Глава 2

      — За виконта и виконтессу земли Абердин!       Несмотря на значительное количество гостей, ужин проходил в теплой и уютной обстановке. Беседы лились рекой, ведь благодаря схеме рассадки младшей из Зоэ, все между собой довольно гармонировали. Настроение за столом было отменное. Разумеется, вкусные блюда, дорогой алкоголь, да и повод — внушительный срок беременности хозяйки дома не оставили равнодушными никого. Только вот Ханджи не могла разделить общего веселья. Она сидела рядом с Риваем и кожей чувствовала исходящий от него холод. Благо, почти никто не заметил особенности её поведения за столом. Артур с Доротеей лишь переглянулись и решили разузнать про состояние дочери позже.       — Ханджи, что-то я тебя не узнаю, затихла совсем. Неужто на тебя так влияет компания моего хмурого племянничка? — с доброй улыбкой интересовался старший из присутствующих Аккерманов.       — Что вы, лорд Кеннет, — девчонка неловко улыбнулась. — Наслаждаюсь трапезой. Картофельное пюре в качестве гарнира выше всяческих похвал, не считаете?       — На меня больше произвело впечатление вино, что твои родичи любезно решили разлить нам сегодня, ­– отпив из бокала, довольно смаковал напиток мужчина. — Давай, отолью тебе, распробуешь, — быстро и незаметно Кеннет налил в стакан Ханджи треть содержимого своего бокала.       — Что вы, дядюшка Кенни, не стоит, — возмутилась шатенка. — Родители же запрещают…       — Я возьму всю вину на себя, ну же, деточка, а то сидишь как не своя. — Мельком глянув на родителей, что сидели неблизко, Ханджи несмело выпила. Скривилась. — Милая, ну кто так пьет вино…       — Кенни… — усмехнулась черноволосая женщина, сидящая через некоторое количество гостей и наблюдавшая эту картину. — Отстань уже от молодежи.       — Кушель, как я могу оставить девчонку? Твой сынок никак её не развлекает, — притворно возмутившись, ответил мужчина. — Племянничек, разве так дела ведутся? У тебя дама под боком сидит, скучает, а ты…       «Неужели весь мой вид не выражает презрение ко всему меня окружающему?» — пронеслось в голове у Ривая. Он сидел с настолько кислой миной, что лакеи распереживались: всё ли хорошо с блюдами? И даже ловил на себе взгляд матери, которым она словно просила хоть немного расслабиться. А как тут расслабиться, когда под боком сидит главная виновница его негодования? Придя на ужин, он хотел было себя по лбу хлопнуть, ведь совершенно забыл, что Ханджи уже тринадцать лет. А это значит, что она может разделить трапезу уже в новом окружении. Но какого, позвольте спросить, чёрта они сидят рядом? Что ж, ужин обещает быть тяжелым.       Нехотя отвлекшись от тарелки, Ривай поднял холодный взгляд на дядю.       — Уймись уже.       Кенни усмехнулся.       — Что же с твоим настроением? Сегодня ты хмурнее обычного.       — Так может, и ему подольёте? — предложила повеселевшая Ханджи.       — Вот ещё, не буду я с ним делиться.       Риваю осталось лишь закатить глаза и вернуться к трапезе. Встать и уйти будет верхом неуважения, поэтому приходится терпеть. Мало того, что ужин он проводит в компании безалаберной дочурки хозяев приёма, так ещё и дядюшка масла в огонь подливает. Хотя, он недоумевал отчего поведение Ханджи так изменилось. Сидела рядом, но не доставала его, даже внимания не обращала. Это на неё так влияет окружение? Не хочет подводить родителей? Или это ему удалось до неё достучаться в коридоре слуг?       — Кхм, Ривай… — словно поняв, что он думает о ней, неловко начала Ханджи. — Насчет того, что произошло…       Черноволосый медленно перевёл взгляд на девчонку.       — Что?       Вот же, словно сглазил. Ривай начал себя мысленно успокаивать. Признаться, парень всё ещё не отошел после дневного происшествия. Ванна смогла лишь слегка усмирить его, но вероятность вновь грубо и резко сорваться на девчонку всё ещё была велика.       — Мне кажется, я переборщила… — тихо проговорила Ханджи.       Парень удивился. Вот чего-чего, а этого от девчонки он точно не ожидал. Хотя, Ханджи довольно непредсказуемая, мало ли что ей вздумается. Может, она ему морочит голову? Так, нужно оставаться начеку.       — Это ты так извиниться хочешь? — подняв одну бровь, хмыкнул Ривай. — Неужто стыдно стало? Или это вино тебя так раскрепостило? — Шатенка покраснела. Что же, хоть она и редко испытывала это чувство, но да, ей стыдно. Волна сожаления накатила на неё также сильно, как и та волна ярости у пруда. Но она не хотела, чтобы парень оказался прав, хоть и попал в самую точку. Думая, что ему ответить, девчонка замялась. — Я жду.       — Чего? — насупилась шатенка. Если и было желание принести парню извинения, то теперь оно развеялось.       — А то ты не понимаешь, — устало выдохнув, произнес он. — Ведешь себя как ребёнок.       — Ты повторяешься, — усмехнулась Ханджи. — А если я извинюсь, ты скажешь, что я повзрослела? — с озорством спросила она.       — Так ты для начала извинись.       — Выпрашиваешь извинения? Кажется мне, не таким должно быть поведение виконта, — наигранно задумалась девчонка.       Ривай недовольно цокнул.       — Почему мы вообще сидим вместе? Мне твоего общества хватило уже на весь приём, — возмутился Ривай. — Неужели ты не могла внести свою лепту и сделать так, чтобы мы сидели как можно дальше друг от друга?       — Зачем мне это? — невозмутимо ответила Ханджи. Про себя она радовалась: её настроение вернулось, ведь негодование Ривая доставляло ей удовольствие. — Меня всё устраивает.       — Не прикидывайся дурой, — чересчур громко сказал новоиспеченный виконт. Неподалеку сидящий дядюшка резко закашлялся, как бы отвлекая внимание на себя.       — Ривай, аккуратнее, — строго, но тихо произнес он.       — Ты чего вообще подслушиваешь? — сощурив глаза, прошипел парень.       — А чем мне ещё заняться?       — Неужели скучаете? — немного помрачнев, спросила Ханджи. — Я думала, компания лорда Люци доставит вам удовольствие.       — Всё верно, милая, вот только с лордом я виделся на днях, мы с ним знатно побеседовали. А новостей за пару дней не прибавилось. Да и… — Кеннет немного откинулся, чтобы молодым открылся вид на соседа, который с трудом всё ещё занимает вертикальное положение. — Ему то вино действительно пришлось по нраву.       Ханджи улыбнулась. Ривай поднял бровь, наблюдая открывшуюся ему картину. Несмотря на столь юный возраст, а точнее на все сопровождающие его соблазны — его воротило от алкоголя. Одна из причин, кстати, почему он не любил приёмы.       — Погоди, что ты сказала? — Ривай сильней нахмурился. — Так ты знала, как мы будем сидеть за ужином? — его будто осенило.       — Более того, я сама продумала кто с кем сядет! — с гордостью осмотрев стол, произнесла девчонка.       — Сомневаюсь, — фыркнул Ривай. — Ты бы не допустила, чтобы мы провели ужин в компании друг друга.       — Да, кстати, милая. Но я приятно удивлен! — Кенни не мог остаться в стороне. — Неужели вы идете на перемирие?       — Ещё чего, — скрестив руки на груди, произнес Ривай. Через мгновение парень одернул себя, ведь этот жест считался неприличным за столом.       — К сожалению, это вынужденная мера, Ривай. Будь моя воля, тебя бы вообще тут не было.       — И где же, позволь узнать, я тогда был бы? — сощурившись, прошипел парень. Терпение, только терпение.       — В соседнем зале, — Ханджи улыбнулась, наблюдая за его реакцией, — что для детей отведен.       Дядюшка Кенни прыснул и тихо, чтобы не привлекать внимания, засмеялся. Мгновением позже к нему присоединилась шатенка.       — Очень смешно, — с толикой презрения произнес Ривай. Хоть ему и не привыкать к шуткам про рост, но теперь, как он стал обладать титулом, надеялся, что их станет меньше. На самом деле, его надежды оправдались: далеко не каждый осмеливался хоть как-то упомянуть про это. Но эти двое… ни правила, ни приличия ни во что не ставили, с чем Риваю давно пора было смириться.       — Я слышала, вы скоро уезжаете, — успокоившись, обратилась девчонка к Кеннету.       — Да, моя тяга к путешествиям с возрастом всё крепчает, — мечтательно улыбнулся мужчина. — Да и общество моего племянничка с каждым днем выносить всё тяжелей и тяжелей.       Ривай раздраженно цокнул. «Почему именно они? Почему Эрвина, будто на зло, посадили с другой стороны. Хотя… Мэри…» — Ривай оглядел парочку на противоположной стороне. Эрвин, являясь старшим из всей компании, уже начал познавать женское общество в определенном контексте. Будучи наследником графа, ему чуть ли с не пелёнок внушали о важности наследования титула, продолжении рода, о браке с достойной девушкой. Речь идет о знатном происхождении и внушительном приданном, конечно же. И поиски его достойной леди начались прошлой осенью, под началом его знойной матушки. Благо, отец, граф земель Брэйтфорд, на здоровье не жаловался и пытался убедить супругу в отсутствии необходимости спешки, за что Эрвин был ему предельно благодарен. Но даже стараний графа было недостаточно, поэтому парню пришлось за ужином довольствоваться обществом одной из благородных леди. Да и вдали от своей устоявшейся компании: Ривая и Ханджи, а то вдруг он отвлечётся и заставит леди Мэри скучать. Но давайте будем честными — Эрвин и не сильно-то был против её общества.       «После следующих именин та же участь постигнет и меня…» О, Ривай боялся этого, ведь терпеть не мог, когда ему говорили, что он должен делать. Он уже не маленький мальчик, есть своя голова на плечах. К сожалению, в отличие от Эрвина, Ривай был не наследником, а полноправным обладателем титула. А это значит, что следующей весной во время очередного сезона на него чуть ли не охоту объявят. Дядюшка с матушкой как-то обмолвились с ним об этом, как бы предупреждая. Благо, они не славились помутневшим разумом и прекрасно понимали, что свадьба в таком раннем возрасте добра никому не принесёт. Ривай был уверен, что в этом вопросе они его безоговорочно поддержат. Но если приедет бабушка…       — Определились с местом? — от раздумий парня отвлек голос справа, принадлежавший его несносной соседке. Он предпочел вслушаться в разговор, нежели предаваться мыслям о его незавидном скором будущем.       — Ещё нет. Подумываю насчет Южной Африки, — хмыкнул лорд Кеннет.       — После проходивших там беспорядков? — удивилась шатенка. — Сомневаюсь, что вас примут приветливо. Как и любого другого англичанина.       — Милая, а как же мой шарм, моё обаяние? — усмехнулся мужчина. Ханджи смущенно кивнула, Ривай же закатил глаза. — Прошло пять лет, там уже всё затихло. Чего не скажешь о наших краях.       — Это уж точно. Хотя, в газетах пишут, будто бы волна улеглась, будто бы они добились своего. Отчасти, я могу с этим согласиться, ведь Комитет рабочих преобразовали в целую Партию. Партию рабочих, представляете? — восторженно рассуждала девчонка.       — Надо же, вы стали обсуждать политику, — уныло протянул парень. — Я ничуть не удивлён.       — Знаешь, Ривай, меня не волнует, что такие темы не приветствуются за столом. Ведь вы пойдете в малую гостиную, где сможете вдоволь насладиться разговорами не для женских ушей, — досадно протянула Ханджи. — А мне чем довольствоваться? Сплетнями? Обсуждением прошедшего сезона? Или разговорами о моде?       — Надо же, сколько негодования, — с усмешкой заметил Кеннет. — Узнаю в тебе Артура. С каждым годом ты становишься на него всё больше похожа. — Шатенка смутилась. Ей было приятно, что её часто сравнивают с отцом.       — Будто ты её видишь каждый год, — буркнул Ривай.       — Этот печальный факт не отменяет того, что я сказал ранее.       — Милая, не думала, что наше общество тебя так утруждает, — тепло улыбаясь, вновь вклинилась в их разговор вдова Аккерман.       — Что вы, что вы, я совершенно не это имела в виду! — Ханджи вот-вот впадёт в панику. Ей нравилось компания Кушель и совершенно не хотелось обидеть женщину.       — Хотя знаешь, я не прочь обсуждать такие темы, — Кушель повела плечом, задумавшись о чём-то. Затем немного тише, как-то по-заговорщицки добавила: — Только не при мужчинах, а то вдруг невольно подумают, что у нас в головах что-то есть…       — Да, не все смирятся с таким открытием, — с широкой улыбкой продолжила её мысль Ханджи. Женщина довольно кивнула.       — Мам, ты серьезно?       Ладно Кенни потворствовал шатенке, они всегда были чем-то похожи, но Кушель… Ривай давно заметил, с какой теплотой его родственники относились к Ханджи, и упорно не мог понять почему. Словно они были слепы, и только он один видел истинное нутро этой девчонки.       — Абсолютно, Ривай. Нам, женщинам, нужно держаться вместе.       — Ты рассуждаешь так, будто мы, мужчины, готовы вас со свету изжить, — неожиданно для всех в разговор вступил граф.       — Что вы, ваша светлость! — Кушель обворожительно улыбнулась графу. — В вашем обществе нам такое не грозит. — За столом послышалось несколько смешков.       — Я крайне рад, что ты уверена в нашем обществе, — Эрнест снисходительно улыбнулся. — В моем графстве больше никто тебя не обидит, — добавил он тише, практически прошептав фразу женщине. — Ханджи, милая, я заметил, тебя восторгает новость о создании рабочей партии?       «Они что, все нас подслушивают?» — цокнув, подумал Ривай.       — Вы очень наблюдательны, ваша светлость! — мигом отозвалась шатенка. Надо сказать, только её из всех присутствующих не удивил вопрос графа. — Однако, я понимаю, что у этого решения будут определенные последствия, — немного стушевавшись, заключила девчонка.       — И какие же ты имеешь в виду?       — Это неблагоприятно скажется на нас, — немного подумав, ответила Ханджи. — Совершенно очевидно, что знать и пролетариат будут противостоять друг другу в парламенте. По поводу и без. Кто знает, в чью сторону будет перевес?       — Да, особенно если учитывать то, что в министры стали набирать сыновей простых фермеров, — фыркнула графиня Смит. Её реплика осталась проигнорированной.       — И всё же, это удивительно! — продолжила шатенка. — Удивительно, каких высот может достичь простой человек, не имея богатых родственников за плечами. Например, большинство предпринимателей с солидным капиталом имеют самое простое происхождение. И нельзя не заметить, как поднялись газетчики. Во время недавней поездки в Лондон я наткнулась на здание одного издательства. Чуть ли не второй парламент! — сравнение вызвало улыбку у многих гостей. Ханджи заметила, что все за столом её с интересом слушают. Хоть она всегда была не прочь внимания к своей персоне, шатенка всё же смутилась. — В общем, я определенно вижу смысл в том, что правительство расширяет права своих людей. Кто знает, может потом и женщинам позволят… голосовать, — покраснев, закончила девчонка. Последняя фраза вызвала раскат мужского громкого хохота. Не могу не отметить, что среди смеющихся мужчин не было лиц, упоминаемых выше. Да-да, даже Ривая. Ему было не до смеха. Он внимательно слушал Ханджи и с удивлением осознавал, что думает также. Это было для него потрясением. Он и близко не думал, что будет хоть в чём-то согласен с ней.       Покраснев пуще прежнего, Ханджи уткнулась в свою тарелку. Девчонка решила не поднимать голову до конца ужина.       — Моя леди, не желаете? — Ханджи обернулась на голос позади. Это был дворецкий. Утешительно улыбаясь, протягивал ей на подносе её любимое канапе, тем самым пытаясь поддержать шатенку единственно возможным способом. Девчонка коротко кивнула.       — Я согласен с тобой, — подал голос хозяин приёма, не дождавшись пока смех затихнет. К слову, его голос со строгими нотками заставил мужчин замолчать. — В любом случае, рано строить прогнозы на будущее, ведь Партию создали буквально на днях, — строгие нотки сменились на более мягкие. Ханджи нерешительно посмотрела на отца. Он ей одобрительно улыбнулся. Она улыбнулась в ответ.       — Также солидарен, — сказал граф. Ханджи перевела удивленный, почти не верящий взгляд на мужчину. Рядом с ним сидел Эрвин, который тепло улыбался. Встретившись взглядами, тот ей одобрительно кивнул. Гласная и негласная поддержка мужчин воодушевила девчонку, краска постепенно стала сползать с её лица.       Беседа за столом вернулась в прежнее русло. Немного погодя, настало время десерта. Гости поднялись со своих мест и принялись расхаживать по гостиной, давая лакеям возможность поменять тарелки и приборы. Виконт и виконтесса Зоэ сочли это прекрасным поводом выловить дочурку на короткий диалог.       — Как ты, дорогая? — осторожно спросила мать. — Весь вечер ты была тише воды, а потом так разошлась на политическую тему.       — Тебя разве это удивляет? — подняв бровь, спросила девчонка. — Всё хорошо, матушка, это не то, из-за чего стоит волноваться. — Шатенка серьезно посмотрела на виконта: — Отец, простите меня, я сказала лишнего.       — Всё хорошо, Ханджи, — снисходительно улыбнулся Артур. — Признаться, я ожидал от тебя чего-то более… непозволительного. Ввиду того, что ты делишь трапезу с Риваем, — он кивнул в сторону парня, что стоял поодаль и беседовал с Эрвином. — Но… В конце концов, ты имеешь право на собственное мнение, и я рад, что оно совпадает с моим.       — Это правда? — глаза Ханджи восторженно расширились. — Я думала, ты так сказал, чтобы успокоить гостей. — Она готова была запрыгать на месте или вообще накинуться на отца с объятиями. Но это непозволительно. Поэтому она лишь взяла его за руки.       — И это тоже, — воодушевленный вид дочери не позволял теплой улыбке покинуть виконта. — Но, по правде сказать, я уже жду не дождусь, как предложить тебе одним вечером у камина обсудить ситуацию в стране. — Ханджи всё-таки не сдержалась и, пискнув, прильнула к отцу, заключая его в объятья. Тот коротко засмеялся и начал гладить девчонку по спине. — Ну всё, полно, Ханджи, полно.       — Обещаешь? — юная леди отстранилась от мужчины.       — Да.       — Получается, граф тоже взаправду согласился?       — А как ты смеешь сомневаться в искренности его светлости? — усмехнулась Доротея.       — Просто… — шатенка вздохнула. — Так много гостей смеялось. Я даже видела, как её светлость прикрывает рот ладошкой.       — Не все умы способны угнаться за нашими, дорогая. Большинство из присутствующих боятся признать одну простую истину: время на месте не стоит. Они боятся того, что происходит в мире. И их страх выражается в отрицании очевидного. Рано или поздно они поймут. Но воспринимать твои речи всерьез они всё равно не станут.       — Тогда давайте не будем больше их приглашать? — пошутила девчонка. Виконт с женой усмехнулись.       — Как бы мы не стремились вперед на встречу времени, нельзя отметать традиции, — заключил Артур. Через мгновение умиротворенное выражение лица покинуло его, и он немного пошатнулся.       — Милый? — чуть приобняв мужа, обеспокоенно спросила виконтесса.       — Всё хорошо, Дороти, просто мне не стоило так налегать на вино, — фокусируя взгляд, виконт пытался успокоить жену.       — Но у тебя уже не в первый раз такое, — Ханджи от матери не отставала и также не на шутку разволновалась.       — Значит, мне не стоит так часто выпивать, — усмехнулся Артур. Он отстранился от жены. — С вашего позволения, дамы. — Темнота хоть и не полностью, но застилала взор мужчины. Не подавая виду, он направился к ближайшему креслу, оставив обеспокоенных леди позади, не желая пугать их ещё больше.       — Должно быть, и вправду вино, — поспешила заверить мать Ханджи. — Посмотри только на лорда Люци, — девчонка не была уверена в этом, но успокоить Доротею нужно было. Уж кому-кому, а ей волноваться точно не стоило.       — Должно быть, — вздохнула виконтесса, потихоньку успокаиваясь. Она оглядела стол, оценивая фронт работы слуг. — У нас есть ещё немного времени, поэтому, дорогая, будь добра…       — Да-да? — Ханджи была рада, что Доротея решила сменить тему, хоть её немного насторожил твердый голос матери.       — Что ты учудила в саду? — строго спросила женщина.       — Матушка, вы только не волнуйтесь! — девчонка положила руки на плечи виконтессе. Выражение лица женщины не давало ни намека на волнение. — А что тебе известно?       — То, что вы повздорили с Риваем в коридоре слуг, — не отрывая взгляда от дочери, произносит виконтесса.       — Должно быть, миссис Прингл тебе сказала?       Вот уж карга! Что-то в замке может произойти, о чём она не прознает?       — Разумеется. А ещё горничные показали мне твое платье.       — Понятно, — Ханджи нехотя убрала руки и поправила очки. — Видишь ли… Только обещай не волноваться?       — Ханджи, я не хрустальная, уж не рожу прямо тут.       — Хорошо… А отец знает?       — Ханджи!       — Простите, матушка. Да, конечно, знает, ­– проговорила она под нос. Решив более не испытывать терпение матери, начала с раскаянья: — Я знаю, что поступила опрометчиво и даже глупо, не под стать дочери виконта и виконтессы земель Абердин. — Доротее было самой интересно, насколько же хватит её выдержки. — Отныне я обещаю…       — Милая, можешь не пытаться тянуть время, мы не приступим к десерту, пока не расскажешь.       — Я просто не знаю, с чего начать! — Ханджи взяла мать под руку, направившись к углу комнаты, где никого из гостей не было. — Я… видела, как они вдвоем с Эрвином играли в шахматы. Не смогла пройти мимо. А он… Он! Он просто не обращает на меня никакого внимания, понимаешь? — всё ещё держа женщину за руку, девчонка наконец перешла к сути. Доротея усмехнулась. — Так было всегда, но я сама не понимаю почему меня сейчас это так задело, — про использование непотребных слов в лексиконе Ханджи решила умолчать. Строгость улетучилась с лица виконтессы. Девчонке даже показалось, что женщина покраснела.       — Занятно, — протянула виконтесса, задумавшись. — А всё же, почему твоё платье было мокрым?       — Эмм… — Ханджи не хотелось отвечать на этот вопрос. — Так вышло, что мне пришлось прыгнуть в пруд. — Лицо виконтессы удивленно вытянулось. — Не переживай только! Я знала, что делала.       — Это Ривай тебя… вынудил? — насторожено спросила женщина, словно боясь услышать утвердительный ответ. Словно боясь разочароваться в парнишке.       — Что ты, нет! Ривай тут совершенно ни при чем, я всё сама, — не понимая почему, Ханджи самоотверженно взяла всю вину на себя.       — Ты удивляешь меня. Где же твое любимое «это он виноват» или «это он первый начал»? — усмехнулась виконтесса. — Неужели тебе стыдно? Ты поэтому так тихо ведёшь себя за столом?       — Да не стыдно мне, — девочка упорно избегала внимательного взгляда матери, смотря на носы своих туфель. — Я не знаю. Я знаю, что он разозлился.       — Миссис Прингл пересказала нам почти дословно. Что же ты натворила, что довела парня до такого?        — Мне было так обидно, мама. Набросилась на него, всего грязью измазала, — Ханджи горько усмехнулась. — Очень по-взрослому, да? — Она немного помолчала. — Он же… хотел прыгнуть за мной. Вытащить меня оттуда, — всё ещё не поднимая головы, тихонько сказала Ханджи.       — От Ривая я другого не ждала, — после небольшой паузы сказала Доротея.       — Серьёзно? — Ханджи удивилась.       — Ты не виделась с ним чуть больше года, милая, — сжав ладони дочери в своих, размерено проговорила женщина. — Мы же были на похоронах и …       — Дамы и господа, прошу к столу, — её прервал голос Артура. Тому стало немного получше. Дороти и Ханджи кивнули друг другу, как бы согласившись продолжить разговор позже.       На десерт была подана вишневая меренга, которую так сильно любила Ханджи, так что она быстрее всех расправилась с блюдом. Уж что-что, а смаковать юная леди не умела. Попивая лимонад, девчонка украдкой поглядывала в сторону родителей. Её волновало состояние отца, также волновал и незаконченный разговор с матерью. «Что же она хотела сказать?»       Юная леди перевела взгляд на Ривая. Тот сидел, уткнувшись в свою тарелку и думая о чём-то своем. Ханджи стало вдруг интересно: как будет вести Ривай если не доставать его идиотскими вопросами, глупыми играми и незаурядными идеями. Как он будет действовать, если она станет вести себя взрослее? Ханджи стало интересно, сможет ли Ривай относиться к ней иначе, если она сама изменится.       — Как вам десерт, лорд Ривай? — делая голос более низким, спросила девчонка. Ханджи обладала очень высоким, звонким, громким голосом. «Но это же по-детски», — почему-то так отметила она для себя. Взрослые же говорят тише, спокойнее.       Парень недоуменно поднял на неё взгляд. Пристально, долго смотрел, пытаясь понять, в чём же подвох. Затем тяжело вздохнул и нахмурился. Ему нравилось сидеть в тишине, ему нравилось, когда его никто не трогал.       — Чего ты хочешь от меня? — Ривай решил спросить прямо.       — Всего лишь узнать, пришлось ли вам по вкусу блюдо, — невинно захлопав глазами, ответила девчонка.       — Пришлось. Это всё?       Он не понимал, что творится в голове у девчонки, не знал, чего стоит ждать от неё. И порядком устал удивляться. А удивлялся он поведению Ханджи почти весь вечер. Увидев её перед трапезой, он мысленно взмолился небесам, прося спокойно пережить этот ужин. И как будто его молитвы были услышаны, ведь девчонка вела себя довольно сносно. И ему это не показалось, ведь даже Кеннет приметил несвойственную ей тишину. Но это так на неё не похоже.       Девчонка немного потускнела. Ривай в грубоватой манере общался с ней. «Он, видимо, ещё не отошёл от произошедшего у пруда».       — Можешь расслабиться, ужин уже заканчивается, — с грустной улыбкой заключила Ханджи.       — Так ты всё ещё не хочешь мне ничего сказать?       Девчонка вопроса не ожидала. Может, всё же извиниться? Это новое, такое непонятное чувство сожаления не давало ей покоя. Но вместе с тем её одолевало чувство легкой обиды на парня, не просто так она же сорвалась на него у пруда? Да, она перегнула палку, но и поделом ему. Действительно, отношение Ривая к Ханджи не пестрело ни галантностью, ни учтивостью, ни вежливостью. В большинстве своем, его отношение ничем не пестрело, ведь он предпочитал не обращать на неё никакого внимания. Ханджи с досадой осознала, что если бы они не делили бы ужин, то парень и вовсе бы не удостоил шатенку взглядом. «Почему мне от этого грустно? На что вообще мне сдалось его внимание?» Шатенка насупилась.       — Нет. Не понимаю, о чём ты. — Ривай тяжело вздохнул. Что же, их ужин окончен.

***

      Лорд Артур сидел у камина в малой гостиной и в пол уха слушал речи двух лордов, что разместились рядом. У виконта в руках был стакан с бренди, который он размеренно попивал. Мужчины, с которыми Артуру совершенно случайно не посчастливилось вести диалог, кажется, не замечали незаинтересованности главы приёма. Тот, разместив руки на подлокотниках, наблюдал за огнем и думал о своём.       А подумать ему было о чём. Во-первых — что же такое с ним творится? Виконт никогда не жаловался на здоровье, проблемы были только со зрением. Но в последнее время это непонятное состояние помутнения сознания, сопровождающееся сердечной болью, всё чаще и чаще стало одолевать его. Нужно бы вызвать доктора в замок, негоже игнорировать это. Особенно, после сегодняшнего. Признаться, встречая на террасе гостей, Артур уже тогда ощущал недомогание. Должно быть из-за духоты. Но погода же сегодня была пасмурная. Точно. Значит, это последствия перенесённой жары, что одолела их земли несколькими днями ранее. Но ведь лорд неоднократно бывал по делам в южных колониях и на непереносимость высокой температуры не жаловался никогда. Может, это недомогание объясняется возрастом? Ну, в этом был смысл, хоть вряд ли тридцатипятилетний срок является рубежом. К чему гадать? Доктор скажет яснее.       