Неожиданный гость

      Маринетт и Манон все еще выбирали чай, стрелки на часах стремительно приближались к обеду, как послышался звонок. Маринетт, оставив девочку наверху, которая сразу бросилась на балкон, предчувствуя гнев няни и пытаясь избежать его, медленно спустилась вниз, мысленно укоряя родителей за незапланированный уход: к ним за несколько часов пришли десятки человек, хотя они и объявили о нерабочем дне. Она уже хотела сказать очередному посетителю, что пекарня временно закрыта, но увидела его самого. Адриан вовсю махал одной рукой, держа в другой коробку дорогих конфет. Опомнившись, Маринетт открыла дверь. — Привет, Маринетт, — нежно сказал парень, мягко улыбаясь. — Ты, наверное, не ожидала увидеть меня здесь? — Э-э-э, притев, ой, привет, Ариан, Адриан! — почти закричала девушка. — Такчтотыздесьделаешь? — Не поверишь, но ты и пригласила меня сюда. — … — Девочка, с которой ты следишь, Манон, кажется, отправила мне это, — Адриан протянул ей устройство. — Она сама себя и спалила. Маринетт резко схватила его за руку и потащила наверх. — Манон! Ты зачем копалась в моем телефоне?! — она сильно разозлилась, и даже перестала заикаться. Однако девочки в комнате не было. — Манон? Где ты? Они поднялись на балкон. — Манон?.. Маринетт вдруг увидела девочку, мирно сопящую на шезлонге. Тикки выглянула из-за угла, сделав знак быть тише. — Ох, она уснула, — девушка поджала губы. — Давай я ее перенесу на диван! — Адриан, дождавшись кивка одноклассницы, ловко перенес девочку. — И… Маринетт, я хочу спросить, ты против, что я здесь? — Нет-нет, Адриан, я дара, то есть рада, конечно же я рада! — Ты злилась за поступок Манон, и я подумал, может… — Нет, Адриан. Я была разачарована поступком Манон за то, что она без спроса взяла мой телефон, кроме того, от моего имени отправляла сообщение. Она не должна так поступать. Ты тут не причем. Адриан, пойми, мне неприятно, когда трогают мои вещи без моего согласия. Не обижайся, пожалуйста, если показалась резкой, — девушка укрыла Манон пледом. — Ничего, Маринетт, я понял тебя. И я же принес конфеты, так давай вместе попьем чай? Она молча кивнула. Они сели за компьютерный стол, Маринетт заварила напиток. — Это… чай со смородиной, правда? — Адриан внимательно посмотрел на девушку. — Да, что-то не так? У тебя аллергия?! — Я такой чай пил очень давно, когда мама была жива. Я очень скучаю по ней. — Я не знала, прости… — Нет, спасибо тебе, когда бы я пил этот чай еще? — Хорошо, но ты же знаешь, что можешь приходить в любое время, пекарня для тебя всегда открыта. — Спасибо. Маринетт хотела что-то ответить, но не успела: поморщившись от резкой боли на запястье, она остановилась. — Маринетт? Маринетт, тебе плохо? Ответь, пожалуйста! — Соулмейт… — Чт… — Он появился! Подожди меня здесь, никуда не уходи, я хочу посмотреть его наедине, — с этими словами Маринетт ускакала в ванную. — Что это с ней? — Адриан спросил у самого себя. — Ты ничего не понял? У твоей подружки соулмейт объявился, — Плагг вынырнул из кармана рубашки. — Правда? А я думал, у нее есть метка. Квами хмыкнул и потребовал камамбер. Адриан исполнил его просьбу и стал изучать комнату. Маринетт со скоростью света ворвалась в ванную. Казалось, что сердце бьется миллионами ударами в минуту. Она боялась. Боялась взглянуть на запястье, боялась, что это неправда, что это всего лишь сон. Как же она мечтала об этом дне! На каждое день рождения, на каждое Рождество она загадывала только одно желание: чтобы у нее появилась родственная душа, с кем можно делиться всем — желаниями, мечтами, мыслями, страхами… Она завидовала родителям, которые нашли свою вторую половинку; одноклассникам, ходившими под ручку со своими соулмейтами; да всем, кому посчастливилось иметь родственную душу. И сейчас Маринетт пугалась взглянуть на метку. Вдруг она уродливая? А вдруг… Тут к ней прилетела Тикки: мудрая квами услышала ее побег и поспешила узнать причину, если что — поддержать, дать совет. — Маринетт? Маринетт! Что это за шум? — Тише, Тикки, Адриан услышит, я не хочу объяснять ему, почему я разговариваю с сумкой. — Ладно, так с тобой все в порядке? Мне уйти? Маринетт посмотрела на нее большими глазами. — Что? — Тикки, у меня теперь есть соулмейт. Это свершилось! — Я тебя поздравляю, Маринетт! Я очень рада за тебя! И, какая метка? Красивая? — Э-э-э, Тикки, я… — Так! — Ну… — Маринетт! — Но я не посмотрела ее! Повисла тишина. Тикки испытывающе посмотрела на подопечную и не выдержав, тяжело вздохнула. — Маринетт, я понимаю тебя. Другие ЛедиБаг тоже боялись, но девочка моя, пойми, в этом нет ничего страшного. Все равно тебе придется ее увидеть. Не бойся, я с тобой, Маринетт. Девушка рвано выдохнула и выставила руку перед собой. Ее глаза широко распахнулись, губы приоткрылись. Тикки нахмурилась. Да что же там такое?! — Маринетт! — Тикки, я знаю, кто это, — девушка протянула руку вперед. — Посмотри, сама догадаешься. Квами с энтузиазмом подалась вперед. Ей было интересно, как никогда. Да, у нее за пять тысяч лет набралось несколько сотен подопечных, и каждая была особенной. Естественно, она видела все метки — девушки тесно общались с Тикки, делились всеми тайнами, да и какие могут быть секреты, если они с квами не расставались? В этот раз было интереснее — Мастер создал строгий закон для супергероев, они не имели права раскрывать никому свои личности, даже друг другу. Мудрая квами, конечно же, знала личность супергероя под маской Кота Нуара, но не могла об этом сказать своей подопечной. Со всеми этими тайнами личности теперь было хлопотно, но при любой ситуации нужно находить плюсы. Теперь квами оставалось лишь наблюдать со стороны. С этими мыслями Тикки наконец-то взглянула на заветную метку. На запястье Маринетт отчетливо был нарисован милый черный котенок с зеленым атласным бантом на шее.