Глава 5

Его внутренний альфа напрягся, увидев тебя в разгар собрания с капитанами. Воздух в комнате мгновенно загустел от разом выброшенных феромонов. Любая омега, оказавшаяся здесь сейчас, забилась бы в угол и свернулась в дрожащий клубочек, прикрывая рот и нос потными ладошками. Широко раскрытыми от удивления глазами Майки смотрел на твою фигуру: ты излучала приятное, манящее тепло, действующее как приманка для любого альфы; взъерошенные волосы прикрывали заплаканные, подёрнутые похотливой дымкой глаза, устремлённые в пустоту; пижама (ты, мать твою, была в чёртовой пижаме!) облегала твои птичьи косточки, его взгляд опустился вниз, и у него перехватило дыхание. Дрожащие ступни с милыми бледными пальчиками оказались совершенно босыми. Ты была в отчаянии, тело содрогалось от лихорадки, и ты едва стояла на ногах. Руки нервно теребили чёрную ткань перед собой, и Майки с застывшим сердцем узнал свой плащ. Ты умудрилась найти его… по запаху?! — Майки-кун, — твой жалкий скулёж разрезал напряжённое молчание, как нож масло, и все вдруг ожили. — Майки, это что за хрень? — Кенчик вышел вперёд, недовольно указывая на тебя пальцем. — Это… девчонка из твоего класса? — Это где такие водятся? — с лыбой настолько широкой, что по подбородку потекли слюни, пропел Ханма. — Можно туда перевестись? Подавив молниеносное желание ударить Ханму, Майки вперил в него разъярённый взгляд. Уголок губ агрессивно подёргивался, обнажая оскаленные клыки. Ситуация выходила из-под контроля. Тема, вынесенная на обсуждение, вылетела из головы. Мысли занимало только инстинктивное стремление отстоять тебя, спрятать от чужих глаз, забрать себе, схватить, унести, украсть… Ты была лакомым кусочком: без его метки, в уязвимом состоянии — любой мог заявить на тебя права. Он протянул руку, стараясь вложить в голос как можно больше спокойствия и мягкости, несмотря на неуёмный жар внутри: — Иди сюда. Словно затравленный зверёк, ты всхлипнула и не двинулась с места. — Иди, иди, — ещё ласковее поманил Майки. — Они тебя не тронут. Твои босые ноги робко ступали по грязному полу. Ты не смотрела на ошалевших парней вокруг, твой мёртвый взгляд был прикован к Сано Манджиро, альфе, который был виновен в том, что твоя жизнь пошла под откос. Когда между вами осталось не больше двух метров, он подался вперёд и призывно распахнул свои объятья. Изнемогая от страха, ты прижалась к нему и выпустила теперь не нужный плащ из рук. Тебя окутал терпкий запах, и Майки обвил тебя руками для большей защиты. — Собрание окончено, — пропустив мимо ушей возражения, он возвысил голос. — Съебались все отсюда! Он закрыл глаза, слушая шаги и ворчания со всех сторон. Твой проявившийся запах был не похож на все остальные: тончайшие цветочные нотки переплетались с ароматом ванильного сахара, и хотя для остальных этот запах был бы слишком приторным, ему он нравился до безумия. В очередной раз Майки понял, что его зацикленность на тебе не носила исключительно плотский характер. Вы были предназначены друг другу судьбой, иначе бы его не тянуло к тебе ещё до выработки феромонов. — Майки, — прорычал откуда-то со стороны Кенчик. — Ты что творишь? Она не в себе. — Если она не на таблетках, её нужно отправить в больницу, — заметил Мицуя. — У омег с этим не шутят. — Две ебливые беты раскрывают на меня пасть? — Майки прижался щекой к твоей макушке, поглаживая тебя по спутанным волосам. Ты задрожала, чувствуя исходящую от него злость, и ему пришлось удвоить выброс феромонов, чтобы успокоить тебя. — Хотите встать между мной и моей омегой? Они не были идиотами. Они знали, что даже дружба не станет преградой для озверевшего альфы. Противостоять Майки и в менее раздражённом состоянии было смертельной ошибкой, а теперь?.. Повисла напряжённая тишина, пока Кенчик не сплюнул себе по ноги и не потащил за собой Мицую, тихо ругаясь себе под нос. — Когда снова станешь человеком, а не тупорылым животным, ко мне не подходи. Громко хлопнула дверь, отрезая вас двоих от внешнего мира. — М-майки-и-и-и, — ныла ты, цепляясь за него с отчаянием тонущего котёнка. — Мне так плохо!.. Я не знаю, что происходит. Пожалуйста, помоги мне, со мной что-то не так… — Ш-ш-ш, — заворковал Майки над тобой. Его голос тонкой струйкой цветочного мёда сочился в твой помутнённый разум, и от теплоты и сладости становилось тошно. — С тобой всё в порядке, звёздочка. Ты там, где ты и должна быть. — Я чувствую себя грязной и липкой, — захныкала ты. — Мне нечем дышать. — Это нормально, — спокойным тоном ответил он. — Омеги не могут сами о себе позаботиться. Вы хрупкие, слабые существа. Что-то неприятное шевельнулось в груди, и ты нахмурилась. — Неправда, — пробурчала ты, приподнимая голову, чтобы позволить Майки оставить