Эпилог

      Стрелок заболтался со сталкерами, что сидели за стеной напротив бара. Каждый раз, когда он приходил на "Росток", обязательно находились желающие расспросить его о том, и о сём. За болтовнёй время пролетело незаметно. Стрелок увлёкся. Он бы так и болтал со сталкерами, пока мимо не прошёл долговец, пришедший с блокпоста отдохнуть.       - Ты чего, Меченый, растрезвонился? - грубо заметил долговец. - Пока ты тут лалакаешь языком и хвастаешься, твоя невеста Лепра "свадьбу" отменила и разорвала "помолвку".       - Не понял, - замер Стрелок.       Но долговец не стал ничего объяснять. Он пошёл дальше. "Как это отменила свадьбу? И какая помолвка?" - не понял он. Однако мысль, что что-то не так, заставила его волноваться. Сталкер бросился в ночлежку и буквально влетел в свою комнату. Татьяны и её вещей нет. На столе горит настольная лампа, а рядом блестит его кольцо на клочке бумаги. Стрелок прочёл записку и онемел. Что случилось? Что на неё нашло? Какой обман? Стрелок отказывался это понимать. Этого не может быть. Он взял рацию и попытался связаться с ней. Нет ответа. Плохой знак. Он взял ПДА и с помощью приложения отследил, куда она отправилась. Она уже на Кордоне и неспешно направляется в лагерь новичков. Стрелок тихо нецензурно выразился. Он засиделся со сталкерами, забыв о Татьяне, а ей что-то вдруг взбрело в голову: назвала его лицемером, оставила кольцо и укатала на Кордон. Мужчина быстро подхватил вещи и бросился на всех парах догонять сбежавшую возлюбленную. Что-то всё-таки не так! Что-то вдруг резко изменилось!       Он пробежал без остановки через Южный блокпост, и промчался через всю Свалку. Привыкший к постоянным тяжбам и побегам, Стрелок не чувствовал усталости. Желание Татьяны немедленно покинуть Зону он раскусил. Но почему она ушла так внезапно? Кто ей наговорил всякой чепухи про него, отчего она назвала его лицемером? Только один вопрос не давал покоя: что произошло?       Впереди военные под железнодорожной насыпью снова караулят безопасный проход, требуя деньги. Нет на них времени. Только через туннель с "Электрой". Словно гимнаст, он пробежал по трубе вдоль стены, чуть не угодив в аномалию. В неё попал камешек, случайно упавший из-под ног сталкера. Аномалия активировалась громким электрическим разрядом, нарушая тишину вокруг. Стрелок остановился и проверил, где сейчас Татьяна. Отсюда ей некуда податься, кроме военного кордона. АТП снова бандиты взяли, перекрывая проход в Тёмную Долину. И он не ошибся. Но опоздал. Его возлюбленная уже покинула линию периметра и находилась на военной территории, куда его не пустят.       Это было не важно. Сердце мужчины бешено стучало от долгого бега и осознания, что Таня вот-вот покинет его, не сказав ни слова. Нельзя её отпускать! Им нужно объясниться. Он не всё сказал! Она что-то не так поняла! На свой страх и риск, Стрелок ломанулся к кордону, позабыв, что военные могут открыть огонь на поражение. Он не заметил на дороге Волка у высокого, широкого дуба. Тот провожал взглядом свою ученицу. Именно здесь была очерчена невидимая граница между сталкерами и военными. Именно здесь эти две группы могли вести диалог. Стоило кому-нибудь из них пересечь эту границу без договора, как тут же вспыхивала бойня. Волк услышал Стрелка за несколько метров. Его и глухой, наверное, услышал бы. Стрелок увидел Татьяну по ту сторону кордона. Она вот-вот уедет.       - Таня!!! - закричал во всё горло Стрелок. - Таня!!!       - Меченый, стой!!! - схватил его Волк. - Военные застрелят!!!       Стрелок видел, что она оглянулась. Видела и она его! Но равнодушно села в УАЗ и уехала. Стрелок прекратил свои порывы и встал, как истукан, глядя перед собой. Его возлюбленная Таня покинула его. Вот так внезапно, обвинив в каком-то неведомом ему обмане!       - Меченый, пойдём, - позвал его Волк. - Иначе военные могут что-то заподозрить.       Но Стрелок словно не слышал его. Он так и стоял, глядя в сторону военного кордона. Погода начала портиться. Подул холодный, пронизывающий ветер. Ждать снега или дождя. В сторону двух сталкеров вышло четверо военных. Волк занервничал и встряхнул Стрелка:       - Да очнись же!!! Надо уходить!!!       - Я с ней даже не попрощался! Чем я её обидел на этот раз? Что я опять сделал не так? - глухо произнёс Стрелок сдавленным голосом.       - Пойдём в лагерь! Нечего тут стоять и ждать неприятностей!       Волку удалось увести Стрелка. Последний шёл поникшим, шаркая сапогами по асфальту. Местные сталкеры-новички вышли им навстречу. Но Волк их тут же прогнал:       - Так, разошлись! Живо!       Никто не смел возразить и все сразу вернулись на свои места. Волк завёл Стрелка в дом, где тот однажды ночевал после своих походов по Большим Болотам. В печи горел огонь, на маленьком самодельном столе стояла пустая бутылка из-под водки и кусок чёрствого хлеба. За окном пошёл снег. Волк усадил Стрелка поближе к печи и подкинул в огонь ещё дров.       - Что же я сделал не так? Чем я её обидел? - повторял тихо Стрелок.       Волк достал новую бутылку водки и закуски:       - Тебе нужно успокоиться, Меченый. Тебе надо выпить! - поставил Волк кружки и налил в них водки. - Выпей!       Но Стрелок не притронулся к крепкому напитку. Он смотрел на огонь немигающим взглядом. Волк сел рядом, не сводя с него глаз. В таком состоянии ему уже доводилось видеть этого знаменитого сталкера. Это было, когда он после долгого лечения в подвале Сидоровича, вышел на улицу, ничего не помня о себе. Сейчас ему не давала покоя другая проблема - Таня Лепра. Волк знал, что они вместе, но не знал, что у них отношения. То, что между ними была любовь, он понял, когда Стрелок снова произнёс:       - Чем я её обидел в этот раз, что она убежала? Что я опять сделал не так?       - У вас любовь была, что-ли? - решил Волк уточнить.       - Ещё какая! - горячо ответил Стрелок и совсем поник. - Ты даже не представляешь, как сильно я её люблю!       - А она, видимо, нет?       - Нет! Она меня тоже любит! Я уверен! Но что-то пошло не так! Я не знаю, что произошло! Она оставила мне записку, обвинив в лицемерии!       Стрелок достал эту записку и показал Волку.       - Хм, что-то непонятно! Она не написала про обман и почему тебя считает лицемером! - сказал Волк и вернул записку. - Типичная женская выходка - обидеться на мужчину, не называя причин; чтобы он сам ломал голову над этим!       Волк протянул ему кружку:       - Теперь уж её не вернёшь. Выпей! Должно стать легче.       Стрелок взял, неуверенно посмотрел на Волка и залпом выпил. Водка, будто бритвой, прошлась по пищеводу. Стрелок закашлял. Волк протянул ему солёный огурец со свежим ржаным хлебом:       - Закуси.       - После первой не закусываю, - прохрипел Стрелок и занюхал своим не совсем чистым рукавом.       Он достал пачку сигарет, чтобы закурить, но она оказалась пуста. Стрелок прошипел нецензурно и кинул пустую пачку в огонь. Волк налил ещё водки:       - Лепра рассказывала о ваших совместных приключениях. Я догадывался, что вы сойдётесь. Думаю, любой бы сталкер, хотел оказаться на твоём месте. Я ведь тоже не равнодушен был к ней. Женщина всё-таки! Да ещё какая! Сочная пышечка с большой грудью, широкими бёдрами и добрым сердцем! Тоже был готов помочь. Но она оказалась неприступной. Бродяга за неё меня тогда не хило побил. Он тоже претендовал на право быть её возлюбленным. Но она до последнего была предана своему парню, который в итоге чуть не убил её. Давай выпьем, Меченый! Нам, троим мужикам, она разбила сердце!       - Только не чокаясь! - согласился Стрелок.       Они выпили.       - Я после второй тоже не закусываю, - снова он отказался от закуски.       - Ты так можешь нажраться, - заметил Волк, хрустя солёным огурчиком.       - А мне плевать! Может, я даже хочу этого! - возразил Стрелок и налил ещё водки.       Не дожидаясь, он выпил до дна и сунул в рот корку ржаного хлеба. Когда бутылку два сталкера опустошили, Стрелок достал из своего рюкзака ещё. Когда он налил себе водки до краёв и выпил, Волк пожалел, что предложил ему выпить. Стрелок, изрядно пьяный, с трудом сидел на месте. Он шатался, глядя вялыми глазами перед собой. Опустошив вторую бутылку, он достал третью.       - Меченый, с тебя уже хватит, - заволновался Волк.       - Ты еле на стуле сидишь. А то не долго до "белки" напиться!       Стрелок пробурчал невнятно пьяным голосом и ополовинил третью бутылку прямо из горла. Волк проклял себя. Он вырвал у Стрелка бутылку и вылил остатки на пол.       - Ээээ...ты что? - зарычал Стрелок. - Это...ик...моя водочка!       - Меченый, хорош! Иначе окочуришься!       - Кто Меченый? Ик...! Я? - встал Стрелок и сразу упал. - Я не Меченый!       Он снова попытался встать. Ему не без труда это удалось. На ватных ногах, шатаясь, Стрелок вышел на улицу. Волк поспешил за ним, хотя сам был под хмельком. Сталкеры собрались возле костра, чтобы погреться и поболтать за едой. Пьяный Стрелок дошёл до них и промямлил:       - Вы знаете, кто я такой?       Сталкеры-новички посмотрели на него, переглянулись и вместе кивнули.       - Вы думаете...ик..., что я Меченый? - промычал Стрелок.       Он погрозил пальцем:       - Неееет! Я не Меченый!       - Тогда кто ты? - с насмешкой спросил один из сталкеров.       Стрелок громко икнул, осмотрел пьяным взором присутствующих и, к удивлению последних, забрался по лестнице на чердак, а потом на крышу, чудом не свалившись.       - Я - Стрелок!!! Я - легенда Зоны! - прокричал он на всю округу.       Сталкеры внизу уставились на него, как на сумасшедшего. Стрелок стоял на крыше и шатался, грозясь упасть. Сталкеры повскакивали со своих мест и окружили дом. Стрелок оглянулся в сторону военного кордона и закричал:       - Таня!!! Таня!!! Почему ты бросила меня? Я люблю тебя!!! Ааааа!!!       Удержать равновесие, стоя на коньке крыши, он не смог. Сталкеры успели его поймать, когда он покатился вниз. Волк подбежал, чтобы увести его.       - Таня!!! - плакал Стрелок. - Танюша!!! Любовь моя!!! Ааааа!!!       Он оттолкнул всех от себя, свалился на колени и заплакал, закрыв рукой лицо. Сталкеры растерянно посмотрели друг на друга, а Стрелок продолжал рыдать у них на глазах.       - Это и есть Стрелок? Легенда Зоны? Я вижу плачущую бабу, а не героя! - с презрением фыркнул один из новичков.       Волк решительно подошёл к нему и сильно ударил в живот.       - Заткнись, выродок!!! - прорычал он и обратился к остальным: - Если он плачет, то это ещё не говорит о слабости! Слёзы - не слабость! И забудьте, что мужчины не плачут!       Волк помог подняться Стрелку, и проводил его обратно в дом. Легендарный сталкер продолжал тихо хныкать от тяжкой разлуки, но силы устраивать сцены боли исчерпались. Волк усадил Стрелка на стул и достал из его рюкзака спальный мешок. Приготовив место для сна, Волк уложил своего товарища спать. Стрелок заснул моментально. Сам же Волк был немного обескуражен произошедшим. Много повидавший на своём веку, сегодня он, кажется, видел то, что лучше оставить в тайне. То, что Меченый оказался легендарным Стрелком, для него не стало грандиозным событием. Он с первой встречи начал подозревать, что Меченый не так прост, как кажется. Его убеждения подтвердились, когда этот потерявший память несчастный человек смог вызволить из плена Шустрого. Это было не единственным достижением. Он никому не отказывал в помощи, был вежлив и учтив с каждым. Здесь, на Кордоне, Стрелок, как Меченый, показал себя надёжным другом и товарищем. Волк не переставал узнавать о других его достижениях. Сидорович щедро с ним делился последними новостями. Слухи о Меченом были у всех на устах, когда удалось отключить Выжигатель Мозгов. Но только сегодня, всего несколько минут назад, Волк узнал, что Меченый и Стрелок - это один человек. Многие наверняка не поверили, решив, что пьяный просто перебрал с алкоголем. Волк хотел убедиться, что то был не бред. Не имея привычки шарить по чужим карманам, он всё же достал ПДА Стрелка и заглянул в раздел "Профиль". Да, это действительно Стрелок. Список контактов у него скромный. В истории имени профиля постоянно значится "Меченый". Стрелок менял часто своё первое прозвище на новое, если ему нужно было вступить с кем-то в переписку, а потом решил оставить. Для одних - Меченый, для других - Стрелок.       