1. Гитаристка типо?

Рука удерживала гриф гитары,а ноги обхватили основу гитары. Сидя возле фортепиано, вторая рука нажимала на определенные клавиши, чтобы настроить гитару. Попарельно нажимая на клавишу, то другая рука зацепляла струну. Обычно, самое тяжёлая струна–соль, она же третья струна по счету. Басовые же струны тоже расстраиваются, но более медленнее, смотря на температуру пространства. Поэтому Баташова носит музыкальный инструмент всегда в чехле. Да и если учитель увидит, что Марьяна не следит за инструментом, то отхватит знатно. Обычно учительница настраивает гитару, но в этом педагог опаздывал и попросила сделать это ученицу. В маленьком кабинете, где обучали гитарой и скрипкой, были наверху портреты:Паганини,Бетховен,Чайковский, Шуберт, Прокофьев. По рассказу учителя, она забрала самых любимых ею композиторов и решила повесить их в своем кабинете.Также стояли возле стола три стула, для учеников. Марьям была частно не одна в кабинете, ведь после нее у Елены Геннадьевны были, и другие ученики, которые ждали свою очередь. Также стоял огромный шкаф, в нем было четыре полки и две из них были заполнены учебниками, где были ноты. Остальные две документами,и личными делами каждых учеников. В кабинет зашла учительница и поспешила к Марьям, она шепотом, будто их кто-то может услышать.Сказала. –Пойдём, там зал свободен, порепитируешь.Бери подставку,и ткань не забудь! –Учитель помчался в зал, ведь в зимнее время ученики готовятся к экзаменам. Обычно первые сдают народники. Потом уже пианисты,и другие. Взяв в руки все, что сказали, Марьям быстрым шагом и с гитарой направилась к залу. Там уже стояла Елена Геннадьевна,и ставила стул посередине сцены. Дабы убедиться точности, что Баташова правильно настроила инструмент, учитель взял в руки гитару,и стала проверять каждую струну, пока другая усаживалась на стул, и ставила ногу на подставку. Учитель одобрительно кивнул и протянул гитару.–Давай, представь, что ты на экзамене. –Учитель встав ниже сцены,и рассматривала каждую деталь, которая могла лежать неправильно или не так. Башатова вставала возле стула, рука держала шейку грифа в левой руке, а правая была опущенная к ноге. Кивнув головой, она присела,и уложила гитару правильно, и удобнее ей. Пальцы левой руки стали ставить на лады, определя нужные ей ноты, правая рука же играла,дергала струны. Сыграя "Прелюдия. 12." Марьям опустила левую руку, встряхнув ее, она продолжила. Дальше пошла другая пьеса:"Ой за гаем, гаем." Это было легче, но эта пьеса была быстрее и требовала на себя больше внимания. Проиграв обои пьесы. Марьям встала со стула убрала ногу с подставки и поклонилась. Звонкие хлопки посыпались от учителя. Ей еще не хватало очередных слов "Браво!", она любила из говорить, когда у Баташовой все получалось идеально. Под опущенной головой, скрывалась ели заметная улыбка, уголки губ медленно потянулись к вверху, но, как только она подняла голову, то сделала более сдержанную улыбку. Учитель, перестав хлопать, подошел к Марьян. –Хорошо! Только, что ты так сгорбилась, боишься, чтоль кого? Давай гордо, как на параде! Вон, как Паганини!–Улыбнувшись учитель присел на стул.–Ладно, неси обратно все. –Педагог вышел из зала и направился по этажу в свой кабинет. Марьям же, пошла обратно в класс, следом за учителем. Только она ее оставила с кучей всего:гитара, подставка и пюпитр, которая оставила Елена Геннадьевна. Бесит. Закатив глаза, та разов взяла абсолютно все, что только можно. Выходя из зала,то на лестнице встретилась такая картина:Айгуль и какие-то три пацана. Айгуль,Марьям знала, но этих видит первый раз.Это была еще одна ученица Елены Геннадьевны.Да и сама Айгуль девочка прилежная, не думает Башатова, что она их знает, пристали,и все. Но все же, поинтересоваться–надо. Проходя мимо них, Марьям остановилась возле Айгуль.Хоть и Марьям была старше ее на 2 года, но общие интересы тоже были. Поэтому даже поздороваться выглядело не так глупо. –Привет. Тебя там Елена Геннадьевна уже ждет. –По факту не соврала, да,и Айгуль стояла со скрипкой. Тем-более урок у Башатовой закончился, поэтому можно было не сильно спешить.