Часть 6

После всего произошедшего разговор никак не клеился. Юкайо всё никак не мог избавиться от возбуждения, струящегося под кожей тонкими, тёплыми струйками, и адреналина, бушующего в организме, а вот Мицури, кажется, устраивала эта тишина. В целом, было спокойно и мягко. Хорошо. Аоки успел задуматься о том, что ранее его поведение было уж очень неподобающим. Ну нельзя же так! Весь всклокоченный, чуть не сбил Канроджи с ног, отвечал невпопад, да ещё и так резко. Ну что за ужас? Матушка бы его прибила за такое. Надо будет извиниться. Остальные два дня их дороги прошли неплохо, даже хорошо. Днём Юкайо сидел в коробе и размышлял о всяком разном, параллельно разговаривая с Мицури, а ночью выходил и продолжал разговоры со столпом любви, уже стоя рядом. Демон воспринимал это всё, как маленькое путешествие. Всё-таки за пределами деревни и леса тот никогда не бывал, а сейчас места сменялись друг другом, пейзажи чередовались и давали возможно узнать неведомое. Кто же знал, что за пределами родного леса так много кислицы? А что камелия даже намного красивее, чем на картинках книг матушки? Хотелось собрать огромный букет и засушить его, чтобы потом вложить в книгу. Ками-сама, ну почему Юкайо не додумался взять с собой что-нибудь для изучения цветов? Собрать бы хоть парочку лепестков! — Юкайо-кун, токкобана? — А? — демон обернулся на девушку и улыбнулся, протягивая ей букетик, — Вам нравится? — Вполне, но… Это уже пятый букет на последние три дня, — неловко улыбнулась Канроджи, краснея и принимая букет, — Не подумай, мне очень нравится такое внимание, но всё же! — Не поймите неправильно, Мицури-сан, — улыбнулся Аоки, шагая вперёд, — Это очень красивые цветы. Мне бы хотелось запечатлеть их в памяти не просто, как сборник красивого куста, а как-то, что вызвало у вас улыбку. Надеюсь, это не было слишком грубо с моей стороны? — Нет-нет, что ты! Я просто… Знаешь, мне очень неловко, но я очень рада, что ты даришь мне цветы, — Канроджи закусила губу, отводя взгляд, — Мне редко дарят подарки, особенно парни, так что мне всё ещё немного неудобно принимать подобные знаки внимания. — Неужели, правда? Вы же такая солнечная и милая, так почему никто не дарит? — Ну… Я не особо интересую какуши, а мужчинам-столпам я не интересна. Шинадзугава-сан очень отрешённый и, похоже, не интересуется девушками. Он никогда не обращал своё внимание на девушек, помимо сестёр Кочо, но я полностью не уверена. А Томиока-сан очень застенчивый и в основном он проводит время с Шинобу-тян. Мне кажется между ними даже что-то есть! — её глаза мечтательно загорелись. От одной только мысли, что в рядах истребителей есть влюбленные люди, сердце само бьётся чаще. Служебный роман между такими разными и такими прекрасными людьми… Ах, как же это красиво и романтично! — Остальных либо вовсе не интересуют романтические отношения, либо уже есть вторая половинка… Но мне кажется, что я нравлюсь Игуро-сану! Он очень добр ко мне, часто угощает меня и даже подарил чулочки! — Очаровательно, — кивает демон, опуская взгляд ниже. Зелёный цвет очень идёт Мицури-сан. Словно лесная фея, — Я думаю, что раз вы понравились Игуро-сану, то он точно хороший человек. А ещё имеет отличный вкус. — Смущаешь, Юкайо-кун! Аоки действительно был рад, что у Мицури-сан есть дорогой человек. Особенно рад из-за того, что этот человек дорожит Мицури-сан. Перед глазами сразу же возник примерный образ её избранника. Высокий, мускулистый, сильный, но с широкой улыбкой