Так или иначе, но Волк был горд, что всё это время был лично знаком с легендарным Стрелком. И недавняя выходка последнего ничуть не разочаровала его. Наоборот. Волк увидел не высокомерного гордеца, одержимого манией честолюбия и тщеславия. Он увидел самого обычного человека, которому не чуждо страдать и плакать. Стрелок был легендой Зоны. Но он был и человеком. Это укрепило его уважение к нему. Волк положил ПДА обратно в карман владельцу и вышел к костру, где продолжали греться сталкеры. Шёпот стих с его появлением. Волк подошёл к ним и внимательно на всех посмотрел:       - Вы сейчас наверное думаете о Меченом, как о пьянице. Как о ревущем, словно баба, слабаке. Вы сомневаетесь в его словах. Но он не соврал. Перед вами, пусть и не в лучшем свете, предстал легендарный Стрелок. Но не смейте судить его за временную слабость. Пусть это выглядело не красиво и позорно, но он показал, что он не миф, что он такой же человек, как мы с вами. Вы смеётесь над тем, что он плакал. А вы представьте себя на его месте. Смерть лучших друзей, предательство и потребительское отношение, постоянная угроза, отсутствие покоя. А тут Таня Лепра, которую он так сильно любит, покинула его.       - Баба не стоит того, чтобы о ней так страдать, - кто-то осмелился возразить.       - Вот именно! Это их личное дело! Нечего выставлять это напоказ! - поддержал его другой.       Волк укоризненно на них посмотрел. Этих неопытных мальцов он знает хорошо. Неприятно удивляет, что они судят того, кто прошёл через ад. И он прямо об этом сказал:       - Что вы, молокососы, можете знать о нём? Ничего! Вы его судите за проявление слабости, а сами за собой не замечаете грехов. Он прошёл через такой кошмар, который вам и не снился. По вашему рассуждению, герой не имеет права плакать? Знаете, как сказал Господь Иисус Христос? "Тот, кто из вас без греха, пусть первым бросит камень!" Судить вы все горазды, а как дело касается вас самих, то тут же защищаетесь!       Волк подобрал умные слова. Неопытные, начинающие сталкеры его поняли. Они виновато опустили голову, не смея возразить. Вдруг один из них встал и сказал:       - Я предлагаю, мужики, сохранить то, что произошло здесь, в тайне. Не нужно остальным знать, что легендарный Стрелок тут устроил. Волк прав!       - Я солидарен! Клянусь, что сохраню это в тайне! - поднялся рядом другой.       - И я! - согласился третий.       Все сталкеры у костра встали и поклялись, что проявленная слабость легенды не выйдет за границу их лагеря.       - Пусть нас Зона сожрёт, если мы нарушим клятву! - поклялись они.       Сталкеров было всего семеро. Восьмой же, кому Волк врезал недавно, отказался приносить клятву. Он хмыкнул и ушёл в подвал. Эти семеро сталкеров в будущем стали опытными мастерами. Восьмой же, когда один решил отправиться на Свалку, был ограблен бандитами. Скрываясь от непогоды в подвале разрушенной "барахолки", на него напала стая тушканов. Израненный, он добрался до базы Долга, но умер в госпитале от заражения крови. Семеро сталкеров сочли это как наказание Зоны. Скептики отнеслись как с стечению обстоятельств. Так или иначе, но аура Стрелка стала окутана мистическим ореолом, что только добавляло легендарности его личности.

***

      Таня задремала по дороге до Гомеля. Она проснулась от странного зова. Будто кто-то звал её. Голос был полон мольбы, тоски и отчаяния. И очень знакомым. Таня открыла глаза. Перед ней простиралась дорога, покрытая снегом. Надвигались сумерки. Хотелось бы добраться до Гомеля засветло. Молодой украинский солдат включил радио, увидев, что его пассажирка проснулась, и закурил. Таня смотрела на заснеженное шоссе. В Зоне в последнее время снега не было из-за особенностей местной атмосферы. Теперь, когда она на пути к дому, самое время сообщить о себе дяде Серёже. Таня достала ПДА и мобильный телефон. Перед тем, как позвонить, она сначала проверила сообщения на ПДА. Увы, но никто ей не написал. Едва она переступила черту, разделяющую Большую Землю и Зону Отчуждения, как связь тут же оборвалась. Да, эти два мира отрезаны друг от друга. Даже если ей кто и написал, она уже не сможет узнать. Теперь ПДА ей не нужен. Она его выключила и убрала. Зато на мобильный телефон пришло несколько сообщений от матери. Таня их читать побоялась. Ей и так предстоит долгий и непростой разговор. Девушка набрала номер дяди Серёжи и приложила телефон к уху. Гудки. Трубку на другой линии сняли.       - Алло, Таня!!! - раздался возбуждённый голос дяди Серёжи.       У девушки навернулись на глазах слёзы радости. Впервые за всё время она слышит голос своего доброго соседа. Таня тихо ответила:       - Здравствуйте, дядя Серёжа.       - Танечка, деточка! Ты жива! Дорогая моя! - дрогнул голос её соседа.       - Да, дядя Серёжа. Я жива и здорова. И я на пути в Гомель.       В трубке раздался плач радости. Сергей рыдал. Таня ждала, когда он справится с эмоциями, хотя сама едва сдерживалась от слёз.       - Дядя Серёжа, когда ваш друг соберётся в Москву? - спросила она.       Её сосед немного успокоился:       - Я с ним сейчас свяжусь и перезвоню.       - Хорошо.       Таня утёрла выступившую слезу. Хотелось позвонить матери, но надо ждать звонка соседа. Он перезвонил быстро:       - Танечка, он завтра выезжает утром. Я ему сказал, чтобы он тебя забрал. Только откуда?       - Я пока не знаю. Я покинула Зону недавно. Сейчас еду в Гомель, но думаю, что в сам город заезжать не буду. Сниму номер в придорожном мотеле у шоссе.       - Хорошо. Как только устроишься, сразу сообщи мне, чтобы я ему сказал, где тебя забрать.       - Обязательно. И скажите, как там моя мама? Дядя Серёжа ответил не сразу:       - Неважно, Танечка. После того, как банк за долги отнял дачу и земельный участок, она часто плачет. Я поддерживаю её, как могу.       - Она знает, где я была?       - Нет, но она вне себя от переживаний.       Таня глубоко вздохнула, представляя, какой непростой разговор её ждёт с матерью.       - Я ей позвоню позже, когда буду в мотеле, - сказала она. - Ничего ей не говорите. До связи.       Девушка повесила трубку. Впереди промелькнула табличка Гомель. Наконец-то!       - Вы не могли бы меня высадить в придорожном мотеле? - скромно она обратилась к водителю.       - Без проблем, - ответил солдат.       Через пятнадцать минут Таня стояла со своими вещами у шоссе напротив мотеля. Небольшая точка, где дальнобойщики и другие путники могли остановиться на ночлег и перекусить в кафе. За время, проведённое в Зоне, Таня отвыкла от огромного потока машин и ярких огней. Она всё ещё мысленно была в Зоне.       Девушка оглянулась назад. Там, в тех ужасных краях, осталась частичка её жизни. Морозный ветер, развивающий по округе снег, обдал девушку холодом. Легко одетая для такой погоды, она дрогнула. Дробовик пришлось не без труда запихнуть в рюкзак вместе разгрузочным жилетом и бронежилетом. Неуверенно, девушка вошла. Пожилая, полная женщина сидела за столом, ровняя ногти пилкой для ногтей. Она отвлеклась от своего занятия, когда звякнул дверной колокольчик.       - Здравствуйте, у вас есть свободный номер? - спросила Татьяна, отряхиваясь от снега.       Женщина угрюмо посмотрела на пришедшую. Несколько странный вид немного удивил её. Приняв Татьяну за неформалку, она раздражённо хмыкнула и сказала строго:       - Есть. Вам какой?       - Одноместный. Со всеми удобствами.       - Одноместных нет. Есть двухместные с односпальными кроватями или одной двухспальной. Могу предложить полулюкс и люкс.       - Давайте с двуспальной кроватью.       - Паспорт!       Таня протянула документ. Администратор сначала посмотрела на Татьяну, а потом на фото в паспорте. Убедившись в достоверности личности, она положила ключ на стол. Девушка протянула ей пятитысячную купюру.       - У нас платят белорусскими рублями! - строго заметила женщина.       - У меня только российские, - устало протянула Таня. - Где у вас можно обменять?       Женщина махнула на это рукой. Она взяла деньги, достала из своей коробки белорусские деньги с калькулятором и быстро пересчитала. Тихо бурча под нос, она разменяла часть русских денег на белорусские, отминусовав их в стоимость номера на сутки. На стене за её стеной Таня увидела денежный курс. Когда администратор положила ей сдачу, она пересчитала и попросила дать калькулятор. Женщина хмыкнула и дала, показав прайс-лист мотеля. Таня на всякий случай сама пересчитала. Её не обманули. Она вернула калькулятор, поблагодарила, извинилась и взяла ключ от номера.       Комната оказалась не очень большой и обставленной стандартно. Татьяна положила рюкзак у двери. Как только щёлкнул замок за спиной и она осталась одна, эмоции, которым долго не давали волю, вырвались наружу. Хлынул поток слёз! Таня прислонилась спиной к стене и медленно сползла на пол. Теперь она одна! Снова! Никто не видит и не слышит её! Преданная, обманутая, использованная и никому, кроме матери и соседа Сергея, не нужная! Прошедшая через ад, где и матёрый сталкер сдался бы! Сломленная и не сломленная! Она вернулась в мир относительного спокойствия. Зона с первых дней была к ней не очень дружелюбна. Гонимая! Презренная и желанная! Наивная и умная! Любимая и нелюбимая! Дядя Серёжа говорил, что мир в Зоне отличается. Таня не увидела существенных отличий, кроме постоянной угрозы. Только этим Зона и отличается. Люди там такие же, как и везде. Таня прошла в Зоне отличную школу жизни. Там она познала многое: взлёт и падение, дружбу и предательство, любовь и обман, искренность и лицемерие. Она увидела очень чётко мир мужчин. Это была ужасная картина. Ни один художник не сможет изобразить всю суть этого мира.       Таня рыдала горько и долго. Там она усвоила самый горький в жизни урок - никогда никому не доверяй. Даже если тебе говорят, что этот или тот человек надёжен, не верь. Доверие испытывается делом, и то нужно всё равно быть внимательной. Но дело даже не в этом. Придя в Зону, она с самого первого дня столкнулась с тем, что ей нигде нет места. Даже под маской Толи Прокажённого она была изгоем. Таня сама себе построила такой сценарий. И он отлично следовал за ней, пока она не переступила черту между Зоной и миром. По сути, нигде и никому не нужная. Гонимая. Что в миру, что в Зоне, она изгой. Не такая! Странная! Чужая! Со своим взглядом на жизнь и людей! От неё там хотели отделаться, как от балласта. Зверобой оставил её у Долга, а Долг потом изгнал за отказ принять присягу. Она прошла хорошую школу жизни! Испытала на себе многое. Её вознесли, а потом унизили. Её берегли, а потом прогнали, натравив мутантов и голодных до женского тела мужчин. Ей дали свободу, а потом загнали в угол. Подарили надежду, а потом вогнали в безысходность. Любили, чтобы потом бросить и прогнать. Говорили правду, чтобы потом превратить в ложь. Виктор сказал ей: "Тебя невозможно любить! У такой дуры, как ты, ни лица, ни ума, ни фигуры!" Она была выставлена этаким гадким утёнком, которого все отовсюду гнали. Девушка встала. Её всю трясло от потока эмоций. Слёзы текли по щекам не переставая. Таня дрожащими руками сняла "Севу" и швырнула в угол. Сапоги она оставила рядом с рюкзаком. Сев на кровать, Таня тут же встала. Время в Зоне заставило забыть о комфорте. Ровные стены с новенькими обоями, чистые белые шторы и белоснежное постельное бельё стали в новинку. Одичала Таня, забыв о привычном комфорте. За окном прекратился снегопад, но ветер усилился. Таня встала и подошла к окну. Шоссе никогда не спит. Вечный поток машин разрушает тишину. Небо погрузилось в ночное умиротворение. Таня высматривала вспышки молний и алый отблеск. Сталкерские привычки последовали в мир за ней. Она окончательно убедилась, что покинула Зону, когда на стоянку заехал большой грузовик с белорусскими номерами, а из кабины вылез пожилой дальнобойщик. Утирая слёзы, Таня задёрнула шторы и отошла от окна. Она написала сообщение дяде Серёже, где и в каком мотеле остановилась. Через несколько минут он позвонил:       - Завтра к 9.00 за тобой приедет мой друг. Тот, что нас тогда подвозил. Я тебе скину номер машины.       - Хорошо.       Разговор был коротким. Ей меньше всего сейчас хотелось с кем-то говорить. Но осталась мама. С ней обязательно нужно связаться и сказать, что завтра они увидятся. Таня долго не решалась позвонить. Боялась. О матери она никогда не забывала. После предательства Виктора, она стала единственным смыслом выжить в Зоне. Надо позвонить ей. Ждать долгого и не очень приятного разговора. Но терять больше нечего. И она набрала её номер.       - Алло! - ответил усталый женский голос.       - Мама, - слёзно произнесла Таня.       - Доченька! - заплакала женщина.       - Здравствуй.       Несколько секунд они молчали, тихо хныча в трубку.       - Как ты, мама? - спросила наконец Таня.       - Доченька, что ж ты так со мной нехорошо поступила! Ни ответа, ни сообщений, ни звонков. Ничего! Уехала на Чукотку! - мягко упрекала мама.       - Прости меня. Я не могла с тобой связаться.       - Что произошло? Почему с тобой не было связи?       - Это трудно объяснить. Завтра я постараюсь приехать домой. Ты получила банковский перевод?       - Да. Честно, это было очень неожиданно.       - Ты расплатилась с банком?       - Да! Сразу же. Но как тебе удалось?       - Потом, мама, расскажу. Сейчас я очень устала и хочу отдохнуть. Завтра я буду дома.       - Бедная моя девочка! Скорее бы увидеть тебя!       - Я тоже соскучилась, мамочка! Дай Бог, чтобы завтра я была дома.       - Я и дядя Серёжа можем тебя встретить. Только где и во сколько по времени?       - Не нужно. Я сама приеду. Будет сюрприз. Жди меня.       Таня повесила трубку. Снова накатила волна эмоций. Она легла на пол. Боль и радость смешались вместе. Родной, любимый голос дорогой мамы обрадовал, но отголоски сталкерского прошлого опять нанесли удар. Долги погашены, и она за это заплатила сполна. Девушка сжала кулаки. Больно! Очень больно! Почему всё так случилось? Стрелок! Этот легендарный сталкер...! Таня хотела кричать. Получается, что с самого момента знакомства он думал о ней как о жалкой, презренной бабёнке, которой он помогал из жалости, но в душе своей презирал.       - Я не просила тебя помочь мне!!! - простонала она.       Обманул! Подло обманул! Он смеялся над ней с самого начала. И не только он. Над ней смеялись все. Только Бродяга не смеялся, так как его положение было не намного лучше. Он тоже был жалким и презренным в глазах других.       - О, Бродяга, как ты мне сейчас нужен, друг мой!       Но даже с ним ей было не по пути. Увы, он бывший монолитовец. И он привязан к таким же несчастным жертвам манипуляции. Наверное, только снорк Вася принимал её и никогда не гнал. Значит, он и был настоящим другом, погибший, пытаясь защитить от Йоги. Девушка несколько раз с силой стукнула кулаком по полу. Вот уж как получилось! У презренного мутанта человечности оказалось больше, чем у здраво мыслящих людей. Снорк Вася был рад каждому её приходу, и огорчался, когда она уходила. Сквозь слёзы, Таня улыбнулась, вспомнив, как он привёл её в свою нору. А их путешествие до Затона! Страшно было и опасно, но он не бросал её. И даже чуть не погиб в аномалии, пытаясь снять для неё с высокой ветки редкий артефакт. Помогал безвозмездно. А что же Стрелок?       Он загнал её в угол безысходности. И вот выбор: получишь всё, что так нужно, но через постель; или доведу бесплатно до Кордона, но не более. Вот уж подлый! Как же любят люди пользоваться безнадёжным состоянием другого! Одной рукой дают, а другой - забирают. Стрелок и воспользовался её отчаянием. Но ему этого показалось мало. И вперёд снова в "увлекательную" игру с любовью, с её и без того разбитым женским сердцем. Была как потаскуха в его постели. Вот почему он все вырученные деньги с продажи артефактов перевёл ей! Он лишь заплатил за прекрасно проведённое время. Ещё и этот трюк с предложением руки и сердца устроил! Сказал Прапору и Воронину, что она его будущая жена, чтобы потом все посмеялись над ней. Конечно, у него не было намерений жениться, раз она в его глазах была дурой и презренной бабёнкой. Ненавидела ли его Таня в тот момент? Нет. Пусть всё это было лишь иллюзией, но зла она на него не держала.       - Меня действительно невозможно любить! Любовь точно не для меня!       Любила ли она Стрелка вопреки всему? Да, любила и любит! Она не жалела, что ушла тихо, не поговорив с ним. Не хотелось скандалов и взаимных упрёков. Не хотелось увидеть в его глазах коварство, насмешку или малодушие, которое он уже однажды проявил.       - Я даже имени его не знаю! Только это дурацкое прозвище! Ни имени, ни фамилии! Он сталкер от мозга до костей! Возлюбленный Зоны! - тихо сокрушалась несчастная девушка.       Вконец измученная душевной болью, Таня заставила себя встать. Что было, то прошло. Жаль только, что время не сможет вылечить. Таня приняла душ, а после сразу легла в постель. Спать было рано, да и не хотелось. Она включила телевизор, но ничего интересного не находила. На телеканале BRIDGE TV крутили старые, хитовые песни. Это всё же лучше. Заиграла песня группы A-HA - Crying in the rain. Она любила её раньше слушать, когда хотелось спокойствия. Сейчас грустный мотив этой песни стал как бы историей её несчастной любви.       - Ты, Стрелок, никогда не узнаешь, что я люблю тебя до сих пор. И слёз моих ты тоже не увидишь. Жаль, что я для тебя наивная девка для плотских утех! Я буду плакать под дождём всю свою жизнь!

