Часть 8. Зеркало

- Девочку пожалела? – Кащей кричал, расхаживая из угла в угол. – Ты вообще думаешь, что ты делаешь? Тебя кто-то об этом просил? Майя молчала, ей не было стыдно, и она вполне могла ответить за свои слова и действия. - Не понимаю о чем ты говоришь, Паш. - У нее рука замотана, ты ее порезала, так же как себя. Кащей в моменте подлетел к ней и схватив руку еще раз убедился в наличии шрама. - Я никого не резала, девочку украли, били, она себя порезала чем и спаслась. - Самое главное, чтобы вы в это верили. Ты понимаешь, что если это вскроется, убьют всех? И тебя, и ее… - Ты чего так завелся? Голос смотри не надорви, перед своими можешь глотку рвать, при мне не надо. - Если кто-то взболтнет, даже она сама намек даст, ее сразу в вафлерши переведут, пацанам западло будет с ней общаться. - Ты же пацан? – Майя встала со стула, подойдя вплотную к парню. – Че ты бегаешь за мной тогда? Психанув, Кащей пулей вылетел из кабинета, чуть не сбив с ног Айгуль, которая мялась возле двери. - Можно? – Робко спросила та, заглядывая в кабинет. - Заходи. Она села на стул. - Сегодня выглядишь лучше. – Майя улыбнулась. - Почему вы мне помогли? Улыбка пропала с лица девушки, она не хотела об этом говорить, но знала что ответить на авось не получится. - Ну раз у нас с тобой больше нет тайн друг от друга…Я была на твоем месте. Меня украли. Избили сначала, даже лезвие не помогло. У них была цель, которую они исполнили. – Майя замолчала, слова застревали комом в горле. – Отец все сразу понял, после этого дня я не слышала ни одного слова в свой адрес. А после он меня выслал в Москву. Вот и все. Айгуль смотрела на нее как на родного человека, две поломанные души находились в одной комнате, без лишних слов она обняла девушку, будто сестру. - Никому не говори. - Не скажу.

***

«Но потом, что-то внутри перегорает и тебя уже ничего не трогает» - Ничего же не было, да? – Паша обнимал девушку так сильно, что она едва могла открыть рот и что-то попытаться произнести. – Скажи мне, что ничего не было. – Умоляюще произносил он. - Не было. – Проговорила она. – Просто избили. Где-то в глубине души Паша все понимал, конечно же все было, не могли они ее просто избить, цель была иная. Кащеев конкретно перешел дорогу, так как кроме девушки у него ничего не было, больное место было выбрано сразу. Они следили за ней, днем и ночью. Парень все понимал, провожал и встречал, каждый день как по часам, берег. Детская непосредственность и бойкий характер, Синицкая всегда была такой, находясь под надзором строгого отца военного и любящей бабушки, Майя научилась врать на фантастическом уровне, то стенгазеты в школе рисует, то на дополнительные пошла, а на самом деле была с ним – со своим Пашкой. Вовка отсвечивал где-то периодически, но у него мысли все были только о группировке, он не хотел жить как отец, да и о чем ему еще было беспокоиться. После выпускного Пашка проводил свою выпускницу до подъезда, она его чмокнула и помахав рукой, направилась домой, но до квартиры не дошла. Два дня над ней издевались, не оставив живого места, добравшись до самого главного – души. Лежа на старом вонючем диване, она думала лишь об одном – лучше бы просто убили. Выкинули ее как собаку, у дороги. Отец перестал разговаривать, она для него умерла, как дочь, как человек. Что-то внутри сломалось, перегорело, механизм перестал работать. Майя не могла ни спать, ни есть, ее ничего не интересовало. Паша тоже не мог так жить, его ненависть не знала границ, но он не подозревал, что ненависть Майи была сильнее. Он пошел на разговор один на один, девушка решила закончить этот разговор одним выстрелом. Просто в моменте ее отпустило, осталось лишь тело. Прямое убийство доказать никто не смог, пистолет был спрятан, но учитывая, что все знали терки между Кащеем и тем пацаном, Кащея привлекли. А Майя осталась одна на долгие годы.

***

Майя толкнула дверь в квартиру и она легко поддавшись – открылась. В нос ударил резкий запах спирта, в квартире было темно и прохладно. Аккуратно закрыв за собой дверь, девушка разулась. - Паш, - тихо позвала она, но в ответ была лишь тишина. На кухне было открыто окно, встав на табуретку, она закрыла форточку. - Хозяйничаешь. В дверном проеме стоял он, взъерошенный, пьяный и наполовину голый. - Ты чего раздетый, холодно же… Он молча подал руку девушке, чтобы она спустилась с табуретки, та так же молча приняла его жест. В гостиной на столе стояли две бутылки водки, последняя из которых была наполовину пустой, одну девушка выкинула в помойку, а другую сначала вылила в раковину. Кащей молча наблюдал за ней. Но что-то в его голове перещелкнуло и поднявшись с дивана, он схватил девушку, прижав к стене. - Ты боишься меня? Майя покачала отрицательно головой. - Я знаю все, и с первого дня все знал. – Он уткнулся носом в шею девушки. – И знаешь, я поступил точно так же бы. Если бы мы не уехали, я поступил бы точно так же. – Отстранившись, он провел тыльной стороной ладони по щеке девушки. – Давай поженимся и уедем отсюда? Я бабок достану и уедем. Майя молчала, не зная что ответить, по щекам текли слезы, которые она не могла остановить. Прижав к себе сильнее, парень целовал ее как в последний раз, а она отдалась в его руки. Полностью доверившись, впервые за последнее время, они оба не думали ни о чем, кроме друг друга. В этот момент их было только двое: он и она. Взяв девушку на руки, Кащеев опустил ее на расправленный диван. Сняв с нее одежду, он покрывал тело поцелуями спускаясь все ниже и отдаваясь моменту. Расстегнув штаны, он даже не стал их снимать полностью, войдя в нее, Кащей почувствовал, как девушка дернулась, одну руку он держал на ее бедрах, а другой обе руки над головой, продолжая жадно целовать ее губы. Из уст Майи раздался легкий стон, который придавал парню еще больше желания, ему это нравилось, нравилось, что она хотела еще и еще, и он мог ей это дать. Сегодня она была только его: то, что он желал столько лет и та, о которой он мечтал.