Часть 7 Поймав течение

Я пришла в себя, сидя в чей-то машине со связанными руками и ногами. Состояние было ужасное — кружилась голова, в глазах двоилось, в теле разлилась дикая слабость. Я даже пошевелиться не могла не то что встать и бежать. Они стояли рядом с машиной — два незнакомца. На них падал свет фонаря, поэтому, не смотря на проблемы с фокусировкой, я увидела обоих. Сразу. Они разговаривали, и я слышала все, потому что передняя дверь машины, в которую меня усадили была открыта. — Ты зачем меня так ударил? — Возмущенно спросил брюнет, держась за лицо. — Я тебе эту телку нашел, позвонил, рассказал, где она а ты вмазал! — Скажи спасибо, что не прибил, — рыкнул Рыжий. — Какого черта ты ее лапал, пока она в отключке была скотина? — Она ничего так. Заводит. Фигурка отвал. И взгляд как у кошки, — хохотнул брюнет. — Давно на нее запал? — Заткнись. — На кой черт она вообще тебе нужна? Она тебя не знает, да и гоняет с Универсамовским кстати она сама Универсамовская. — Не отставал брюнет. — Ты получил бабки за ее похищение? Все, проваливай. Веселись дальше, — Отрезал рыжий. — Ты, наверное, тоже с ней повеселиться хочешь, — хохотнул брюнет. — Поэтому попросил ее вырубить, и эта тряпка на всякий случай…Не пойму. Скажи что на той тряпке! Я это тоже девчонке одной подмешаю! — Все, сказал же тебе, проваливай! — выкрикнул рыжий. И этот подонок наконец-то ушел…А я в новь заснула…

***

Когда я открыла глаза, поняла, что нахожусь на достаточно мягком диване, удивилась. Думала, что проснусь где-то в сыром подвале на холодном полу. Ужасно хотелось пить. Голова ныла, тело было тяжелым, связанные за спиной руки затекли так, что почти не чувствовались. На себя мне было плевать. А вот из-за Вахита сердце рвалось на куски. Я в опасности, меня могут изнасиловать, пытать и убить. Ну а если я выживу, меня отошьют с позором. А Зима будет винить себя… Я обвела помещение полу пустым взглядом полутемное помещение— кроме меня самой в помещении находился этот рыжий падонок. Подвигавшись на полу, оценивая, насколько крепко связана, сразу поняла, что высвободиться не смогу. Тогда начала искать глазами хоть что-то, что могло разрезать веревки, но ничего не нашла. Зато падонок заметил, что я пришла в себя. — Очухалась? Живая? А я уже думал откинешься… — Только тронь меня, и откинешься ты. — холодным голосом, и питая надежду, что меня найдут пацаны рявкнула я. — За такие слова извиниться не хочешь? На колени мне сесть, или встать на колени… — с грязной ухмылкой размышлял рыжий подонок. — Ты же понимаешь насколько ты в гибельном положении? Не стоит мне хамить, я с тобой хочу подружится… — А я не хочу. У меня парень есть. — Ну и где же твой парень? — Рука этого урода начала ползти вверх с внутренней стороны бедра. В воздухе повисла гробовая тишина… — Оглянись, чушпан — Сзади парня появился Вахит с пацанами. Как только рыжий ублюдок повернулся, ему прилетело в фанеру кулаком от Зимы. — Теперь видишь?! Перед тобой стоит! — Я никогда не видела такие бешеные глаза у Вахита, но в груди словно горячий воск растеклось приятное чувство радости. — И лично тебя в гроб положит. — Последнюю фразу он прошипел так тихо, что услышала только я и ублюдок. Пацаны начали бить его толпой, а Зима подошел ко мне, достал перочинный нож и разрезал веревки. Я сразу же бросилась к нему в объятья, не смотря на адские покалывания в конечностях. Он прижал меня к себе целуя в макушку, и говоря. — Все хорошо…Этот урод с тобой ничего не сделал…Не сделал же? — В глазах Вахита проскользнул испуг. — Н..нет — Вся эта нежность растопила мое сердце на пополам, и я очень громко разревелась в грудь Зимы. — Чшшшш…моя девочка, все хорошо, больше тебя никто не посмеет обидеть…Всегда будем ходить вместе…хорошо? — Да… — Все еще плача и утирая слезы, говорила я. Но зная, что либо я держусь за эту хрупкую веточку уважения улицы, либо падаю в пропасть и умираю…