и добрым нравом. Такой, чтобы Мицури-сан всегда была счастлива и, чтобы он никогда-никогда её не обижал. Ну, его фантазии не должны же сильно отходить от реальности, правда? Юкайо правда не знал, как стоит себя ощущать. Было ужасно волнительно. От дрожи в коленках хотелось лезть на стену, вот только, стоит чуть вытянуть ноги, как они упрутся в плетённую стенку корзины. Сегодня они пребывают в штаб истребителей. Конечно, пока можно не особо волноваться, ведь, по словам Канроджи, со столпами он встретимся ещё нескоро. Многие сейчас на заданиях и им нужно время, чтобы собраться всем вместе. Но волнение от этого никуда не уходило. Демон вдоволь наслушался о столпах, их личностях и характерах, но у него нет ни единой идеи того, как всё может сложиться. Конечно, о большей части они должны быть против, но в рядах истребителей уже есть второй демон, так что… Всё должно пройти относительно легко, правда же? К тому же, с ним будет Мицури-сан. — Юкайо-кун, я твоё волнение кожей ощущаю, — улыбнулась Мицури, — Не переживай ты так, я не позволю, чтобы с тобой что-то случилось. — Ох, спасибо. Я понимаю, что мне не стоит так волноваться, ведь вы будете со мной, но всё же… — Обещаю, я защищу тебя. — Обещаю, я защищу тебя, — женщина средних лет нежно погладила мальчишку по голове, ероша каштановые волосы, и прижала того к себе. Мальчик всхлипнул и обнял её за пояс, — Ни один демон не посмеет причинить тебе боль, пока я рядом. Твоя мамочка всех победит! — …Да, было бы чудесно, — кивает демон, утыкаясь лицом в свои колени и закрывая лоб волосами цвета спелого каштана, — Спасибо, Мицури-сан. Вскоре тихая атмосфера канула в лету. Судя по звукам снаружи к столу любви подбежало множество истребителей. Или какуши. Было трудно понять. Они все говорили чуть ли не хором, но в общих чертах — они все были рады тому, что Канроджи вернулась. А также поинтересовались, что это за корзинка. Юкайо неосознанно притих, желая не выдавать своё присутствие, но Мицури-сан быстро сообразила и оправдалась тем, что глава деревни подарила её в качестве подарка. В целом, достоверно. Корзина хорошего качества, а бедная деревенька в подарок, кроме благодарностей, может только корзину и дать. — Юкайо-кун, — как только голоса затихли, позвала его девушка, — Я сейчас отнесу тебя в свою резиденцию, где ты сможешь отдохнуть, а я пока что отравлюсь к Шинобу-тян. Она настаивает на том, чтобы столпы после каждой миссии посещали осмотр. А ещё, я хочу познакомить тебя с Танджиро-куном и Незуко-тян, а они как раз сейчас в поместье бабочки. — Поесть не забудьте, Мицури-сан. — Не забуду, — закивали Канроджи, начиная идти чуть быстрее, — Тебе нужно что-нибудь, Юкайо-кун? — Вроде бы нет, — пожал плечами демон, — Думаю, только убрать немного глицинии в тех местах, где я буду бывать чаще всего? — Можешь не волноваться на эту тему. У меня почти и нет глицинии в доме, да и большая часть окон зашторены. — Спасибо, Мицури-сан. — Кажется, за последние пару часов ты отблагодарил меня раза четыре, причём за сущие пустяки, — хихикнула столп любви, — Тебе не обязательно каждый раз говорить это, ведь… — Обязательно, — твёрдо прервал её Аоки, — Мицури-сан, мне не хватит всей моей демонической жизни, чтобы выразить свою благодарность. Вы сделали для меня слишком много, чтобы отделаться одним «спасибо». — Я же ещё ничего… — Вы поверили в меня. Не увидели во мне демона, не возненавидели, не убили. Вы прямо сейчас рискуете всем ради меня и не просите