–Что встали? –Она могла позволить себе такую грубость, стоят–не пройти, не проехать. Зеленые глаза блеснули на парней. Один парень, который был в голубой куртке,стоял возле Айгуль,и кажется совсем ему не понравилась, что Башатова влезла их дела. Ну,а эти двоя, стоят и наблюдают, как истуканы. Все внимание переключилось на Марьям. Четыре пары любопытных глаз впились в нее, один взгляд она знала и понимала, что этот взгляд девичьей –нечего ей не сделает, а вот, что ожидать от них. Хотя, наверное, в здание нечего не будет. Айгуль, кажеться расслабившись, встала поближе к Марьям. Она совсем недовольно смотрела на парня в голубой куртке и была готова уже быстрее от него уйти, как показалось Марьям. –Привет. Хорошо. –Айгуль развернулась в нужную ей сторону и направилась по ступенькам. Только вот парень в голубой куртке хотел пойти за ней, но Марьям встала на место, где только, что стояла Айгуль. Она дёрнула бровь и проговорила. –На,вон, помоги. –Баташова протянула ему пюпитр. Парень же недовольно хмыкнул и стрельнул глазами на нее, и помогать он ей вовсе не собирался. Он прошел мимо нее, на последок задев. Он побежал по ступенькам и кричал имя–Айгуль. Только вот одно неверное действие с его стороны, и из рук Марьям все упало... Пульт, подставка и ткань полетели по ступенькам, а гитара с грохотом упала к ногам одного парня. Он был кудрявым,с темными волосами и густыми темными бровями. Также у него были голубые глаза, даже, наверно, хамелеон, с какой-то яростью внутри. Парень был курносым, и имел, чуть пухлые губы.Он любопытно посмотрел на гитару, и взял ее в руки, рассматривая. Также глаза Марьям блеснули на другого парня. Он был чуть выше первого. Глаза у него были темно-коричневого цвета, а лицо обладало форфором цветом, словно он сделан из снега.Также он был с голой макушкой, не имея волос. Башатова стала собирать все, что упало. Послышался голос лысого парня. –Маратик, Маратик. –Он взял в руки подставку и протянул девушке.Он картавил, и Балашовой показалось это даже очень приятно, интересный у него голос. Та сразу поблагодарила, и забрала предмет в руки. Темноволосый стал брынчать на гитаре и смеяться. Лысый же, улыбнулся, и посмотрел на него, встав в полный рост.Марьям забрав все в руки,недовольно подошла к тому, хотела уже выхватить у него из под носа музыкальный инструмент. –Аккуратнее. –Только рука коснулась грифа, парень посмотрел на нее, немного затупившимся взглядом. Толи не ожидал такой реакции и смелости? Марьям же не понимала, почему он ей не отдает инструмент. Лицо ее ощутило неприятное покалывание, от его одежды исходило морозный воздух, видимо ребята с прогулки? –Я помогу, куда нести?–Он посмотрел на девушку с приподнятыми бровями. Марьям такого "джентльменство" вообще не ожидала. –Ну,помоги, что ли... –Неуверенно посмотрев в сторону второго. Та поправила в руках подставку. –Пойдем. –Она прошла вперед по ступенькам. Идя вперед по коридору, то парень шел быстро. Его шаги были в два раза больше, видимо из-за такого роста. Если приглядеться, то Марьям, возможно,его возраста, а может он ее страшне. Если девушка была с ростом 170, то парень, ну, где-то 194? Сравнявшись шагами,он начал первый. –Тебя как зовут? –Он любопытно рассматривал ее с разных мест. Как она чуть ли не бежит от него, боится, видно сразу. Она даже старалась не смотреть в его сторону,она его первый раз видит. С такими страшно ходить, а он помощь ей предлагает и она отказать не может, вдруг, опять также все упадет. Лучше перестраховаться. –Марьям. –Она невольно блеснула взглядом по его лицу. Он качнул головой. Следом последовал еще вопрос. –А ты гитаристка типо? –Он сново глянул на гитару и хотел еще пощупать струны, но боялся уже получит от нее. –Меня Турбо звать. –Дойдя до нужного кабинета. Оба остановились возле двери. –Типо. –Марьям взяла в руки гитару и заскочила в класс.Нечего не сказав на последок. Захлопнув перед ним дверь. Парень недовольно скорчил нос и спрятал нижнюю губу.Прислонив одно ухо к двери, тот стал любопытно слушать.Сначала было слышны только, какие-то мимолетные разговоры, но позже и вовсе притихли. Поэтому стоять там смысла нет, вдруг, кто увидит. Поэтому пошагав к Зиме, Турбо увидел Зиму, которой уплетал пирожок. Кто его уже угостил? Он лялякал , с какой-то девкой и любопытно ее слушал. Турбо скача по ступенькам, стал подходить к Зиме.–Зима! –Валера недовольно покосился, на стоящей рядом с ним девушку, тот уже стоял рядом с Зимой. –Спасибо, оч вкусно. –Тот стоял и давил лыбу, толи от приятного угощения. –Чо Турбо, невестку ищешь? –Усмехнувшись над собственными мыслями. Валера хотел дать поджопника Зиме, только тот увернулся, так еще и надсмехнулся над ним, говоря, что он косой.–Пойдем, там Кощей ждет. Чет важное хочет сказать.–Турбо с Зимой направились к выходу, последний раз оглянувшись на место, где он и встретил Марьям.