***

      Эти дни для маленькой группы бывших монолитовцев были временем упорного труда от зари до зари. Бродяга, их лидер, трудился вместе с ними, не жалея сил. Заброшенный завод на "Диком острове" требовал тщательного ухода. Так много надо сделать! Этот завод станет их домом и крепостью, за которой они укроются от враждебных элементов. Бродяга обещал, что будет их оберегать, сделает группировку влиятельной, с ними будут считаться и вести дела. У них будет всё, чтобы жить здесь. Комнаты для ночлега были уже готовы, но впереди ещё очень много дел. Но на закате вся тяжёлая работа прекращалась. И вот, уставший от долгих трудов, вожак новой группировки "Полдень" решил позволить себе побыть одному. Недавно к его группировке присоединился странный слепой парень по прозвищу Фауст. Обладая такими же, как и у Бродяги, лидерскими навыками, он помогал несчастным монолитовцам морально и иногда вёл проповеди. Бродяга это не одобрял, но и не запрещал. Двери на этот остров открыты всем обездоленным монолитовцам. Бродяге пришло очередное сообщение на ПДА. Другие, такие же, как и он, потерянные бывшие монолитовцы, писали ему с просьбой принять в свои ряды. Бродяга никому не отказывал. Для этого он и облагораживает это место. Цель у группировки, правда, пока не ясна. Но однозначно это мирная цель. Ни с кем враждовать Бродяга не хочет.       На ПДА высветилось сообщение от Татьяны. Бродягу сразу охватил трепет. Он скрылся от всех под лестницей. В сердце вспыхнул огонёк надежды. "Она помнит обо мне! Я ей нужен!" - подумал он. Но этот огонёк быстро погас, когда Бродяга прочёл сообщение. Таня не звала его, а прощалась и просила прощения. Бродяга не поверил и перечитал сообщение ещё раз, решив, что не так всё понял. Потом ещё раз, и ещё раз. Нет, она не зовёт его. Просто "прости и прощай". Эти несколько дней Бродяга глушил тоску и мысли о Татьяне, надеясь, что она обязательно позовёт его. И он бы примчался к ней на всех парах. Но...! "Она покинула Зону. Ушла. Одна или с этим Меченым?" - взяла его досада. Никто ему не ответит.       Ревность и сильная обида, как ядовитая змея, заползла в его сердце. Тревога за судьбу Татьяны не давала ему покоя с момента, как ему с остальными было велено вернуться на Янов под командованием подполковника Шульга. И все эти дни он не переставал думать о ней. Ему она снилась практически каждую ночь, развеяв ночные кошмары. Во сне он обнимал её, они были вместе. И просыпаться ему не хотелось, лишь бы побыть с любимой хотя бы во сне.       Он достал из внутреннего, нагрудного кармана фотографию с её изображением и долго смотрел. Конечно, она выбрала Меченого. Он успешный и знаменитый. А Бродяга - никто. Бывший монолитовец со зловещей репутацией. Фанатик без прошлого и настоящего. Ему об этом изо дня в день напоминали сталкеры. Запиликал ПДА. Пришло новое сообщение в общем чате. Какой-то неизвестный сталкер поведал, что Меченый и Стрелок - это один человек. Его видели недавно на Кордоне в лагере новичков. Бродяга нахмурился. Он прочёл сообщение Татьяны и проверил время отправления. О Стрелке сообщение пришло только что. Значит, он остался, а Татьяна ушла? Бродяге немного стало легче, а потом опять накатила тоска. Она ни с кем не осталась. Даже легендарный Стрелок не мог её удержать. Что же между ними такое произошло, что они не вместе? Бродяга был уверен, что раз она тогда ушла со Стрелком, то значит они пара. Оказалось, что нет. Это больно ударило по мужскому самолюбию. Бродяга снова упустил любимую девушку.       Он прижал её фото к своим губам, закрыл глаза и предался воспоминаниям. Это терзало сильнее. Ведь любимой нет рядом. И он не может всё бросить, чтобы отправиться за ней. Теперь он лидер "Полдня" и помогает бывшим монолитовцам начать жизнь заново. Вся эта безысходность злила и тяготила его. О, если бы Бродяга наперёд знал, что так всё произойдёт, то не повторил бы своих ошибок. Он бы не попытался овладеть Таней тогда из-за нахлынувшего желания, не напился бы в бункере учёных и не попросил Шульгу отпустить его вместе с остальными монолитовцами. Вся его жизнь ему показалась чередой сплошных ошибок и неудач. Теперь ему остаётся только вспоминать Татьяну, тепло её ласковых рук, доброту сердца, непорочность, улыбку, заботу, скромный взгляд и приятный голос. Эти воспоминания, как лезвие, прошлись по его сердцу. Бродяга заплакал. И слёзы эти от невыносимой тоски и любви к Татьяне! Нельзя, чтобы его люди видели, как он плачет. Что же осталось в его прошлом. Сталкеры считали его монстром. На него косо смотрели, называли фанатиком и безумцем. Считали, что он никто. Только она оказалась не такой. Она не осуждала его и не презирала за прошлое, в котором он был не виноват. Она обрабатывала раны на его лице, просила прощения за доставленные ему неприятности и делилась с ним угощениями. Да, она боялась его, но не прогоняла. И в сообщении она говорит, что никогда не встречала такого доброго человека, как он. Это сильнее ударило по сердцу. Она показала ему, пусть и немного, но другую жизнь. С ней он почувствовал себя живым и кому-то нужным. Она оживила его, как мужчину, и как человека. И она подарила ему надежду. И вот Таня ушла. Бродяга тихо захныкал. Так жжёт в груди разлука с ней! Так ему её не хватает! Так сильна его любовь! Увидит ли он её когда-нибудь снова? Это неизвестно. Что ещё ему остаётся, кроме того, что он выбрал? Возможно, воспоминания и надежда, что когда-нибудь они встретятся. Тогда он точно не ошибётся. Разлюбить и забыть её ему не удастся. Он и не хочет забывать. Даже если в Зоне появится много женщин, он всё равно будет любить только Таню.       - Я люблю тебя, Таня! Ты хоть во сне приходи ко мне! - прошептал он, роняя слёзы на её фотографию.

***

      Этой ночью Татьяне не спалось. Она слушала мелодичные песни, включала телевизор и долго стояла у окна, наблюдая за проезжающими машинами. Бессонница никак не хотела уступить. Так до самого утра Таня сидела у окна, думая о своей несчастной любви и приключениях. Она погружалась в воспоминания о Стрелке: их мимолётные встречи на Кордоне и в подземелье Агропрома, знакомство в Новый год, совместный танец, его заступничество, признание и страсть. Всё прокручивалось в голове раз за разом. Здесь, в безопасности, её не посещали мысли, что те желания, которые она хранила в своём подсознании, сбылись. Она хотела увидеть главную легенду Зоны. Её желание исполнилось на следующий день после прихода в Зону. Она увидела Стрелка, хоть и не знала тогда этого. Будучи "серой мышкой", хотелось почувствовать себя любимой и желанной. И что в итоге - она оказалась в центре внимания. Сталкеры её желали. Была ли она любима? Тут Таня сомневалась. После такого жестокого обмана со стороны Стрелка, возникли сомнения. И что дальше? Ей хотелось быть полезной. Вот, Долг праздновал свой триумф, благодаря ей. Была цель найти деньги и лекарство. Сбылось! И главное: она заставила мужчин (по крайней мере, двух) плакать, и завоевать сердце легендарного сталкера. Но всё это было давно. Таня уже не помнит, что у неё были эти желания. Но если бы она узнала, что Стрелок и Бродяга страдали от любви к ней, и ей удалось заставить их плакать, то стало былегче? Тут трудно угадать. Наверное, этого она не узнает.       Так до утра она и сидела у окна, пока не увидела грузовик с номерами, который ей прислал дядя Серёжа. Таня не ела около суток. Все эти переживания заглушили в ней аппетит. Подобрав свои вещи, она покинула номер и оставила ключ на столе. Водитель стоял и курил, что-то строча в своём телефоне. Он не сразу узнал подошедшую к нему Татьяну.       - Вы Таня Монахова? - не поприветствовав, спросил он у неё.       Она кивнула.       - Садись и поехали, - велел он.       Уже через пять минут они были в пути. Погода снова не радовала снегопадом. Водитель иногда косился на свою пассажирку. Таня сидела, глядя в окно. Негромко играло радио. Над лобовым зеркалом висел металлический жетон. На одной стороне были выгравированы какие-то надписи, а на другой был знак радиации. Таня серьёзно посмотрела на жетон, а потом и на самого владельца.             - Вы были сталкером? - спросила она.       - Откуда ты знаешь? - удивился водитель.       - Жетон. Такие носят в Зоне Отчуждения.       - Да, был сталкером, - признался он. - Но не долго. Тесла меня звали за умение чинить всякое.       - А я только вчера покинула Зону, - грустно ответила Таня. - Меня там звали Лепра.       - Ого! И как там?       - Ничего хорошего.       - Оно и видно. Я тебя помню, когда первый раз подвозил. Вся такая пышечка. А сейчас бледная, похудевшая и измученная. Ты напиши Серёге, что я тебя забрал. Скажи, чтобы встретил там же, где в прошлый раз.       После нескольких минут езды бессонница напомнила о себе. Таня закинула голову назад и задремала. Она не стала ничего писать своему соседу. До дома доберётся как-нибудь сама. По радио играла песня Татьяны Овсиенко - Дальнобойщик. Водитель тихо подпевал, нарушая беспокойный сон своей пассажирки. Видя, как проезжают машины, Таня тихо прошептала:       - Всё позади. Скоро я буду дома.       Дорога тянулась долго и утомительно из-за погоды. В результате Татьяна оказалась на родной улице почти за полночь. Её высадили там, где условились, а оттуда она доехала на такси. И вот, стоя напротив подъезда своего дома, Таня всё ещё не верила, что приехала наконец домой. Многие жители улицы уже спали, на некоторых окнах мигали новогодние огоньки. Снега выпало немало. Хорошо, что сейчас он прекратился. Завтра многим автовладельцам придётся потрудиться, чтобы отчистить свои машины от снега. Таня посмотрела на свой этаж. Свет горит на кухне. Её мама не спит. Таня постояла ещё немного на улице и устало зашла в подъезд. Поднимаясь, она по привычке заглянула в почтовый ящик своей квартиры. Газеты никто в их семье не читал, а подписка на исторические журналы, которые она любила читать в студенческие годы, давно закончилась. Сейчас в ящике лежит только объявление о продаже новых квартир в спальном районе Москвы. В подъезде, как всегда, пахнет сигаретным дымом. Сосед со второго этажа любит выйти и покурить. Старая соседка, живущая напротив его квартиры, часто ругается с ним за это. Стены на третьем этаже не закрасили. Местный подросток нарисовал Бивиса и Батхеда, своих любимых мульт-персонажей. Коммунальщики давно обещали закрасить это художество, как и остальные нецензурные надписи в подъезде, но так и не сделали. Таня измученно улыбнулась и поднялась наконец на свой этаж. Она нажала на звонок.

***

      Стрелок проснулся утром с дикой головной болью. Его стон и нецензурные выражения разбудили Волка.       - Ой, голова! Сейчас помру! - матерился Стрелок.       Волк с пониманием отнёсся к нему и налил немного водки. Стрелок быстро выпил. Скоро должно отпустить. Шатаясь от похмелья, он увидел своё отражение в грязном треснутом зеркале и не узнал себя. Его мат был отлично слышен у костра. Он смотрел на себя, морщась от боли. Скорее бы она прошла!       - Что хоть произошло вчера? - ахнул Стрелок.       - Напился ты, батенька, - спокойным тоном ответил Волк, будто это был разговор о насущном.       - А дальше что было?       - А ты уверен, что хочешь знать?       - Что было?       Волк подробно ему всё рассказал. Стрелок покрыл себя откровенным семиэтажным матом и стукнулся лбом об дверцу шкафам, о чём сразу пожалел. Голова ещё сильнее разболелась. Даже Волку стало неприятно слушать нецензурную брань. Стрелок сел и ухватился за голову. Он тихо мычал, а боль всё не проходит. Когда стало легче, он посмотрел на Волка угрюмо:       - Я вправду себя так вёл?       - Да. Зато теперь все знают, что ты Стрелок.       - Плевать. Пусть знают. Всё равно рано или поздно узнали бы.       - Из-за Лепры ты так напился.       Стрелок опять поник. Хотелось закурить. Он стал рыться в своих вещах, но вместо сигарет нашёл шарфик Татьяны, которым она утягивала грудь. Стрелок бережно прижал его к лицу. Вещь всё ещё хранит лёгкий аромат женских духов.       - Вижу, что мучаешься ты без неё, Стрелок, - заметил Волк. - Бросай ты эту Зону и отправляйся за Татьяной.       - Я не могу! - взвыл он. - Я просто не могу!       - Не можешь? Или не хочешь?       - Я хочу, но не могу!       - Что же тебя тут держит?       - Я не могу сказать. Ладно, раз уж так всё случилось, то пойду к Доку на Болота. Буду там решать, что делать.       Стрелок собрался и вышел. Волк пошёл проводить его:       - Ты к нам заглядывай. Всё-таки ты легенда. Сталкерам нужен такой наставник, как ты!       - После вчерашней выходки? Совесть не позволит.       - Все мы не без греха.

***

      Для Татьяны разговор с матерью был непростым. К счастью, он продлился не долго. Голодная и измученная девушка попросила отложить разговор на потом. Мама не настаивала. Свой рюкзак, не разбирая, она положила рядом с кроватью в своей комнате. Лучше маме не видеть его содержимое. Уставшая и измученная, девушка приняла быстро душ. Мама не ложилась спать. Так и сидела в комнате, ожидая свою дочь.       - Девочка моя, расскажи, что произошло? Почему ты так внезапно уехала? Почему не звонила? - мягко обратилась она к Тане.       - Долгая история, мамочка, - устало вздохнула девушка. - Я потом всё тебе расскажу.       Таня прошла в свою комнату. Рядом с кроватью горела настенная лампа, создавая убаюкивающую атмосферу. Зевая, Таня надела свою любимую пижаму. Все вещи в комнате лежали на своих местах. Книги, компьютерный стол, ковёр, шкаф. Дом, милый дом. Мама уже легла, но не спала. Таня достала живую воду и пошла на кухню.       - Танюша, принеси, пожалуйста, мою бутылочку с водой, - попросила мама.       - Хорошо.       Пока мать не видит, Таня вылила воду из её бутылки и налила живой воды из "Оазиса".       - Спасибо, - взяла мама бутылку и сразу отпила из неё. - Какая вкусная вода!       - Спокойной ночи, мама!       - Спокойной ночи. Теперь точно ночь будет спокойной. Завтра могу смело идти сдавать анализы.       Таня закрылась в своей комнате и перекрестилась. Мама выпила живой воды. Вот она удивится, когда анализы покажут, что болезни нет! Но это не последний сюрприз. Всё будет утром, а сейчас спать. Спала Татьяна крепко, только сны были не спокойные. Ей снился Стрелок. Он снова обнимает её, целует и говорит, как сильно любит. Проснулась Таня с камнем на сердце. Она уезжала из Зоны с целью забыть Стрелка, но он не даёт ей покоя во сне. Снаружи снова идёт снег. Открыв глаза, Таня не сразу узнала свою комнату. За всё время в Зоне она забыла о тишине и комфорте. В комнату доносился аромат кофе и любимой творожной запеканки. Девушку озарила счастливая улыбка. Она всё-таки дома!       Мама выглядела счастливой, когда дочь вошла на кухню. И Таня заметила, что она изменилась и помолодела.       - Я сейчас поеду анализы сдавать и на приём к врачу, - сказала мама.       - На обратном пути заехай в банк и проверь баланс свой. Уверена, ты будешь очень удивлена.

