Полиаморные отношения с Шионом Мадараме

Когда ты поняла, что не можешь пойти на компромисс ни с одним из них, ты поставила ультиматум: либо они оба твои парни, либо никто из них. — С понедельника по среду – ты, — скрипя зубами, объявил Пэян за столом переговоров. — С четверга по субботу – я. Пока она с одним, другой делает вид, что его не существует нахуй. Ждёт своей очереди. Без наёбок. — Ага, — ты скептически скривилась. — А что насчёт воскресенья? Недолго над вами тремя висела растерянная тишина, как будто осознание накрыло сверху плотным покрывалом. — Ну, воскресенье ты можешь посвятить себе, — Пэян пожал плечами. — Нет, — тут же оборвал его идею Шион, и его губы хищно изогнулись. — Это будет день перемирия. Собственно, именно так ты и оказалась в той ситуации, в которой находишься сейчас: воскресенье, в тёмной комнате мерцает экран приглушённого телевизора, полупустая бутылка розового шампанского забыта на столе, Шион сжимает тебя в объятьях и целует глубоко и неряшливо, пока Пэян сидит на полу у твоих ног и напряжённо водит руками по твоим бёдрам и икрам. — Кто тебя сосаться учил? — ревниво прорычал он, поддевая резинку твоего гольфа. С причмокивающим звуком Шион оторвался от твоих губ и смерил конкурента высокомерным взглядом: — Мама твоя. Ты ударила Шиона по бицепсу. — Будете грызться — обоих выгоню. — М-м-м, детка, — томно ответил Шион, потирая ушибленную руку и забираясь тебе под юбку. — А ты сможешь? Кто тебе поможет с этим потопом? Его пальцы, покрытые бугристыми шрамами от въедавшихся в мясо кастетов, двинулись ко внутренним сторонам бёдер, туда, где пульсировало влажное тепло твоего тела, но вместо этого наткнулись на другие мужские руки. — Ты гомик, что ли? — Пэян мрачно посмотрел на него снизу вверх. — А чё ты у неё под юбкой забыл? — Это моя территория. Шион возмущённо зафыркал, переместив руки на верхнюю часть твоего туловища. — Тогда ты снизу, я сверху, — он нагло ухмыльнулся тебе, прежде чем за волосы наклонить твою голову к плечу и обнажить нежную колонну шеи. Холодные губы Шиона жадно посасывали чувствительную кожу, пока руки пробрались под кофту и сжали твою грудь через бюстгальтер. Ты захныкала. Одного из них уже было достаточно, чтобы довести тебя до предела, но оба разом?! Пэян стянул с тебя гольфы, испытующе поглядывая на тебя снизу. Его губы были тёплыми, а поцелуи более лёгкими, и эта игра на контрасте заставляла твой мозг плавиться до состояния однородной массы. В местах, где Пэян прижимался губами, точечно вспыхивал щекочущий жар, и в конце концов ты решила прервать его привычный сеанс поклонения и потереть бёдра друг об друга. — Что, не терпится? — обжигая твоё ухо горячим дыханием, прошептал Шион. Его руки скользнули под жёсткие чашечки бюстгальтера и обхватили твою грудь. Большой палец дразняще прошёлся по соску. — Что ты хочешь больше? Его пальцы? Или язык? Пэян молчал, устроив голову на одной из твоих ляжек. Терпкий запах женского возбуждения ненавязчиво щекотал ноздри, и его рот наполнился слюной. В отличие от Шиона, его возбуждали долгие прелюдии, больше похожие на сборник фетишей: делать тебе массаж, целовать пальцы ног, сажать себе на лицо или брать на колени, заставляя тереться промежностью о его бедро. Он мог залезть в окно твоей спальни посреди ночи, обвить тебя длинными жилистыми руками, уткнуться носом в твои волосы и сунуть руку в трусики. Его пальцы начинали с невесомых поглаживающих движений, чтобы пробудить твою чувственность, а заканчивали втиранием плотных кругов до финальной разрядки, пока ты дёргалась и прижималась к нему плотнее, пачкая выделениями своё бельё и его костлявые пальцы. Шион был другим, более нахальным и эгоистичным. С ним предварительные ласки моментально превращались в грубый петтинг, и исход всегда один: ты со вздёрнутой вверх задницей пускаешь слюни на подушку и плаксиво постанываешь, пока он врезается в тебя сзади в ритме отбойного молотка. Единственное, что всегда портило образ Шиона как альфа-доминатора, был его оргазм: кончал он с тонким поскуливанием, больше напоминающим женское. Подушка тебе нужна была ещё и для того, чтобы не засмеяться в голос. Он мнил себя первоклассным любовником, но ты была первым человеком, который рассказал ему о существовании клитора. «А свастон твой типа знает, а?! Или ты его уже надрессировала? Ладно... Мне тоже покажи». Теперь ты металась между этими двумя и не знала, куда себя деть от переизбытка ощущений. Руки Шиона