***

Марьям привычно надевала на себя шарф и смотрела в зеркало. Где-то рядом пробегали, и другие девочки, кто из них были в художке, ну или же в шитье, также, и были, которые ходили в музыкальный отдел.Обычно и с ними Марьям ходит домой, так,как часть девушек живет на одной улице. Поэтому взяв с собой гитару, ее ухватили за локоть, и она пошла с ними. Девушки общались только о чем могли, кто-то даже завел сплетни, что Айгуль с универсамовским встречается! Конечно, всем верить не стоит, но ведь Марьям, и вправду видела, как Айгуль разговаривала с каким-то пацаном. Говорить об этом Башатова даже не стала. Вскоре разговор вовсе пошел в неприятное русло. Девочки заладили о группировках, даже среди них есть одна, которая встречается,и это не Айгуль. Эта была Ира Симонцова,девушку эту Марьям видела крайний редко, видимо ей не до учебы и т.д.Ирина встречалась одним из группировки "Хади Такташ."Совсем девчонка с дубу рухнула, ведь время пройдет и выть будет, во все горло. Страшно это все, все эти группировки. Слышала Марьям, что не жалеют они девок, бьют, насилуют, издеваются, по всем 12 кругов ада пускают. Никогда бы она не смогла, страшно ведь за свою жизнь, а вдруг, что, пиши-пропала. В правом боку почувствовалось толчки. Это была Аделя. –Марьям, ты что смотришь в одну точку? –Та улыбнулась и посмотрела на лицо Башатовой, а ей, и вовсе смешно не было. Никто в серьез это не признаёт, а ведь эта, и вправду,и не шутки, сколько людей погибло из-за них. Страшное сейчас время... Марьям кивнула и сказала достаточно громко, но, как максимум, несколько девочек услышали.–Страшно это, а Ирине только удачи могу пожелать. –И лишнего нечего не сказала, ей ведь и вправду было страшно. Все же девочки разошлись на доброй ноте, кто-то даже из них тихо сказала на татарском:"Мин универсамовский белән телим." Глупые они.