***

      Таня по интернету проверила свой счёт в банке. Её глаза округлились, когда она увидела сумму. Денег было столько, что безбедно можно жить несколько лет. Стрелок продал дорогие артефакты из своей коллекции и все вырученные деньги перевёл ей. Только Татьяна не радовалась. Она бы довольствовалась суммой, достаточной для погашения долга. В отличие от других, её богатства не привлекали. Все эти деньги! Неужели она заработала их, ублажая в постели Стрелка? Если это так, то она готова всё ему вернуть. Только как? Таня стукнула кулаком по столу, что аж клавиатура подпрыгнула. Она ведь не знает его лицевого счёта. "Большой откуп ты заплатил, Стрелок! А мне нужен был ты! Я любила тебя, а не твою репутацию и возможности! Я любила... и люблю до сих пор!       Она включила мелодичные песни и достала из рюкзака свой сталкерский инвентарь. Напоминание о Зоне. Взять и выбросить бы всё это. Но Таня спрятала эти вещи в выдвижной ящик под свою кровать. Она и сама не знала, почему решила сохранить их. Подойдя к окну, её мысли снова вернулись к Стрелку. Она не сможет его забыть, это точно. Не сможет она его и разлюбить. Но лучше сейчас подумать о другом. Скоро вернётся мама. Ей перевела определенную сумму денег. А ещё ждёт разговор с дядей Серёжей. На столе лежат его сталкерские вещи, которые удалось сберечь. Вечерний сумрак окутал тихую улицу. Смолкли голоса детей, что играли недавно в снежки. Мама вместе с дочкой ели пиццу и роллы, отмечая возвращение домой. Потом Таня тихо постучала в дверь дяди Серёжи, держа в руке торт и сумку с его вещами. Она ведь не связалась с ним, чтобы сообщить о своём возвращении. А он волновался даже больше, чем мама. Дверь открылась.       - Танечка! - обрадовался мужчина и крепко её обнял.       - Добрый вечер, дядя Серёжа, - грустно улыбнулась она.       - Проходи скорее, - впустил он её. - Проходи на кухню. Сейчас чай пить будем.       Мужчина включил электрический чайник, достал чашки и блюдца для торта. Таня стояла и наблюдала. Взяла ностальгия. В конце сентября для Серёжа, провожая её в Зону, так же накрывал на стол. На глазах навернулись слёзы. Она уходила невинной девушкой, а вернулась поумневшей женщиной. Таня присела на стул. Пожилой мужчина торопился поскорее напоить чаем свою дорогую гостью.       - Не спешите, дядя Серёжа, - ласково произнесла она. - Теперь уже некуда спешить.       Мужчина замер и застеснялся.       - Ты ведь не позвонила мне. А я так волновался! - заварил он чай.       - Знаю. И сожалею, что не сообщила вам о своём возвращении.       Сергей разлил чай по чашкам, нарезал торт и сел напротив Татьяны:       - Зверобой лишь однажды мне написал. Он сказал, что передал моё сообщение.       - Это всё, что он вам сообщил?       - Больше ничего.       Таня рассказала ему всё о Зверобое, умолчав только о возвращении в Минск на новогодние праздники. Дядя Серёжа бы это не одобрил.       - Значит, он помог тебе, - тихо умилялся Сергей. - А что насчёт Виктора и других твоих целей?       Девушка побледнела. Она ожидала, что добрый сосед заведёт разговор на эту тему. Стоит ли всё ему рассказывать? Возможно. Осудит ли он её? И это возможно. Но что было, то прошло. Ей терять больше нечего. Таня встала и подошла к окну.       - Вы действительно хотите знать? - спросила она.       - Конечно.       - Это будет длинная история.       - Разве ты куда торопишься?       - Нет. Я вернула вам ваши вещи. Раз вы хотите знать, то я расскажу.       И Таня начала рассказывать, стоя у окна. В своей истории она ничего не утаила. Тяжело было рассказывать о Викторе и Стрелке. Когда она закончила, то увидела дядю Серёжу в подавленном настроении. Он не укорял её и не осуждал. Нетронутый в чашках чай остыл. Повисла тишина, нарушаемая тиканьем часов. Таня снова посмотрела в окно.       - Даже не знаю, что сказать, Танечка, - сказал наконец Сергей. - Я каждый день молился, чтобы ты вернулась домой. Теперь я молюсь, чтобы ты не услышала "Зов Зоны". Каждый, кто был сталкером, рано или поздно слышит её голос, зовущий вернуться. Я до сих пор его слышу в своих снах. Но ради твоей мамы гоню прочь эти наваждения.       - А причём тут моя мама?       - Люблю я её. Ведь пока тебя не было, я помогал ей. Так мы и полюбили друг друга.       - Она мне ничего не говорила, - приятно удивилась Татьяна.       - Мы хотели вместе тебе это сообщить, но только когда ты вернёшься. Теперь ты знаешь. Мы хотим пожениться.       - Что же, я за вас обоих рада! К тому же поводов для радости у нас достаточно. Мама теперь здорова, долг погашен и я дома.       Дядя Серёжа ещё что-то говорил, но только Таня его не слышала. Она снова думала о Зоне. Пока этот таинственный зов не доходил до неё. Интуиция подсказывала, что её приключения в Зоне не закончились. Возможно, Зона и отметила её, как любят говорить сталкеры. Таня пока не знала, что пройдёт совсем немного времени, как она снова наденет "Севу", возьмёт дробовик Стрелка, соберёт с собой всё необходимое для выживания и отправится в Зону уже с другой целью. Это возвращение будет уже другим, более непредсказуемым и опасным. Но сейчас хотелось подумать о том, что скоро её мама снова станет женой и будет счастлива. Дядя Серёжа - самый достойный мужчина. Лучше подумать о свадебном подарке для них. Этим она займётся сразу же, как только вернётся в свою комнату. Подарок будет что надо! А пока лучше заново заварить горячий чай. "Я подумаю над подарком. Но потом. Не сейчас!" - подумала Таня, выливая остывший чай.