Во-вторых — Ханджи. Во время десерта виконтесса любезно пересказала ему события, что произошли у пруда. Виконт Зоэ самую малость разочаровался, всё же часть его надеялась, что девчонка сладит со своим нравом и не принесёт такие значительные неудобства одному из гостей. С другой стороны, Артур был готов к чему-то такому, всё-таки Ханджи действительно на него была похожа. Когда за столом она так воодушевленно высказала свою точку зрения насчет политических изменений, Артур также не удивился. Миссис Прингл докладывала ему, что девчонка таскает газеты с заднего двора, но решил закрыть на это глаза. И пришел к выводу, что не зря. Всё-таки, какая же удивительная у него дочурка! За один день может дать столько поводов для гордости, сколько и для стыда.       Третье было следствием второго: нужно было прояснить всё с Риваем. Он уже не просто паренёк, которого так любит изводить его прелестная дочушка, а полноправный владетель соседнего виконтства. Пробежав взглядом по комнате, мужчина нашел парня: тот сидел за столом в компании своего дяди, а также графа и его наследника. Все четверо увлеченно играли в бридж.       — Неспокойно мне, — раскладывая свои карты по старшинству, неожиданно для всех выпалил Кеннет.       — Ты о чём? — хмыкнул Ривай, не отводя взгляда от своих карт.       — Не знаю. Предчувствие, — пожал плечами мужчина в шляпе.       Граф, который раздавал карты, остановился и пристально посмотрел на Кеннета, будто искал невербальные знаки. Мгновением позже вернулся к своей задаче.       — Попытайся понять, — сказал он. — Твою интуицию нельзя игнорировать.       — Легче сказать, чем сделать, — усмехнулся Кеннет.       — Отец, ты начинаешь? — разложив карты, Эрвин заинтересованно оглядел игроков.       — Прошу прощения, господа, — Кенни поднялся со стола, сложив карты. — Хочу подышать свежим воздухом, — и, кивнув, удалился.       Ривай посмотрел его карты. Все они были одной масти. «Опять где-то подтасовал», — хмыкнул он. Затем Ривай ощутил на себе чей-то взгляд. Он принадлежал хозяину дома. Кивнув оставшимся за столом, парень поднялся и поспешил присоединиться к компании Артура.       — Как прошёл ужин? — поинтересовался старший виконт.       — Ваши повара превзошли сами себя сегодня, — опускаясь рядом в кресло, произнес Ривай. В его руках были чашка чая с блюдцем.       Двое лордов, что так яро донимали Артура, оставили виконтов наедине.       — Надеюсь, моя неугомонная дочь не сильно донимала тебя?       Ривай криво ухмыльнулся.       — Что вы, лорд Артур. За ужином она вела себя вполне сносно.       — Занятно, — хозяин дома хитро улыбнулся. — А до ужина? Она разве не принесла особенных неудобств?       Ривай не удивился. Разумеется, Артур всё узнал.       — Она вам всё рассказала?       — И да, и нет, — пожал плечами мужчина. — Удивлен, что ты не счел нужным поставить в известность меня.       — Зачем? Я не привык жаловаться, — нахмурившись, брюнет отпил чая.       Виконт Зоэ отставил опустевший стакан и примирительно поднял ладони вверх.       — Я знаю, сынок, — сказал он с улыбкой. — А ещё я знаю, что с Ханджи бывает очень трудно сладить, порой даже невозможно, но… она ещё ребенок.       — Только ей об этом не говорите, — фыркнул парень.       — Ты меня не поймешь, не сейчас уж точно, но я слишком многое позволяю дочери, отчего она так и распоясалась. Попросту не могу ей отказать, — Зоэ пожал плечами, испытывая неловкость перед парнем. — Поэтому, ответственность за её поступки несу я, — лицо мужчины стало серьезным. — От дома Зоэ приношу вам извинения, виконт Аккерман, за непозволительное поведение моей дочери.       Теперь настало время Ривая чувствовать себя неловко. Он торопливо отставил блюдце с недопитым чаем и также серьезно, но немного взволнованно посмотрел на мужчину. Он мог злиться, обижаться на Ханджи, но виконт Зоэ тут совершенно ни при чем. Ривай как-то думал, что проблемное поведение девчонки берет начало от воспитания, но и мать, и отец её были достойными людьми. Ривай не мог винить их в чём-то. Артур протянул ему руку для пожатия. Про себя парень хмыкнул, вспомнив такой же жест его дочери. Без промедлений он подал свою руку в ответ, и крепкое рукопожатие состоялось. Ривай был удивлен. Он явно не ожидал подобного от Артура.       — Не стоит, виконт Зоэ, — проговорил черноволосый, возвращаюсь к излюбленному напитку.       — Я уверен, что Ханджи соромно. Но девчонка она упрямая. Не признается, пока не будет уверена, что не получит колкость в ответ. — Ривай слушал мужчину, медленно попивая чай. — Я лишь прошу помнить про её возраст. Она хочет казаться старше, она пытается, но детство не собирается покидать её, — Артур снисходительно улыбнулся. — Такова отличительная черта Зоэ. Все мы поздно взрослеем.       — В отличие от нас, — делая глоток, тихо сказал Ривай.       Мужчина наклонился к Риваю и по-отечески положил ему руку на плечо. Улыбка сползла с его лица. Он стал серьёзным.       — Да. Ты рано повзрослел. Тебе пришлось. Но всё закончилось. Полтора месяца назад. — Парень также серьезно смотрел на собеседника. — Этот ублюдок мертв, — практически шепотом закончил мужчина.       Ривай слышно сглотнул. Он не нашёл, что ответить Артуру. Не потому, что тот сказал что-то лишнее. На самом деле Артур выразился весьма точно. Ривай лишь кивнул мужчине, потому что больше никоим образом не хотел затрагивать эту тему. Зоэ неловко улыбнулся. Он легонько похлопал парнишку по плечу, возвращаясь в исходное положение.       — Прости меня, Ривай. Это пойло делает меня чересчур откровенным.       — Всё в порядке, — парень расслабился.       Зоэ нахмурился, его взгляд заметался по комнате. Рукой потянулся к вороту рубашки, дабы слегка расслабить. Резко стало нечем дышать.       — Милорд? — Ривай не мог заметить настораживающего поведения собеседника, так что мигом отставил чашку и хотел было подняться с кресла, но мужчина его остановил.       — Я просто устал. Пожалуй, для меня вечер окончен, — виконт Зоэ улыбнулся, поднялся с кресла, подал ладонь для прощального рукопожатия вскочившему следом на ноги пареньку. — Если у кого появятся вопросы — не утруждай себя объяснениями. Скажи, что я просто ушёл.       — Хорошо, — сказал Ривай, пожимая руку. — Тогда… до завтра?       Артур усмехнулся.       — До завтра, — улыбка не слезала с лица мужчины. Кивнул парню, под пристальным взором которого нестойкой походкой удалился из комнаты.       Артур, ввиду внушительного срока жены, довольно часто оставался ночевать в своём кабинете, а сейчас, когда от него несло хоть и дорогим, но всё же алкоголем, не рискнул даже наведаться в их общие покои.       «Дойти, лечь, а там уже проще», — было в мыслях мужчины. Нужно было бы позвать камердинера, чтобы раздеться и хоть как-то привести себя в порядок перед сном, но сил на это не было. Силы были только на то, чтобы дойти до кабинета. Подходя к комнате, он заметил слабый свет. Там кто-то был.       — Ханджи? — удивился виконт, увидев дочь, расставляющую книги на полке.       — Доброго вечера, отец, — не отвлекаясь от своего занятия, отозвалась девчонка.       — Почему ты здесь в такой час? — тяжело дыша, мужчина опустился на софу.       — Прошу прощения, отец, мне не спится. Решилась разобрать, — она кивнула на внушительную стопку книг, стоявшую у него на столе. — С тобой всё в порядке? Вы уже разошлись?       — Да, всё хорошо. Неужели ты всё прочитала?       — Не всё. Решила вернуть тебе парочку на время приёма. Что-то подсказывает, что в эти дни мне будет не до чтива, — усмехнулась девчонка.       — Я тоже так думаю, — он слегка раскинул руки, как бы приглашая её в свои объятья. Девчонка прильнула к нему. Виконт хотел было при встрече с дочерью обсудить её поведение по отношению к Риваю, понять, что на неё нашло, да даже надоумить её извиниться перед парнем, но сейчас было не до этого. Поглаживая девчонку по спине, мужчина прошептал: — Уже поздно. Отправляйся в покои.       — Я надеялась обсудить с тобой тему, что мы подняли за ужином, — Ханджи зевнула.        — Сейчас? — виконт усмехнулся.        — Ты же обещал.       — Я помню, — мужчина потрепал девчонку по голове. — Вечно тебе не терпится.       — Матушка говорит, что это во мне от тебя.       — Верно, — мужчина улыбнулся. — Не переживай. Когда я не сдерживал обещаний?       — Никогда, — сонно пролепетала девчонка. В объятьях отца её всегда быстро настигал сон.       — Именно. Беги к себе, — мужчина поцеловал дочь в макушку. — Спокойной ночи, Ханджи.       — И тебе, — коротко поцеловав его в щеку, девчонка отстранилась. — Я могу зайти к маме и передать, что ты уже укладываешься?       — Буду премного благодарен, — улыбнулся мужчина. — До завтра.       Ханджи кивнула с такой же теплой улыбкой и покинула кабинет.       Мужчина тяжело выдохнул. Он был рад полумраку в кабинете, ведь девчонка не заметила его дурного состояния. Он не хотел заставлять её и, наверняка, жену волноваться за него на ночь глядя.       — Какой же долгий день, — мужчина облегченно прикрыл веки, продолжая тяжело дышать.       «Завтра будет легче. Завтра со всем разберусь».       Но завтра для Артура уже не наступит.