***

День не задался с самого утра. Юбка Марьям порвалась с начала до конца, денег на новую–не было. Поэтому пришлось идти в штанах, оправдываясь тем, что она гитарист и у нее нет времени идти домой, и переодеваться. Поэтому учителя не стали нечего говорить про внешний вид, знают, что Башатова–упертая, как танк. После школы, она направилась в музыкалку.На плечах у нее была гитара в чехле, а в руках ранец.Идя по снегу, который так приятно хрустел. Марьям заметила, что возле здания стояла огромная машина, марку она не знала, но, что главное она заметила, что возле нее стоял какой-то парень. С далека плохо видно, но в чем одет–было легко разглядеть:Тепло-молочного цвета пальто и коричневая шапка-ушанка. Опустив глаза в пол, Марьям и вовсе не хотела ни с кем видеться, время не было,и настроения. Быстрыми шагами пойдя по ступенькам ее окликнули. –Стой. –Голос был прокуренный и хрипким, но, и власть он имел. Марьям остановилась, но не стала поворачиваться, слыша, как сзади шаги приближаются, и снег все громче скрипит под обувью.–Ты, случайно, с Марьям не знакома? –Тот поправил шляпу и положил свой взгляд на Баташову. От его слов, сердце сжалось от страха.Зрачок глаза увеличился в несколько раз, а потом вернул свою позицию и форму обратно. Язык, будто отрезали, сказать нечего не могла. Она не дура, чтобы говорить, что это она. Мотнув головой, на нее, снова налетел взгляд, только уже хитрый и оценивающий, от которого было само не по себе.–Ну иди. –Проследив, как она пошла в здание, Марьям была готова сквозь землю провозиться, страшно, как никогда. Ноги предательски подкосились, она была готова упасть, только ухватилась за перила. Оглядевшись парень продолжал стоять и выглядывать, что-то в окнах, а, как только она кинула взгляд, то он глянул на нее, и сощурился. Быстро сглотнув, та зашла в ДК. Сегодня она должна играть на гитаре, на сцене. Дело это ей не впервой, но все же, волнение какое-то было. Поэтому поправляя волосы возле зеркала, которые доходили до ягодиц русого оттенка, Марьям увидела себя такую:Ярко-зеленый глаза, но с частичкой серого. Пухленькие губы и острый носик, также были видны, ели-ели заметные веснушки. Длинные пушистые ресницы, и яркие брови. Косметике на ней не было, не любила пользоваться, да и денег на этого нет. Поправляя рубашку, глаза моргнули в сторону входа в зал, там заходил, тот самый парень, который расспрашивал ее. Нервно моргая, она мгновенно взяла гитару и пошла в свой класс, чтобы взять тряпку, и пойти играть первой. Проучивший тут 6 лет, дало лишь одно имущество, что она имела тут авторитет. Никто ей,и слово не скажет, все учителя довольны, ученики ее знают, как хорошую девушку. А остального ей не надо, главное , чтобы в семью не лезли. Нервно перебирая пальцы, попутно из хрустя, она тут же вспоминала слова учителя:"Нельзя хрустеть гитаристам пальцы!". Когда уже в кабинет забежала учительница, сказав, что ее выход. Она вышла из подготовленного кабинета с гитарой и прошла в зал. В левой руке гитара, а в правой ткань. Пройдя на сцену, она кивнула и присела на стул. Стараясь не поднимать глаза на зрителей, послышался голос директора помещения ДК. –Марьям Башатова! –Резкие опладесменты и любопытные взгляды сразу кинулась в ее сторону. Когда уже стало тихо, то пальцы сами стали непроизвольно играть. Игра была грамотна, но громкая и быстрая. Пальцы перебирала струны, а другие ставили ноты. Вскоре, игра на гитаре была закончена.Поднявшись со стула, она кивнула и быстро сбежала со сцены, обычно, люди, которые выступали садились на места, но она сбежала. Не хотела, боялась, да зассала она! Ее мать все время учила, что, никогда никому не подходи, если даже позовут. Знает она, что это не правильно, но деваться некуда, страшно и все. Идя по ступенькам, из зала стукнула дверь, даже не оборачиваясь она слышала, как шаги стали нарастать, все ближе и ближе. Вот-вот, и ее схватят, как думала она. Ее окликнули. –Стой.–Резко остановившись, она медленно повернула голову и глянула. Нет, она ошиблась. Это был Андрей, он тоже учился в музыкальном отделение , только на фортепиано. Тот подошел на расстояния шага,и улыбнулся. Марьям стала на много спокойнее, мальчишка он хороший, да,и младшей он ее на 2 года. –Слушай, ты так классно сыграла. Мы тут это, с пацанами попросить хотели. Ты сможешь поиграть вечером? –Он, как-то нервно переходит с ноги на ногу, и непроизвольно поправлял свою одежду. Башатова немного затупившимся взглядом глянула на Андрея, она была готова услышать все, что угодно, но это?..