мелкие поцелуи вдоль шеи. — Можно быть на таблетках. — Но у тебя ведь их нет, — выпрямившись, Майки хитро улыбнулся. Затылок прошибло холодным по́том, и столб позвоночника защекотали мерзкие мурашки. — Г-где… Где мои таблетки, Майки? — Не забивай свою пустую головку глупыми вопросами, — большая рука обхватила тебя между ног, и чёрные глаза в удивлении расширились. — Ты так взмокла. Другая омежка бы уже лежала с раздвинутыми ногами и умоляла. А ты говоришь о каких-то таблетках… Даже если бы они были у меня, неужели ты собираешься травиться этой химией? Отвлекая разговорами, Майки плавно повернул тебя на сто восемьдесят градусов так, что твоя поясница упёрлась в пыльные ящики, на которых он до этого вальяжно восседал на собрании капитанов. Навязчивые прикосновения обжигали и раздражали и без того воспалённую кожу, страшно хотелось пить, но ты знала, что вода не поможет против того жара, который плавил тебя изнутри. Майки прижался своими губами к твоим, тут же проникая в твой рот холодным и влажным языком. Ты замурлыкала, растворившись в упоительном ощущении нужды и интенсивной ласки. Такое чувство, будто тело жаждало наверстать упущенные годы тактильного голода. — Тебе не нужны таблетки, потому что у тебя есть я, — шептал Майки. — Я буду заботиться о тебе и твоих потребностях. А ты будешь маленькой и послушной самочкой, договорились? От его формулировки непроизвольно захотелось скривиться. В твоём мозгу снова заискрилось недовольство. Ложное ощущение безопасности теперь казалось тревожным симптомом. — Я буду забирать тебя к себе каждый месяц, — сунув руку под пижаму, он обхватил рукой твою грудь. — Ты сможешь сделать красивое и тёплое гнёздышко, где ты будешь ждать меня после собраний. Ты застонала, когда два его пальца медленно проникли внутрь тебя с чавкающим звуком. — Я не готова… — проблеяла ты не своим голосом, не зная, куда смотреть от стыда. — Я не планировала… Мне и без этого хорошо… — Без меня?.. — мигом вскинулся Майки, и очередной толчок его пальцев оказался глубже и грубее, чем предыдущие. Твои стенки испуганно сжались. — Звёздочка, ты разве ещё не поняла? — он наклонился к твоему уху. — Сама по себе ты не несёшь никакой ценности. Без меня ты не выживешь в этом мире. Тебе суждено быть моей жёнушкой и ничего больше. Острый ком подкатил к горлу, и ты задрожала. Движения пальцев внутри тебя стали быстрее и агрессивнее. Ты с ужасом осознала, куда и к кому пришла. Кролик, загипнотизированный удавом. — Ты будешь вынашивать моих щенков, — захлёбываясь словами, прорычал Майки. — Моих сильных, красивых и умных щенков, которые могли получиться только от тебя. «Не хочу, — обречённо пронеслось у тебя в голове. — Я не хочу так жить». — Ты привыкнешь, — Майки шумно выдохнул, медленно приближаясь к нежному месту между шеей и плечом. С замершим сердцем ты поняла, что он хочет сделать. — И ты будешь счастлива со мной, когда поймёшь, что ни для чего другого не годишься. Высунув язык, он томно обвёл твою брачную железу. Словно в ускоренном фильме, в твоей голове пронеслись картинки: следы его зубов на твоей шее, помечающие тебя как собственность; тёмная комната, наполненная удушающими феромонами; гора кастрюль и сковородок, валящихся у тебя из рук; кричащий ребёнок, цепляющийся за твою грудь, пока ещё один толкается у тебя в животе. Обомлев от страха, ты увернулась от его зубов и состроила плаксивую гримасу. — Ты обманываешь, — с заплетающимся языком произнесла ты. — Вы готовы пообещать что угодно, лишь бы омега подчинилась. Никто не будет тратить столько времени и денег на такую, как я… Майки усмехнулся, вытащив из тебя пальцы и задумчиво потерев ими подбородок. Задержав дыхание, ты потёрла бёдра друг об друга, и незаметно покосилась в сторону выхода. От зуда внизу и запаха Майки хотелось хорошенько проблеваться. — Вот как мы поступим, — Майки пошарил в карманах и извлёк несколько мятых купюр. — Ты на вечер перестаёшь быть занудой-неудачницей, и я помогаю тебе с течкой. А потом мы купим то, что ты захочешь. Майки демонстративно помахал деньгами перед твоим лицом, и твои глаза загорелись удачей. Неправильно восприняв твою реакцию, Майки насмешливо фыркнул, а ты выхватила йены у него из рук и кинулась к двери. Нескольких секунд Майки шокированно стоял на прежнем месте, пока до него, наконец, не дошло то, что произошло. Первой реакцией было преследование. Но человеческий разум гордо отмёл эту идею. — Ну ты и сука, — пробормотал он, когда ты скрылась за дверью, оставив после себя сладкий дурман феромонов и потревоженную пыль. — Правда что с дефектами. До аптеки ты добежишь, а что дальше будешь делать? Майки разочарованно вздохнул, усаживаясь на ящики. Под ногами забытой тряпкой валялся плащ.