подхватили тебя под коленками и шире раздвинули твои ноги. — Держу пари, она там взмокла, как сучка в течке, — Шион гадко захихикал тебе на ухо. Пэян, плавно стягивающий с твоей голени бельё, бросил на него недобрый взгляд исподлобья. — Сучка тут только ты. — Э-эй! — Шион шутливо щёлкнул его по лбу. — Наша девочка сказала не ругаться. И я не оскорблял её. Ей нравится такое. Да, малыш? — он собственнически сжал твоё горло, поцеловав в щёку. — Тебе нравится, когда я называю тебя сучкой? Сучка для Бешеного Пса... — Мне нравится, когда ты молчишь, — сквозь частые вздохи ответила ты и дрожащими руками сорвала с себя кофту. Поняв намёк, Шион звякнул застёжкой твоего лифчика и швырнул его в другой конец комнаты. Прохладный воздух спальни коснулся твоей голой груди, но очень скоро сменился тёплым жаром языка Шиона. Это было слишком много для тебя одной... — Эй, конфетка, — Пэян помахал рукой перед твоими затуманенными глазами. — Я здесь! Ты почувствовала укол вины где-то глубоко в сердце. Шион настолько был хорош в привлечении внимания, что ты не успела уделить его своему второму парню. — Ой, прости, любимый, — тихонько пробормотала ты, пропустив его колючие волосы сквозь пальцы. — Слишком много всего и сразу. — Но ты же можешь это выдержать? — непривычно спокойным тоном спросил он. Закусив губу, ты часто закивала. По позвоночнику пробежали приятные мурашки, когда Шион принялся сосать твою вторую грудь. Ты не разрывала зрительного контакта с Пэяном, который подобрался ещё глубже тебе под юбку. Тепло его дыхания на чувствительном клиторе заставило тебя хныкать в предвкушении. — Хочешь чего-то конкретного, конфетка? Тяжело сглотнув, ты робко отводишь взгляд в сторону. Несмотря на то, в какой ситуации ты находилась, встречаясь с двумя парнями одновременно, он всё равно умудрялся засмущать тебя! — П-просто... просто сделай мне приятно. Ты громко стонешь и запрокидываешь голову, когда Пэян наконец-то проводит языком полоску от твоей сочащейся дырочки до пухлого клитора. Затем он делает это снова, и снова, и снова, пока не начинает небрежно прихлёбывать и отчаянно слизывать всё скопившееся скользкое возбуждение. Шион с причмокивающим звуком ненадолго оторвался от твоей груди: — Так нечестно, он твой любимчик. Ты бросила на Шиона сердитый взгляд. Одним из правил для воскресных встреч было «делись, а не конкурируй». Впрочем, они оба нарушали это правило ежеминутно. Твоё эго взлетало до небес от осознания, что два парня настолько очарованы тобой, что готовы соревноваться за твоё удовольствие. Их привязанность и желание завоевать твою благосклонность казались сильнее собственнических чувств. По крайней мере, пока. Ты плачешь, скулишь, стонешь и издаёшь любой возможный звук, когда Пэян безжалостно отлизывает тебе, обхватывая руками твою талию и прижимая теснее к своему рту. Ты пытаешься оказать сопротивление и ослабить давление. Упругий язык цепляется за клитор, лакает твою влажность, а тонкие губы время от времени нежно посасывают его. Он сводит тебя с ума; это так хорошо, так хорошо... В твоих стонах есть пронзительный, плаксивый оттенок, из-за которого ты звучишь так отчаянно и разбито. Шион мнёт твою ноющую от стимуляции грудь и полусонными глазами смотрит на то, как Пэян прижимает свой язык к твоему клитору. Ты кончаешь, и голодный взгляд Пэяна поднимается вверх, чтобы увидеть, как твои красивые глаза закатываются, как твой малиновый рот широко открывается, из твоей вздымающейся, покрытой засосами груди вырываются жадные вздохи. Пэян отпускает твои бедра и подтягивается так, чтобы его лицо оказалось на одном уровне с твоим. — Моя умница! Вот так, — он осыпал поцелуями твои горячие щёки, пока ты приходила в себя после оргазма. — Такая хорошая девочка для нас... Демонстративно кашлянув, Шион подтянул тебя, обмякшую и послушную, выше по дивану, чтобы твои ноги оказались на вельветовом сидении. Его ботинок небрежно пнул Пэяна в сторону подлокотника, а ты оказалась перевёрнута на живот. — Ты охуел?! Большая ладонь хлёстко приземлилась на твою задницу, и ты в недоумении вскрикнула. Шион пихнул тебя так, что пришлось навалиться на ошалевшего Пэяна. Твои руки сами собой оказались на его ремне, и ты поняла, какой компрометирующей позы от вас добивался Шион. — Отдай должок своему любовничку, — он посмеялся и шлёпнул тебя ещё раз, вторая рука легла на твою поясницу, вынуждая прогнуться в спине. — А я пока покажу ему, как нужно трахать такую штучку, как ты.