Смутившись держа в руках гитару, она медленно и протяжно сказала. –Ну, хорошо. А куда идти? –Разум непроизвольно верещал:"Дура! Да кому твоя игра нужна, вдруг им , что от тебя надо!" Но сердце делала по-другому. Андрей, улыбнувшись,положил руки в карманы и сказал. –Так это, где хоккейное поле, там тебя встретят.–Его кто-то окликнул и посмотрев последний раз, он сказал. –Ладно, увидимся! –Он скрылся в стенах здания,а Марьям приятно осознавала,что ее игра на гитаре,которая заняла 6 лет-не коту под хвост.Но было, и страшно. Кому играть? Какие это люди? Стоять в коридоре смысла не было, поэтому медленно прошагивая каждый шаг, она дошла до кабинета, где была и учительница по гитаре. Марьям на самом-то деле, готова была уже, и получить, что так осмелилась вылететь из класса, небось, и другие учителя ее уже сто раз осудили, и повспоминали. Пройдя в класс, голова была повернута к двери. За спиной были слышны голоса. Это была ее учительница, и кто-то еще. Развернув голову к лицом классу, то там ждала ее такая картина:Елена Геннадьевна стояла и разговорила с тем парнем, который,и спрашивал ее имя.Он протягивал цветы учительнице, и медленно переводил взор на нее. Они сжирал ее глазами, медленно, протянуто, словно минорная тональность,это могло происходить вечно, и также тускло, пока Елена Геннадьевна не стала говорить.–Вот, наша Марьям! Гордость наша! Ой, а за цветы спасибо. –Учитель держал в руке три розочки красного цвета. Ее пальцы касались каждого лепестка, а взор ее переходил медленно с цветком на Башатову. –Ладно, пойду в вазу поставлю. –Проходя мимо Марьям, та остановилась и шепнула. –Смотри, какой мальчонка. –Улыбнувшись последний раз, она довольно вышла с кабинета. Зрачок глаза уменьшился, дыхание стало отрывистым и тихим. Положив гитару на стойку, она тут же посмотрела в сторону парня. Он же все время стоял и молчал, наблюдал. Позже поправив волосы, сказал. –Врать-то–плохо. –Он присел на стул. И продолжил. –Меня, Желтым звать.Из дом быта, может слышала? –Он протянул руку, в знак приветствия. –Понравилась ты мне. Ты подумай, я ж плохо нечего не сделаю. –Он осмотрел ее с ног до головы. Так, что по телу мурашки стали бегать. Она же посмотрела на нее и нечего не сказал, и не ответила. Страшно. А в кабинете не пойми с кем, ну как, знала, но только, что такое "Дом быта". А больше нечего, слышала, что это группа тусуется в кафе "Снежинка" и все.Мотнув головой в знак отрицания, он все же убрал руку, видел, как она металась взглядом,и скуковалась вся. Встав со стула, она отошла на шаг, чтобы рядом с ним даже не стоять. Усмехнувшись он подошел к двери, и сказал. –Ну, ты подумай. –Открыв дверь он вышел за приделами кабинета.

***

Под ногами шуршал снег, где-то светели фонари, да и то, ели-ели. На улице уже было темно.На одежду Марьям падали хлопья снега, и тут же растворялись. Нос был спрятан в шарф, а руки в карманы пальто.Губы потрескались от мороза, а ресницы стали чуть белее, от мороза и снежинок. Лицо стало румянее, а нос вечно дёргался от холода. Мимо проходили люди, некоторые с работы, а кто-то просто гулял. Пойдя до хоккейной коробки, никого не было, заходить туда тоже не хотелось. Но куда деваться? Поэтому начав перешагивать бортик, как только одна нога коснулась льда, чья-то рука появилась на уровне груди. Подняв взгляд, это был тот самый парень, которого вроде была еще кличка "Турбо" или как там его? Положил ладонь на другую, то та намного легче перелезла и посмотрела на лицо парня:Кучерявые волосы вылезали из под черно-красной шапки, а глаза его были намного тучнее, чем в здание. Если там он был более любопытным и добрее, что ли, то сейчас он был хмурый, и холоднее. Тот окинул ее взглядом и пошел в сторону, какого-то кирпичного здания, не сказать, что оно было большое, но,и маленьким не было.