Дожди ярче, когда ты рядом.

      Он откинулся на кресло и прикрыл глаза, позволяя образу девушки в синей, забрызганной каплями крови майке, занять его голову. Приятное времяпрепровождение, учитывая то, что последние годы тот ни на секунду не позволял себе расслабиться, ведь любил держать всех в узде, под контролем.       И пускай казалось, что грозный мужчина в кожаном плаще, какие носили лишь преступники того века, в чёрных очках и с безупречно уложенными светлыми волосами, веял лишь страх. Особенно отдавало ощущением того, что ему это всё приносит удовольствие, что ему не составляет большого труда запугивать и влиять на людей, словно кукловод за ширмой.       Острые черты лица и частая ироничная ухмылка на лице, словно олицетворяют педантичность и невозмутимость характера Вескера. Он хитрый, безжалостный и гениальный стратег. Раньше он и подумать не мог, что способен питать какие-либо чувства к другим людям.       Его длинные пальцы в изящных перчатках… легли на ножку бокала, что был налит красным вином, а взгляд привычно горел тихим пламенем, готовым в любой момент разрастись до всепоглощающего пожара. Его чувства трудно описать, сложно сказать, что именно он хочет от Валентайн. Нет, всё и так ясно - он хочет видеть её рядом с собой, но хочет ли она того же? Будь это кто-то другой, Альберт бы просто взял что хочет, и не терзался сомнениями. Но к ней он питает что-то особенное, трепетное и очень хрупкое.

***

Арклейские горы. 2006 год.

***

      Очнувшись, он раскрыл глаза, но тут же зажмурился. Белый свет и тусклый оттенок капель нежеланного дождя, неприятно резал привыкший к кромешной темноте взор.       Спустя минуту Альберт смог более-менее нормально видеть, всё так же сощурившись. Без привычных ему элегантных, чёрных очков всё перед глазами выглядело намного ярче и цветастее. В плохом смысле.       Особняк Спенсера, находящийся где-то повыше места, где он сейчас лежит, был скрыт за скалами, проросшими кое-где щуплыми кустами.       По лицу бьёт холодный дождь, а вместе с тем и крупная, неприятная дрожь в который раз пробегает по телу, вся одежда промокла, сырость мерзко обволакивала все его конечности. Заныли рёбра, потрёпана спина.       Медленно, аккуратно Вескер пробует привстать, осторожно поочерёдно двигая плечи и пальцы, но к счастью вирус регенерировал практически все повреждения. Переломы исчезли будто бы их и не было, а вот с оставшимися ушибами придётся ещё походить.       Прижавшись к чужой груди, Джилл тяжело дышала через приоткрытый рот, начав жалостно постанывать, пытаясь прийти в себя. Форма «АПБТ» была в пятнах грязи вперемешку с кровью, местами порвана, на оголённых царапинами частях тела заметны крупные ссадины. Для человека, не подобному Вескеру, падение с такой высоты предвещало бы мучительную смерть в агонии и невозможности двигаться.       Однако Джилл Валентайн жива, упорно цепляется за жизнь, ведь у него на груди умирать явно не собирается. Удивляет живучестью, подобно кошке с девятью жизнями. Воля к существованию – вот что двигает ею. И этот инстинкт у неё работает так же хорошо, как и всегда. — Крис Редфилд не заслуживает жизни и ты это знаешь. Чего ради ты спасла его? — Иди к чёрту… сукин ты… с… - захлёбываясь в дождевой воде, та кашляла кровью, при этом не теряя своей бойкости. Словно была готова продолжить бой, однако обездвижена. — Я восхищаюсь тобой, Джилл Валентайн.

***

Африка. 2009 год.

***

— Джилл… - Вескер стоит над больничной койкой, чуть ли дотрагиваясь бледной кожи Валентайн, гладит ту по щеке, будучи в кожаных перчатках. — Не волнуйся. Я не причиню тебе вреда, и никому не позволю этого сделать. - в его словах была чистая искренность, однако, будь Джилл сейчас в сознании, она бы ему не поверила. В любом случае.       Он перебирает её блеклые волосы, с каплей грусти на душе вспоминая, как же хороши они были тёмно-каштановые и с короткой стрижкой. Не верит своим глазам. — Представь себе – я мог запросто тебя оставить в той пропасти, при этом даже бровью не поведя. - хоть Альберт и говорил это всё монотонным голосом, словно был полностью равнодушен к девушке в плачевном состоянии. Стоит помнить, что ещё никому не удавалось разгадать его мотивы и дальнейшие действия.       Джилл приоткрыла глаза. — Ты проснулась… Спустя три года. - Вескер улыбается краешком губ, глядя на очнувшуюся. Как только она повернула голову в его сторону, быстро убирает появившуюся улыбку. — Ты… ты… - полушёпотом, сухим голосом мямлит та. Глаза увеличились в размерах, а дыхание участилось. Повернув голову в другую сторону, она судорожно возвращает свой взор на Альберта. Девушка только сейчас поняла, что находится в больнице. Паника разрастается с каждой секундой.       Учитывая то, что её злейший враг и угроза всему человечеству стоит прямо над ней – безоружной и просто слабой. — К чему вся эта забота?.. - она прекрасно понимает лишь что если бы он разделял с ней эту присущую ей ненависть – то давно бы убил. — Ты же знаешь, я не отвечу на этот вопрос. — Ответь… ответь, пожалуйста! Отвечай, твою мать! - Голос с сухого и замученного, стал грубым, даже истеричным. Медсёстры и врачи услышали шум с палаты Валентайн и ринулись вовнутрь, а увидев что пациентка проснулась, принялись за дело. — М-мне… не нужна твоя помощь, Вескер. Лучше сдохнуть в пропасти! - кричит она Альберту вслед, пока он, развернувшись, неспешно, вальяжным шагом покидает палату. — Мы ещё увидимся, Джилл.