ничего взамен. Как же я могу не отблагодарить вас, как следует? Сейчас я не могу сделать ничего стоящего, но в будущем я обязательно вам отплачу. Юкайо был рад, что сейчас сидел в коробе и не мог видеть лицо Мицури-сан. Вроде бы, она не должна была разозлиться, но всё же это было грубо. Стоит извиниться? Или просто сохранить молчание? — Простите, — всё-таки выговорил демон, поджимая губы. — Ничего страшного, — с готовностью ответила столп и, кажется, даже улыбнулась? — Кажется, я предала слишком мало значения тому, что я сделала. Прости. — Нет-нет, что вы… Это моя вина. Я вовсе не злюсь и не обижаюсь, честное слово. — Хорошо. Юкайо выдохнул и снова задержал дыхание. Атмосфера ужасно неловкая. Кажется, с момента их встречи она впервые настолько неловкая, что аж дышать трудно. Разве так и должно быть? Ох, Юкайо, дрянная башка, нельзя же так непристойно с девушками! — Мицури-сан. — Да? — Вы остановились. Дорога до резиденции Канроджи была сравнительно недолгой, но демону уже хотелось биться головой о стену. Никто из них не проронил ни слова. Аоки не хотел сделать своими словами ещё хуже, а Мицури погрузилась в свои мысли. Возможно ли, что для Юкайо-куна это значит намного больше, чем для самой Канроджи? Безусловно, это и правда опасно для неё, но цель-то благая, так что всё хорошо. Её не терзают сомнения или страхи, она просто уверена. Уверена в Юкайо, в его силе, выдержке и в том, что он не демон. Но что эта вера значит для самого Юкайо? Учитывая, что эти несколько лет он существовал в лесу, словно неприкаянная, забытая всеми душа, а сейчас буквально расцветает, словно цветок под солнечными лучами. Значит ли это, что Мицури сыграла для него роль солнца? В конце концов, не приди она в тот лес, Аоки бы просто гнил, как старый демон, а может позже и свернул бы на дорожку людоедов. Но сейчас перед ним новые приключения, возможности и мечты. И всё это только из-за Канроджи. Кажется, она совсем не подумала о том, что её «жест доброй воли» и некий «протест» против ненависти к демонам для Юкайо будет значить всю его новую жизнь. Об этом стоит подумать тщательнее. — Мы на месте, — Канроджи лёгкой поступью зашла на веранду, а позже и прошла в резиденцию, скидывая корзину с плеч, — Можешь вылезать, Юкайо-кун. Демон аккуратным движением откинул крышку и вылез, разминаясь. Руки и ноги затекли, шея болит, а глаза невозможно устали от однотипной картины. Аоки осторожно осмотрелся, отмечая аккуратность помещения и избыток в нём вещей. Это была только первая комната, но она была наполнена кучей стеллажей с украшениями, статуэтками и разными милыми безделушками. Однозначно в стиле Мицури-сан. — Здесь красиво, — улыбается Юкайо, наблюдая, как девушка зашторивает окно и наконец выходит на середину комнаты, — И очень просторно. — Здесь много комнат, так что можешь выбрать себе любую, не стесняйся! — Я посмотрю. — Юкайо-кун, — девушка подошла к нему с серьёзным видом и положила ладони на плечи, — Чувствуй себя, как дома. Выбери себе комнату, отдохни, осмотрись. У меня почти все окна зашторены, так что можешь не переживать. Глицинии у меня здесь тоже немного. Думаю, ты её, если что, учуешь. Здесь живу только я, так что можешь не бояться наткнуться на кого-нибудь. А я направлюсь в поместье бабочки, хорошо? — Конечно, Мицури-сан, — Юкайо положил свои когтистые ладони поверх её, — Я вас не подведу, не переживайте! — Я в тебе и не сомневалась. — Не забудьте поесть. — Юкайо-кун, я помню! — Я на всякий случай!