Башатова же пошла за ним, тоже молча. Вскоре, они оба прошли туда, пахло там табаком и немного сыростью, также там было до жути жарко, поэтому она сразу сняла с себя шарф. Турбо же стал снимать верхнюю одежду, она повторила за ним, аккуратно рядом кладя гитару. На ней был мешковатый свитер и джинсы темного оттенка. Взяв в руки гитару, которая все время была в чехле, она прошла дальше. По всей видимости, это был, какой-то спортивный зал или на подобие его. Также глубже была маленькая комнатка, там сидело достаточно много парней разного возраста, от 14-25 и больше. Вышагивая каждый шаг под смехом, она тихо и невесомо сказала. –Здравствуйте. –Оперевшись на угол стенки, мимо нее прошел Турбо и сел на диванчик. Задорные и громкие смешки медленно прекратились, на нее налетело много пар глаз. Кто-то из толпы даже присвистнул, от этого стало несвойственно неприятно. Глаза бегали по парням, каждый был по своему отличим,и хорош. Но одного она заметила сразу, он был кудрявый и даже высок, в зубах у него виднелась щель, от этого Марьям стало немного смешно. Интресный персонаж. Он то как раз и начал первый.–Здравствуйте. –Пройдя через толпу, он подошел к ней ближе, и как истинный мужчина, поцеловал руку. –Нам парни сказали, что вы прекрасно играете, а нам как раз хотелось бы услышать игру, так поразвлекаться. Сыграете? –Он смотрел на нее с интересом,как-то криво хмыкая, скорее даже довольно. Он присел на кресло и закинул ногу на ногу. Такой жест–Марьям не оценила. Она, что? Стелька какая-то, чтобы он перед ней так садился. Недовольно просмотрев все, она тяжело вздохнула и присела на табуретку, которая пустовала из-за ее неудобства.–А что играть? –Глаза упали на Турбо, он сдавил губы, и любопытно рассматривал. Марьям же ответила встречным взглядом, парень он был не плохой. Если только взгляд был скрытный, и непримечательный, а может, и нет? Неловко отводя глаза, она снова смотрит на кудрявого парня. Он же в свою очередь любопытно рассматривает толпу,и выдает. –Ну, "Седая ночь" можешь? –Он бросает взгляд на гитару. Марьям же вспоминая каждую ноту, понимает, что вроде память что-то помнит и начинает медленно ставить пальца на струны, мысленно вспоминает, какой там бой. Если бы Елена Геннадьевна увидела ее–по шее бы точно влетело. Вскоре, мелодия начинает постепенно становиться ближе к идеалу, кто-то даже стал подпевать. До конца играть не получается, дверь резко хлопает со всей силой, от того она и встрепенулась. И, рука резко предательски дернулась. Было до боли обидно, что она не смогла доиграть последний куплет, будто ее специально прервали, ей богу. В итоге, это был какой-то парень, он тоже присел среди своих и любопытно рассматривал Марьям. Девчушка же, вовсе растерявшись, бегала глазами то по полу, то на парней. Кудрявый, оказался по кличке "Кощей", которого вечно звали и что-то говорили, она переводила глаза на него,и медленно начала вставать. Делать ей тут больше нечего, зачем только приходила, но хоть побыла среди УКК. Это оказалось еще одна группировка, если бы раньше узнала, что пойдет к ним, нос бы воротила, и боялась даже думать об этом, но оказалась, что это не плохие ребята, даже спокойные. Пока те уже позабыли о ней, она решили по быстрому слинять, чтобы лишний раз тут ни сидеть. Вдруг, мешать будет. Поэтому тихонько выходя с "кухни", она прошла к своему пальто и стала медленно одевать пальто. Ее кто-то откликнулся, уже не боявшись, что ее ждет опасность или неизвестность, она любопытно повернулась. Это оказался Турбо, он стоял возле нее, и сложа руки в карманы, рассматривал с разных сторон. –Слушай, а тебя, как звать? –Он помог подержать гитару, пока Башатова зацепляла шарф. Ответить было не трудно, та и парень он, самый, наверное, спокойные.–Ты же спрашивал,Марьям. –Взяв в руки свою гитару, она нацепила ее на спину. Турбо слабо поджал губы и тихо сказал. –Давай провожу. –Он без ответа стал одевать свою легкую куртку, с темно-красной шапкой. Не успела Марьям и слово сказать, как он уже оглядывалась,и подталкивал ее к выходу. От этого Марьям недовольно зашипела. –Руки! –Она отодвинулась от него в сторону и язвительно глянула на него. –Сама дойду. –Открыв дверь, она хлопнула перед его носом. Валера же не успел и слово сказать, как эта девчушка просто послала его,и ушла. Обычно, девчонки сами к нему тянутся, а эта. Не сказать, что он был мастером в характерах девушках, но что-то он понимал. А эта.!

