убежищем, но так и не нашла никаких улик.       Ви вернулась в палату ни с чем, тихо открывая дверь, будто опасаясь кого-то разбудить. Кенто тут же поднял на неё свой тяжёлый уставший, полный недовольства взгляд, ощущая прилив раздражения от одного только безразличного вида Дарк, будто она просто маялась чёрт пойми чем.       — Где ты была? Тебя часа два не было.       — Так долго? — сама удивилась Вайлет. — Ну, ты не звонил, так что я решила, что мне некуда спешить, — пожала плечами она.       — Звонил трижды, — закатил глаза Нанами, тяжело вздыхая. — Мои дедуктивные навыки подсказывают, что у тебя отключён звук на телефоне.       Ви достала телефон, проверив верность предположения Кенто, удовлетворительно кивнув.       — А ты действительно хорош, Шерлок, — усмехнулась она, сунув телефон обратно и усевшись на подоконник. — Забежала в магазин.       — На два часа?       — Очень большой магазин, — отмахнулась шаманка, переводя задумчивый взгляд на окно. — Тут всё спокойно было?       — Как видишь, — не отрываясь от книги, сдержанно буркнул Нанами. — Если бы ты добросовестно относилась к работе, то сама бы знала ответ на свой вопрос.       Вайлет перевела взгляд на пациента, который ничуть не изменился с момента, как она ушла, поджав губы.       В комнате вновь повисла напряжённая тишина.       — Я чувствовал всплеск проклятой энергии, — сухо сказал Нанами, не отрываясь от книги. — Это была ты?       Вайлет вскинула бровями с недовольным видом, сложив руки на груди и нервно подёргивая ногой, не готовая выслушать очередную поучительную лекцию.       — Что-то случилось? — поинтересовался Нанами, набираясь терпения, чтобы попытаться понять напарницу.       — Пока ничего, — выдохнула Дарк, постукивая ботинком по больничному кафелю. — Тебе ничего не показалось странным?       — Кроме твоего поведения, нет, — обрубил мужчина, захлопывая книгу. — Вайлет, мы напарники, так что если тебя что-то беспокоит или ты заметила что-то странное, лучше скажи прямо.       — Ничего такого, — отмахнулась Ви, замотав головой. — Просто… — она тяжело вздохнула, — интуиция.       Шаманка быстро осмотрела комнату, переведя взгляд обратно на окно, пытаясь в тенях найти объяснение этому странному шестому чувству, что ощущалось мурашками, пробегающими от шеи до позвоночника, и внутренним напряжением, будто тетива лука перед выстрелом.       Нанами с задумчивым видом отложил книгу в сторону, обдумывая слова Вайлет.       — Что ты видела? — уточнил он, напряжённо приподнимаясь с кресла.       — Ничего, говорю же, — вздохнула она. — Просто тревожность разыгралась, наверное, — усмехнулась Ви натянуто. — Сыграем в Crazy Eights?       — Прости, что? — опешил Нанами, встряхнув головой, в очередной раз за вечер пытаясь понять, всё ли верно он расслышал. — Что это?       — Карточная игра, — Вайлет достала из кармана широких брюк колоду карт, купленную в магазине.       — Ты предлагаешь сыграть в карты?!       — Впереди вся ночь, почему нет? — ухмыльнулась Дарк, ловким движением рук вытаскивая из упаковки колоду карт, грациозно перекидывая её между пальцами, словно профессиональный крупье.       Нанами ошарашенно открыл рот, но тут же подавил своё возмущение, понимая, что тут уже нечему удивляться.       — Ладно, — выдохнул он облегчённо. — Рассказывай правила.       Вайлет подвинулась к углу подоконника, усевшись на него в позу лотоса. Кенто без интереса поднялся со своего места, окончательно откладывая книгу, смирившись с тем фактом, что дочитать её не выйдет.       — Итак, — девушка ловко начала тасовать колоду. — Суть игры в том, чтобы скинуть все карты раньше своего соперника. Восьмёрка — козырная карта, вне зависимости от масти. Она бьёт все остальные. И если ты проиграешь, с тебя бутылка виски, — заявила она, ткнув Нанами в плечо, отчего он поморщился.       — Хорошо, — согласился он, — но потом мы сыграем в Дайфуго, — усмехнулся мужчина едва заметно. — И тогда посмотрим, кто кому должен бутылку виски.       — Оу, — протянула Вайлет, раздавая по пять карт с удивительной ловкостью. — Я чую запах азарта, — ухмыльнулась она, тасуя карты, продолжив объяснять правила игры.       За игрой время тянулось чуть быстрее, но не настолько, чтоб ожидание не утомляло.       — Надо признать, ты достойный соперник, — заключила Дарк, кладя финальную восьмёрку поверх карты Нанами, снова оставаясь без карт первой. — Но всё же, счёт два один в мою пользу, так что с тебя бутылка виски.       — Из вежливости я проигнорирую тот факт, что во время первой игры ты не до конца объяснила правила, упомянув о том, что красные восьмёрки добавляют две карты сопернику, лишь выложив восемь червей на игральное поле, — усмехнулся Нанами .       — Это всё равно бы не спасло твоё положение в первой игре, — развела руками Вайлет, в очередной раз за вечер щёлкнув по экрану блокировки своего телефона, проверяя экран уведомлений с напряжённым взглядом.       — Я бы и вторую проиграл, если б не твоя невнимательность, — вздохнул Нанами, собирая карты в колоду. — Беспокоишься за Сатору?       Ви тут же округлёнными глазами посмотрела на Кенто, чувствуя, как кровь прилила к лицу от такого предположения.       — С чего вообще такой вывод?       — Прости мою бестактность, просто краем глаза заметил, что ты проверяешь диалог с ним во время игры, — прокашлялся Нанами, почувствовав себя неловко от того, что полез не в своё дело. — Можешь не отвечать.       — Беспокоится надо за тех, кто решит бросить вызов Годжо, — спокойно заявила Вайлет, подавляя внутреннюю тревогу. — И всё-таки Эфиопия опасный регион, там вечно всё идет не по плану.       — Ты бывала там? — с недоумением Нанами вскинул бровью, тасуя колоду карт в руках.       — Ну, — Дарк поджала губы, потирая шею, — был опыт пребывания по работе. Беззаконие, которое творится там, с одной стороны развязывает руки, а с другой заставляет всегда помнить, что руки развязаны не только у тебя. Там царит лишь язык силы.       — Что ж, — вздохнул Кенто, — благо, Годжо хорошо владеет этим языком.       — Ну да, — потупила взгляд Вайлет, о чём-то задумываясь, даже не замечая, как Нанами начал раздавать карты на новую игру. Что-то не давало ей покоя, как будто бы это томительное ожидание было направлено на притупление их готовности. Ви, привыкшая к быстрым, молниеносным сражениям, просто терпеть не могла гонку на выносливость.       Дарк достала пачку сигарет, нервно закуривая.       — Вайлет, если тебе надо покурить, я подожду, — раздавая карты, уже более мягко сказал Нанами.       — Хочу тут, — теневая лоза потянулась к ручке окна, открывая его вновь, в то время как сама Вайлет заняла более удобное положение на подоконнике, вытянув одну ногу так, чтобы не задевать карты.       — Ладно, — выдохнул Кенто, понимая всю бесполезность переговоров с Дарк насчёт курения. — Эта игра называется «Дайфуго». Правила в ней чуть попроще, чем в твоей игре, но суть такая же, как и в бешеных восьмерках.       Ви с отстранённым видом слушала Кенто, вспоминая, как этой игре её когда-то учила Сумико, даже не догадываясь, что Цукумо уже познакомила Дарк с этой игрой. Раньше они могли часами играть в «Дайфуго» по ночам, даже не планируя приходить утром на первое занятие истории, а Окамото каждый раз удивлялась подозрительному профессионализму Вайлет.       Сложно сказать, сколько партий было сыграно до утра, пока Дарк и Нанами изредка перекидывались короткими фразами и усмешками. Но всё было лучше, чем постоянные перепалки между ними.

⊱─━━━━⊱༻⋅•⋅⊰∙∘☽●☾∘∙⊱⋅•⋅༺⊰━━━━─⊰

      Томительную скуку прервал громкий взрыв