Связи, часть 1

— Бессоница? Вика оборачивается, формирует в руках снежок. — Нет. Просто хотела слепить снеговика. — Снеговика? — усмехнулся Вадим, — В час ночи? Она налепила на ком ещё один слой. — Вполне невинное желание для поздней ночи, — улыбается она, на что он тихо смеётся. Вадим поднимает со снега ветки и разводит руки. — Я Олаф, люблю жаркие объятия. Вика засмеялась. Он сел на корточки и начал лепить ещё один снежок. — В таком случае, мне тоже нужно слепить снеговика. — А у вас? Бессоница? — Нет, желание получить выговор от начальства за опоздание утром, — улыбнулся он. Вика улыбнулась в ответ. Снежок стал чуть больше, и она начала формировать её один слой. — Спасибо, что не сдаёте меня. — Как я могу? Я ведь соучастник, — улыбнулся он. Она засмеялась. Он слепил небольшой ком и начал обваливать его в снеге. — Но меня беспокоит твоя бессоница. — Это не бессоница. Сбитый режим из-за подготовки к контрольным. — При сбитом режиме, обычно, не лепят в час ночи снеговиков. Она слабо улыбнулась. — Мне… просто нужно было подумать. — О чём? — О связях. Вадим поставил туловище, и они начали делать третий ком. — Связях? — Да. Ничего особенного, — улыбнулась она. Он налепил на их маленький ком ещё немного снега. — Уже придумала имя? — Нет… лучше не давать имена. — Почему же? — Ну, — она с грустью улыбнулась, проведя пальцами по снежку, — В детстве я нашла маленького тёмного котёнка. Мама говорила к нему не привязываться, потому что скоро найдутся хозяева, но я дала ему имя и сделала небольшой домик из старой коробки. Когда голова была готова, она провела веточкой дугу, делая ротик. Вадим слегка улыбнулся, наблюдая за её задумчивостью. — Но за ним вскоре пришли, и я… заплакала. Тогда мама обняла меня и сказала, что если не хочешь к чему-то привязываться, — она сделала глазки, а из веточки — нос, — Не давай этому имя. Он оглянул тело снеговика, слегка наклонив голову. — Думаешь, за ним кто-то придёт? — улыбнулся он. — Думаю, что на утро дети просто разнесут его, — засмеялась она. — Твоя правда. Вадим поставил голову на туловище и сунул в него большие ветки, ставшие руками. — Неплохо получилось, — улыбнулся он, спрятав руки в карманы и наклонив голову. Снег падает с неба хлопьями. Он вглядывается в улыбку снеговика и думает о том, что она натянута — оставаться одному всегда тяжело. — Некоторые связи действительно причиняют боль. — Моя жизнь превратилась в кошмар из-за них, — она сняла перчатки и потерла руки. Уваров обернулся. Вика дышит в ладони, пытаясь согреться. — Тогда их лучше оборвать. Она замирает, но затем снова потирает руки. — Да. Наверное… так будет лучше, — она убирает ладони в карманы, — Спасибо вам. И доброй ночи, — слегка улыбаясь, она уходит в корпус. — Доброй ночи. Она скрывается за дверями. Он пинает снеговика: комочки немного осыпаются. — Безымянный. Вадим достаёт из кармана сигареты, выпускает в морозный воздух дым. — И всё равно имя, — усмехается он и тушит о его лицо сигарету.