***

Ее разбудил телефонный звонок. Голова с утра вообще не работала, что уж там, она даже не помнит, как домой ушла. Совсем утомилась, что пришла домой и упала сразу на кровать, только переоделась, ну как переоделась, сняла верхнюю одежду, даже в ванну не пошла. Босые ноги коснулись леденного пола, где-то валялись тапочки, но искать их, у нее совсем не было настроения.Утрення одежда обещала быть лучше, что уж там, не удивительно, что она замёрзла. На тело красовалась только белье.Поэтому рука потянулась к халатику.Матери дома не было, она даже в выходные работает. В музыкалку сегодня не надо, а в школу,так тем более. Пройдя быстрыми шагами, она ответила на телефонный звонок. Голос ее с утра был хриплым и даже грубым, но,прокашлявшись в локоть, она повторила.–Ало? –Сначало в противоположную линии не было слышно–нечего, только ели заметное гудение. Сначала, она подумала, что трубку сбросили, да и сама была готова бросить, только вот послышался знакомый до боли голос. Голос был грубый и тяжелым, будто он внедрял в себя уверенность, а для людей-страх. –Ало. Марьям? –Ясно. Это был отец. Отец, который бросил их с матерью еще очень-очень давно, когда Марьям был лет 5, а сейчас 16, вот и думай. Ее лицо моментально поменялась, сначало она и вовсе нечего не показывала, безразличие. А сейчас серьёзность, и гнев. Как только совесть позволила позвонить. Да, это его не первый звонок, но блин! Марья положила руку на талию, будто защищала себя. Нехотя она ответила, даже с призрением, и злостью. –Него тебе? –Она была готова положить трубку, и разбить этот телефон к чертовой матери, да только, не так ее мать воспитывала. Отец тяжело вздохнул и стал мягче, словно с каким-то желанием услышать, снова родимый голос своей дочурки. –Ты как с отцом разговариваешь, Марьяш? –В голосе было смешанно два разных показания любви:строгость и забота. Она тут же ответила –Отец ты мне только по паспорту. Где ж ты был папаша? –Она закусила щеки с внутренней стороны, а сама свела брови к переносице. Зла была. На то, что врал много, их бросил, пил, а сейчас хер пойми где. Громкий вздох и выдох, он был готов, что Марьям не принимает его с радостью. Но и не ожидал сразу такой грубости. –Марьяш. Как там мама? –Он перевернул тему совсем в другое русло, только она, и этого не оценила. Глаза вспыхнули удивлением и брезгливостью. –Без тебя урод хорошо! –Она бросила трубку, и швырнула провод в сторону. К счастью, что сам аппарат не разбился. Закусив костяшки на руке, она недовольно пнула, что было под ногой-книги. Несвойственно себе, на лице брызнули слёзы. Солёные капли резали лицо. Она были слабыми и непроизвольными. Оставляя красные следы, она никогда не понимала, почему мать терпела его. Он ведь столько зла над ней совершил, а она до последнего хотела сохранить семью,и то,как попало, но без него намного лучше. Да тяжко, денег мало, но хотя бы она в тепле, и возле них бутылки не валяются, на люди в конце концов не стыдно выйти. Главное, что сейчас эта мразь, точнее, шишка какая-то, она даже фамилию матери взяла, чтобы до конца их нечего не связывало, только темное прошлое. Присев на диван, от которого отходил запах сладких духов, которыми пользовалась Марьям, она укрылась с ног до головы одеялом и попыталась уснуть, время конечно обеда, но сидеть с мыслями, что "любимый" папуля позвонил спросить, как дела у нее,и матери, то с гадкими мыслями, которые лезли в голову-остоваться точно не хотелось. От слез и правда хотелось больше уснуть, чем сидеть, и опять копаяться в головешке, что отец мразь и т.д. Конечно, она безусловно понимала, что обвинять только отца–нельзя. Но у нее просто не хватало сил даже думать об этом. Сразу же эмоции показываться на лице:злость, страдания, несправедливость, безысходность, вина. Губы были поджаты, а нос часто дергался от быстро и резкого дыхания, грудь поднималась быстро и прерывисто, вверх, и вниз. Глаза стали сами по себе тяжелыми, точнее веки. Словно песок, они такими тяжелыми, и сами по себе закрылись.

