Глава 2

Ты лежала на животе, спрятав лицо в скомканной рубашке. Родной запах собственных духов ненадолго отрезал тебя от кошмарной реальности, в которой ты оказалась, и отвлекал от удушающего облака феромонов Майки. Его член врезается в тебя жёсткими толчками сзади, его тело прижимается к твоему, горячее и потное. Ты могла чувствовать бешеный пульс, пробегающий по его телу, и его дыхание в своих волосах. Жар кипел в венах, когда головка члена ударялась о шейку матки. Пальцы сжимали металлическую ножку парты, и этот холод в ладони помогал не расплавиться в удушающем огне, охватившем всё тело. Внизу было мокро настолько, что твой живот лип к ткани плаща на полу. Боль, уколовшая тебя при первом проникновении, сменилась жгучим дискомфортом, но теперь липкие стенки приспособились к обхвату Майки, и тело выделяло достаточное количество смазки, чтобы не травмировать тебя. — Вот так, девочка, — пыхтел Майки, неустанно работая бёдрами. Твёрдые мышцы его живота били тебя по ягодицам, добавляя к хлюпающим звукам шлепки кожи о кожу. Он уткнулся лицом в твой затылок, жадно вбирая запах волос. Ты испуганно всхлипнула, когда пальцы контрастно нежно зачесали пряди на другую сторону, и горячие губы прижались к твоему уху. — Мне так жаль, ах, — Майки притормозил, сделав особенно глубокий толчок. — Всё должно было быть не так... Но я просто... ты знаешь... не могу больше терпеть... Ты вскрикнула, когда он рывком перевернул тебя на спину и тут же запечатал ладонью тебе рот. Член легко выскользнул из тебя, и измученные мышцы инстинктивно сжались вокруг пустоты. Раздвинув твои ноги, Майки вклинился между ними и направил себя одним плавным движением. Светлые пряди спадали тебе на лицо, щекоча щёки и шею. Не в силах остановить ритмичные толчки Майки, ты сжала коленями его бока. Блестящие глаза смотрели на него поверх зажавшей рот ладони. — Ты такая славная, — заплетающимся языком сказал он, убирая руку и неумело целуя твои губы, щёки и подбородок. — Такая милая и умная. Ты будешь хорошей парой, правда? Пообещай мне. Хныча, ты мотаешь головой, и его чёрные глаза загораются недовольством, граничащим с яростью. — Что за неправильная омега, — рычит он, сжимая пальцы на твоей шее, — мама не учила тебя, как нужно себя вести? — Т-ты не моя-я... пара... — его хватка была не крепкой, но ком рыданий в горле мешал нормально дышать, и ты в отчаянии вцепилась ногтями в его руки. Горячие слёзы пропитали твои растрёпанные волосы. — Да? — Майки кротко посмеялся от твоих слов, но веселье не тронуло его недобрый взгляд. — А кто трахает тебя прямо сейчас, м? Это не делает тебя моей парой — хотелось сказать ему, но ты не находила сил спорить с ним. Особенно сейчас, когда Майки перешёл от одержимой нежности к маниакальному собственничеству и желанию доминировать. Альфы и без того были эмоционально нестабильны, но в отношениях омег становились просто опасно непредсказуемыми. Чудовища, правящие этим миром, грубые и жестокие, больше похожие на зверьё, чем на людей — ты молилась, чтобы твоя течка так и не наступила, и ты осталась в слепой зоне, подальше от их голодных взглядов. Лучше всю жизнь прожить с клеймом неполноценной отбраковки, чем угодить в лапы того, кто будет относиться к тебе как к куску мяса. Руки Майки отпустили твою шею, теперь поглаживая и щупая грудь. Он напоминал ребёнка, впервые прикасающегося к кошачьей шёрстке или песку, познающего мир через тактильный контакт и приходящий от этого в неописуемый восторг. — О, моя звёздочка, — его лицо уткнулось тебе в шею. Его мурлыканье щекотало чувствительную кожу под ухом. — Ты просто напугана, да? Поэтому так говоришь. — Отпусти... отпусти меня, — откашливаясь от попавших в рот его волос, взмолилась ты. Майки вскинул голову, обжигая тебя тем же тёмным взглядом. Его бёдра замедлились, но толчки стали более глубокими, давая тебе прочувствовать силу каждого движения. Так грязно, так стыдно... — Уже всё, — прошептал он тебе в губы, — уже почти закончили, звёздочка. Ты зажмурилась, выжимая последние слёзы, намочившие твои уши, когда ощутила себя настолько сытой и наполненной, что дыхание перехватило. Майки устало ворковал над тобой, вытирая смесь из слёз и слюны с твоего лица, приглаживая волосы и утешающе прикасаясь губами то тут, то там. Боясь открыть глаза, ты сцепила зубы и тихо захныкала, когда он обнял тебя за талию и лёг на бок, увлекая тебя за собой. Его таз дёрнулся, и внутренности обдало новой порцией тёплой влаги. — Больно? — спросил Майки, оставляя поцелуи на твоих сомкнутых веках. Ты отрицательно замотала головой. Это была моральная боль, и Майки её не понять. Твоё измученное спокойствие вскоре сменилось новой волной паники. Распахнув глаза, ты попыталась отползти от Майки. Его руки ещё крепче сжали тебя в объятьях и притянули назад. Твой обострившийся слух уловил мягкий вибрирующий звук, чем-то похожий на мурчание, и от него мышцы налились расслабленностью. Сонливость потихоньку вытеснила панику и успокоила сердцебиение. Ты чувствовала себя в безопасности, на своём положенном месте, и от ощущения того, как пальцы Майки скользят по руке, бедру и животу, вырисовывая узоры, по телу пробегали приятные мурашки... — Вот так, — Майки довольно прижался носом к твоим ключицам. Твой пот пах немного слаще, чем обычно. — Отдыхай, звёздочка.