***

Проснувшлась она ближе к ночи, да уж, весь день коту под хвост. Мать работа сразу в две смены, Марьям тоже не сидела дома, то нянькой работала, газеты раздавала, помогать ведь тоже надо. Оклемавшись она прошла на кухню. Рука потянулась в выключателю, включив свет, тот сразу появился на лампочке. Тепло-желтый цвет показался по всему пространству. Ладони прикрыли глаза, ведь она только встала, а тут сразу яркое к лицу, не привычно. Аппетита не было, но чай хотя бы попить надо. Поэтому, та сразу поставила чайник и ещё сопя за столом ждала, когда же из чайника польётся тоненькая, белая нить пара. Тоненькие пальцы стали выстукивать какую-ту мелодию, а нога тут же подбивала пол. Но пока Марьям таким образом "развлекалась", то чайник вскипел. Она уже пила чай с бутербродами и высматривала, что же там за окном города Казани.Иногда, по ноге ходили мурашки, поэтому она вздрогнула, и тяжело вздохнула. Уже было, конечно, привычно сидеть здесь, за столом, одной. Но хотелось все же полным столом видеть, как семья Баташовых ни заботиться о деньгах и т.д.Хотелось мать счастливую видеть с утра, и встречаться вечером, а она все время на работе пропадает, дабы прокормить их. В итоге, закончив с едой, она прошла в комнату и стала делать уроки. Завтра ей снова идти в музыкалку, а вечером делать уроки лень будет, поэтому лучше сейчас. Она не была круглой отличницей, но все же не глупа. Например, физику она вовсе не понимала, а вот русский язык или геометрию–одно удовольствие. Да и учитель по физике, слабо говоря–не очень. Марьям слышала, что он к девочкам приставал, дабы за хорошую оценку. Фу, мерзость. От таких колких мыслей, Марьям, и сама невольно скрючила лицо, и была готова воротиться от таких неприятных мыслей. Хотя, половину уроков она могла пропускать и было это часто в 10 классе, в котором она, и половину незнает учебного материала.Ведь выпускница музыкального образования, ее теперь суют, куда только можно, на всякие конкурсы или экзамены вечные. Поэтому,и учителя ее недолюбливают, коль фифа тут нашлась.

***

Турбо все также сидел в компании скорлупы и более главных, например, как он, Зима. И старшне, Кощей. Не то чтобы Турбо был так сильно заинтересован той девушкой, но озабоченность и интерес к ней был подготовлен. Ему было интересно, что же эта за девичья манера так делать. Упертая видно сразу, даже слово сказать не успел, а тут. Что ж у нее такая манера перед ним дверьми хлопать.Зима, который сидел рядом покуривал сигарету и слушал историю, сутулого вроде, обычно они не сильно ими заинтересована, но и в таких кругах обычные не попадут. Пальто там например или Марат, который был известен, тем что брат у него Адидас, вот и попал сюда. А ведь Пальто и притащил ее сюда, так хули на одном месте сидеть, ведь интерес эта дива подогрела. Поэтому встав с места, он любопытно присел рядом и увидел, как Андрей невольно даже удивился, обычно они с Маратом тусуются, а тут этот. Турбо не сразу полез с вопросами, нет, спросил че да как, короче тянул кота за яйца. Но позже Андрея и сам понял, что Турбо что-то нужно от него. Поэтому Валера выразился очень коротко. –Слышь, а эта, которая на гитаре брынгала, кто вообще такая? –Он покуривал сигарету и любопытно наблюдал, как Андрей сначала замялся, но после все же сказал. –Так это Марьям, она в музыкалке учится. –Он притих, ожидал какуе-ту реакцию Валеры, а тот, как смотрел в стол, так и продолжил.Он же посмотрел на него, когда тот остоновился, намекая взглядом, чо притих. Он и продолжил. –Ну, нормальная.–Пальто не знал особо что-то о ней, знал, что девушка она приличная,в задницу не влезет. Еще знал, что не сильно общительная, и стеснительная.А, ну, и упертая, как баран. Но это говорить он не стал, вдруг Валере не зайдет такая мысль. Турбо выпучил нижнюю губу и покачивал головой, постучав по спине Пальто, он что-то буркнул потипу "Спасибо", и сел обратно к Зиме, славно, что он не заметил отсутствие друга.